Глава 2
Ещё один безрадостный день моей жизни. Когда уже это закончится?
Очередная выкуренная сигарета падает на землю и тут же засыпается песком. Я опять пришла на съёмки. Зачем? Сама не знаю. Скорее всего, просто от скуки, потому что мне больше нечем заняться.
Сижу на камнях, а рядом стоят какие-то малознакомые люди, на которых мне глубоко наплевать. Где-то в стороне находятся Хенк и Киса, и я чувствую на себе их пристальные взгляды. И что им опять от меня нужно? Не обращая на них внимания, продолжаю смотреть на пляж, где сейчас разворачивается довольно интересное зрелище.
Сегодня в съёмках участвует не только Анжелка, но и Мел. Правда он всего лишь в массовке, но, видимо, даже там не может справиться со своей ролью. На него уже успел накричать Роман за то, что тот испортил очередной дубль. Нужно всего лишь красиво пройтись перед камерой, смотря вдаль — неужели это так сложно сделать? Да, для Мела это сложно. Вот он опять идёт перед камерой, и вроде бы всё хорошо, но вдруг останавливается прямо перед ней и тупо пялится вперёд. Разумеется, режиссёра это бесит. Он срывается со своего места, подбегает к Меленину и начинает на его наезжать. Парень злобно смотрит на него, после чего не выдерживает и бьёт Романа прямо по лицу. Такого от Егора даже я не ожидала.
— Я требую сатисфакции! Вечером пришлю секунданта! — громко произносит он.
Мел что ли таким образом решил отомстить «Спилбергу» за его приставания к Анжелке? Да это же просто глупо! Как он сам этого не понимает? Молча закатываю глаза и отвожу взгляд, а в это время Мела выгоняют со съёмочной площадки.
Друзья встречают его одобрительными возгласами, будто так всё и было спланировано. Опять они что-то задумали.
В ожидании конца съёмочного процесса листаю ленту в соцсетях. Кто-то выкладывает фотки с тусовок, кто-то просто пишет посты о своей жизни, а я в который раз удивляюсь, зачем люди это смотрят, и кому вообще это интересно. У каждого ведь своя жизнь, какой тогда смысл совать свой любопытный нос в чужие дела? Просто чтобы позавидовать и понять, какой же ты неудачник? Мне кажется, именно для этого и создавались все соцсети — для того, чтобы сеять ненависть между людьми. Кто-то что-то про кого-то написал, опубликовал не ту фотографию, а, может быть, даже и не делал ничего плохого — сразу же полетел в чёрный список. Если бы и в реальной жизни существовал такой список, то скорее всего, люди давно бы уже ни с кем не общались и сидели каждый в своей норке, лишь время от времени проверяя, кто и какую фотку выложил, чтобы потом обязательно оставить под ней негативный комментарий.
Но, к счастью, чтобы перестать общаться с человеком в реальности нужно приложить гораздо больше усилий, чем просто нажать одну кнопку. Наверное, только благодаря этому сохранилось такое понятие как «дружба». Правда, это понятие сейчас всё больше обесценивается, но ведь есть же где-то те самые настоящие друзья…
— О чём задумалась? — выводит меня из своих мыслей тихий голос за спиной.
Резко вскакиваю на ноги от неожиданности и, оглянувшись, облегчённо выдыхаю. Это всего лишь Боря Хенкин.
— А тебя еб… — хочу грубо ответить, но вспоминаю, что парень не сделал мне ничего плохого и не заслужил такого отношения к себе, поэтому поспешно исправляюсь, — Да так, неважно.
— Ну как скажешь, — равнодушно пожимает плечами тот, — Можно стрельнуть сигаретку?
Достаю из кармана пачку и протягиваю ему.
— Хорошие, — одобрительно подмечает Хенк, вытаскивая сигарету.
— Плохие не курим, — с лёгкой улыбкой отвечаю я и вдруг вспоминаю, что он не курит, — А зачем тебе? Ты же вроде как не особо любитель такого рода… кхм… удовольствий.
— Смотри-ка, запомнила! — удивлённо произносит Боря, — А вообще это не для меня, а для Кисы.
Теперь уже настает моя очередь удивляться скромности Кислова:
— А сам он подойти и спросить не может? Или боится, что ноги отвалятся?
— Да просто так получилось… — внезапно смущается Хенк и оглядывается на друга, который стоит не так уж далеко от нас и яро жестикулирует руками, подавая Хенкину какие-то сигналы. — Ладно, проехали.
Оба замолкаем, не зная, что сказать дальше. Люди вокруг уже начинают расходиться, съёмка закончилась, а значит и мне пора ехать дальше. Только вот куда?
— Я тут ещё спросить хотел… — нерешительно произносит Боря, но тут же замолкает под моим пристальным взглядом.
— Ну спрашивай, раз уж начал. — Ребята тусовку на днях собираются организовывать. Ты придёшь?
— Не особо люблю вечеринки. Слишком много бестолковой суеты и шума.
— Но ведь в этом и смысл тусовок. Танцы, выпивка, секс… Ты просто приходишь туда, чтобы расслабиться и забыть обо всём, — Хенкин уговаривает меня, а сам в это время косится на друга, будто прося о помощи.
Киса устало вздыхает и подходит к нам.
— Короче, ждём тебя на тусе. Отказы не принимаются, — твёрдо заявляет он.
— Я подумаю, — с той же интонацией отвечаю ему я, понимая, что права выбора мне никто не давал.
И вообще, с чего бы это вдруг они решили пригласить меня на вечеринку? Раньше ведь как-то без меня обходились, и всё отлично было. А сейчас что они задумали? Но спросить об этом я не успеваю.
— Спилберг, — тихо говорит Киса, обращаясь уже не ко мне, и парни быстрым шагом направляются к фургону на колёсах, где до этого находился режиссёр.
Сам же Роман в это время выходит на улицу, говоря с кем-то по телефону. Ему абсолютно нет дела до двух подростков, решивших доебаться до него из-за какой-то ерунды. По крайней мере я так думала, пока не услышала, о чём они говорят.
Тихо подкрадываюсь к фургону с другой стороны и прислушиваюсь к разговору.
— Мужики, я не знаю, что вы употребляете, это не моё дело, мне насрать, — с открытой насмешкой произносит Роман, — но честно говоря, вот этот ваш подростковый юмор я, ну, не понимаю вообще.
— Тогда секундочку, — отвечает ему Киса, и, судя по звукам, достает что-то из кармана куртки.
Осторожно выглядываю из-за фургона и вижу, как парень показывает режиссёру какое-то видео. Мне безумно интересно, что же там такое, из-за чего ребята решили устроить весь этот цирк, но с такого расстояния я не могу ничего разглядеть. Лишь только слышу следующие слова Кисы:
— Дело в том, Роман, что вот эта вот девушка — это любимая девушка «худого» из массовки, — догадываюсь, что на видео присутствует Анжелка, а под «худым» из массовки подразумевается Мел, — а ты её вчера трахал! А потом ещё жене своей звонил, гнида! Сюсю-мусю!
Киса начинает не на шутку заводиться и с усилием сдерживает себя, чтобы не врезать этому поганому режиссёру. А я в это время пытаюсь осознать услышанное. Так значит, если Кислов говорит правду, Роман трахался с этой дурой, а Мел обо всё узнал, и поэтому сейчас происходит всё это представление с дуэлью. Теперь я хотя бы поняла настоящий мотив Меленина, но это ведь глупо вдвойне! Если у них есть видео с доказательствами, то они смело могут обращаться в полицию. Правда, не факт, что это может, ведь Анжелка — дочь Бабича, а Бабич — лучший друг начальника полиции, и скорее всего, это дело замнут, чтобы не поднимать шумиху. Но всё же это не повод вызывать человека на дуэль! Хотя, возможно, это тоже очередная шутка, чтобы просто припугнуть режиссёра.
— Так, чуваки, давайте сейчас все успокоимся… — растерянно говорит режиссёр, не ожидавший такого поворота событий, но быстро находит выход из ситуации, — Вы чего хотите? Бабок?
— Дуэль на пистолетах – вот что мы хотим, — непреклонно заявляет Киса.
— Слушайте, давайте вы вашим стаффом меня угостите, а то я вообще не въезжаю. Серьёзно, как вы себе это представляете? Я взрослый человек, у меня жена, дети, и тут вот эта вот дворовая романтика, — начинает отпираться Роман, до сих пор не понимая, что ребята говорят на полном серьёзе.
Да и я сама не могу в это поверить. Ну какая дуэль в двадцать первом веке? Откуда у ребят оружие? Может быть, они что-то задумали, а это просто предлог, чтобы заманить режиссёра… куда?
— А у тебя, семьянин, нет другого выхода! Либо мы видос сливаем ментам, либо отцу Анжелкиному — Бабичу! — продолжает угрожать Кислов, — Тебе по-любому хана! Она малолетка, режиссёр, ты в курсе? Ты знаешь, что с такими на зоне делают? А если Бабич узнает, он тебя сам, сука, на этом пляже на карачки поставит! Погугли, баклан, сразу поседеешь!
Наступает минутная тишина. Видимо, до режиссёра наконец доходит, что пытается донести до него Киса.
— Тогда всё-таки предлагаю вернуться к вопросу о бабле… — или не дохододит.
— Завтра в семь утра мы ждём тебя в Рыбачьей бухте, — даже не слушает его Кислов, разворачивается и уходит вместе с Хенком в закат.
Я выжидаю пару минут для надёжности и только после этого выхожу из-за фургона. Но к моему несчастью, режиссёр всё ещё находится тут. Он окидывает меня подозрительным взглядом, на что я отвечаю:
— Да я тут просто мимо проходила. Свежий воздух, все дела… Полезно между прочим! И вам бы тоже не помешало.
После чего быстрым шагом направляюсь к своему байку.
Так значит в семь утра в Рыбачьей бухте. Что ж, я непременно должна там быть! Если ребята и вправду решили устроить дуэль, то будет интересно посмотреть на продолжение представления. А если нет, то хотя бы просто убежусь в том, что они не совсем больные на голову придурки. Но это вряд ли.