Глава 10
От лица Вовы.
Весь день на поляне я провёл в непонятной для себя тревоге. Я ждал, когда мы, наконец, поедем обратно в город, как будто всё внутри меня рвалось к Еве. Я не хочу испытывать эти чувства, но это выше моих сил и моего разума. Я думаю, что испытываю к ней простую симпатию, ведь она вызывает во мне положительные эмоции, только и всего.
Когда я приезжаю домой в восьмом часу вечера, то первым делом думаю о том, у нас ли ещё Ева или уже уехала. Однако как только я захожу в коридор, замечаю её обувь и чувствую, как улыбка автоматически появляется на моём лице.
В доме стоит, казалось бы, привычная тишина, но я не ожидал её. Я решаю пройти первым делом в зал и там наблюдаю картину маслом: Мия с Евой спят перед включенным телевизором, по которому идёт какой-то подростковый фильм про любовь. Ева периодически смешно морщит нос, и её пальцы забавно дёргаются от расслабления, а Мия как обычно вертится как уж на сковороде и что-то бормочет во сне. Я приношу из комнаты две подушки и большой плед. Будить их я не стал, уж слишком сладко они спят, поэтому отправился на кухню, чтобы выпить чашку кофе. Подкурив сигарету от горящей ароматической свечи, всегда стоящей на кухне, я ставлю на плиту чайник и усаживаюсь на стул. Мия будет ворчать на меня, потому что эта ароматическая свеча стоит здесь как раз-таки, потому что она ненавидит запах сигарет. Через дверной пролёт я всё ещё могу видеть спящую Еву, которая впервые выглядит расслабленно и от этого ещё очаровательнее. Когда она первый раз лежала в отключке на моей постели, я даже не рассматривал её, а сейчас не могу понять, как я мог упустить этот шанс. Мне не нравятся мои мыли, мои чувства, которые я испытываю, потому что такое было, когда я впервые влюбился. Тогда мне казалось, что я парю где-то в облаках, а на самом деле, это обманчивое чувство, потому что ты теряешь себя и становишься буквально одержим другим человеком. Это страшно и мне не хочется испытывать это снова, хоть тогда мне и было лет 13. Я погружаюсь в собственные мысли, смотря в окно, поэтому пугаюсь и ругаюсь, когда произносят моё имя.
- Извини, не хотела тебя пугать. – голос Евы звучит хрипло, а волосы растрёпаны в разные стороны, от чего она похожа на домовёнка Кузю.
- Да ничего, тебе бы колокольчик на шею, а то совсем бесшумно ходишь. – подшучиваю я и она улыбается, но затем морщиться.
-Ты что, куришь на кухне? – я понимаю, что ещё одна девушка в моей жизни будет не довольна этим фактом.
- Да, не нравится запах? – произношу я, возможно, слишком раздражительно. Просто я устал слушать о вреде курения и прочей чепухи.
- Нет, всё в порядке. Просто удивилась, думала, только в фильмах курят внутри дома. – я не знаю, как реагировать на её наивность и какую-то неосознанность этой жизни.
- Как твоя нога? – я перевожу тему с курения и Ева садится напротив меня.
- Болит, но терпимо. – сознаётся девушка, поправляя эластичный бинт.
- Что сказал отец? – мне было интересно, почему она всё ещё у нас дома. Я думал, её заберут, когда узнают о укусе.
- Да ничего...сказал до свадьбы заживёт...- она замялась, опустив глаза в пол.
- Ты ведь не сказала ему, да? – спрашиваю я и в ответ получаю немое качание головой. Пару минут я молчу, потому что пытаюсь себя заставить не произносить то, что хочу, но мое желание оказалось сильнее. – Это потому что он тебя бьет? – ее голова резко поворачивается в мою сторону и я ловлю её испуганный взгляд, полный растерянности.
- Что? Нет конечно...- она старается улыбнуться, но это выглядит печально. – С чего ты взял?
-Я видел...когда провожал тебя, я видел через окно, как кто-то ударил тебя. – я замечаю, как начинают блестеть её глаза от света лампочек и жалею о том, что спросил об этом.
- Это тебя не касается, не надо думать об этом. Он просто был пьян и я вывела его. – она начинает оправдывать его, что вызывает во мне ужас.
- Ева, какая разница, насилию нет оправдания. Что бы ты ни сделала, он не имел права бить тебя, даже если это твой отец. Это неправильная позиция, так не должно быть, ты ведь умная девочка. И часто это происходит?
- Вова, пожалуйста, не надо копаться в этом, иначе ты потонешь вместе со мной и с моими проблемами. Тебе это не нужно, ты не ответственен за меня, понимаешь?
- Да почему ты такая упрямая?! Я пытаюсь помочь тебе, а как только касаются твоих личных проблем, ты выстраиваешь сраную Китайскую стену вокруг себя, да так, что близко не подобраться! Тебе надо перестать бегать от проблем и смотреть им в глаза. И решать их. Твоя жизнь не изменится, если ты будешь стоять на месте...
-Эй-эй-эй, что здесь происходит? Вова, не кричи на неё! – от наших криков проснулась и Мия. Я только сейчас понимаю, что с Евой мне не по пути, она слишком одержима мыслью о том, что несчастна. В ней нет места радости и тем более дружбе. Я молча встаю из-за стола и ухожу с кухни...
От лица Евы.
Тяжелый ком, собравшийся в горле, не позволял мне заплакать, хотя мне очень этого хочется. Я знаю, что Вова прав, но мне тяжело впускать в свою жизнь людей, потому что всё, что я от них получала – это боль.
- Что этот придурок тебе сказал? Ева? – Мия трясет меня за плечо, присаживаясь на корточки передо мной.
- Он не придурок, он не сказал ничего плохого. Правда режет мне глаза, вот и всё. – произношу я и вдруг ко мне возвращается чувство дискомфорта, словно я лишняя и мне здесь не рады. В его глазах я узнала того старого Вову, он посмотрел на меня именно так, как было всегда и это буквально разбивало мне сердце. – Мне пора домой, звонил отец, он потерял меня... - я снова вру, пожалуй, единственной своей подруге и опять ничего не могу с собой поделать. Мне хочется сказать ей, что там – дома меня никто не ждёт, но мне стыдно рассказывать об этом. Семья – это всегда больная тема каждого человека, об этом не болтают с первым встречным.
- Хорошо, я скажу Вове, он отвезёт тебя. – она встает на ноги и я беру её за ногу.
- Не стоит, я доеду на автобусе, все в порядке. – я чувствую, будто не переживу ещё одного такого взгляда со стороны Вовы и это служит мне тревожным звонком о том, что я зашла уже слишком далеко. Так не должно быть.
- Ева, у тебя забинтована нога. Не знаю, что между вами произошло, но ты не поедешь домой одна. – она стоит на своём и уходит из кухни.
- Ты готова? – спрашивает Вова, не смотря на меня, и я молча киваю, поднимаясь с места. Ходить действительно болезненно, но терпимо. Я как хромая кукла ковыляю на выход. Мия помогает мне на лестнице и кладет сумку с вещами и палаткой в багажник. Мы обнимаемся и я благодарю её за этот день после чего сажусь в машину.
Всю дорогу мы ехали молча, и с каждой секундой напряжение все больше нарастало вокруг нас. Ты всегда почувствуешь, когда человек рядом с тобой не хочет общаться, и я не нарушала это желание. Он ни разу не посмотрел на меня и не отпустил ни одной едкой шуточки. Мне было больно, но я держала себя в руках, не зная, что сказать.
Как только его машина остановилась у моего дома, сердце ушло в пятки, и я была готова отдать всё, что у меня есть, лишь бы ещё пару минут посидеть в машине. Знаете, это ужасное чувство, когда все было хорошо и вдруг все снова стало, как прежде. Дрожащей рукой я открыла дверь машины и почти вышла из неё, но что-то во мне переклинило и я села обратно:
- Когда мне было три, моя мама умерла, у неё начались серьезные проблемы со здоровьем, когда я родилась. Отец делал всё возможное, чтобы удержать её, потому что безумно любил, но этого оказалось не достаточно и мама умерла. Отец долго не мог смириться с потерей, а вскоре начал винить меня в смерти мамы. Лет в восемь, он сказал, что когда смотрит на меня, видит её и не может принять тот факт, что вместо неё теперь я. Что я забрала её жизнь. С рождения я живу с чувством вины за смерть мамы, хоть и понимаю, что вины нет. Отец ненавидит меня и поэтому часто срывается на мне, бьёт меня и буквально выживает из дома. Я работаю 7 дней в неделю, чтобы накопить на съёмную квартиру в будущем. Я постоянно учусь, потому что единственный шанс начать жить свободно, это уехать в другой город учиться. Потому что каждый свой день я живу, как в страшном сне. Я не хочу обсуждать свои проблемы, потому что мне становится очень больно, когда я о них думаю и я... - я не успеваю договорить, потому что меня крепко сжимают в объятиях. В нос ударят запах его одеколона и слезы капают на его толстовку.
- Прости меня...- его шепот мурашками отдаётся по телу и я растворяюсь в его руках. Я чувствую безграничное облегчение от того, что нашла в себе силы поделиться с кем-то своими проблемами. Возможно, я пожалею об этом, но я сделала первый шаг к новой жизни и это радует меня, несмотря на всю ту боль, что варится внутри меня. Он отстраняется от меня и закрывает дверь машины.
- Мы едем обратно, я не пущу тебя туда.
- Что? Нет, я не могу...- он игнорирует меня и разворачивает машину в обратном направлении. – Вова, у меня же нет одежды, учебников... Нам завтра в школу!
- Я тебя умоляю, возьмёшь мои учебниками, как будто я ими пользуюсь. А с одеждой мы по-моему выяснили твой размер. – я не могу сказать, что рада, потому что теперь мне будет казаться, что он из жалости делает все это...- Ева, я серьезно. – его голос меняется и он смотрит на меня. – Я не пущу тебя туда. Я делаю это не потому что мне тебя жаль, хотя, конечно, мне тебя жаль, но мною движут чувства, понимаешь? Ты...мой друг. Я хочу помочь тебе, мне не все равно на твои слова. Я хочу, чтобы ты позволила мне помочь тебе. Попробуй довериться, я постараюсь не потерять твоё доверие, правда. – он звучит крайне искренне и не понимает, что я уже давно доверилась ему. Ещё в первый день нашего общения...
Утро началось прекрасно, потому что я проснулась в мягкой кровати и моя спина впервые не болела после сна. Вова разбудил меня в семь утра:
- Как ты, одноногий капитан? – его шутки с раннего утра заставляют меня улыбаться.
- Если честно...просто отлично. У вас такая мягкая постель, мне не хочется из неё вылезать. – я потягиваюсь на мягкой простыни, которая пахнет лавандой и зеваю. В этот момент Вова кладет мне палец в рот, от чего я начинаю смеяться. – Ты что творишь? Фу-у! Бог знает что ты делал с этими пальцами!
- Как раз только что в попе ковырялся! – дразнит меня парень и я не удержалась от того, чтобы стукнуть его подушкой.
-Гадость!
- Сама такая! У тебя вообще зубы не чищенные! – он находит к чему придраться и тычет в меня пальцем.
- Я только что встала! – защищаюсь я, но это бесполезно.
- Да-да-да, грязнуля! Иди помойся! – он продолжает бесить меня, стоя на расстоянии двух метров, потому что понимает, что я не могу бегать за ним. Именно поэтому я решаю не обращать на него внимания и иду мимо в ванную комнату.
Это странное чувство, я словно иждивенец здесь. Неловко и неудобно от осознания того, что я приношу неудобства и пользуюсь их гостеприимством, но с другой стороны, Вова сам настоял на этом.
- Не дуйся, принцесса! – кричит мне в спину Вова. Мне нравится, когда он так называет меня, но я не хочу это признавать.
-Не называй меня так!
-Хорошо, Замухрышка, больше не буду. – ехидничает парень, вынуждая меня показывать неприличные жесты. – Ах! Это что такое было! – кричит в удивлении парень, когда я скрываюсь за дверью ванны.
Мы дружно позавтракали и втроем отправились в школу, Вова завёз сначала Мию, а потом мы отправились на уроки.
- Ты помнишь, что мы сегодня занимаемся?
-Помню, после школы у нас дома и позанимаемся.
- Вова, я же не могу жить у вас. – улыбаюсь я. – И после школы у меня работа.
- Можешь, родители вернуться в конце месяца только, а потом что-то придумаем. А на счёт работы: может, ты возьмёшь сегодня отгул? Или тебя подменят?
- Мне не хочется пропускать работу сегодня, тем более только половина смены.
- Ну смотри, если что, позвони, я заберу тебя после работы. – я не могу перестать улыбаться, потому что этот разговор похож на диалог двух влюбленных людей, которые заботятся друг о друге. Я благодарю его и вижу, как мы приближаемся к школьной парковке, на которой умещается максимум пять машин.
Ладони начинают потеть и я осматриваюсь по сторонам, чтобы понять, не увидит ли нас кто-то вместе.
- За тобой следят?
- Что?
- Ты чего оглядываешься.
- Если нас увидят вместе, поползут слухи. – я вжалась в кресло и натянула на голову капюшон, от чего Вова начал смеяться.
- Прекрати думать о других. – он стянул с моей головы ткань и обошел машину, чтобы открыть мне дверь. Я быстро выскакиваю из машины и ускоренно двигаюсь в сторону входа, как вдруг меня хватают за талию и перекидывают через плечо.
- Вова! Ты что делаешь? А ну поставь меня на место! – я как игрушка болтаюсь на его плече. Теперь разговоров точно не обойти.
- Тогда иди рядом со мной, а не убегай, как от маньяка какого-то, поняла? – я дуюсь и молчу, после чего чувствую хлопок по мягкой части тела.
- Ты что творишь? Эй! Не трогай её! – он резко спускает меня с плеча на землю и держит за руку, чтобы я не потеряла равновесие.
- Всё, не кричи. – он закидывает руку мне на плечо и прижимает к себе. Это могло бы выглядеть мило, если бы я не была ниже его на пару голов.
Когда мы с Вовой зашли в класс истории, я почувствовала себя максимально не уютно и скованно. Моё похрамывание не осталось без внимания преподавателя:
-Ева, что с вашей ногой?
-На ветку наткнулась в лесу во время похода. – я вру, потому что мне совсем не хочется устраивать новые разборки, я осталась жива, а это главное.
-Что же ты так не аккуратно,-театрально спрашивает Снежанна, подперев подбородок кулаком.
-Да она просто по жизни лох, вот и находит вечно проблемы на свою задницу,-проговаривает Ксюша и они со Снежанной хихикают. Им делают замечание, но для них это ничего не значит.
-Итак, начнем наш урок с опроса по датам. Вова Короленко, ты выучил? – я смотрю на Вову, который начинает что-то мямлить. Я стукаю себя по лбу ладонью, понимая, что он так ничего и не выучил. – Вы начали заниматься с Евой? Ваша классная руководитель предупредила меня. – Вова кивает головой. – Замечательно, тогда будь добр, собери свои вещи и переезжай к ней за парту, я дам вам задание, в конце урока спрошу тебя. – парень встает из-за парты с Никитой и молча уходит ко мне.
- Соскучилась? – ехидничает Вова, подмигивая мне, от чего я закатываю глаза.
-Безумно...
Весь урок я помогала Вове составить план по периоду правления Александра Первого и результатом оказалась исправленная отметка в журнале. Парень гордился собой и даже станцевал победный танец на перемене, после чего убежал на улицу курить.
- Золотце, притормози! – я чувствую, как меня хватают за руку, когда я поднимаюсь по лестнице.
- Что тебе нужно, Снежанна? – раздражение в моем голосе было очевидным и я не стремилась скрыть его.
- Послушай, прекрати трепать мне нервы. Может заключим сделку, ты оставляешь в покое Вову, а я, в свою очередь, тебя. Ты действуешь мне на нервы, из-за тебя я хмурюсь, а мне морщины не идут.
-Я не могу с ним не общаться, мне нужно подтянуть его в учебе. – напоминаю я.
- Вот и занимайся с ним только учёбой.
- Снежанна, я сама решу, с кем мне общаться, а с кем нет, ты не владеешь мной. – я противостою ей и она открывает рот в удивлении.
- Надо же! Так-так-так... - Снежанна начала обходить меня вокруг, как в фильмах и это выглядело очень нелепо, поэтому я не сдержала улыбки. – Смотри ка, пообщалась один день с Королём и решила, что место королевы достанется тебе? Детка, спустись с небес, на которые тебя вознёс этот парень. Он разобьёт тебе сердце... - едко подмечает девушка и касается моих волос.
- Это очень мило, что ты беспокоишься за меня, но я переживу.
- Послушай, ты утомляешь меня. – театрально вздохнув, произносит Снежанна. – Я хотела по-хорошему, но видимо придётся рассказать твоему отцу пару интересных фактов, которые ты тщательно скрываешь от него... - шепчет она, наклонившись к моему уху. – Поэтому советую тебе хорошенько подумать, предложение действует до конца этого дня. Чао, крошка! – он резко толкает меня, от чего я запинаюсь о ступеньку и лечу вниз по пролёту. – Упс! Извини, я не хотела! Как твоя нога? – кричит Снежанна, свисая с перил на втором этаже.