Вспышка взаимности
Глава 4
Пока Викса в оцепенении сидела в машине Майкла, медленно приходя в себя после пережитого ужаса, Элеонора наслаждалась самым счастливым вечером своей жизни. Она была в общежитии Джека, куда они поднялись после кофейни, чтобы «посмотреть фильм», хотя оба прекрасно знали, чем это закончится.
Джек Райсон был самым очаровательным парнем на курсе. Он был высоким и сильным, но в то же время нежным. Его зеленые глаза, о которых Викса так мечтала для своего героя, в случае Джека светились от искренней симпатии к Элеоноре.
Они сидели на стареньком диване в комнате Джека. На экране телевизора шёл какой-то боевик, но оба давно перестали следить за сюжетом. Элеонора, такая уверенная и напористая на волейбольной площадке и в жизни, рядом с Джеком чувствовала себя просто девушкой, которую любят. Это было пьянящее чувство.
— Знаешь, — тихо сказал Джек, откладывая пульт, — мне нравится, что ты не похожа на других девушек. Ты всегда точно знаешь, чего хочешь, и не боишься это взять.
Элеонора улыбнулась, прижимаясь к его сильному плечу. Она знала, что её прагматизм и целеустремленность, которые так раздражали Виксу, были именно тем, что привлекало немного нерешительного Джека.
— А ты мне нравишься, потому что ты настоящий, — прошептала она, поднимая голову и глядя в его глаза. — Не прячешься за высокомерием, как… некоторые.
Они говорили о Майкле и Виксе.
— Мне жаль, что Виксе так тяжело, — сказал Джек, нахмурившись. — Но Майкл всегда был замкнутым, он не ищет драм. Я думаю, она напрасно тратит силы.
— Вот именно, — кивнула Элеонора. — Я ей сказала, что надо просто переключиться. Если она хочет счастья, она должна сама за ним выйти. Как я.
Сказав это, она поняла, что хочет не просто разговора. Она хотела доказать, что её путь — путь действия и взаимности — единственно верный. И Джек, который смотрел на неё с такой нежностью, был живым подтверждением её правоты.
Между ними возникло то напряжение, которое невозможно игнорировать. Та самая «вспышка». Это было не мучительное ожидание, как в случае Виксы, а взрыв взаимного желания, назревавший с первой недели их знакомства.
Джек осторожно убрал прядь золотистых волос с её лица. Он был баскетболистом, и его руки были сильными и немного шершавыми, но его прикосновение было невероятно нежным.
— Элеонора, — его голос был хриплым. — Мне кажется, я в тебя влюблён.
Элеонора рассмеялась от счастья. Это не была нервная дрожь или сомнение, это была чистая, неподдельная радость победы.
— Мне не кажется, Джек. Я уверена, — ответила она, и впервые за вечер в её голосе не было ни капли прагматизма, только чистые, горячие чувства.
Она сократила последние дюймы, разделявшие их. Их поцелуй был страстным, долгим, полным той самой взаимности, о которой Викса могла только мечтать. В этом поцелуе не было места боли, драме или сомнениям. Была только вспышка — мгновенное подтверждение того, что их чувства совпали идеально.
На полу валялся забытый пульт, фильм шел без звука, а мир вокруг них сузился до размеров маленькой комнаты Джека. Элеонора чувствовала себя на вершине мира. Её жизнь была идеальной, её любовь — взаимной, а её счастье — неоспоримым.
Она понятия не имела, что в этот самый момент, всего в нескольких кварталах отсюда, её лучшая подруга сидит в шоке после того, как едва не лишилась жизни, и что только вмешательство Майкла спасло Виксу от трагедии. Элеонора была слишком занята тем, что выигрывала свою любовную игру.
Она полностью, абсолютно, забыла о Виксе.