Тихое пристанище
Глава 7
Прошел еще один месяц, и мир перевернулся. Если раньше отношения Виксы и Майкла были полем боя, а Элеоноры и Джека — сияющим примером взаимности, то теперь всё стало ровно наоборот.
Тихое Пристанище Виксы и Майкла
После того двойного свидания, которое закончилось болезненным разговором (Глава 6), в их отношениях наступил перелом. Майкл, наконец, осознал: его отстраненность и обида Виксы на прошлое были неразрывно связаны. Он перестал пытаться «доказать» свою любовь, а просто начал любить.
Он стал более открытым, перестал бояться говорить о своих чувствах. А Викса, почувствовав его искреннюю, не вызванную виной привязанность, смогла, наконец, отпустить страх. Она перестала ревновать, прекратила анализировать каждое его слово.
Их отношения обрели долгожданный комфорт и уют. Их комнаты в общежитии, ранее наполненные тревогой, стали их тихим убежищем. Они перестали сравнивать себя с другими, наслаждаясь своей уникальной, выстраданной близостью.
Они сделали большой шаг: завели котенка. Нашли маленького рыжего пушистика под дождем возле кампуса и, не сговариваясь, назвали его Габи. Габи не просто скрашивал их дни, он стал символом их нового, общего мира. Забота о маленьком, беспомощном существе заставила их действовать как настоящая семья. Споры о том, кто чистит лоток, быстро уступали место нежным моментам, когда они оба, свернувшись калачиком на диване, смотрели, как Габи гоняется за солнечным зайчиком.
Впервые в жизни Викса почувствовала себя не просто любимой, а нужной и защищенной в самом лучшем смысле этого слова. Майкл больше не был отстраненным героем. Он был её Майком, тем, кто пел ей тихие песни и обсуждал планы на будущее.
Планы были амбициозными. Они начали собирать на дом, или, по крайней мере, на съемную квартиру с двумя спальнями, чтобы съехаться на втором курсе. Этот проект стал их общим вдохновением, их мечтой.
Громкий Крах Элеоноры и Джека
В то же время, безупречный фасад отношений Элеоноры и Джека начал трещать по швам. Их роман, основанный на мгновенной вспышке и внешней идеальности, не выдержал проверки бытом и, главное, скрытностью.
Ссоры, которых Викса никогда не могла представить в их паре, стали обыденностью. Начались они с мелочей: опозданий Джека на свидания, его невнимательности. Но вскоре проблема стала серьезнее.
Джек начал скрывать свой телефон. Раньше это было совершенно неважно; они могли свободно брать телефоны друг друга. Теперь же, когда звонил телефон Джека, он демонстративно уходил в другую комнату, а если Элеонора подходила, он тут же прятал экран.
Элеонора, привыкшая контролировать ситуацию, была в ярости и растерянности. Её прямолинейный подход, который сработал для "завоевания" Джека, теперь был бесполезен.
Кульминацией стало то, что Джек начал уходить на целые ночи. Его объяснения были туманны: "проблемы в команде", "ночные тренировки", "срочные дела". Но они звучали неправдоподобно.
Однажды ночью Элеонора проснулась в пустой постели. Сообщение от Джека, пришедшее в 3:00 ночи: "Не жди, занят". Утром он вернулся, усталый, с запахом чужого парфюма.
— Где ты был? — голос Элеоноры был тих, но опасен.
— Тебе не нужно знать, — жестко отрезал Джек. В его зеленых глазах, которые раньше смотрели на неё с такой нежностью, теперь читалось раздражение и глухая вина.
Элеонора поняла, что её "идеальная простота" была лишь иллюзией. Джек, тихий и нежный, оказался человеком, способным на двойную жизнь. Она, та, которая учила Виксу не драматизировать, теперь была поглощена своей собственной, невыносимой драмой.
Она пришла к Виксе — не за советом, а просто чтобы поговорить.
— Викса, — начала она, с трудом сдерживая слезы. — Джек… он такой чужой. Я не понимаю, что произошло. Ты же говорила, что Майкл замкнутый... но Майкл сейчас такой хороший. А Джек...
Викса молча протянула ей чашку чая. Рядом, на подушке, сладко посапывал Габи. Викса не стала произносить банальных фраз о том, как Элеонора была неправа. Она просто обняла подругу.
Теперь Викса была в силах спасать. Но она знала, что спасти можно только того, кто готов сам выбраться из беды. И Элеоноре только предстояло пройти свой путь к осознанию, что идеальных отношений не существует.