Подружка детства

Дядя Коля приехал какой-то нервный и не довольный, давно я его таким не видела. Сделав себе кружку горячего шоколада, я поднялась в комнату, чтобы не мешать.

Я не знаю, сколько прошло времени, но за окном уже стало смеркаться. За мыслями о том, что было некоторое время назад, я даже забыла про горячий напиток в руках.

Жалею ли я о том, что поцеловала Егора? Нет, но я рада, что нас прервал дядя Коля.

Я не знаю, насколько далеко мог зайти Егор, а самое страшное, я не знаю, как далеко могла бы зайти я. Больше всего страх навеивает незнание. Я не знаю, что будет дальше. Что будет с нашей дружбой, и как вообще общаться теперь с ним. Раньше в подобных ситуациях рядом всегда была мама, а сейчас она очень далеко от меня.

— Да мамочка. — ответив на телефонный звонок, я поднялась с кровати и вышла из комнаты.

В квартире стаяла полная тишина, пройдя на носочках по второму этажу, чтобы никого не разбудить. Пройдя по первому этажу, я зашла на кухню и, поставив кружку на столешницу, включила свет.

— Мамуль у меня, правда, все хорошо. А голос... я просто устала, вот и все. — устало выдохнув, я вылила содержимое кружки в раковину, и сполоснув кружку, оставила ее на сушилки.

— И я вас люблю, спокойный ночи. — оставив телефон на барной стойке, я остановилась возле окна. Взгляд упал на белый круг среди черного неба. Полнолуние.

Люблю я цепи синих гор,

Когда, как южный метеор,

Ярка без света и красна

Всплывает из-за них луна,

Царица лучших дум певца

И лучший перл того венца,

Который свод небес порой

Гордится, будто царь земной.

На западе вечерний луч

Ещё горит на рёбрах туч

И уступить всё медлит он

Луне — угрюмый небосклон...

С пяти лет люблю наблюдать за полнолунием. В этом есть что-то таинственное, магическое... я бы даже сказала мистическое. Люблю мистику.

Дыхание перехватывает, когда на живот ложится мужская рука. Закрыв глаза, я тяжело вздохнула, поджав губы.

— Вообще-то ты меня напугал. — пытаюсь спокойно сказать я, но с губ срывается нервный шепот. Я попыталась убрать руку Егора, но он усилил хватку, сильнее прижимая меня к себе.

— Успокойся, — тихо прошептал на уровне моего уха Егор, едва касаясь его своими губами, — все нормально. Скажи, ты считаешь то, что произошло ошибкой? — так же тихо спросил Егор, положив подбородок на мое плече.

Считаю ли я произошедшие ошибкой? Нет, однозначно нет...

— Егор... пожалуйста, — не дав мне закончить, Егор перебил меня расслабляя хватку.

— Понятно. — хмыкнул он, убирая руку и немного отстраняясь. — Спокойной ночи малая.

— Стой. — шаги за спиной утихли, и в кухни повисла тишина. Егор стоит спиной ко мне, нервно сжимая руки в руки в кулаках. — Я не считаю наш поцелуй ошибкой... Я... я просто... господи, какая же я дура. — нервно выдохнув, я повернулась к окну, поджав губы, не позволяя эмоциям взять вверх. И когда я успела стать такой сентиментальной... Сентиментальная дура.

Руки Егора сжались я на моих плечах и уже через несколько секунд, я оказалась развернутой лицом к Булаткину. Руки Егора покоились на моей талии, когда мои, в свою очередь упирались в мужскую грудь.

— Мне страшно Егор... Я боюсь того, что будет дальше. — тихо прошептала Ангелина смотря мне в глаза.

— Тебе нечего боятся малышка. Дальше будет счастье, это я тебе обещаю! — проговорив, я приблизился к ее губам, я чувствовал, как она стала тяжело дышать, и само дыхание стало чувствоваться на моих губах. И в этом момент я не выдержал, подавшись вперёд, я накрыл своими губами губы девушки. Пару минут Ангелина не отвечала мне, но после она положила свои ручки мне на шею, а после стала медленно отвечать мне.

Этот поцелуй был не таким как первый. Он был нежным, медленным. Каждый из нас пытался передать те чувства, которые так долго таились внутри нас.

Прикусив губу Шульц, оттягиваю её на себя, чтобы Ангелина приоткрыла свои сладкие губки. От касания наших языков, малышка издала слабый стон, который практически не был слышен. Шульц очень аккуратно и робко отвечала мне, а это значит, что она не так часто практиковалась в таких поцелуях. Интересно она вообще целовалась так с кем-нибудь?

Мысль о том, что я могу стать первым мужчиной, поглощала сильнее с каждой секундой поцелуя. Чтобы не перейти границу и не сорваться окончательно, я отстранился от ее губ, соприкасая наши лбы. Она также тяжело дышала, как и я, и смотрела в мои глаза. Прошептав тихое люблю, я оставил легкий поцелуй на виске Шульц, поглаживая по спине.

— Пошли спать, ммм... — молча кивнув в ответ, Ангелина взяла меня за руку и потянула следом за собой.

Шульц затащила меня в свою комнату, что мне немного напрягло. Прочитав на моем лице немой вопрос, Ангелина выдала ухмылку, растянувшись в улыбке.

— Нет Булаткин, того, что ты там себе успел нафантазировать не будет. — выдала смешок. — Я просто не хочу оставаться сейчас одна, полежишь со мной.

Услышав такую просьбу, я искренне улыбнулся и, отпустив руку Ангелины, закинул ее на плече, сделав несколько оборотов вокруг себя. Шульц начала заразительно смеяться, но быстро успокоилась, начав легонько колотить меня по спине.

— Если сейчас не поставишь меня на ноги, то мы разбудим дядю Колю... — прошипела малышка, начиная дергать ногами.

Подкинув Шульц на плече, девушка замерла, чем заставила меня выдать смешок. Положив Ангелину на кровать, я навис сверху нее, наблюдая за тем, как девушка переводит взгляд на мои губы, прикусывая свою нижнюю губу.

Сжав в руках талию Шульц, я начал медленно приближаться к ее губам. Ангелина прикрыла глаза, начиная тяжело дышать. Тиха ухмыльнувшись, я навесом коснулся ее губ, тихо прошептав: — Секса не будет. — растянулся в улыбке я, наблюдая за реакцией малой.

Шульц растянулась в улыбке, после чего не открывая глаз, начала смеяться.

— Раздевайся, герой-любовник... — ухмыльнулась Ангелина, щелкнув мне по носу.

Уткнувшись лицом в мою грудь, девушка потерлась носиком о мою грудь, чем вызвала улыбку на моем лице. Обняв Шульц двумя руками, я зарылся носом в ее волосы и погрузился в сон.

Перестав чувствовать рядом собой тепло, я зажмурился и медленно открыл глаза. Повернув голову на бок, я увидел, что девушка, с которой я вчера заснул, отвернулась ко мне спиной и продолжала сладко спать. Я улыбнулся и повернулся к ней боком, придвинувшись к малышке ближе, я обнял ее за талию, зарываясь своим носом в ее волосы. Годы идут, а запах, все тот же. Прикрыв глаза, в моей голове вспыхнула картинка вчерашнего поцелуя, от чего я заулыбался шире.

Отстраниться от маленькой меня заставил телефон, вернее его вибрация. Взяв телефон с тумбочки, на экране большими буквами красовалась подпись «Тимур», ох, и не к добру это.

Аккуратно поднявшись с кровати, чтобы не разбудить маленькую, я принял сидячие положение, проведя по волосам рукой, принял входящий вызов.

— Да? — тихо спросил я, и поднявшись с кровати, укрыл Шульц одеялом.

Дальше разговор продолжился в моей комнате. Как я уже и говорил, ранние звонки Тимура ничем хорошим не заканчиваются. Минут десять Тимур втирал мне какую-то дичь про газету и журналистов, но в конечном итоги психанул и сказал приехать сегодня в офис.

Дальше утро шло как обычно: душ, гардеробная, кухня.

Надев синие драные на джинсы, белую удлиненную футболку и прихватив с собой джинсовую куртку в цвет к штанам. Спустился на кухню, где уже за столом сидел папа.

Позавтракав и поговорив с папой, я оставил записку малой, и покинул приделы квартиры. Посадив папу на самолет, я отправился в студию, где меня уже ожидал Тимати.

Устроившись на мини диванчик в кабинете, я принялся слушать Тимура, который начал рассказывать о статье в интернете, об интервью Одинцовой и о совместных фотографиях, жестикулируя руками.

— ... ты хоть понимаешь, что если блять она свой словесный понос не прекратит, то пресса такой гул подымет, что мы заткнуть их не сможем.

— Слушай, это все полнейший бред... — бегая глазами по строчкам интервью, проведя пальцем по телефону, появились фотографии 18+ с наши участием, отчего мои глаза поползли вверх. — Это не наши фотографии... Это все хуев фотошоп, и я найду этого гребаного фотошопера и отфотошоплю ему лицо.

— Только хуже сделаешь...

— Ну, а что ты предлагаешь? — спросил я, проведя рукой по лицу.

— Ангелина, когда собирается назад? — подняв взгляд на Тимура, я заметил его задумчивый взгляд. И кажется начинаю понимать что он хочет.

— Предлагаешь играть на опережение... — встретившись с взглядом, мы ухмыльнулись, понимая друг друга с полу взгляда.

По пути домой я заехал в детский магазин за плюшевым медведем и в цветочный за желтыми розами. Собирая букет из роз, женщина средних лет, отговаривала меня от покупки этих цветов, предлагая собрать букет из красных или светло розовых роз.

— Молодой человек, может все-таки не стоит брать любимой девушке желтые розы, — склонила голову набок женщина, взяв из ведра еще несколько роз, — многие дамы сильно расстраиваются, получив букет этого цвета. Желтые розы считаются предвестниками скорой разлуки с любимым или измены с его стороны.

— Простите, но я не могу с вами согласиться. — рыжеволосая уговаривала меня на протяжении тридцати минут оставить эту идею, но я лишь отрицательно помотал головой, погружаясь в воспоминания. Желтые розы — это единственные цветы, которые она любит.

Пять лет назад:

Сегодня было день рождения малой. Сначала тетя Лена заставила всех сесть за стол и покушать, после чего отпустила гулять, при условии что через час мы вернемся на чай с тортом. Этот день пролетел незаметно не только для Ангелины, но и для меня. Целый день мы большой компанией гуляли по Пензе, катались на каруселях в парке, на катамаранах по озеру, даже успели искупаться.

К вечеру гости малой разошлись, и в доме остались только мы, наши родители и Ангелинина бабушка и дедушка. Поля с Дашкой и Ромой свинтили посреди вечера неизвестно куда, хотя Рома — известно, он еще вчера рассказывал, про девушку с которой не давно познакомился.

Затащив последние коробки с подарками в комнату, поставил их на пол возле кровати, принимая лежачие положение. Через пару минут в комнату зашла Ангелина с цветами в большой вазе.

Поставив вазу на стол, Ангел вдохнула аромат цветов и закрыв глаза расплылась в улыбке.

— Почему ты любишь желтые розы? В интернете пишут, что желтые розы это признак разлуки и измены...

— Что за бред... — выдала смешок Ангелина, достав из шкафа шорты и футболку. — Расстегни... — приняв сидячие положение, я взялся за язычок собачки и провел его вниз.

— Спасибо... — скрывшись за дверью в ванной, Ангелина переоделась и выйдя обратно комнату, положила голубое платье на диван. — Нельзя верить всему, что пишут в интернете. — малышка легла рядом со мной на кровать, сразу перевернувшись на живот. — Желтый цвет означает радость, дружбу, уважение. Золотистый цветок выражает исключительно позитивные эмоции, он не может иметь ни малейшего отношения к разлуке или измене. Цвет солнца символизирует собой счастье, создает позитивный настрой. — закончила свою «лекцию» Ангелина уже находясь в сидячем положении, когда моя голова в свою очередь покоилась на ее ногах.

— Малая, откуда ты все это знаешь? — улыбнулся я, немного поморщив нос, когда Шульц провела начала массировать мои волосы.

— Йогурт, ты такой смешной, — улыбнулась малая, показывая свои обворожительные ямочки на щечках. — Не забывай, что моя бабушка филолог... Один из лучших между прочем. — ухмыльнулась Ангелина, щелкнув мне по носу. Ухмыльнувшись ей в ответ, я перевернул ее на кровать, положив на спину и нависнув сверх, начал щекотать. Комнату тут же заполнилась смехом и визгом.

— Добавьте пару фиалок еще, пожалуйста. — улыбнулся я, и расплатившись за букет, отправился в машину. Сфотографировав игрушку с цветами, я выложил фото в сторис, молясь о том, чтобы малая не увидела его раньше времени.

Сделав глоток кофе, я поставила чашку на подоконник, продолжая, смотреть в окно погружаясь в мысли. За размышлением о будущем, я даже не сразу заметила, как кто-то появился в квартире.

— Малая... Эй... Пс... Малышка... — повернувшись на кашель, я замерла с широко раскрытыми глазами. В проходе комнаты стоял Йогурт, держа в одной руке огромный букет цветов, а другой большого плюшевого медведя. Закрыв рот ладошкой, я растянулась в улыбке, а слезы на глазах так и начали наворачиваться.

— Ты больной?

— Нет, влюбленный! — ухмыльнулся Егор, расплываясь в улыбке. Сентиментальная дура. Уже какой раз отмечаю для себя. Посадив медведя на пол и положив на него цветы, Егор подошел ко мне, крепко прижимая к себе.

— Малышка, переставай плакать, — тихо прошептал Егор, прямо возле ушка, — ты же знаешь, что я не знаю, что с тобой делать, когда ты плачешь...

— За то я знаю... — ухмыльнулась я, и поднявшись на носочки, накрыла губы Егора, своими.