Глава 11: Крещение огнем
Решение пришло не как озарение, а как приговор, оглашенный усталым, обезличенным голосом командира. Стоя в безупречном строю выпускников, Шарла не слышала ни пафосных речей, ни торжественных клятв. Она слышала только биение собственного сердца – гулкое, как барабанная дробь перед казнью.
Распределение. Сейчас.
Она знала, что произойдет. Знала имена, места, цифры. Эрен, Микаса, Армин – в топ-десяти. Она сама – где-то в середке, неприметная серая мышь, чье имя никто не запомнит. И это было ее спасением. До сегодняшнего дня.
«По итогам финальных экзаменов и рекомендаций инструкторов, следующим кадетам предоставляется право выбора военного гарнизона!» – голос командира резал воздух, словно клинок.
Один за другим, лучшие из лучших делали шаг вперед, называя свой выбор. «Военная полиция!» – звонко выкрикивал кто-то, и по строю пробегал завистливый шепоток. «Гарнизон!» – слышалось еще чаще. Это был выбор разума, выбор жизни.
И вот – его очередь.
«Эрен Йегер!»
Он шагнул вперед, его поза была вызовом всему миру. «Разведывательный корпус!» – выпалил он, и в наступившей тишине его слова прозвучали как выстрел.
За ним – Микаса. Без тени сомнения. «Разведывательный корпус».
Потом – Армин. Его голос был тише, но тверд. «Разведывательный корпус».
Шарла закрыла глаза. Вот он, момент. Точка бифуркации ее личной истории. Можно было выбрать гарнизон. Стену. Относительную безопасность. Прожить свою украденную жизнь тихо, в тени, пока другие умирают за ее пределами.
Но что это была бы за жизнь? Жизнь в вечном страхе, что однажды Стена падет? Жизнь в вечном чувстве вины, что она, зная всё, спряталась за спины тех, кто не знал ничего? Жизнь в ожидании, пока ее друзья – Саша, Конни, даже подозрительный Эрен и пронзительный Армин – превратятся в имена на мемориале?
Она сделала шаг вперед. Ноги были ватными, горло пересохло.
«Шарла!» – крикнул командир, сверяясь со списком.
Она вдохнула. Глубоко. И выдохнула свое проклятие и свое спасение.
«Разведывательный корпус».
Тишина в строю стала еще громче. Кто-то недоуменно ахнул. Эрен бросил на нее быстрый, оценивающий взгляд – в нем читалось нечто среднее между уважением и еще большим подозрением. Зачем тебе это, странная тихоня? Армин не смотрел на нее, но она видела, как его плечи слегка напряглись. Он понял. Это был не порыв. Это было решение.
А потом, сзади, раздался всхлип, и чьи-то руки обхватили ее сзади.
«И я! И я с тобой!» – прошептала Саша, прижимаясь к ее спине мокрой от слез щекой. – «Не поеду одна в эту дурацкую полицию!»
И вот они здесь. За Стеной.
Ветер. Вот что поражало больше всего. Не его сила, а его свобода. Он гулял по бескрайним зеленым равнинам, качал верхушки исполинских деревьев, свистел в ушах, натягивал плащи. Он был полной противоположностью спертому, затхлому воздуху Шиганшины, тесным переулкам и давящим каменным стенам. Этот ветер пах пыльцой, влажной землей и далекой-далекой опасностью.
Шарла сидела в седле, сжимая в потных ладонях поводья. Под ней лошадь, живое, трепетное существо, нервно перебирала копытами. Они двигались колонной, отработанным клином, который должен был минимизировать потери при встрече с титаном. Впереди, на своем знаменитом черном жеребце, ехал сам Леви Акерман. Его спина была прямой, поза – расслабленной, но каждый мускул, казалось, был натянут как струна. Он был воплощением готовности. Она – воплощением страха.
Они углубились в лес. Солнечный свет, пробиваясь сквозь густую листву, рисовал на земле движущиеся пятна. Было тихо. Слишком тихо. Только топот копыт, фырканье лошадей да скрип кожи.
И тогда она почувствовала это. Не звук. Не запах. Нечто иное – смутное, щемящее чувство в глубине сознания. Дежавю.
Она знала этот поворот. Знавала этот гигантский дуб с раздвоенным стволом. Она видела его десятки раз на экране своего ноутбука, в потрепанном манга-томике, в аниме-сериале. И она знала, что должно произойти.
«Титан! Пятиметровый! Справа!» – крик дозорного прозвучал именно тогда, когда она его ожидала.
Хладнокровие, которое она в себе не подозревала, накрыло ее с головой, словно ледяная вода. Паника была, да, она сжимала ее горло, но поверх нее легла странная, отстраненная ясность. Она видела, как из-за деревьев показалось это жуткое, вечно улыбающееся лицо. Как оно, нелепо семеня, устремилось к колонне.
Она видела, как отряд Леви, словно хорошо отрепетированный балет, начал маневр. Как они, не сбавляя хода, выстрелили крюки, взмыли в воздух, обогнули титана и, словно стая хищных птиц, впились ему в шею. Быстро. Чисто. Без потерь.
Это было именно так, как она помнила. И этот «просмотренный заранее» ужас был в тысячу раз страшнее, чем если бы он был настоящим, неожиданным.
Они проскакали мимо, оставив за спиной медленно испаряющееся тело. Никто не смотрел на нее. Все были сосредоточены на своем деле. Все, кроме Армина. Он ехал чуть впереди и слева, и в тот момент, когда раздался первый крик, он обернулся – не на титана, а на нее. Всего на секунду. И в его взгляде она прочитала вопрос: «Ты это знала?»
Она отвела глаза.
Час спустя они выехали из леса. Впереди лежала заброшенная деревня – их первая цель для пополнения запасов. Полуразрушенные домики, пустые глазницы окон, безлюдные улицы. Колонна замедлила ход.
И тут ее накрыло с новой силой. Вот тот сарай с покосившейся дверью. Возле него должен был прятаться тот самый шестиметровый... Нет. Она сжала поводья, заставляя себя дышать. Она не могла знать таких мелочей. Ее память была забита глобальными событиями, а не судьбой каждого рядового титана.
Но когда из-за угла ближайшего дома, ломая забор, действительно показался шестиметровый уродец, ее сердце не дрогнуло. Только похолодело. Это было похоже на кошмар, в котором ты понимаешь, что спишь, но не можешь проснуться.
«Отряд! В боевую формацию! Приготовиться к атаке!» – скомандовал кто-то.
Шарла увидела, как двое новобранцев, мальчик и девочка, застыли в ужасе, не в силах сдвинуться с места. Титана приближался к них, его длинная рука потянулась, чтобы схватить.
И тут случилось нечто, чего не было в ее «сценарии». Один из солдат, пытаясь зайти титану в спину, слишком резко дернул за трос. Трос, перетертый о край черепичной крыши, лопнул с сухим щелчком. Солдат с коротким вскриком полетел вниз, прямо на пути у титана.
Реакция Шарлы опередила мысль. Она не помнила этого эпизода. Значит, это – настоящее. Ее настоящее.
«НЕТ!» – ее собственный крик оглушил ее.
Пальцы сами нашли спусковой крючок. Ноги оттолкнулись от седла. Мир сузился до точки: до летящего вниз товарища и до уродливой руки, тянущейся к нему. Она не думала о маневрах, о технике. Думала только: «Не дать».
Ее крюки впились в стену дома рядом. Она рванула на себя, перезарядила и выстрелила снова, описывая короткую, рискованную дугу. Газовая струя вышла с шипением. Она оказалась между падающим солдатом и титаном.
Ее лезвие, дрогнув в неуверенной руке, не попало в шею. Оно вонзилось титану в плечо, отсекая кусок мяса. Это не было убийством. Это было отвлечением.
Титан, словно раздраженная муха, отвлекся от своей цели и повернул к ней свою идиотскую улыбку. Его рука рванулась к Шарле. Но этой секунды хватило. Другие солдаты, опомнившись, обрушились на него сверху, и через мгновение голова гиганта, истекая паром, с грохотом покатилась по мостовой.
Шарла тяжело приземлилась на крышу, едва удержав равновесие. Колени подкашивались, в глазах стояли черные точки. Она дышала, как загнанная лошадь.
К ней подскочил тот самый солдат, которого она спасла. Его лицо было бледным, глаза – выпученными от ужаса и благодарности.
«Ты... ты спасла меня... Спасибо! Я обязан тебе!»
Она не могла вымолвить ни слова. Только кивнула, отводя взгляд.
Когда колонна, пополнив запасы, тронулась в обратный путь, Шарла снова оказалась в седле. Тело ломило, мышцы горели. Но в голове было пусто. Первый бой. Первое настоящее, а не «дежавю» столкновение. Она не убила титана, но спасла человека. Человека, которого не должно было быть в ее памяти.
Это маленькое, крошечное отклонение от «сценария» стало для нее важнее всей глобальной картины. Оно доказало ей, что она не просто зритель. Она – здесь. Ее действия имеют значение. Ее страх – настоящий. Ее храбрость – ненастоящая, вымученная, но она была.
Она обернулась. Заброшенная деревня скрылась за холмом. Впереди была Стена. Безопасность. Но она знала – это ненадолго. За этой Стеной ее ждала не просто смерть от лап монстров. Ее ждала судьба, которую она знала, и которую ей предстояло изменить, шаг за шагом, ценой собственного рассудка.
И впервые за все время этот груз показался ей не только невыносимым, но и... ее собственным.