Брошенный кролик

Вкусный и необычный запах с самого утра преследует маленького Чон Чонгука, заставляя идти по следу, чтобы найти обладателя столь приятного запаха терпкой вишни.
Перебирая крошечными ножками и иногда спотыкаясь о камешки, маленький альфа отходит от своей группы и ведет носиком по воздуху, пытаясь не упустить необычный аромат. Крепче сжимает в пухленьких пальчиках лямки рюкзачка и идет вперед Туда, где звучит громкий хохот.

Заходит за угол и видит мальчишек постарше. Наверняка школьников, судя по форме и чуть грубоватому голосу.

Чонгук наблюдает за старшими, склонив голову на бок. А когда его замечают — вздрагивает. Пальцы еще сильнее цепляются за лямки ранца. Хохот тут же прекращается, а мальчишки подходят к Гуку, рассматривая со всех сторон.

— Привет, малец! Ты чего здесь забыл? От группы отделился или от мамки сбежал? — смеется розоволосый, одаривая Чона самой сахарной из всех улыбок, которые он видел.

— Прекрати, Юнги, ты его пугаешь, — ворчит вишневолосый, пихая старшего в бок, и тут же переводит взгляд на Чона, который весь сжался от его взгляда. Вишневый запах стал сильнее, когда « вишневый мальчик », именно так мысленно его окрестил Чонгук, подошел ближе и присел перед малышом на корточки и улыбнулся.

— Привет, я Ким Тэхен! А как тебя зовут, малыш? — еще одна необычная квадратная улыбка, заставляющая все вокруг цвести и благоухать. В том числе и Чонгука.

— Чон Чонгук, — бесстрашно ответил альфа, чтобы не показаться перед его истинной парой трусом.
А в том, что Тэхен его истинный, Гук не сомневался. Запах старшего манил и притягивал, заставляя вдыхать в себя все больше и больше.

— Чонгук-и значит! Будем знакомы, — улыбается Ким и треплет мальчишку по голове, под недовольное ворчание розоволосого, которого, кажется, Юнги зовут.

— Тэхен-хен...ты вкусно пахнешь, — завороженно говорит Чонгук, смущенно улыбаясь, а Ким зависает.
Долбанная простуда портит все, а потому и не чувствует Ким ничего. Да и запаха малыша тоже не чувствует. А хотя надо бы. Юнги, вон, уже что-то заподозрил. Ухмыляется и такие взгляды на Тэхена бросает, а тот в неведении.

Розоволосому конкретно надоедает тупость мелкого, и он решает идти ва-банк.

— Да истинный он твой, тупица Ким Тэхен! Поздравляю, твой альфа — малыш, — смеется Мин, хватаясь за живот, а затем отворачивается, заходя в небольшое здание школы.

Тэхен пару минут зависает, а затем маленькая ладошка перед глазами и невинное « Тэхен... », выводит его из оцепенения.

— Что тот дяденька сказал? — спрашивает Гук, еще шире раскрыв свои, и без того, большие глаза. Невинно так, но в то же время понимает.
Омега поднимается и отходит подальше. Смотрит растерянно и как-то виновато.

— Прости, Чонгук, мне пора, — поспешно говорит Ким, но маленькие проворные пальчики успевают схватить школьника за подол пиджака.

— А мы еще встретимся, Тэхен-хен? — спрашивает черноволосый, а в глазах застыла немая просьба — остаться.
И Тэхен кивает.
Рассеяно, но кивает.
Врет конечно, прям до жути, но другого ответа не находит.
Просто все слишком неправильно, а Ким привык избегать препятствий и проблем.

Но ведь он не знает того, что Чонгук не из тех, кто привык так быстро сдаваться.

Спустя 10 лет.

— Слышь, мелкий распиздяй! Я тебе что минуту назад говорил? А ну быстро убрался в своей комнате, а то там свинарник какой-то, — внизу, не переставая, кричит Намджун, попутно надевая свои поношенные черные кеды.
Чонгук, минуту назад, мирно спавший на кровати, падает на пол и проводит пальцами по волосам, а затем лениво одевается и спускается вниз, почесывая чернявую макушку.

Перед входом стоит злющий Сокджин, размахивая поварешкой, и такой же Намджун, но только с тапком в руках. Но если первый хоть как-то выглядит ужасающе, то второй больше вызывает смех, чем страх.
Гук одаривает их всех миленькой улыбочкой и плюхается на стул, подталкивая к себе тарелку со свежими тостами.
Джин улыбается уголками губ, потягивая кофе со сливками. Смотрит на Гука, уплетающего его тосты за обе щеки и как-то легко становится.

Намджун, старший брат Чонгука, подходит к Сокджину и улыбается, обнимая омегу со спины. Нежно целует в уголок губ, чувствуя на губах сладкий привкус ароматного кофе, которое он так любил пить в детстве.

— Эй, только не тогда, когда я здесь. Нежитесь сколько угодно, но когда я уйду, — мычит Чонгук, а затем смотрит на часы и ужасается. Хватает сумку, быстро со всеми прощается и убегает на учебу.

— Какой же он все еще ребенок, — смеется Сокджин, а Намджун понимающе кивает.

— Да уж...никогда не повзрослеет.

***

Чонгук стоит у знакомых ворот и собирается заходить, но его тут же заключают в крепкие объятия, а в нос ударяет запах апельсинов.

— Чимин-и...отпусти. Дышать трудно... — хрипит Гук, а затем облегченно выдыхает, когда объятия ослабевают. Чимин виновато смотрит на младшего, а затем треплет по волосам.

— И что вас всех так тянет к моим волосам? — смеется Чонгук, поправляя рюкзак и следуя за Чимином, который всю дорогу тараторил о чем-то своем.

Пак Чимин был милым и до жути очаровательным омегой, но только в личной жизни ему никогда не везло. Многие альфы велись на его запах и внешность, но когда знакомились ближе, тут же с криками убегали или вообще перестали отвечать на звонки.
А все потому, что омега был слишком ревнивым, и в эти минуты превращался в ходячую проблему с колючками.

Когда список кандидатов на роль потенциальной пары Чимина опустел, то омега забросил все это дело и попросту повелся на первого попавшего альфу, которым и оказался Чон.
Но из них получились только хорошие друзья, ибо Чимин рядом с Гуком чувствовал себя, словно его старший брат.

— Чонгук, а ну быстро подошел сюда, мелкий паршивец! — с конца коридора, злой и недовольный альфа, идет прямо на Чонгука.

— Какого хрена опять опоздал? А? Давно по ушам не получал, пиздюк малолетний? — возмущается, уже мятноволосый, Юнги, а затем переводит взгляд на стоящую рядом омегу.

Весь словарный запас мата и прочих непристойностей улетает напрочь, а в легких только запах апельсинов.

— Привет! — улыбается Юнги. Ловит на себе растерянный взгляд и еще больше умиляется.
Настолько мило выглядит этот омежка, что хочется взять и прижать к себе, запуская тонкие пальцы в нежно-рыжие пряди.

— Ауууу! Юнги! Чего пришел? Завис что-ль? — перед глазами щелкают пальцы Чонгука, и Юнги оживает. Хрипло прокашливается и с трудом переводит взгляд уже на Чона. Ударяет мелкого по плечу и шипит.

— Перестань, Юнги-хен. Больше не опоздаю, — уверяет Гук, а затем прощается с Чимином, который выглядит совсем растерянным и не сразу понимает, что с ним попрощались.
Быстро убегает в неизвестное направление. Только пятки сверкают.

— Чего это с Чимином сегодня? — про себя спрашивает черноволосый, а затем пожимает плечами и следует за Юнги.

— Давно приехал, Юнги-хен? — спрашивает Чонгук, а в ответ ловит улыбку старшего.

— Вчера еще.

— Понятно.

Возникает неловкое молчание. Чонгук не знает, как правильно спросить, но очень хочется. Жить в неведении столько времени надоедает.
А еще Чонгук беспокоится. Очень.

— Спрашивай. Отвечу. Вижу же, что гложет, — хмыкает Мин, глядя на удивленное лицо Гука. Младший альфа зависает на некоторое время, а потом решительно смотрит Шуге в глаза.

— Как там Тэхен?

— Тоже приехал. Хочет тебя увидеть, — отвечает Юнги, а затем пихает младшего в бок. Улыбается. Прям, как тогда. И за это время Юнги ни капли не изменился. А Чонгук изменился...из-за Тэхена изменился.

Прошло уже десять лет. Юнги уже выпустился, студент, так же, как и Тэхен.
А Гук все еще школьник.
Все еще меньше своего омеги.
И все еще влюблен в Тэхена...

« flashback »
Чонгук — 6 лет. Тэхен — 10.

— Тэхен-и, почему ты не пришел вчера? — грустный взгляд устремляется на Кима и маленькие пальчики все еще цепляются за край пиджака. Тэхен врет, что был занят и пытается избавиться от присутствия младшего.

— А завтра придешь? У меня день рождения, — улыбается малыш, показывая свои кроличьи зубки. Ким трет глаза и понимает, что это попахивает педофилией.

Он в десять лет уже многое знает, ибо родители никогда не занимались его воспитанием.
А Чонгук еще маленький. И даже, если он его альфа, то они никогда не смогут быть вместе. Слишком разные. Слишком далекие. Слишком глупые.
« конец flashback »

Чонгук идет по коридорам школы и натыкается взглядом на кубки, стоящие в стеклянных витринах. За все это время он вырос, возмужал, стал мужчиной, но одно осталось неизменно. Любовь к Тэхену. Чонгуку до сих пор больно от того, что его истинный...его не признает...
Только одно стало для него лекарством — танцы. Именно благодаря им он все еще держит себя в руках. Его танцы...состоят лишь из чувств. Никакого пафоса...только чистые и искренние чувства.

Альфа открывает двери спортзала, кидает сумку на пол и привычно снимает с себя футболку, открывая взор на крепко развитую мускулатуру.

— Чонгук-и, — знакомый голос отдается эхом и болью в ушах. Чонгук оборачивается и натыкается на смущенную квадратную улыбку старшего.

Тэхен изменился. Если в детстве он был просто красивым, то сейчас он стал настоящей омегой. Нежной, милой и...желанной.

— Тэхен-хен, — холодно произносит Гук, отворачиваясь и больше не обращая внимания на Кима.

Улыбка с лица омеги пропадает, уступая истинным чувствам, которые бушевали внутри глупого омеги, что так долго отталкивал своего предназначенного. Слишком жесток тогда был Тэхен. Еще не понимал, что ранит маленького Чонгука до глубины души.

« flashback »
Чонгук — 14 лет. Тэхен — 18 лет.

Черноволосый подросток подбегает к старшему и крепко стискивает его в объятиях.

— Поздравляю, Тэхен-хен! Теперь ты взрослый, студент уже. Не забудешь своего Чонгук-и? — широко улыбается Гук, втягивая в себя аромат спелой вишни. Приятно...

— Чонгук-и... Я должен кое-что тебе сказать...

— Ты хоть понимаешь, что уже все. Школа позади, а впереди студенческие годы. Я тебе завидую.

— Чонгук-и...

— Ну правда, я прям не нарадуюсь.

— ЧОНГУК! — раздраженно вскрикивает омега, прерывая монолог Гука. Черноволосый замолкает и как-то испуганно смотрит.

— Что-то не так, ТэТэ? — и взгляд такой обеспокоенный. Преданный что-ль?

— Чонгук, хватит, мне все надоело. Мы не можем быть вместе. Ты...слишком маленький и глупый, а мне нужен альфа, который способен меня защитить, а не сопливый школьник, до сих пор плачущий над разодранной коленкой, — хрипит Тэхен, а затем глаза прикрывает.

— Тэхен... — в глазах младшего мольба, а еще слезы. Все это бесит Кима. Этот преданный взгляд, мольба в голосе... Невинный Чонгук-и.

— Перестань, Чон Чонгук! Все кончено! Уже давно было понятно, что все это — ошибка.
Ай, и зачем я тебе все это объясняю? Ты еще слишком мал, чтобы меня понять, — шепчет Тэхен, а затем разворачивается на пятках и уходит. Оставляет Чонгука одного...с болью в области сердца.
« конец flashback »

Тэхен подходит ближе и сжимает чужое плечо, отмечая то, что Чонгук стал взрослее. Теперь был похож на настоящего альфу. Стал именно таким, о каком мечтал Ким...

Но только, почему так больно на душе, а взгляд младшего режет его сердце без ножа?

— Чонгук-и...я...прости...прости меня... — хрипит Тэхен, но его руку скидывают. Чонгук смотрит на Тэхена испытующе и подходит ближе.

Старший отмечает, что Чон стал выше, когда сам Тэхен, словно хрупкий цветок рядом с альфой. Младший подходит еще ближе и смотрит сверху-вниз. Прямо на губы омеги, который хочется попробовать...но нельзя. Ему это уже давно не принадлежит...

— Мне не нужны твои извинения... Твои слова оказались правдой. Я и правда был размазней, что об меня можно было вытирать ноги...таким, как ты... Но теперь я изменился. Доволен? Теперь я достоин Вашего Высочества? — усмехнулся Чонгук, смотря прямо в виноватые глаза Тэ.

Все происходит так быстро, что омега не сразу понимает, что теперь прижат к стене крепким телом, а от запаха младшего просто рвет крышу.

— Кто теперь из нас размазня? Что молчишь, Тэхен-хен?
Приятно было играть на чувствах других? — Чонгук уже не ведает, что говорит. Ему просто хочется сделать больно. Так же, как когда-то сделали ему. Хочется растоптать все те светлые чувства, что он испытывал к старшему.

Но разве такое возможно?.. Любить так долго и в одно мгновение забыть? Если возможно, то это была и не любовь вовсе. Всего лишь слово. Никаких чувств.

— Чонгук...я правда не хотел... Я никогда не играл с твоими чувствами... Ты мне нравился...правда... Я просто был глупым и не понимал твоих чувств...я не хотел тебя ранить... — всхлипывает вишневолосый, поворачивая голову в бок. Он просто не хочет смотреть на альфу. Слишком стыдно за себя...

Чонгуку такой расклад не нравится. Он буквально заставляет Тэхена смотреть лишь на него. Глаза в глаза.

— Я любил тебя, Тэхен... — голос Чонгука холодный, пробирающий до костей.

Омеге больно, но он заслужил того, что его альфа говорит о любви в прошедшем времени.
Значит он...уже опоздал.
Просто молодец, Ким Тэхен!

— Я страдал из-за тебя. Не мог спать и мне было больно. Те слова впились мне в душу, словно игла, а для тебя все это была лишь игра. Но...черт...я до сих пор люблю тебя. Я такой человек, об которого можно вытирать ноги, обзывать сколько угодно, но я не могу долго обижаться...просто не могу кого-то ненавидеть...
— хрипит альфа, утыкаясь омеге в шею. Этот запах вишни пьянит. Словно алкоголь и наркотик, пьянит и отравляет. И от этого просто невозможно избавиться.

— Чонгук-и...я люблю тебя...правда...я был...таким глупым...прости...прости... — омега медленно оседает на пол, а голова кружится, словно волчок. Запах какао въедается в кожу, и уже нет пути назад...

— Тэхен-хен...течка...но тогда зачем ты...?
Омега тяжело дышит и смотрит прямо в глаза альфе.

— Хочу...хочу провести свою первую течку...лишь с тобой... Может это искупит мою вину? — дрожащими губами говорит Ким, а затем стонет, когда губы Чонгука накрывают его. Они целуются неистово, словно борятся друг с другом. Языки сплетаются воедино, словно замысловатый танец, который могут понять лишь они.

Альфа отрывается от омеги, стелит свою футболку на пол и аккуратно кладет туда омегу, а затем продолжает терзать губы старшего, упиваясь сильным запахом вишни.

Одежда летит в разные стороны, словно срываются барьеры и замки между ними.
Оба обнаженны друг перед другом. Затем глаза в глаза, сладкий поцелуй, нежные поцелуи вдоль позвоночника. Ловкие пальцы поглаживают восставшую плоть старшего, а затем входят в жаркую тесноту.

Вся комната заполнена сладким запахом вишни вперемешку с теплым какао. Тэхен хрипло стонет, когда пальцы натыкаются на простату, а затем сам насаживается, прося большего. Чонгук не возражает, ибо сам уже на пределе. Запах просто дурманит, с каждым разом становясь все сильнее.
Чонгук остервенело начинает двигать пальцами внутри омеги, ноготками царапая комок нервов. Тэхен шипит и извивается под альфой, толкаясь навстречу. Обнимает Чонгука, шире раздвигая ноги и прося немедленно его взять. Глубоко, пошло и до хруста костей. Альфа исполняет прихоть своего любовника и убирая пальцы, немедля входит в растянутый анус омеги, тут же начиная двигаться в быстром темпе. Тэхен стонет своим хриплым голосом в ухо Чонгука, отчего тот заводиться еще сильнее. Наклоняется к шее и кусает, ставя заветную метку на нежной коже старшего.

— Еще...еще Чонгук-и... — стонет Тэ, поддаваясь навстречу. Альфа шипит от узости омеги и крышеносного запаха. Капельки пота стекают по двум обнаженным телам, сплетенным в страстном ритме. Тэхен сексуально изгибается и издает последний громкий стон, а Чонгук кончает прямо в омегу, заполняя того своей спермой. Быстро выходит, не давая сцепиться и ложится рядом, сразу же обнимая уставшего, но не менее счастливого Тэхена, который тут же преданно льнет к альфе, блаженно прикрывая глаза.

— Чонгук-и...

— Мм?

— Похоже я изнасиловал школьника.

***

— Вот мелкая клякса! Какого хрена его так долго нет? Вот долбоебы хреновы! Небось где-то сейчас трахаются, кролики малолетние, — ворчит Мин, погруженный в свои мысли, что даже не замечает препятствие впереди.
Юнги резко налетает на кого-то, но не падает, а вот второй похоже падает, но вот только прямо в объятиях альфы. Юнги вдыхает знакомый запах апельсинов и улыбается.

— Привет, апельсинка! — смеется Мин, глядя на то, как омега смущенно прячет лицо в ладонях.

— Прости...я похоже задумался. Не заметил, — оправдывается Чимин, закусывая губу, а Юнги это кажется таким милым.

— Я тоже задумался... Искал Чонгука. Ты его не видел? — спрашивает Мин, а мысли уже давно далеко от младшего альфы. Теперь все его мысли заполняет этот омега с запахом апельсина, который смущенно смотрит в пол и кажется краснеет.

— Ты чего? — не понимает Мин и на всякий случай трогает лоб омеги, проверяя на наличие температуры. Вроде бы нет.

— Там... Чонгук...с кем-то...того... — тихо мямлит Чимин, пряча смущенные щеки в вороте шерстяной кофты.
Юнги прекрасно слышит и прекрасно знает, что значит это загадочное « того ». Смеется тихо и хватает удивленного Чимина за руку.

— Куда?

— Трахаться, Чимин, трахаться.

— Юнги... — голос дрожит, а еще похоже слезы скоро покатятся по щекам. Мятноволосый понял, что шутка неудачная и ласково улыбнулся, притягивая омегу к себе и крепко обнимая.

— Никогда и ни при каких обстоятельствах, без твоего согласия я тебя не трону, — улыбается Юнги, а затем Пака отпускает.

— Юнги...

— Да не трону я тебя!

— Я не про это!

— А что тогда?

— А течка считается исключением?