Глава 1
Она смотрела на своих читателей: преимущественно подростки, ее возраста. Людей собралось много, и Ада подумала, что это немного грустно. Критики говорят, что её роман — это готический «Вино из одуванчиков»; или поэтичное темное фэнтези с обаятельными персонажами, которые пропитаны исключительно серой моралью; в атмосфере сна переполненного тревогой и кружевной тоской, в манере, странных и таинственных историй, рассказанных, ныне покойным Дэвидом Линчем.
Девушка писала «Кошмары Габриэлы» в свободное от уроков время; она выложила историю в интернет не потому, что хотела популярности и денег.
А тут популярность и деньги...
— Некоторые называют тебя Эдгаром По в юбке, — говорил ее литературный агент Мельников Всеволод Леонидович; он стоял рядом и следил за тем, чтобы мероприятие проходило согласно обговоренным условиям. — Это хорошее сравнение, не стоит от него отрекаться.
— Я и не собиралась, — ответила Ада, поставила еще одну роспись голубой шариковой ручкой на форзаце книги; улыбнулась отрепетированной улыбкой поблагодарившей ее фанатке.
— Вот и умничка, — сказал агент.
Эдгар По был алкоголиком. «Все алкоголики грустные», — подумала девушка и вспомнила отца. «Как он там?»
— Я бы не хотела возвращаться к старым идеям... — сказала Ада, раскрыла экземпляр своей книги (78 за сегодня). — Мне не охота снова думать о чем то мрачном...
— Не получится, — сказал Матвей и дал знак организатору: в помещении душно. — Твои мрачные мысли успешно удалось монетизировать, дорогая моя Ада. Публика желает еще!
Ада открыла бутылку воды: у нее пересохло во рту... От мыслей об ответственности перед издательством у девушки всегда пересыхает во рту.
— Больше мрачных мыслей? — спросила девушка.
Литературный агент сказал:
— Верно. Больше и если можно помрачнее. Твои фанаты хотят тоски и уныния! Драма в черных тонах! Слезы ручьем-и все в таком духе.
—... Звучит не правильно, — сказала Ада, сделала глоток негазированной воды.
— Не говори глупостей, — сказал Матвей, проверив время на смартфоне. — Ты талантливая, справишься... К тому же: тебя никто не заставляет писать то же самое. Просто... не изменяй себе, пиши в своем стиле... Понимаешь? Пиши как ты умеешь...
«Я не знаю, как я умею, — подумала Ада. — И, честно говоря, вспоминать не хочется...» Что-то новое ускользает от девушки, она это чувствовала. Почему-то свежие идеи не появляются, им что-то мешает... Было бы здорово написать что-то светлое и позитивное...
— Я же счастливая, — говорила она, когда оставалась одна в квартире или номере отеля (чаще всего в номере). — Разве нет?
Как можно быть не счастливой с такой суммой на счете? Как можно называть себя несчастным человеком когда у тебя есть возможность путешествовать? Об этом же все мечтают! И у нее, Ады, все это есть. Она об этом не мечтала, но у нее это есть...
Матвей говорит:
— С читателем лучше соглашаться. Они дают тебе деньги, не лишай их мыслей о собственной значимости в твоей жизни.
— Хорошо, — отвечает Ада.
— Ты уже пишешь новую книгу?
Ада улыбнулась и согласно кивнула: пусть агент думает, что она пишет новую книгу.
Пусть все так думают...
***
Миша обещал встретить Аду после автограф-сессии. Однако он не явился. Она отправила голосовое: «Привет, где ты?.. Мы же договорились встретиться, помнишь?..Надеюсь, у тебя всё хорошо... ничего не случилось... Напиши мне или перезвони, что ли...»
С Мишей она знакома со школы. Они учились в одном классе. Нельзя сказать, что они любили друг друга. Однако юная страсть между ними присутствовала.
Он хороший, — писала Ада в дневнике. — Он подарил мне валентинку и коробку с моими любимыми конфетами...Как он узнал, что я люблю Ritter Sport?!
Их первый раз случился у него дома. Миша был нежным и чутким; в меру напористым и в меру ласковым, романтичным... Ада знала, что она: не первая девушка в его постели. Она наслышана о его похождениях; она не считала что это важно.
Миша не хватал звезд с неба; он даже не обращал на них внимания; вероятно он думал: «зачем желать того, что мне недоступно»; а может быть его шея не выгибалась, так чтобы он мог задрать голову... Он был простым парнем, который хотел простых вещей и не собирался взрослеть раньше времени... Какое-то время Ада терпела его измены; его внезапное пренебрежение ее обществом... его холод. Он просто перестал обращать на нее внимание...
Незадолго до популярности Ада и Миша перестали быть парой... Девушка опасалась, что лучше Миши себе никого не найдет — он единственный; видела в проблемах отношений испытания, которые они оба должны пройти, чтобы прийти к крепкому счастливому браку. К здоровой семье о которой она мечтала.
Но Ада верила в любовь; настоящую чистую любовь... Писательнице было трудно представить, ее в своей жизни. В какой-то момент: Ада вовсе разуверилась, что способна испытать что-то настолько сильное и вечное... «Мое сердце не способно биться быстрее...»
Ада не помнит расставания с Мишей.
Они оба быстро забыли как и почему разошлись.
***
Слова не складывались в осмысленные предложения; словно механизм сочинительства в ее голове сломался или вовсе пропал... Ада бросала дротики в дартс — подарок от преданного фаната.
— Я сделала его сама, — сказала девушка с розовыми волосами и скайсами на верхних передних зубах. Кажется Ада нравилась ей не только как писательница.
Твинк Оглодан — персонаж-трикстер из книги «Кошмары Габриэлы» — использовал лица провинившихся, чтобы метать в них острые кинжалы. Твинкл развлекался подобным образом; а лица стонали от каждого ножа, вонзавшегося в их кожу... глаза. Когда нож застревал между зубов Оглодан радовался обозвав такое удачное попадание «зубочисткой». Зубочистка давала много очков... Он поддерживал в «кислых мордах» достаточно жизни, своей могущественной силой, чтобы они чувствовали боль.
... Белый лист текстового редактора сводил Аду с ума. Талант подразумевает способность красиво портить стерильность; а чем она может испортить этот белый лист, чтобы если уж не красиво, то хотя бы не так уродливо... Внезапно внутри писательницы вспыхнула ярость. Если она не может испортить, она может уничтожить. Ада метнула дротик в монитор ноутбука. Острый предмет пролетел через всю комнату и попал точно в цель.
Ада схватилась за лоб... «Какая я дура, ужас!»
Чистый, белоснежный лист пропал. Его поглотила черная клякса с дротиком по середине.
***
День успел начаться и закончится, а она до сих пор лежит в постели укрывшись красными простынями... Такая поверхностная, в ней нет ничего уникального. Многие так считают: читатели, «настоящие» писатели, критики... Что они от меня хотят?
Аде просто повезло; она всего лишь девочка которой улыбнулась удача; которую случайно навестила муза направляясь к кому то другому, кто более достоин ее благословения.
... Этой ночью Аде приснился сон: она взаперти, внутри бумажной клетки, размером с частный трехэтажный дом; клетка висит на цепи высоко над коричневой землей. Толстая цепочка скрывается за радужными кучевыми облаками. Невозможно понять к чему она крепится... или кто ее держит... Подлетает огромная летучая мышь с глазами по всему телу и с длинным гибким хоботком (как у комара) вместо зубастой морды. Этот хоботок везде пролезет; для него нет преград... Летучая мышь вцепилась лапами в решетки бумажной клетки и запустила свой длинный хобот внутрь. Ада не может пошевелится она не может сбежать. Ей некуда бежать. Она так слаба, так беспомощна.
Хобот впивается ей в грудь. Летучая мышь пытается высосать из нее кровь.
Но у глазастого монстра ничего не получается. Девушка тощая, кожа на ее теле сморщенная, как у мумии. В ней нет крови. В ней нет жизни. В ней нет ничего, что могло бы удовлетворить голод монстра.
Но мышь не вынимает из ее груди хоботок...
Спустя год...
Играла громкая музыка. Сверкали огни. Она танцевала.
— Угостить тебя? — сказал он. И совершенно неважно как его звали.
Красавчик, чем-то похожий на Артёма Прохорова из группы «Паническое стадо». Артём прочёл «Кошмары Габриэлы» и даже написал под вдохновением песню, которая стала очень популярной среди любителей альтернативного рока. Матвей рассказывал Аде, что солист группы «Паническое стадо» согласился бесплатно сняться в рекламном ролике компьютерной игры по мотивам романа. Игра была беспонтовой бродилкой. Исключительно фан-сервис. Только для того, чтобы заработать денег.
... Ада выпила. Потом они танцевали, вместе. Смеялись; кажется, он наступил какой-то девушке на ногу, и её парень разозлился. А после: заднее сиденье такси, водитель, который курит электронную сигарету и поглядывает через зеркало заднего вида: «Что же там делают эти два пьяных подростка?». Мокрые неуклюжие поцелуи. Они оба пьяны и озабочены.
Номер в отеле. Её номер. Она небрежно избавилась от каблуков; он несколько раз падает, потому что он пьян и его носки скользят по паркету; Ада упала в кровать. Он стягивает с неё колготки, а она лежит на спине и почему-то смеётся. От колготок избавились, а про трусы забыли. Она смеётся.
Он отодвигает её трусики в сторону, входит в неё...
***
Доктор спросил:
— Скажи мне, у тебя был с кем-нибудь сексуальный контакт без контрацепции. В этом месяце?
Ада ошарашено взглянула на доктора. В ее глазах: испуг. В глазах доктора, за стеклышками очков: любопытство и брезгливость... Она поняла, что мужчина в белом халате хотел сказать, этим вопросом; не трудно догадаться...
«Почему я не подумала об этом сразу?»
«Ты не хотела, чтобы это оказалось правдой!»
— В твоей крови содержится гормон ХГЧ, — продолжал доктор изучая бумажку с результатами анализов. — Он блокирует процессы менструации.
— Что это значит? — спросила девушка... «Будто бы ты не знаешь»
— Ты беременна, Ада.