Ноябрь. Глава 28
Я сидел дома и думал о своей жизни. Всё как обычно. Чувствовал себя самым обычным подростком.
Понедельник в школе прошёл тяжело, но, по крайней мере, лучше, чем я предполагал. Конечно же, я снова взялся за чтение и больше не отпускал книги из рук. Почти всю ночь я провёл, не сомкнув глаз. Джюелл сама сходила к маме, даже не зайдя в мою комнату. Наверное, она понимала, что я хотел временного одиночества. Я пообещал себе навестить маму завтра сразу после школы.
Три часа утра. Скоро совсем встанет и солнце. Мне стоит заснуть, если я хочу потом чувствовать себя человеком.
Проснуться в семь утра было куда сложнее, чем я думал. Мне осталось дочитать несколько глав — и я бы уже мог переосмыслить собственные вчера сказанные слова. Я дочитаю их сегодня вечером. Пока я не могу сказать чего-го особенного.
Мне пришлось выпить не одну кружку кофе, чтобы взбодриться. За окном, должно быть ещё с ночи, лил сильный дождь, который также не вызывал у меня хорошего настроения. Я взял новую газету и решил приготовить себе завтрак. Лорен, как я заметил, готовила себе яичницу и не доела. Выложив остатки на тарелку, моя рука потянулась за тостами и ореховым маслом. Теперь я думал, что это мой самый плотный завтрак за последние несколько месяцев.
В доме никого не было. Должно быть, Лорен забрала Джюелл с собой.
Я думал о многих вещах, вспоминая наш последний разговор с Агатой, Стерлинг Хайтс, Эстель. Я не мог объяснить, почему я думал об этом, но никак не мог остановиться. Моя личность в моей голове громко твердила мне о том, что я должен что-то узнать. Это касалось не только моей новой одноклассницы, но и Агаты. У меня не получалось забыть, как она извинялась передо мной. Но за что? Возможно, я пропускаю нечто важное или вообще лезу не в своё дело, но успокоиться совершенно не получается. Новый глоток горячего напитка прикасается к моим губам. Я ощущаю крепкость бодрящего кофе, но мысли никак не мог «освободиться». Сегодняшний день в школе должен хоть что-то прояснить.
К девяти утра я вышел из дома. Зонт я забыл, поэтому чувствовал резкий перепад температур. Капли дождя, словно слезы, касались моих щёк. Я выбрал длинный путь, решаясь пройти возле больницы мамы.
Я начал представлять, как Джюелл могла сейчас быть с ней рядом, как они могли смеяться, и мама забывала о той болезни, которую пронесла через себя. Меня там не хватает, и они обе ждут моего появления, но у меня нет времени зайти. Я буду только после уроков.
Зайдя в школу, я подошёл к шкафчикам. Сняв куртку, я заметил, каким мокрым был именно капюшон. Протерев рукой от капель, я засунул её внутрь. Рюкзак так промок, что слегка намочил мои тетрадки и даже старую книгу читаемого романа. Я достал её и взял учебник. Теперь я мог идти в класс.
В течении всего дня я не видел ни Эстель, ни Сэйв. Я чувствовал себя так, словно одиночество затянулось на гораздо больший период, чем я рассчитывал. Все вели себя так, как обычно. На уроке литературы я снова попросился говорить о моих неясных впечатлениях.
Со мной никто не разговаривал, и на обеде я также сидел один. Так много людей вокруг, но я словно был из другой Вселенной. Меня никто не замечает, и я сам по себе. Еда мелкими кусочками попадала в мой желудок, как вдруг мои мысли перешли «черту».
«Вот сейчас я один, и кто-то наверняка сейчас один тоже, а кто-то умирает, а кто-то сейчас рождается. У всех свою минута для размышления. Возможно, именно тот, кто сейчас один хотел бы сесть со мной, а с ним — и вот, мы уже не одиноки. Однако, нас нечто держит на расстоянии. А вдруг сейчас умирает известный человек? А даже если и нет, то, может быть, умирает тот, кто этого не заслуживает. Увидеть позже заголовки газет с именем мертвой знаменитости будет выглядеть как самобытный пиар, и ты вряд ли отнесёшься к этому так, как стоило бы. Это мог быть писатель, изменивший твоё видение на мир, или музыкант, чья музыка передавала всю боль, которую ты нёс, или простой человек, чьи способности тебя поражают. Это вовсе не страшно, пока ты не видишь происходящее вживую. «Смерть и смерть. Ну и что? Меня же это не коснулось», — скажешь себе ты, не зная, что будет завтра. Никто не догадывается, что именно завтра может наступить его последний день. Смерть — не просто ластик по лицу Земли, это магия, которой невозможно избежать. Следующий мир — загадка, которую каждый раскрывает в самом конце, не имея выхода обратно. Этот человек теряет не только всё, что копил годами, но и свою душу. Это уже не человек. Хотя, в принципе, большинство живых от них не отличаются. Он может оказаться моим знакомым, чьим-то отцом, мужем, лучшим другом. Или это женщина, чья судьба так нелегка и сурова, а я сижу здесь и не воспринимаю, что сейчас кто-то страдает больше, чем я. Да и наверняка мои страдания — лишь преувеличения действительности. Я сам хочу думать, что это так. По этой причине всё так и происходит. А что будет, если я буду видеть только хорошее? Что если счастье гораздо ближе, чем я предполагал?»
Я решил пойти к маме раньше, не дожидаясь конца всех занятий. У меня не было желания отсиживаться на всех уроках, так что из шкафчика я достал свою уже сухую куртку и сложил туда все ненужные вещи.
Быстро выйдя из стен школы, я мог теперь быть свободным. Подняв голову, я был удивлён: та девушка, опоздавшая урок, под красивым именем Эстель сейчас сидела в пару метрах от меня и нервно курила сигарету. Я знал, что если я пойду вперёд, то пройду слишком близко к ней, а это будет не совсем нормально оставить её здесь и даже не предложить своей помощи: счастливый человек не будет сидеть на ступеньках школы и курить в одиночку посреди дня. С ней, наверняка, опять что-то произошло. Я тихо сел рядом и боялся произвести странное первое впечатление. В этот раз она обратила на меня внимание и даже заговорила:
— Закурить хочешь?
Лишь один вопрос — и я уже заметил эту опустошенность её хрупкой души. Я с ней рядом. Хотя нужно ли?