Глава 10: Неблагие знамения.
Трек: Признание - Александр Пушкин & Vibe Poems
Июль 2017., суббота:
Выходной день. Утро. Казалось бы, в городе должна быть тишь да благодать! Но куда там...
Лада окинула взглядом длинную вереницу машин впереди, до светофора просвета в пробке не предвидится.
– А куда мы всё-таки едем? – Она склонила голову, с улыбкой глядя на Данилу.
Он покрутил плечами, поправил решётку кондиционера:
– Тебе не дует?
– Нет. Не уходи от ответа!
Данила засмеялся:
– Госпожа Горская всегда требует! Терпение, касаточка! – Он погладил её по щеке, – скоро!
Лада нахмурилась, поджала губы:
– Не люблю сюрпризы! – пробурчала она.
Данила подмигнул и принялся напевать под нос незатейливый мотив. Утром Лада ещё наслаждалась ленивым завтраком, когда он приехал. От кофе и тостов отказался, всё поторапливал её. А на все вопросы уклончиво говорил: «Увидишь!»
Злосчастный светофор, наконец, остался позади. Данила свернул в тенистый переулок, и уже через семь минут машина остановилась перед жилым комплексом. Брови Лады немного поползли вверх, когда Даня достал связку ключей и нажал кнопку на брелке. От него исходили волны такой искрящей энергии, что кожу Лады пощипывало, как от искорок бенгальских огней.
Ворота почти бесшумно разъехались. Во дворе Данила припарковался в тени раскидистой липы у подъезда. Быстро вышел и открыл пассажирскую дверь.
– Это то, о чём я подумала? – нарочито медленно произнесла Лада. Повернулась, окинув взглядом внутренний двор. Просторная площадка для транспорта, в торце дома виднелся спуск к подземной парковке. В стороне – зона для прогулок и отдыха с клумбами, декоративными композициями, беседки, современная детская площадка.
Путём нехитрых вычислений Лада представила возможную стоимость квартиры в этом комплексе. И поёжилась. Даже по её меркам – вызывающе. Данила звякнул ключами в руке и кивнул в сторону подъезда:
– Пойдём!
В холле царила приятная прохлада, играла ненавязчивая музыка. Она же звучала и в лифте. Даня нажал на кнопку седьмого этажа, движение было таким плавным, что не ощущалось. Лада молчала, не зная, как реагировать. Без слов последовала за Данилой по пролёту. Звонкий щелчок открываемого замка – и Лада оказалась в светлой прихожей.
– Можно осмотреться? – Лада обвела рукой пространство вокруг. Данила коротко кивнул в ответ, даже не скрывая самодовольной улыбки.
Лада сделала несколько шагов вперёд, повернулась. Стук каблучков отдавался гулким эхом в пустом, пока ещё безжизненном пространстве. Сразу из прихожей она попала в просторное помещение в жемчужно-серых тонах. Широкий коридор вёл к трём изолированным комнатам. Все выдержаны в тех же неброских цветах, отличались лишь оттенки.
– У меня нет слов! – Лада несколько раз похлопала в ладоши. – Шикарная квартира!
Данила сиял, как наполированная монета:
– Ремонт от прошлого хозяина остался, но он здесь не жил. Так что переделывать пока не буду. Надо только обставить всё быстро, чтобы осенью... – он засмеялся, запустил пальцы в волосы. – Пойдём, покажу! Есть типа кладовки, хочу под гардероб переделать. – И он направился по коридору вглубь квартиры.
– Ты так быстро задумал переехать? – Лада поспешила следом за ним.
– А что тянуть? – Даня повёл плечом. – Тут и делать-то особо ничего не надо. Завтра уже привезут кое-что из мягкой мебели. Вот, – он открыл дверь, щёлкнул выключателем. Тёплый свет залил небольшую комнату. – Планирую...
Данила говорил ещё что-то, но Лада почти не слушала. Засмотрелась... Он был так воодушевлён! Активно жестикулировал, рисуя в воздухе контуры будущего обустройства.
– Эту сделаю спальней, – сообщил он, когда дошли до дальней комнаты.
– Но нет балкона... А там, – Лада махнула рукой, – я заметила такой балкончик чудный. Если его...
– Не, – Даня резко дёрнул головой, даже не повернувшись. – Там другой план. Будет... – он прокашлялся, – рабочая зона.
Дальше Лада уже только молча кивала и поддакивала, следуя по пустым коридорам, как послушный экскурсант на выставке. В конце концов, хозяин – барин.
***
Июль 2017г., четверг:
В разгар лета солнечный свет на закате становится особенно красивым. Заливает город мягким золотым свечением. Лада равнодушно скользнула взглядом по линии горизонта за окном. Откинулась на спинку кресла и сжала пальцами переносицу. Осталось проверить квартальную презентацию, подготовленную Светой, и можно идти домой. Хотя правильнее было бы сказать ползти. Неделя вымотала нещадно! Продержаться ещё завтра один день, и на выходные можно, наконец, отвлечься.
Телефон коротко завибрировал.
«Ты до сих пор в офисе?» – высветилось на экране сообщение от Данилы.
«Полчасика ещё и пойду. Не пиши за рулём!» – нахмурилась Лада, печатая ответ.
«В пробке встал на выезде. Булка, ты меня не убьёшь?»
Игривый смайл должен был развеселить. Наверное. Но эффект создался ровно противоположный.
«Что не так?» – Лада поймала себя на том, что до боли в суставах щёлкает пальцами, глядя на три мигающие точки внизу экрана.
«Не смогу в выхи приехать».
Плачущая рожица.
И следом ещё одно сообщение:
«Родителям надо в Краснодар. Там что-то у тётки, завтра после обеда повезу».
Лада смотрела на телефон, не двигалась. Слабый голос совести, что-то пискнувший про сыновий долг, был начисто сметён захлестнувшей волной обиды.
«Касаточка, расстроилась? Ну, это родители же! Я не могу им отказать», – оповестило новое сообщение в чате.
«А мне можешь? То есть я в твоём списке стою где-то после внеплановой поездки в Краснодар?» – Лада вбила ответ быстрее, чем успела осознать то, что печатает.
«Ладуль, не начинай. В понедельник вечером буду у тебя! Потерпи пару дней!»
«Потерпи? Ты слышишь себя? – бежали буквы по экрану. Раздражение толкало под руку, не позволяя остановиться, вдохнуть. – Последние две недели я тебя вижу только в обеденный перерыв. Я вообще существую в твоей жизни или как?»
«Существуешь, конечно. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь! Но есть обязательства!» – увидев это сообщение, Лада зло рассмеялась.
«А как относишься? – тут же отправила она в ответ. – Не знаю! Я вижу только, что так... опция. Развлечение после работы!»
На экране замелькали точки ввода текста собеседником:
«Лад, ну зачем так грубо? Ты для меня многое, знаешь же. Просто реально обстоятельства. Я не могу разорваться. Не хочу ссориться, правда. Соскучился дико. Но сейчас, правда, никак!»
Лада бросила телефон в сторону, спрятала лицо в ладонях. Где-то под рёбрами злость колола раскалёнными иглами, глаза подпирали слёзы. Тот, кто хочет, ищет возможность. Кто не хочет – находит причину. Горечь этих мыслей ощущалась так явственно, что Ладу замутило.
Рингтон входящего звонка разорвал тишину кабинета. Лада взглянула на экран – мультяшный герой в короне. Ну, что ещё надо?
Разговаривать не хотелось. Телефон на мгновение затих, но тут же новый вызов.
Лада задержала дыхание и нажала кнопку ответа.
– Ладуль, не злись, – затараторил Данила. – Вышла хрень, согласен. Я пытаюсь объяснить ситуацию. Форс-мажор. Ну не получилось. В другой раз приеду.
– В другой раз, – передразнила Лада. – Дань, я уже устала ждать этих «других разов». Мы видимся урывками, как по расписанию. И стоит чему-то случиться – наши планы сразу к чертям. А как же я?
– Булка, я хотел приехать. Но не получается. – Данила чуть повысил голос. Слова звучали дёргано, нервно. – Это жизнь. Она не подстраивается под наши хотелки.
– А я бы хотела, чтобы ты иногда думал и о моих хотелках, – огрызнулась Лада, схватила карандаш и сжала сильно, до треска.
Данила громко и протяжно вздохнул в трубку:
– Я о тебе думаю. Постоянно. Но сейчас не могу разорваться. У тебя тоже бывают авралы! Я же не лез в бутылку, когда планировал горы, а ты в Минск уехала на встречу.
– Да ты вообще редко лезешь в мою жизнь. Ты появляешься и исчезаешь, когда тебе удобно! – выпалила Лада и тут же мотнула головой, скривилась.
– Ого, – протянул Даня и замолчал. Лада слышала только неразборчивый гул радио и отдалённые автомобильные гудки. – Не помню, чтобы мы договаривались выкатывать друг другу претензии, как супруги со стажем! – холодно произнёс он, и Лада поёжилась.
– Да мы вообще ни о чём не договаривались, Дань! – Лада швырнула карандаш, он прокатился по поверхности стола и благополучно упал. А она закрыла глаза ладонью, будто это могло помочь спрятаться от внеплановых обоюдных претензий. – В этом и проблема.
В трубке раздалась сдавленная ругань и автомобильный гудок.
– Щас, подожди! Идиот подрезал, – рявкнул Данила, потом несколько нецензурных выражений куда-то в сторону. Щелчки поворотника. И снова голос Дани: – Ладуль. У меня сейчас просто задница со временем. Я не железный. Устаю так же, как и ты. Может, и больше. Давай я вернусь, мы в понедельник поговорим.
– Я подожду. Никуда не денусь, да? – Лада вымученно рассмеялась, откинувшись на спинку кресла. – Я же «булочка», которая всегда будет ждать, когда у тебя найдётся окошко.
– Ты несправедлива!
– А ты справедлив? Честен? Постоянно не договариваешь! – Лада не заметила, как исчёркала рваными и угловатыми линиями целую страницу ежедневника. – Стоит только заикнуться о нас, сразу: «Не торопись»! А я уже устала топтаться на месте, пока ты бегаешь по своим делам.
Данила сдавленно застонал в трубку:
– Я не бегаю. Но, кроме тебя, есть ещё куча всего. Не могу бросить всё и посвятить себя только тебе. Так не бывает.
С громким хлопком закрыв блокнот, Лада на миг застыла, сгорбилась в кресле, опустила голову:
– Я и не прошу, – тихо произнесла она. – Но хотелось бы, чтобы в этой «куче всего» у меня было не последнее место.
Они оба молчали. Был слышен только шум оживлённой трассы и ритмичное щёлканье аварийной сигнализации в машине Данилы.
– Ладуль, – заговорил Даня. – Уже поздно, ты устала, я злой. Толку не будет, наделаем лишнего. А я не хочу ругаться с тобой. Вообще!
Лада молчала, перебирая цветные стикеры. На столе легко навести порядок. А в мыслях? Может, Даня прав, чего они добьются, так вот переругиваясь по телефону?
– Проехали. – Лада зажмурилась, чувствуя, каким тяжёлым вдруг стало тело. – Разбирайся с родными. Я справлюсь. Как обычно. Ты же это во мне и ценишь, да? Что я не создаю проблем.
– Хорошая моя, касаточка, ну не перестань! – замурлыкал Данила. – Мне твоя обида как ножом по сердцу режет! Я вернусь, всё наладится!
Прежде от таких бархатных интонаций у Лады подгибались коленки. А сейчас... В груди только ощущение пустоты и невесть откуда взявшегося в конце июля озноба.
– Поговорим в понедельник, – сухо ответила она.
– Целую тебя, золотая моя!
Лада повесила трубку, не реагируя на его последние нежности. Уткнулась лбом в письменный стол, протяжно застонала. Несколько раз постучала костяшками пальцев о виски, надеясь, что мысли встанут по местам. Но если бы всё было так просто.
– Соберись, тряпка! – сквозь зубы процедила Лада сама себе. – Ныть дома будем. А вообще, надо Ритке позвонить, раз уж всё отменилось.
Лада потянулась к телефону. Хотя бы с подругой есть возможность провести время!