Reodginia

Первое, что почувствовал Чуя, когда проснулся — запах горелого с кухни, где явно происходил апокалипсис.

Первое, что услышал — тихое напевание «Call me maybe».

Вообще, музыкальный ассортимент Дазая не был большим. По большей части он напевал «Smells like drill spirit» или «House of Memories».

Конечно, чаще всего звучала Нирвана, а услышать что-то новое в исполнении Осаму было сравнимо чуду.

Чуя тяжело вздохнул, но улыбнулся. Каким бы Осаму не был придурком, но пел он чертовски красиво. Так, что хотелось, чтобы он лежал рядом, головой на груди, и напевал какие-нибудь песни только тебе.

Осаму был в наушниках, где песня играла на полную громкость. И Чуя это прекрасно знал. И знал, что это своеобразный акт доверия, ведь шатен обладает прекрасным слухом, а следовательно, оглушив себя музыкой, он, при всей своей «крутости» может не заметить атаки. Там более первоклассного бойца.

Но он знал и верил, что от Чуи ждать ножа в спину не придётся.

На самом деле Дазай редко позволял себе показывать доверие именно таким способом, но сегодня, по всей видимости, его слишком сильно мучали назойливые мысли. Хотя это вовсе не удивительно. Буквально вчера важный, для него, человек неистово желал самому себе смерти. И ладно бы Накахара был обычным балаболом, который может швырнуть такую фразу, а буквально через час говорить, как же прекрасен этот мир. Нет. Чуя далеко не такой. Чуе хватит силы покончить с собой.

Именно такие мысли пугают самого молодого исполнителя Мафии.

Именно такие мысли он пытается заглушить музыкой.

Именно от таких мыслей он пытается сбежать, занимаясь готовкой.

— Включать пол с подогревом явно для слабаков. — буркнул Чуя, идущий по холодным плиткам в ванную. — Вот же придурок. Себя отмораживает и других за собой тянет.

Осаму вздрогнул, когда Чуя слегка ударил его по спине. Не чтобы ранить. Нет. Привлечь внимание, а то «Великий Мафиози» сляжет от сердечного приступа, заметив за своей спиной рыжего напарника.

— Кто тебя на кухню пустил, мартышка безрукая? — беззлобно спросил Чуя, ныряя в пространство между Дазаем и плитой, начиная открывать и закрывать крышки. — Какие продукты ты перевёл на этот раз?

     Шатен, немного наклонившись, положил голову на плечо Чуи, а руками обвил талию, притягивая к себе.

— Ты что с-себе позволяешь?! — запнувшись вскрикнул Чуя, ударяя куда-то назад, — Скумбрия безмозглая!

     Дазай лишь звонко рассмеялся и, воткнув один наушник в ухо Чуи, обнял его на манер вальса и поменял их местами под такт мелодии так, что теперь сам Дазай был между плитой и Чуей:

— Тебе должно понравиться! — уверенно заявил он, отпуская Чую, будто ничего и не было, оставляя того в полной растерянности, — Тут есть омлет, онигири и сэндвич. И овощи. Они полезные.

— Даже без приколов?

— Какие приколы? — искренне удивился он, — Смотри! — Дазай протянул Чуе сэндвич с помидором и, по всей видимости, маринованным крабом. — Эта помидорка очень похожа на тебя!

— Чт…?

— Ты выглядишь так же, когда злишься.

Дазай сделал шаг в сторону, возвращая рыжего к плите.

— Ты что, страх потер…?

     Но рыжий не успел договорить. В его рту оказался сэндвич с тем самым помидором, который так похож на рыжего напарника. Вышло так, что Чуя откусил сэндвич, но сам он остался в руках Дазая.

— Что за?..

— Ну как?

     Накахара тяжело вздохнул, смотря на сверкающие глаза напарника:

— Гадость редкостная. — но вопреки своим словам откусил небольшой кусочек сэндвича из рук Дазая, — Ты нахера туда своих грёбаных крабов положил? С помидорами и сыром? Что ты ещё туда напихал?

— Маринованный огурец, лук, майонез и…

— Не продолжай. — отмахнулся Чуя, — Зачем ты всё это, положил сюда?! В один сэндвич?!

— Ну… Я очень люблю это всё по отдельности. — начал лепетать Дазай, позабыв о плите, — И я подумал, что вкусная еда плюс вкусная еда плюс хлеб будет равняться чему-то вкусному. Ведь хорошие люди не становятся невкусными во вкусной компании? Тогда почему еда должна?

— Что за бред ты сейчас сказал?

— Почему сразу бре…

     Дазай запнулся. Его взгляд был направлен на плиту за Накахарой. Точнее на…

— Чуя. — кашлянул он, — Медленно сделай шаг в сторону.

     Но вопреки просьбе шатена, Чуя резко развернулся, махнув своим небольшим хвостом, создавая порыв ветра.

— ТВОЮ МАТЬ, ДАЗАЙ! НЕ ДАЙ БОГ Я ЕЩЁ РАЗ УВИЖУ ТЕБЯ У ПЛИТЫ! ПРИДУРОК КОНЧЕННЫЙ!

Из-за невнимательности Дазая, на сковородке, на которой что-то жарилось в большом количестве масла, вспыхнул огонь.

— Спокойно-спокойно! — замахал руками Дазай, — Сейчас всё решу! Только не волнуйся!

— СТОЯТЬ! — гаркнул Чуя, когда Дазай схватил стакан с водой.

    Но было уже слишком поздно. Он вылил эту воду.

— Вниз, придурок. — рявкнул Чуя, хватая Дазая за первое, до чего дотянулся, а это оказалась шея, и дёрнул его вниз.

     А сам схватил крышку от злосчастной сковородки, и игнорируя обжигающее тепло, закрыл её, этим самым потушив пламя.

— Придурок. — выдохнул Чуя, соскальзывая вниз к Дазаю.

— Прости. — прошептал Дазая, беря слегка обожжённые кисти напарника и, прикладывая к своей шее в непонятном жесте.

   Чуя сначала не понял, что именно было не так.

Но через секунду он понял.

Бинты.

Если быть точным, их отсутствие.

Безапелляционный жест доверия.

Но Осаму почти сразу скидывает чужие руки и встаёт. Словно отмахивается, делает вид, что это было чем-то незначительным, хотя оба понимают, что это не так.

— Так. — взмахнул руками Дазай. — Картошки у нас не будет. Но ничего, тут есть ещё… Ещё много отвратительной вкуснятины и ты обязан пробовать всё!

— Стоп. — нахмурился Чуя, — Я сразу не заметил, но… Откуда ты раздобыл фартук с диснеевскими принцессами?

— Э… Ну… Как бы… Э… А… Ну это долгая история. Не хочешь налить мне вина?

— Сейчас только одиннадцать утра.

— Трава зелёная, ты коротышка, Мори старый маразматик, небо голубое. К чему такие примитивные факты?

— Ещё одна шутка и…

— Вина! Налей мне вина! — оборвал его Дазай, взмахнув рукой.

— Алкоголик. — буркнул Чуя, плетясь к своему домашнему бару.

— Ну что? — склонившись над плечом друга спросил Дазай.

    Но в место ответа, Дазаю прилетел удар в нос:

— Во-первых, не смей так близко ко мне приближаться. Мы с тобой не парочка, чтоб тереться щеками друг об друга. Во-вторых, где бутылка моего любимого вина, придурок?!

— А что сразу я?!

— А кто?

— Акутагава.

— Что? Ты совсем что ли? Думаешь, я в это поверю?

— Мори.

— Ты издеваешься?

— Тогда Гин.

— Сейчас получишь ещё раз в нос.

— Хирацука?

— Это вообще кто?

— Я откуда знаю?

      Дазай вскрикнул, когда обещанный удар пришёлся не в нос, а в живот.

— Марш в магазин.

— Что? С какой стати?

— Ещё один удар?

— Бегу!

— Шляпа моя тебе зачем? — тяжело вздохнул Чуя, когда увидел, что Дазай красуется перед зеркалом в чужой шляпе.

— Солнце светит в Йокогаме. Не хочу получить солнечный удар.

— На улице облачно. Ещё чуть-чуть и пойдет дождь.

— Самое яркое солнце светит только здесь. И мне ещё нужны очки. А то ведь ослепну.

       Оставив Накахару переваривать смысл услышанного, Дазай поспешил убраться из квартиры, пока Чуя не понял.

— Твою мать. — выдохнул Чуя, — Опять. Да он же просто издевается.

     Накахара понимал, что Дазай встал пораньше и занялся готовкой не для того, чтоб спалить кухню или перевести продукты. Причина была одновременно очевидная и глубокая.

  Дазай сделала это всё, понимая состояние Чуи. Он пытался его отвлечь. Извиниться за вчерашнее, хоть и не был виноват.

Чуя вышел на лоджию и распахнул окно. Рыжие волосы слегка раздуло от лёгкого ветерка, да и сам Накахара не особо старался сегодня уложить непослушную шевелюру, ибо выходной. У него в планах было поспать подольше и прийти в себя после вчерашнего, но никак не следить за внешним видом.

Достав сигарету и зажигалку из бело-красной коробочки, он закурил.

Чудесная погода, особенно этот свежий воздух прекрасен. Лёгкие наполнились никотином, слегка перебивая ход мыслей, которые и так путались, словно неудачная коса.

На смену размышлениям о вчерашнем дне, пришли другие, тоже не особо приятные.

Дазай. Курение.

Осаму не любил, когда рыжий брал в руки любой табак. Но ничего ведь не говорил, просто смотрел. Каким-то. Неправильным взглядом? Даже сам Накахара не мог понять, что в нём не так, но явно же что-то не то.

«Хотяя. с другой стороны у него у самого в кармане всегда пачка Мальборо лежит. Небось даже красные. И зажигалка обязательно. Почему он тогда ко мне то придирается?.. Хотя он и не придирается, но вот это. М, твою мать, я даже сам себя понять еле могу.» — прозвучало в голове Чуи, перед тем, как сделать очередную затяжку.

Осаму. Чёртов Осаму. Что с тобой не так?

Накахара сам не раз пытался, даже для личного интереса, описать взгляд своего напарника. Выходило с трудом, с кучей недочётов и «сюжетных» дыр.

Хоть рыжий и не писатель, но сам ведь видит, что нет, невозможно передать словами то, что есть на самом деле.

«Тц, хватит, Чуя. Какое ему-то дело? Сам курит, а другим мешает! Уверен, просто ради шутки. Он просто придурок и ничего более.» — наконец отмахнулся он, быстро затушив о дно пепельницы окурок.

Да, само собой, курил он быстро, даже при задумчивости. Почему? Потому что привык опасаться «неправильного» взгляда и курить быстро, чтобы не застали, как непослушного подростка.

Хах. Иронично. Накахара пытается забить на мнение человека, при этом он всё равно опасается его осуждения.

На осознание ровно аналогичной мысли у Чуи ушло не более минуты, и буквально в тот же момент послышался удар по подоконнику.

Накахара вздрогнул с пачкой сигарет, а взгляд забегал в поиске места, куда бы её спрятать.

Всего секундное замешательство за которое Чуя хотел, подобно Дазаю, сброситься с балкона.

Как же раздражает. Он даже отдохнуть нормально не может, мыслям обязательно нужно уплыть совершенно не в ту сторону.

Выдохнув, Накахара вышел с лоджии. И какого было его удивление, когда вместо Дазая он увидел…

— Простите, Чуя-сан. Дверь была открыта.

— Акутагава? — удивился он. Чёрт. Теперь ему ещё больше захотелось убиться. Наверняка брюнет видел, как Чуя хотел спрятать сигареты.

— Да. — отстраненно кивнул Рюноскэ, бегая глазами в поисках чего-то, а точнее кого-то, — А Дазай-сан…

    Рыжий нахмурился, и только сейчас заметил папку, которую Акутагава трепетно прижимал к груди, словно это было что-то драгоценное. Ценнее, чем собственная жизнь.

— Кхм. — кашлянул он, привлекая внимание, — Он вышел в магазин.

— Когда вернётся?

— Что случилось?

— Я… — голос Акутагавы дрогнул, но он быстро спохватился, — Я столкнулся с Дазаем-саном и… Я не понимаю.

— Даже спрашивать не буду, что он выкинул.

— Он сказал, что отказывается от меня как от подопечного. Не хочет быть моим наставником. Потому что… Я самый бездарный мафиози на его памяти и меня невозможно чему-то научить.

    Акутагава сжал кулаки, подавляя не то злость к себе, не то обиду.

— Думаю, что Дазай просто… — Чуя запнулся, не зная, что сказать, — Он… Думаю, завершил своё обучение, и так отпустил тебя в свободное плавание. Своеобразная проверка.

     Накахара отчётливо замерил, как прям Акутагавы распрямились, а в его глазах блеснул огонёк надежды.

— Зачем ты пришёл? Папку принести?

— Мори-сан просил передать это Дазаю-сану. Точнее вам двоим. Сказал, что какая-то информация к важному делу.

— Спасибо. — Чуя протянул руку за папкой, но Акутагава слегка отшатнулся.

— Простите, я не знаю, что на меня нашло.

     Чуя забрал протянутую папку.

— Я передам Дазай, что ты принёс всё в лучшем виде.

    Акутагава в последний раз пробежался глазами по квартире, в надежде увидеть Дазая, который прячется за кустом в углу квартиры. Но его там не было.

    На счастье психике Чуи и к сожалению Акутагавы.

— До свидания. — неловко выдохнул Акутагава и исчез из квартиры за считанные секунды.

— Нам двоим значит. — нахмурился Чуя, открывая папку. — Чёрт.

    По рукам рыжего прошлись мурашки. Вся информация со вчерашнего допроса. «От» и «до».

    До самых последних слов Ширасе.

    Именно в таком состоянии Осаму обнаружил Чую. Стоящего около выхода на лоджию, с папкой в руках и потерянным взглядом.

— Оставил на полчаса называется. — бурчал Дазай, закатывая дрожащего напарника в плед, — Осака, ты куда пропал? Мог бы и написать на эту папку ради приличия.

    Кот, спокойно спящий на кровати, проснувшись от слов хозяина, странно покосился на него.

     Написать? Без проблем. Дазай, попрощайся с новыми кроссовками.

— Я действительно скоро убью Мори. — продолжил Дазай, усаживая Чую на кухне на стул.

— Мы потолок спалили. — тихо объявил Чуя, поднявший голову вверх. — Когда масло тушили. Хотя какое «мы»?! Ты спалил, я тушил. Придурок. — Чуя, очнувшись, попытался взмахнуть руками, но плед, в который его замотали, не дал этого сделать, — Ты что сделал?!

— Считай, что спас от панической атаки. Можешь не благодарить. — весело сказал Дазай, начиная распаковывать пакеты с покупками. — Смотри.

     Чуя, усердно пытающийся выбраться из одеяла, перевел взгляд на Дазая, махающего бутылкой вина:

— Что такая маленькая?

— Прямо пропорциональная тебе.

     Чуя тихо рыкнул и начал намного более усердно ёрзать на стуле. Но, видимо, до рыжего дошло, что он эспер, управляющей гравитацией, поэтому вокруг него заискрился красный свет.

— О, нет, любовь моя. — встрепенулся Дазай, обнимая Чую, — Мне мои органы ещё нужны. И нос тоже.

— Какая, мать твою, «любовь моя»?! Совсем оборзел?! Сейчас я выберусь отсюда и как…

— Вот поэтому я позабочусь о том, чтоб ты не выбрался отсюда, пока не успокоишься. Любовь моя.

     Дазай вскрикнул, когда почувствовал очень сильный укус в руку. Но Чую не отпустил, зная, что если тот выберется в таком состоянии, то… Будет не очень хорошо.

— Чуечка, кусаться будешь в другом месте. Точнее, в другой плоскости.

— Ага, обязательно. Хуй тебе откушу. Понял?!

— Ну же. — понизив голос, слегка хриплым голосом произнес Дазай, почти над самым ухом Чуи, — Неужели ты такой вредный?!

— А ну-ка отодвинулся от моих ушей, суицидник чёртов!!!

— Прости, Любовь моя, но если я отодвинусь, то ты сразу же меня убьёшь. А я что-то не очень хочу умереть от твоей руки.

— Отодвинулся. Немедленно.

— А если нет?

— Я прибью тебя, когда выберусь.

     Дазай звонко рассмеялся:

— Глава исполнительного комитета Портовой Мафии, не может выпутаться из одеяла и сладкого шёпота на ушко.

— Дазай.

— М?

— Убью.

— А если отпущу?

— Сделаю это быстро.

— Совсем не убедил.

— Осаму. Ты придурок или да?

— Мой разум снижается до твоего роста рядом с тобой.

— Жить надоело? Хотя глупый вопрос.

    Повисло неловкое молчание.

— Я попросил тебя купить бутылку вина, а ты притащил три пакета непонятно чего — буркнул Чуя, в попытках выбраться из одеяла.

— Вовсе нет! — Дазай обернулся на пакеты, — Кхм. Частично.

— Есть что-нибудь перекусить? — прищурился Чуя, намекая на какую-нибудь булочку.

Увлекательное молчание между репликами двойного чёрного прервалось средним по громкости грохотом. Да, Чуя заблудился в одеяле и красиво упал на пол. По всей видимости, шёпот на ухо от Осаму заставил его позабыть о своей способности, которая чуть облегчила бы ему попытки выбраться.

Тихий, но звучный смех в забинтованную руку. Выражение сочувствия? Нет, не слышали.

Осаму, насмеявшись вдоволь и сделав фотографию на телефон под зло, протянул ту же руку напарнику с целью помочь. Чуя же воспользовался таким милосердием, а после, когда снова устроился на стуле, дёрнул за бедную конечность вниз, что так благородно помогла ему подняться. Дазай, не ожидая такой подлости, упал примерно в то же место, где минуту назад лежал рыжеволосый.

— Злой коротышка! Как тебе не стыдно! — поднялся шатен и состроил мордашку, словно у колхоза последнюю корову отобрали.

— Так что там с перекусом? — делая вид, что ничего не произошло а может просто сдерживая желание прописать смачного леща спросил Чуя.

— В общем, это такая весёлая история! — воодушевленно начал Осаму, отпуская Чую и развязывая небольшой узелок на одеяле, который и не давал Чуе выпутаться. — Иду я значит в кондитерскую!

— Началось… — застонал Чуя, падая головой на стол, — Заткнись, ради всего святого и моей нервной системы.

— Захожу, а там огро-о-мная очередь. Извини, Чуя, но ради твоего желудка стоять пару часов в очереди я не готов. И я пошёл дальше.

— Я уже понял, что спрашивать об этом было огро-о-мной ошибкой.

— На самом деле, я встретил Мори и Элис. — махнул рукой Дазай, начиная говорить нормально, — И не хотел, чтобы меня начали эксплуатировать в качестве человека, который будет носить огромные пакеты с платьями и едой. Поэтому я решил пойти в продуктовый.

— Надо же… — будто бы удивился такому невероятному исходу событий Накахара, — И что же было потом?

— Ты не представляешь. Вина там не было! — Дазай театрально схватился за правую часть груди, — Аж сердце прихватило!

— Когда ты запомнишь расположение сердца, а? — поднял голову, а затем и взгляд голубоглазый. Он наблюдал за этим театром одного актёра, периферическим зрением. Нет, не потому что не доверял. Потому что ему было интересно и, в душе, забавно это видеть, — И, как я погляжу, тебе это не помешало накупить всякой фигни. Что это? — Чуя заглянул в один из пакетов — Зелень?

— Ну как же, Чуня! — шатен достал пакет с зелёными листьями, — Это же шпинат! Он очень полезный!

— Аа, тогда понятно… — секундное молчание, — И не называй меня так. — взгляд рыжего вновь устремился в стол, — Что ещё «очень интересного» ты принёс?

— Булочку, как всегда. Специально для тебя! — горделиво произнёс Осаму и достал хлебобулочное изделие с прекрасным ароматом, который почти в то же мгновение заполонил кухню. Выпечка свежая. Сразу слышно и видно. Всё-таки Дазай умеет выбирать лучший вариант из всех, и не только в Мафии и стратегиях. Так же Чуя подметил, что и в этот раз его напарник принёс булочку из какой-то новой пекарни. Он обязательно это запишет, но позже.

— Вау, — искренняя улыбка расцвела на аккуратном лице Чуи, — На этом правда спасибо. Поставишь чайник?

— Да, хорошо. — Осаму развернулся к плите, быстро зажёг огонь и поставил чайник с водой на конфорку, — Кстати, зачем тебе так резко понадобилось вино? Неужто в запой собрался?

Глупый вопрос, Осаму. Очень глупый. Ты прекрасно знаешь ответ. Накахара прекрасно знает ответ.

Вы оба знаете ответ.

Накахара хочет напиться и забыться. Он хочет отвлечься. Сбежать от воспоминаний, мыслей, работы и всего этого.

— Та нет, просто захотелось немного алкоголя, — так же невзначай кинул рыжий. Они ведь прекрасно понимают. Но оба образно молчат.

— Понятно, — хмыкнул в ответ кареглазый, — Только давай там поаккуратнее с этим делом. Не хочу потом вылавливать тебя по городу, а то мало ли ещё скажешь кому, что мы пара… И всё, и проснёшься с похмельем и замужний.

Чуя фыркнул.

— Да даже во время самой страшной пьянки я такого не скажу, даже не думай. Я слишком сильно тебя ненавижу, скумбрия.

Само собой всё это явно далеко несерьёзно. Между ними не было ненависти. Даже неприязни. Эти слова всегда были неким защитным рефлексом, и их всегда можно было приравнять к «я дорожу тобой».

— Ну-ну. — тихая усмешка, — Я тебя предупредил.

— Ага.

— Кстати, что за папка? Очередная миссия? — это была попытка аккуратно задать этот вопрос. Но Осаму явно потерпел фиаско.

— Типо того. — буркнул в ответ низкорослый, уже начиная потихоньку поедать булочку. Сейчас не хотелось отвечать на этот вопрос. Булка вкуснее и важнее.

Так ему тогда казалось.

— Ты б хотя бы чая дождался, — Осаму закатил глаза и поставил рядом с напарником кружку с чаем, — Приятного аппетита.

— Мгм, спафибо. — Накахара сам не заметил, как проголодался.

Тем временем шатен вышел на лоджию, куда он бросил документы, застав Чую, у которого почти началась паническая атака.

Обнаружив, что текста тут не на один лист, а на целых три, и открыта пока только первая страница, спокойно выдохнул. Чуя не успел до конца расстроиться. Это радует. Шатен проглядел беглым взглядом весь текст, отмечая в голове — как же по-сучьи вела себя эта мразь Ширасе.

Сама по себе миссия была довольно трудной. А для Накахары так вдвойне, а то и втройне сложнее. Тогда на ум не пришло ничего лучше чем спрятать папку на шкаф, куда рыжий так просто не дотянется.

— Кто её вообще принёс? — отвлекая внимание разговором от своих действий, спросил он.

— Акутагава, — легко ответил голубоглазый, — Кстати он был очень расстроен, что ты от него отказался. Может не стоит так жестоко?

— Понятно, — Дазай фыркнул. А Чуя знал, что это первый признак раздражённости напарника, — Ничего страшного. И, к тому же, это ему на пользу. Сам разберусь с этим. Что ты вообще в таком случае предложить мне делать собрался?

— Ну… Может скажешь ему что-нибудь ободряющее. Или подаришь что-либо на память. Не обязательно что-то дорогое. Он и шишке будет рад от тебя.

— Шишке?

— Да, просто шишке с ёлки.

— Могу только эту шишку ему в глаз кинуть.

Тихий вздох, который говорит сам за себя: «Ты не исправим.».

— Не стоит. — смирился Чуя.

Тем временем, Осаму прошёл в комнату, и положил на самый высокий, и, пожалуй, один из очень немногочисленных шкафов в их квартире злосчастную папку.

Накахара же успел заметить это. Допивая чай, булка уже была повержена, он проследовал за напарником, и, с каким-то недоумением во взгляде, а-ля, «Ты балбес, я правильно понимаю?», наблюдал.

— И что это ты сделал? Типа я не достану? — начал разговор слегка возмущённый рыжий.

— Ой, да забей ты, до завтра ещё есть время. Хотя ты, коротыш, правильно мыслишь. — карие глаза забегали по комнате, будто бы в поиске того, чем можно ещё отвести фокус внимания от завтрашнего задания. Взгляд остановился на окне.

Осаму усмехнулся:

— И неужели, если ты так не хочешь, чтобы я знал, было так трудно хотя бы умыться? От твоих рук так и несёт табаком.

— А… Ну… — замялся голубоглазый, но тут же вспомнил недавние размышления. — Не хочу и не умылся. Тебе то что? Я просто не хотел, чтобы ты потом бегал и клянчил у меня сигареты. Хотя ты и так их постоянно воруешь, а потом говоришь, что мои сигареты отвратительные, а твои прекрасны! И давай тему не переводи.

Самый глупый план за всю жизнь Дазая.

Видимо, даже у гениев в некоторых стрессовых ситуациях, голова капельку плохо функционировать начинает.

Дазай был в полной растерянности, только сейчас до него дошёл тот самый факт, что перед ним сам король гравитации, который, не то, что на потолке сидеть может, он летать может.

По изначальному плану, Чуя должен был забить на папку, и спокойно прожить свой выходной. А завтра, прямо перед миссией голубоглазый всё прочитает, но будет не особо загоняться по поводу Ширасе, ведь голова будет забита исполнением весьма непростой миссии.

Он сможет отвлечься работой, пусть, это и не самый лучший вариант, но он куда лучше полностью испорченного выходного.

Но план явно провалился.

Продолжение следует...