Девочка с золотыми глазами
Туманный вечер в Хогсвартсе был тих и спокоен, пока у ворот не возникла высокая, истаявшая в тенях фигура. Сириус Блэк, его лицо искажено отчаянием и срочностью, бережно передал завёрнутый в тёплое одеяло свёрток на руки Альбусу Дамблдору.
— Её зовут Астра, — прохрипел он, и его глаза, полные немой мольбы, встретились с проницательным взглядом директора. — Охраняйте её. Спрячьте. От него... и от моей... репутации.
Ему не нужно было объяснять, кто «он». Тень Волан-де-Морта уже коснулась многих жизней, и эта крошечная, спящая жизнь в его руках была следующей на очереди.
— Я дал клятву твоей матери, Сириус, — тихо, но твёрдо сказал Дамблдор. — Клятву, которая важнее любой тюремной стены. Теперь иди. Пусть они думают, что ты скрываешься.
В ту же ночь Сириус был схвачен на якобы «месте преступления». А через несколько часов мир узнал об ужасной измене Поттеров и злодействе Сириуса Блэка. А Астра исчезла.
Для её же защиты — так было сказано всем, кому это было нужно знать, — девочка стала Астрой Дамблдор, дальней, тщательно оберегаемой родственницей директора, чьи родители-маги погибли при трагических обстоятельствах. Её растили не в роскоши, а в строгости, в уединённой башне на территории Хогвартса. Её мир составляли книги, уроки и редкие, но яркие визиты в Косой переулок под бдительным присмотром.
Но строгость не смогла задавить её дух. Астра росла не только умной — она была живым родником любопытства и тихой, озорной радости. Этим она была обязана семье Уизли, которая, по воле Дамблдора, стала её тихим пристанищем. Молли и Артур, узнав правду (или её часть), приняли её как свою. «Спасибо семье Уизли», — часто думала Астра, засыпая в своей башне под шум дождя, вспоминая запах домашнего пирога и гомон полного дома.
Особенно её тянуло к близнецам. Джордж и Фред были как стихия — непредсказуемые, взрывные и бесконечно весёлые. Но с Фредом... с Фредом была какая-то отдельная магия. Он был её первым защитником от школьных задир (пусть даже те были лишь манекенами для тренировок), изобретателем улыбок специально для неё и тем, кто всегда оставлял для неё самое зелёное яблоко из Хогсмида.
— Не парься из-за этих болванов, Золотоглазка, — говорил он, вручая ей очередную жужжащую конфету. — Когда мы с Джорджем откроем свой магазин, ты будешь нашим главным тестировщиком. И... женой владельца, когда вырастешь, — добавлял он с таким нахальным подмигиванием, что у Астры от стыда и странной теплоты внутри горели щёки.
Она лишь улыбалась, списывая это на шутку или детскую влюблённость, которая, конечно же, пройдёт. Но годы текли, а слова Фреда, сказанные всё более серьёзным тоном, не менялись. И её чувства — тоже. Тем не менялось его люблю, — писала она однажды на полях старого учебника по зельеварению.
Правду о своём отце она узнала рано. Альбус, сидя с ней у камина, рассказывал не сказку, а трагедию взрослых: о Поттерах, о предательстве Питера Петтигрю, о несправедливости, сломавшей жизнь Сириуса Блека. «Он не виновен, Астра. Он любил твоих родителей. И он любит тебя».
Умом она понимала всё. Но в глубине души, там, где жил маленький, обиженный ребёнок, копилась горечь. Ребёнок, который хотел отца. Маму... но мама, как она знала, умерла, подарив ей жизнь. Иногда она ловила себя на том, что вглядывается в лица незнакомых мужчин в толпе, бессмысленно надеясь увидеть знакомые черты.
Её образование было таким же двойственным, как и её происхождение. Северус Снейп, по личной просьбе Дамблдора, учил её тонкостям зельеварения, и Астра, к его немому удивлению, обнаружила врождённый талант. Сам Альбус редкими, но насыщенными беседами знакомил её с тёмными искусствами — не чтобы учить использовать, а чтобы учить распознавать и противостоять. Но большую часть знаний она добывала сама, проглатывая книги в запретной секции библиотеки, куда имела доступ с личного позволения директора.
Астра стояла на пороге своего одиннадцатилетия, глядя в зеркало. На неё смотрела девочка с густыми русыми кудрями, которые невозможно было укротить, и с глазами невероятного, пугающего золотистого цвета — цветом, который она не наследовала ни от кого из известных ей Дамблдоров. Глазами, в которых плелась её судьба — из горькой лжи о предательстве отца и спасительной правды о его любви, из строгости опекуна и тепла приёмной семьи, из тишины башни и громкого смеха рыжеволосого мальчишки, который уже не шутил, когда говорил, что ждёт её.
Её детство заканчивалось. Скоро должен был прилететь совиный почтальй с письмом из Хогвартса. И Астра Дамблдор сделает свой первый шаг в мир, который думает, что знает её историю. Мир, который скоро узнает, на что способна девочка, чья судьба сплетена из лжи и правды.