Крылатые

Сильфина ангел
Грим
http://www.li.ru/interface/pda/?jid=3507186&pid=221270540&redirected=1&page=0&backurl=/users/3507186/post221270540
https://pin.it/6oc5W7o

   Меня бабы прозвали Грим. Вообще, я брался по ошибке как девочка, потому что в цеха по пошуву одежды берут только девушек. Объясняют это тем, что терпения у них больше, сидеть они могут дольше и ещё всякие глупые отговорки, которые не позволяют мужчинам шить.
    Взяли меня девочкой, потому что охранник(да, осы когда-то ходили в зелёной стандартной форме и назывались всеми как охрана) увидел в моём детском лице за решёткой девчачьи черты. Я не виню его.
    Вы только представьте! Щекастый малыш шести лет с тёмной кожей, чёрными губами и словно подведёнными красными глазами. Очаровашка прям и милота да ещё и ноготочки чёрные от рождения! На эту малышку не положили глаз почасники и не сразу заметили охранники. Ох! И как же я рад их равнодушию, но больше всего я рад тому крику, что обрушился на моего невезучего спасителя. На него орали, а меня только пальцем тронули и так забавно это сделали! Вырвали из рук простынь, которую нам дали после того, как раздели перед продажей, и приподняли указательным мой, ещё в те года мелкий, член. Ох, а когда я повзрослел этот палец ласкал меня вкупе с остальными. К ним подключался постоянно язычок и такое место, из-за которого я никогда не променяю свою мужскую ипостась.
    Пошли все к чёрту, а особенно почасники, которые на меня кладут глаз в последние года. Моя внешность великолепна для продажи, а подвешанный язык валит почасников каждый раз, когда я начинаю при них или с ними болтать. Они ж частенько все захаживают за одеждой для своих живых секс-куколок, поэтому постоянно видят меня в "приёной". Я как-то умудрился научиться договариваться и вытаскивать из людей тот образ, который они придумали в своей головке.
    Когда-то я занимал мелкую должность принеси-подай. Бегал среди столов с материалом, нитками, иголками и всяким привсяким. Время шло, я взрослел, а они понимали, что давать мне можно поносить что-то тяжёлое. К пятнадцати годам я легко поднимал под тридцать килограмм коробки и ящики. Пока носил - запоминал названия тканей и материалов. Некоторые главные швеи и раскройщицы иногда учили меня всякому. А одна, совсем молоденькая девушка, которую приняли на работу, научила рисовать. Это был мой скачок вверх. Я срисовывал всё. Получалось криво, но чем больше перерывы занимал себя этим, тем лучше получалось. Сейчас за несколько минут могу накидать образ будущего платья или костюма. Плюсом с удовольствием посоветую материал и с чем лучше носить.
    Меня многие почасники манят к себе. Ласкают мои уши рассказами о том, что буду спать весь день, кушать лучшую еду и одевать великолепные наряды. Меня как-то так заласкал один представитель, что я пошёл к главной по производству и именно посоветовался на счёт повышения на самый верхний уровень. Первое, что она спросила, так это с кем я говорил. Я сказал имя, а она мне устроила такую промывку мозгов, как тому охраннику, который меня привёл когда-то в детстве.
    "Это самый противный почасник! Ты представления не имеешь, что он делает со своими мотыльками за неподчинение. Да и вообще, что ты знаешь про мотыльков?! Они тебе заливают великолепную сказку. А ты знаешь, что мотыльки ночью делают? Они трахаются всю ночь с кем придётся,  отрабатывая дневной сон, еду и дорогую одежду! Ты осознаёшь, что тебе придётся давать себя выебать, как ты меня ебёшь? А? Я слышала, что тот ублюдок своих голодом мучает, если те не слушаются или дерутся. А что каждый почасник делает за любую ошибку? Бьёт током! Сядь, пожалуйста. Я сделаю на самый минимум, потому что я никогда тебя не била им. Я орала. И считаю, что ор именно воспитывает, а не подчиняет! Мне не нужны рабы. Мне нужны работники, которые будут выполнять работу качественно. И поощрятья вас буду соответственно, а не дополнительной пайкой."
    Я сел в кресло её кабинета и первый раз в жизни почувствовал, как моё тело дёрнулось, а сердце остановилось. Первый раз я испытал настолько сильный страх перед смертью, что сразу же поклялся себе "никогда в жизни не стану мотыльком!"
    "Запомни, бить током будут сильнее, требовать больше, а любить меньше, если вообще любить будут. Ты будешь заниматься тремя вещами - есть, спать и трахаться, - она замолчала на мгновение. - Мой мальчик, ты вырос здесь, среди любви и ласки. Не меняй нас на сладкие речи. Грими, мы все тебя любим. Не ходи к этим крысам, которые живут в ночном лесу. Они не видят солнца, им запрещено ходить на другие этажи. Именно там живут настоящие рабы."
    Я никогда не понимал кем эта женщина для меня проходилась. Она всегда оберегала и любила как мать, но так же она любила, как партнёра. Естественно послушал именно её и как-то вежливо всё ещё отказываю почасникам. Но некоторые бывают такие настойчивые, что я начинаю разыгрывать сценку, что меня "обижают". Великолепно действует. Все бабы, которые находятся рядом налетают и отбивают меня самыми грубыми словами. Хе, ещё бы им не отбивать. Вырос на их глазах к тому же переспал не по одному разу больше, чем с половиной из них.
    Я известен вокзалу, как единственный мужик среди баб да к тому же умеющий шить, но видят мою руку кое в чём другом, причём и за пределами вокзала. Из-под моих пальцев вышел самый страшный и узнаваемый образ, который все баттефы прозвали осиным. Я сделал первый набросок чёрного силуэта с жёлтыми глазами. Девочки его немного переделали, вывели в разряд совершенства, но я оставил главное - страх каждого баттефа. Это тот образ, который видят в глазах противных охранников. Пусть сейчас они в очках, но вся их суть в их одежде и этих ярких шарах на лице.
    Мне уже тридцать один год. Моя первая и единственная хозяйка пару лет назал умерла от инфаркта и для всех заныкала мой ключ от ошейника, написав завещание о том, что ключ спрятан ею на вокзале и никто, кроме неё не знает его расположение. По её документу, я пожизненно принадлежу девочкам промышленного этажа. Они за меня отвечают.
    Но есть один секрет. Который ушёл с ней в могилу и останется в моей голове, а точнее на ухе. Моя хозяйка спрятала ключ в серёжке на правом ухе. Специально заказала пару словно с чёрным камнем, но серьги больше похожи на маленькие шкатулки. У них к тому же замок и технология крепления такая, что никогда не раскроется и не потеряется. Занимают всё ухо от мочки до верхней точки. Я могу в любой момент снять и открыть ошейник, но не делаю этого. Я люблю свою работу. Я живу в этом творческом, нежном и от части ядовитом женском обществе и не хочу его покидать ради призрачной и мутной свободы.