Глава 27
Выхожу на трассу, останавливаясь на обочине. Поворачиваюсь к машинам и сразу же жмурюсь от ярких фар, которые слепят в темноте. Машу рукой, пытаясь поймать попутку, но никто не останавливается. Конечно, никто не останавливается. Кто захочет подвозить мутного типа, останавливаясь около кладбища. А такси сюда не поедет, автобусы в это время не ходят. До ближайшей заправки и места, где хотя бы есть какое-то количество людей идти ну как минимум полчаса. Сил во мне тоже нет, глаза слипаются, а ноги становятся ватными, начинают болеть.
Продолжаю пытаться остановить машину, но ни одна не останавливается. Я уже даже теряю надежду, но в один момент, когда я опустил руку, на обочину заезжает машина и останавливается.
— молодой человек, вас подвести? — выглядывает из окна мужчина.
— да, если можно. Я буду вам очень благодарен, — хриплым голосом отвечаю я и сажусь в машину.
— извините за вопрос, но что вы делаете один в такое время около кладбища? — изгибает одну бровь парень, выезжая на трассу.
— могилу себе копал, — осипшим голосом говорю я, посмотрев вниз.
Водитель машины сразу же напрягается, сжимая руль. Непонимающе смотрит на меня, как на какого-то психа.
— да ладно, расслабься. Ходил на могилу к матери, сегодня 10 лет как её нет, — поджимаю губы, качая головой. Отвожу взгляд в окно.
— прости, не знал. Соболезную.
— не, не нужно, — усмехаюсь, прикладывая костяшки пальцев к губам.
Оставшийся путь до моего дома мы едим в тишине. Я попросил довезти парня до дома родителей. Не знаю что, но что-то потянуло меня именно туда. Машина останавливается прямо напротив ворот дома.
— спасибо, большое, — оставляю за собой на сиденье тысячную купюру и выхожу из машины, хлопая дверью.
Сразу же подхожу к воротам и задираю голову вверх. Одно единственное окно, в котором горит свет, — это окно комнаты Алисы. В нём же вижу я и девушку, которая сидит на подоконнике, читая книгу. Даже на таком большом расстоянии от неё я чувствую её грусть и тоску. Сердце принудительно сжимается.
Ключи у меня остались, поэтому я прохожу во двор дома и встаю под окном, из которого исходит свет. Я собираю с земли маленькие камушки и, вздохнув, начинаю кидать их в стекло. Сводная сразу же реагирует на странный звук и отрывается от увлекательного чтения. Смотрит вниз. Замечает меня. Я смотрю на неё, встряхнув головой. Но вместо того, чтобы открыть окно, она спрыгивает с подоконника и уходит, дёрнув шторой.
— Алиса, подожди! — кричу я, совсем не боясь, что меня могут услышать родители. Снова кидаю камушки в окно, надеясь, что Лисе вскоре надоест, и она выглянет в окно. А может она побежала спускаться ко мне?
Стою так одну, две, три минуты... но в окне так никто и не появляется, а в комнате продолжает гореть свет. Ну что за... девушка. Мне нужно с ней поговорить и мне все равно, хочет она этого или нет.
Открываю ключом входную дверь и захожу в дом. Слышу голоса родителей из гостиной, поэтому тихо разуваюсь и пробегаю на второй этаж. Ну всё, теперь она не отвертится. Прохожу по коридору. Честно, так противно здесь находится, но мне нужна только Алиса. Больше ничего. Подхожу к её комнате и, даже не стучась, врываюсь внутрь. Девушка сидит на кровати с той же книгой, но от моего визита она вздрагивает и недоверчиво смотрит на меня.
— я стучал вообще-то в окно, — хмурю брови, смотря на Алису. Та продолжает молчать и опускает взгляд в книгу. Меня это раздражает, поэтому я подхожу к кровати, наклоняюсь к сводной и вырываю книгу из её рук. Отбрасываю чудо-творение в угол.
Тогда Алиса складывает руки на груди, смотря на свои коленки. Всё молчит и молчит...
— ну что ты молчишь? Хватит молчать, я не за этим пришёл, — резко сажусь на кровать, от чего девушка подскакивает на ней.
— ты издеваешься, Егор? — поникшим взглядом смотрит на меня.
— с чего ты это взяла? Я пришёл поговорить, а ты решила поиграть со мной в молчанку. Терпеть не могу, когда меня игнорируют, ты уже должна была понять это, — объясняюсь, стараясь смягчить голос.
— сначала общаешься со мной как с надоедливой девчонкой, отгоняешь, машешься как от назойливой мухи, а потом приходишь как ни в чём не бывало и хочешь поговорить? — усмехается Алиса, а её глаза начинают блестеть на свету от солёной жидкости. — Егор, если это шутка, то она затянулась. Поезжай к себе в квартиру, дома родители, они тебя будут не рады видеть, — Алиса пересаживается на другой край кровати и поворачивается спиной ко мне.
— какая, мать его, шутка? — грубо спрашиваю я, толкая Алису за плечи назад. — мне нужно с тобой поговорить.
— днём, после универа, я тоже хотела с тобой поговорить и сказать важную вещь, но ты мягко послал меня, отсчитывая секунды нашего разговора. Егор, я не заслуживаю такого отношения к себе. Я тоже человек, у меня тоже есть чувства, — девушка резко поднимается с кровати и направляется к двери.
Я тут же встаю за ней, делаю размашистых два шага и грубо хватаю сводную за руку. Она вскрикивает и недовольно смотрит на меня. Я прижимаю её к стене, а сам наклоняюсь на неё, прижимая ещё и своим телом.
— отпусти меня, Кораблин! — Алиса начинает дёргаться, бить меня по плечам, груди, но я не сдаю свои позиции. — да отстань ты от меня! Оставь меня в покое!
— Алиса, я хотел попросить прощение. Прости меня, я не хотел днём тебя обидеть, сегодня такой день, что... — голос хрипит, я уже готов сознаться и сказать правду, но разъярённая девушка перебивает меня.
— засунь свои извинения знаешь куда? — кричит она, даже не желая меня слушать дальше.
— да что с тобой такое, Алиса? Выслушай меня, — обхватываю талию девушки руками и слегка сжимаю. Может так получится? Но сестра лишь бьёт меня по рукам и закрывает свой живот руками, хмуря брови. Чего она такая дёрганая?
— я не хочу тебя слушать! Уходи из моей комнаты! — громкий голосом продолжает Алиса. Колотит руками меня по груди. Тогда я отступаю, сжав руки в кулаки.
* * * (Алиса)
Не могу смотреть на Егора. Противно. Обидно. Больно. Он сжимает мою талию, на что я дёргаю его руки и закрываю живот руками. Не хочу, чтобы он ко мне прикасался, а особенно к животу. Днём я хотела ему всё рассказать, но когда он послал меня, он послал и всё, что так или иначе связано со мной.
Я не представляю, что будет дальше. Что мне делать? Справлюсь ли я одна? А если родители узнают, то на мне живого места не останется, загрызут ведь. А Егор... сомневаюсь, что ему нужен этот ребёнок. Он никого не любит, я не знаю, что нужно сделать, чтобы заставить его чувствовать хоть что-то. Если скажу ему о ребёнке, то он точно отправит меня на аборт, а если не пойду — поведёт сам за руку. Но я не хочу. Я не могу взять и убить ни в чём невинного малыша. Это частичка меня, частичка Егора, которого я всё равно, как дура, продолжаю любить, несмотря ни на что.
— я не хочу тебя слушать! Уходи из моей комнаты! — выкрикиваю я дрожащим голосом. Сердце разрывается в клочья, но если я буду позволять ему так издеваться надо мной, то он меня сломает окончательно.
— Алиса, я... — начинает он, но не успевает договорить. Из коридора слышится голос матери.
— Алиса, что там у тебя происходит?
Егор зажмуривается, закрывая лицо руками. Поворачивается вдоль своей оси, пытаясь найти место, чтобы спрятаться. В итоге подходит к моему шкафу, открывает его, выкатывает оттуда чемодан и залазит внутрь.
— не говори ничего им, пожалуйста, — шепчет мне, а после закивает дверцу.
Ровно в этот же момент в комнату заходит мама, оглядываясь. Я стою опешенная. Не успеваю за тем, как всё быстро происходит вокруг меня. Из-за беременности я стала дольше думать, медленнее соображать, да и вообще... гормоны явно стали шалить.
— дочь, что ты кричала тут? И зачем тебе чемодан? — изгибает одну бровь, смотря на выкаченный из шкафа чемодан.
— я... — теряюсь. Сказать ли правду, ведь я очень зла на Егора, или дать ему ещё один шанс.. — я разбираю шкаф, навожу порядок, всё нормально...