Сестрёнка Пятифанова | Редактирование

«BLESSED MANE — Death Is No More»

  Лия и её отец наконец-то добрались до дома. Долгая дорога, казалось, длилась бесконечно. Утомлённые, они мечтали поскорее оказаться в родных стенах и, может быть, даже заснуть прямо на пороге, на полу. Но, увы, не вышло. Как только ключ повернулся в замке и дверь распахнулась, их встретила мама, которая с обеспокоенным видом заключила в объятия дочь. Рюкзак выпал из рук Лии и слегка преградил путь. Уставший отец с трудом прошёл внутрь, протиснувшись через любимых дам.

— Ма-ам, — с хрипотцой простонала Лия. Мама крепко обнимала её, прижимая к себе и обхватив руками за шею.

— Слава богу, девочка моя, с тобой всё хорошо, — с искренней радостью произнесла женщина, благодаря всех за то, что её ребёнок остался невредим. Повторяя одно и тоже и перед каждым словом она говорила «Господи».

— Мам, ну задушишь же!

— Всё, всё, — наконец, она отстранилась. Взглянула на дочь своими зелёными глазами и воскликнула: — Я чуть не сошла с ума, когда услышала, что ты с обрыва упала!

— Со мной всё в порядке, — произнесла она, разведя руки в стороны и осторожно покрутившись на месте, чтобы продемонстрировать свою целостность. Сделав полный оборот, она остановилась и, приподняв бровь, мол, спрашивая: «Видишь?»

— Откуда мне знать, что у тебя внутри ничего не переломано? Как так получилось вообще? — воскликнула мама, возмущенно уперев руки в бока буквой «ф». Младшая закатила глаза и с усталостью опустила свои руки.

— Виолетт, оставь её, ну! Мы так с дороги ужасно устали, всё тело ломит. Я голодный, как собака, — Со второго этажа донёсся жалобный, но в то же время такой спасительный голос отца. Лия, услышав его, даже улыбнулась, а мама, глубоко вздохнув и нахмурив брови, посмотрела наверх, откуда доносился этот мужской голос.

— Так, ладно. Завтра же идём в больницу, — мама предупреждающе направила указательный палец на Лию. У младшей округлились глаза от сказанного. Женщина ухмыльнулась и развернулась, уходя на кухню.

— Рано утром?! — крикнула растерянно ей вслед дочка, уже не ожидав ответа.

— На одиннадцать пятнадцать запись, — Не оборачиваясь, ответила Виолетта, и её фигура исчезла в кухне. Она ушла, чтобы разложить недавно приготовленный ужин для своих родных приезжих.

— "ну хоть так", — Лия с облегчением выдохнула, услышав ответ, смотря на открытую кухню.

***

— ЧТО?! — услышав сказанное подруги, Пятифанова вскочила с кровати. Её глаза широко распахнулись, а нижняя челюсть отвисла. — Я не... Нет-нет-нет. Она не способна на такое, — присев на край, она согнулась, опираясь локтями на колени. Протёрла лицо прохладной рукой, всё ещё не веря в произошедшее.

— Если я говорю, что твоя Эртнер оттаскала её за волосы, значит — оттаскала! — твердила в трубку девушка, запыхавшаяся, усталая, что было ощутимо даже сквозь динамик. Слово «твоя» прозвучало для Ли как-то странно, и она слегка искривила губы, а затем тяжело выдохнула.

— И где они сейчас?

— У психолога, — произнесла Полина, хрипло выдыхая.

Лия не знала, что ещё сказать. Всё произошло так неожиданно. Только она уехала, как на неё обрушились новые проблемы. Из-за неё Хлоя поссорилась с Викой, а затем подралась с ней.

— Я тебе кстати не только из-за этого хотела позвонить. Поделиться хотела: Ромка себя как-то странно ведёт. Шарахается ото всех.

— А мне-то что? Я без понятия, чё с ним. Он по жизни странный — Пятифанов же, — с долей шутки произнесла она последнее.

— Да нет! Он и вправду очень странный сегодня.

В дверь раздался аккуратный стук и дверь слегка открыли по ту сторону.

— Дочь, — из-за двери показалась голова мамы. Она увидела, что Лия с кем-то разговаривает, и произнесла полушёпотом: — держи, померяй температуру, пожалуйста, — с этими словами показалась уже и рука, в которой находился ртутный градусник.

Лия смотрела на маму исподлобья, когда та пришла, и кивнула. Виолетта осторожно бросила стеклянный измеритель на кровать, и он мягко приземлился рядом с девушкой. После мама сразу ушла. Взяв стекляшку, Ли покрутила её в руках и, видя, что ртуть сбита до «36,5», сунула предмет под домашнюю футболку.

— Так а что случилось-то вообще? Как произошло это всё? — спросила Лия Полину. Убрав телефон от уха, включила на громкую, предварительно посмотрев на время «21:44», и засекла около десяти минут, чтобы измерить температуру.

Морозова очередной раз глубоко выдохнула и принялась рассказывать:

— Когда ты уехала, я в корпус наш вернулась. Слышу, что все кричат, и причём непонятно. Ко мне подлетает Кира из шестой комнаты, которая и говорит: «Там девочки дерутся! Кристина Витальевна ушла на пару минут в главный, а мы их разнять не можем. Даже пацаны, они боятся» и повела меня на второй этаж в туалет. Я в ауте. Поднимаюсь, вижу столпотворение вокруг туалета: мальчики стоят и зайти не могут, женский же всё-таки! Когда зашла, увидела Казакову с Эртнер. Хлоя Вику то ли за волосы схватила, то ли за шиворот держит, непонятно. Понятно лишь то, что её за волосы оттаскали, потому что на Хло ни одной царапины. Короче, с божьей силой разняла их и повела сначала к Кристине, та решила, что лучше старшим вожатым не рассказывать, так как это произошло между "коллективом", а там уже и к психологу. Сейчас без понятия, че там, я уже в вожатском корпусе, в комнате своей сижу, — выговорилась девушка за пару минут.

— Пиздец, конечно. Теперь понятненько всё...

— Не то слово. Я честно не знаю, что делать. Поговори, что ли, завтра с Хлоей, может хоть она тебе объяснится, зачем это сделала. Потому что Кристине Витальевне передала психолог: «Хлоя ничего не рассказала. Сказала лишь, что она получила по заслугам». «Она» — это Вика, — у Полины на фоне были слышны голоса соседок по вожатской, так подумала Пятифанова.

— Хорошо. Постараюсь что-нибудь узнать, — спина затекла и Лия полностью легла на кровать, укрыв ноги одеялом.

— Ладно, моя хорошая, пока. Устала очень, спать пойду. Спокойной ночи!

— И тебе, Поль. Пока, — подруга завершила звонок сама.

Девушка откинула руку, и телефон упал рядом. Вдох-выдох. Она смотрела в потолок, и мысли сами настигли её.

— "интересно... как там Антон без меня? А если к нему кто-то подкатывать будет?" — от таких мыслей она помотала головой.

Антон не способен на измену, слишком хорош он. Умный, немного тихий парень, а полностью открыт со своими близкими. Вспоминая, что они теперь пара, Лия не верит в это. Всё произошло так быстро! Прошёл год дружбы — и вот они вместе. Хватает ли вообще года, чтобы начинать отношения?

Вновь вспомнив только уже о прошлой школе и друзьях, там заводили отношения чуть ли не через неделю знакомства, а иногда даже и дня хватало им. Теперь вопросов в голове девушки появилось ещё больше. А как вести себя в отношениях? Обязательно ли нужно заниматься любовью? От таких вопросов в своей голове она смутилась и протёрла лицо рукой.

Лия вспомнила, что с братом они как-то разговаривали на тему отношений, но уже не помнит, чем закончился этот разговор и что он ей там наговорил или на советовал. Знает точно, что Рома недолюбливает Петрова, и неизвестно — почему. У него свои тараканы в голове. Ли много раз вступалась за него, дабы Ромка того не трогал.

Неожиданно телефон зазвонил. Оторвав взгляд от потолка, она глянула в экран.

— "вспомнишь солнце вот и лучик", — сказала девушка, увидев на экране вызова контакт «Старший». Пятифан звонит. — "Блять, я ж обещала ему позвонить."

Нажав на зелёную трубку, она перевела звонок на громкую связь и, положив телефон на грудь, снова стала смотреть вверх.

— Алло, Лия, ты дома?

— Да, привет.

— Фух, — выдохнул он в трубку, — ну слава богу.

— Сильно переживал? — Лия и сама не поняла, зачем это спросила. Холодным, безразличным тоном, смотря на потолок.

— Конечно. Как я могу не переживать? — предъявительски ответил Рома. — Чего не позвонила, как приехала?

— Устала сильно. Всё хуже и хуже становится. Как приехала, есть пошла, потом в душ, а после Полина позвонила с охуительной новостью.

— Хуже? — удивился он. — Температура у тебя есть? — его интересовало только её самочувствие и состояние.

Вытащив рукой градусник из-под футболки, глянула на него. Свет от экрана помог разглядеть, где остановилась тёмная полоска: 38,4. В висках потихоньку начало неприятно покалывать что-то.

— Тридцать восемь и четыре, — продиктовала она и положила стекляшку рядом с телефоном.

— Пиздец... — произнёс он шёпотом. — Заболела, получается.

— Получается. Завтра в больничку пойдём с мамой. Хорошо, что не под сорок температура.

— Не так и далеко до сорока.

— Ничего страшного. Расскажи-ка мне лучше, как твои дела? — вспомнив слова Полины, Лия решила проверить, скажет ли ей брат, что с ним.

— Да-а.... нормально дела, — затянуто ответил он. — За тебя переживал весь день.

— А кроме меня, как дела?

— Говорю же, нормально. Я что, за сестру побеспокоиться не могу? — недовольничал тот.

— Можешь, конечно.

— Ну вот и всё.

— Как Антон там?

— А я по чём знаю? — неожиданно заговорил Ромка "литературно", от чего Лия очень тихо хихикнула, почти что в голове. У Ромы на фоне послышалось открытие двери, которая скрипнула, оказалось, что кто-то вошёл к нему в комнату. — Я за ним не слежу. Сама у него спрашиваю.

— М-м, ну понятно, — промычала она, кивая головой. — Ладно, спокойной ночи тебе.

— Спокойной ночи, — сказал он и звонок завершила девушка.

Выдохнув, она поняла, что тот никогда по-настоящему не скажет, как у него дела и что на душе. Было ясно по его речи — он недоговаривает. Зачем скрывать тогда? Даже от сестры, раз беспокоится сильно. Пусть и дальше скрывает, в скором времени всё вскрывается наружу.

Начала болеть голова. Появились неприятные ощущения в висках, от чего Ли решали, что пора отдохнуть. Убрала телефон на зарядку и легла спать.

~☾~

— Хватит уже глаза тереть! Болеть потом будут, — отчитала женщина дочь.

— Мам, я спать хочу... — Лия подняла голову с особым усилием, когда мать подошла с её медицинской картой. — Всё тело болит. Будто я не спала ночью, а... хрен пойми чем занималась, — в очередной раз протёрла она лицо руками.

— Это всё из-за температуры, — облокотившись на белую стену около сидящей дочери на скамье, посмотрела на неё. — Поэтому у тебя — усталость и ломка.

— Ломка? От температуры, что ли, которой давно не было?

— Нет же. Тело у тебя болит — это и ломка. Всё благодаря температуре, — пожала она плечами, поправляя свой зализанный пучок.

— М-да уж, весело...

— О, Лия! Привет! — послышался знакомый голос. Отводя взгляд от мамы, Лия увидела её ростом парнишку. Это был одноклассник, худощавый брюнет, одетый в футболку с неизвестным для неё принтом и в светлые джинсовые шорты с кедами.

— Ой, привет, Ярик, — устало улыбнулась девушка ему.

— Здравствуйте, — Ярослав поздоровался с мамой девушки, а та тепло улыбнулась в ответ.

— Чё делаешь здесь? Заболел?

— Не-а, — помотал он головой и покрутил в своих руках файлик с бумагами и толстой мед-карты. — Я вот в лагерь комиссию прохожу. А ты что, заболела, да?

— Заболела. В лагере.

— Ого... Ну, выздоравливай! До встречи, — улыбнулся одноклассник, чуть не выронив документы. — До свидания! — попрощался, вернул карту в регистратуру и вышел из здания больницы.

— Кто это? — поинтересовалась Виолетта Владимировна у дочери.

— Ярослав Исаков — мой одноклассник. Хороший и умный мальчик, помогает всем с учёбой, да и на контрольных с самостоятельными, — Лия, подперев голову рукой и опираясь на колено, внимательно наблюдала за прохожими, которые проходили рядом в светлом здании.

— Исаков... Исаков... Знакомая фамилия, — проговорила мама и, ненадолго задумавшись, после воскликнула: — Исаков! У нас же на работе Светка Исакова работает.

— А-а. Подружаня твоя? — повернула девушка голову на маму, смотря снизу вверх.

— Ну да, сын он её, получается. Как раз недавно о нём рассказывала, — из своей чёрной сумки старшая Пятифанова достала небольшое складное зеркальце и начала разглядывать, как она выглядит.

— Мам, а после больницы ты на работу уедешь? — наблюдала она за действиями старшей, что, скорее всего, подтверждали её вопрос.

— Конечно, а куда ещё? — не отворачиваясь, говорила она. — Сейчас сходим к педиатру, ты потом домой пойдёшь, а я на работу.

— Печально.

— На одиннадцать пятнадцать заходите! — произнесла молодая девушка, открывая дверь кабинета и выпуская предыдущего пациента — маму с маленьким мальчиком.

— Пойдём, — захлопнув зеркальце, Виолетта аккуратно подхватила под локоть Лию, и они обе пошли к кабинету.

***

Итак, Лия вернулась домой к обеду, а мама на такси уехала на работу. Педиатр сказала лечиться. Температура и красное горло было у нашей девушки, а также не переломанные кости, тогда-то после рентгена мама Виолетта с полной грудью выдохнула. Так как лето, никаких справок в школу не нужно, и уже хорошо.

Следующий день. Пятница 15-го июля.

Лия ходила по всему дому, не зная, чем себя занять. Оба родителя на работе. Каждую комнату облазила, повалялась у всех на кровати от безделья и вскоре ушла в гостиную на диван, включила телевизор просто на фон. Чтоб «разговаривал» и не так одиноко было. Перелистала по ощущениям весь «ТикТок», переиграла в разные игрушки, которые были на мобильном, и уже просто лежала на диване, глядя в потолок.

Время 12:06. Прошло всего пару часов после того, как девушка проснулась, а она думала, что вечность. Повернувшись к телевизору и подперев голову рукой, она начала смотреть, что происходит на экране. Какая-то очередная мелодрама, которую смотрела мама вечером, и выключила телевизор именно на этом канале. Ли смотрела на неё с каменным, уставшим и недовольным лицом, так бы сказала мама на последние. Ну а как ещё?

Зазвучал телефон. Пришло сообщение.
Приподнявшись, она села и взяла его в руки. Алиса Николаевна записала голосовое сообщение в классный чат. Открыв мессенджер, включила голосовое:

— «Добрый день, ребята мои. Так как вы уже будете у меня девятым классом, то есть для кого-то выпускным классом, для кого-то нет... Кто в десятый идёт, конечно. Хотела попросить вас скинуть мне в личку фотки вашего паспорта — страничку, где ваша фотография и СНИЛС'а. Чтобы не было вопросов, я скажу вам, для чего это надо. На простом языке это для ваших дальнейших поступлений в колледжи, университеты, вузы и прочее. Буду вбивать вашу информацию в базу для этого, а потом уже и предметы, которые вы будете сдавать. Поэтому прошу скинуть всё это в ближайшее время, чтоб в сентябре я потихоньку уже вбивала данные в эту самую базу», — говорила спокойно классная руководительница полушёпотом, но всё равно было слышно негромкое эхо, которое означало, что Алиса Николаевна, скорее всего, в здании школы.

— "блять, после больницы хрен найдёшь свои документы", — Лия, подумав об этом, встала с дивана и направилась в родительскую спальню, где, по идее и хранились все документы.

Когда она вошла в тёмную комнату, то щёлкнула выключателем, и небольшая люстра наполнила пространство тёплым светом. Подошла к высокой тумбе у кровати, со стороны на которой спала мама, и открыла самый верхний ящик. Внутри оказалось множество вещей, но я знала, что сверху должна лежать прозрачная папка с документами всей семьи. Однако её там не было.

— Блять, ну и где она?! —негодуя, удивлялась Ли.

В доме было ещё одно место, где могли храниться документы — старые деревянные нижние полки. «Там они будут в полной безопасности», — уверяла Виолетта Владимировна. — «Даже вор не сунется туда. Всё завалено газетами, которые к чёрту никому не нужны». Так делала и мама Виолетты — Мария Григорьевна — бабушка Лии по маме. Такие были времена, из-за чего такую привычку взяла и Виолетта.

Лия вернулась в гостиную и начала искать на полках. Она перекладывала стопки газет, старых журналов, книг и других ненужных вещей, но всё было напрасно — папка не находилась. Лия предполагала, что старшая Пятифанова могла спрятать её в самом дальнем углу, под грудой старых бумаг, и упорно продолжала поиски.

Из стопки потёртых журналов неожиданно выпал лист с ярким цветным рисунком. Лия замерла, держа в руках стопку, и уставилась на рисунок, словно в омут неизвестности.

Убрав макулатуру, она взяла тонкий лист и принялась внимательно его изучать. На рисунке были изображены папа, брат и дочка, но не хватало мамы. Над головами человечков виднелись надписи: «Папа, Рома, Л...» и непонятные стёртые буквы имени.

Пятифанова предположила, что это, возможно, её рисунок. Ну, могла нарисовать его, когда была в Москве и скучала по отцу и брату. Однако оказалось, что нет...

— Что это...

Как только она посмотрела на обратную сторону листа, увидела дату, написанную корявыми цифрами: «2015 г». Это не был её рисунок. В пятнадцатом году ей было около девяти-десяти лет. Она не могла это нарисовать. Не умела вообще рисовать. Ненавидела даже. Здесь и оказаться этот рисунок не мог.

Прожигая взглядом дату, пазл в голове сложился — творения не её на все сто процентов.
Снова взглянула на рисунок и попыталась разобрать имя, которое было нацарапано на лицевой стороне, но две неизвестные буквы были очень сильно стёртыми. Лия не могла понять, кому принадлежит этот рисунок. Она абсолютно была уверена, что это не её рисунок.

Внезапно раздался звонок в дверь. Лия вздрогнула, быстро спрятала рисунок под одной из стопок и, поднявшись с пола, пошла открывать дверь, с мыслей:

— "кого там ещё принесло?.."

Приподнявшись на цыпочки, она заглянула в глазок и увидела высокую мужскую фигуру. Кто-то неизвестный. Что ему нужно? Дважды повернув ключ в замке, она осторожно приоткрыла дверь. Осторожно выглянув через образовавшуюся щель, она увидела молодого человека.

— Здравствуйте, — он поздоровался с робкой улыбкой, как только открыли дверь. Но, увидев девушку, улыбка исчезла, а на лице появился лёгкий шок. Он замер, не в силах отвести взгляд. Лия, конечно же, не заметила этого.

— Здрасте... — ей становилось тревожно.

Неизвестный мужчина стоял почти на пороге дома, а она была одна, и рядом не было никого, кто мог бы помочь. Спасением была лишь её быстрая реакция: если бы он сделал одно резкое движение, она бы сразу же закрыла дверь на все замки.

— Здесь семья Пятифановых проживает? — он совсем молодой. У него были чёрные волосы и чёрная кожаная куртка. Под курткой виднелась белая майка, а на ногах были джинсы и кроссовки.

— Здесь... А что случилось?

— Рому Пятифана можете позвать?

— А какого именно? — мельком глянула она в сторону гостиной, мол, делая вид, что не одна находится в доме.

— Младшего, наверное.

— А его нет сейчас дома! — вскинув подбородок смело заявила она и, поджав нижнюю губу, тут же замолкла.

— Жаль. Не знаете, когда он вернётся? — молодой человек смотрел в её глаза с растерянностью и лёгким испугом, его голубые глаза были полны недоумения.

— Без понятия.

— Ладно. Спасибо, до свидания, — попрощался парень и пошёл в сторону к одной машине. Значит, взрослый уже, но выглядит и вправду очень молодо.

Как только он ушёл, девушка заперла дверь и побежала на второй этаж. Вбежав в свою спальню, она сразу же подошла к окну и, прижавшись к подоконнику, выглянула наружу. Она увидела, как тот парень сел в серую легковую машину, и автомобиль тронулся с места.

— "уехал..." — мысленно выдохнула она.

Взъерошила волосы от стресса, стараясь подуспокоиться. Документы. Точно. Но кто тот человек? Даже не представился. Ни имени, ни контактов не оставил. Значит, не так ему и нужен Пятифанов. Хотя, кто знает...

Лия задвинула шторы в комнате. Решила, что так будет безопаснее. Нужно позвонить родителям. Рассказать и хотя бы узнать, где её несчастный паспорт со СНИЛС'ом.
Обратно спустилась в гостиную, взяла телефон и набрала маму. Гудки за гудками, а ответа нет. Набрала ещё несколько раз, и всё так же.

— "fuck... да за что мне это?", — раздражительно она ходила из стороны в сторону. Не отвечает мама, так и отцу наберём. Одни гудки, а ответов нет. — Да что ж такое! Во всём мире связь отключили или что?! — Ли психовала от того, что никто из взрослых не ответил, когда так нужно.

Девушка обошла диван, вытащила из-под стопки бумаг рисунок и, оставив такой бардак в гостиной, ушла обратно к себе в комнату. Закрывшись в ней, она села на кровать. Телефон отложила и смотрела только на рисунок. Покоя он ей не давал. Разглядывала его и так, и сяк, пытаясь найти что-то новое или какую-то зацепку. Всё напрасно.

Намучившись всем этим, разболелась голова. Температура по-настоящему играла свою роль. Боль становилась всё сильнее и сильнее. Лия спрятала листок под кроватью и легла полностью в постель.

Перед сном мысли не покидали этот чёртов рисунок. Откуда-то же он взялся, не просто так с неба свалился. Может, это какая-то тайна? Тогда зачем хранить это, если оно по идее в такой лёгкой доступности оказалось? А если это было сделано специально...
В голове словно сидел надоедливый дятел, который настойчиво долбил там внутри. Из-за этого девушка не могла заснуть, только ворочалась в постели, пытаясь расслабиться и наконец отдохнуть. После получаса мучений она всё же погрузилась в глубокий сон.

Проспав несколько часов, девушка открыла глаза. В комнате было темно, и казалось, что на улице ночь. Уличные фонари, словно неистово светясь, пытались прорваться сквозь шторы, но те не пропускали их. Ли села на край кровати и сонно потерла глаза. Голова больше не болела. Она коснулась своих щёк — они были холодными, как и лоб.

— "странно..."

Снизу раздались сильные стуки. Похоже, кто-то вновь пришёл. Девушка без задней мысли пошла как можно скорее открывать дверь. Вдруг родители вернулись после магазина с тяжёлыми пакетами? Вот и стучат, чтоб открыли скорее. Спустившись по лестнице, она повернула налево и, не глядя в глазок и не спрашивая «Кто там?», сразу начала открывать замки. Как только дверь открылась, на пороге появился он.

— Рома? — удивилась она.

— Здарова, сестричка! — с широкой улыбкой на лице он вошёл в дом, держа в руках сумку.

— "«сестричка»?" — Лия поморщилась, услышав это в свой адрес. Затем она встряхнула головой, обернулась и увидела, как Рома ставит тяжёлую сумку у стены в гостиной.

— Фу-ух, я голодный, как волк, — парень поплёлся в тёмную кухню, где после она окрасилась тёплым светом из холодильника со словами: — Чё есть поесть?

Лия в замешательстве стояла в коридоре и не могла понять, что происходит. Необходимо во всём разобраться.

— Ром, а как ты... Ты просто уехал? — она вошла в кухню, смотря в непонимание на на брата, сидящего на корточках и роющегося на нижних полках холодильника.

— Ну да, а что? — расслабленно говорил он.

— В смысле?.. А что Лиля Павловна скажет о том, что просто взял и уехал? — разводила девушка руками, совсем не понимая его поведение.

— Ха-х, кому не похуй на эту Лилию Павловну? — смешился Пятифан и захлопнул металлическую дверцу.

Вот теперь она удивилась по-настоящему. Это был не Рома. Его поведение казалось странным. Может быть, он шутит? В кухне стало темно, но через мгновение зажёгся свет, и щёлкнул выключатель. Перед Лией появился её брат, который с хитрой улыбкой посмотрел ей в лицо, заставив её вздрогнуть. Затем он повернулся к столешнице и положил на неё продукты.

— Т-ты... Ты шутишь?! — вернулась она в сознание.

Пятифан обернулся и прижался к столешнице. Его лицо было серьёзным, но внезапно он улыбнулся и рассмеялся. Рома подошёл к сестре, обхватил её лицо обеими руками и спокойно сказал:

— Конечно, шучу, малая, — он будто сюсюкался с ней. Лия решила подыграть ему, принять его правила игры. Она с облегчением выдохнула и рассмеялась вместе с ним.

— И что же ты скажешь ей? — брат прошёл мимо неё, а она посмотрела ему вслед.

— Скажу, что не понравилось и всё, — он открыл свою сумку и начал что-то искать в ней.

— Оу... Ясно, ясно... — сейчас он был похож на себя. Может, всё показалось? — О, слушай! Я тут нашла кое-что и хочу спросить.

Парень вопросительно поднял бровь. Лия не поняла его взгляд, но когда он пожал плечами, словно говоря «ну показывай», она сразу оживилась и радостно побежала на второй этаж, воскликнув: «Сейчас, сейчас!». Схватила рисунок из-под кровати и поспешила вниз.

— Вот, вот, смотри! Я нашла это в старых ящиках, — в то время, когда парень обернулся на возгласы, перед его лицом возник разукрашенный листок.

— Это рисунок, — опустив белый предмет, он лицезрел недовольство на лице сестры.

— Да, я знаю. Но я хочу спросить, чей он, ведь он не мой! Здесь нарисован папа, ты и какая-то девочка, у которой имя начинается на «Л».

— Наверно, потому что это ты и твой рисунок?

— Нет. Нет! Это не моё! Все сто процентов, — твердила она. — Здесь есть год рисунок: «две тысячи пятнадцатый»! В том году я была уже с мамой в Москве. Да и рисовать я никогда не любила, да и не умела! — Рома переменился в лице.

— И что с того? Нарисовала, потому что скучала по нам и просто напросто забыла. Привезла с собой из города, а родители его просто убрали подальше, чтоб не напоминать тебе о больном, — он упорно отрицал всё, что она говорила, но она знала, что не ошибается.

— Пятифанов, — грубо сказала она, — чей это рисунок и откуда он здесь? — она говорила с угрожающим выражением лица, четко выделяя каждое слово.

— Лия, отдай рисунок, — неожиданно потребовал он его, и Ли опешила, но продолжила держаться на своём.

— Нет, пока ты не расскажешь мне. Чей это рисунок и откуда он здесь? — продолжала грозится она.

— Лия, отдай! — Рома резко протянул руку к рисунку, чтобы забрать его, но девушка, словно защищаясь, подняла бумагу над головой, и её глаза расширились от удивления.

Лия отшатнулась назад. Ещё шаг, и она споткнётся об ступеньки. Тот не растерялся, схватил её за другую руку и, развернув, прижал к себе в неясных попытках отобрать рисунок. Мысли, что он хочет забрать её собственность, начали витать в голове девушки. Она крепко прижала листок к груди двумя руками. Рома, "обнимая" сестру сзади, старался разжать руки той, но её длинные волосы не позволяли.

Лампы в доме замигали и погасли, словно лопнули. В коридоре воцарилась темнота. Лия, сжавшись в комок, прижала рисунок ещё крепче и зажмурила глаза. Она спиной ощущала злость в груди брата. На её руках появились красные следы от ногтей, которые пытались разомкнуть её пальцы. Рома, неистовствуя, тряс её и раскачивал в разные стороны, пытаясь добраться до «драгоценного» рисунка. От жуткой боли на глазах Ли выступили слёзы, а зубы, стиснутые друг с другом, издавали неприятный скрип.

Девушка не смогла противостоять ему. Он был сильнее. И вот он вырвал из её рук листок бумаги. Получив его, он улыбнулся, оскалив клыки. В его карих глазах вспыхнули огни, которые светились в кромешной тьме.

Лия же не удержалась и упала на пол, ударившись головой об деревянную ступеньку. Её глаза закрылись, и последнее, что они увидели: как Пятифанов молча ликовал своей победе. Выпрямившись, он медленно обернулся на неё, почти бездыханную. Его взгляд словно выстрелил в неё, уничтожив сестру навсегда.

Сестру...

———————————————————

Опубликовано: 04.01.24.

Отредактировано: 27.02.26.