сквозь года

1

      Парень с чёрными волосами и с веснушками на щеках стоит перед другим за зданием школы. Он очень сильно волнуется, его руки потеют, а сердце начинает ускоренно биться, с такой силой, что кажется, что ещё совсем немного и оно вырвется на свободу, показывая своё напряжение. Его голова опущена, взгляд направлен на грязные белые кроссовки.

— Я люблю тебя, Хван Хёнджин. — кое-как осиливает эти слова, что крутятся последний год в голове. Неспеша поднимает голову, обращая внимание на полностью растерянного парня.

— Ли... — Хван не знает, что сказать. Да, безусловно считает парня перед собой милым и красивым, но ведь он знает, что любит девушек. — Прости... — видит как чужие глаза наполняются слезами, говорит медленно, самому трудно говорить, то, что собрался. — Мне правда жаль... я не могу ответить взаимностью. — говорит с трудом, замечая, что отшивать девушек куда легче.

— Я понимаю... — сглатывает ком в горле. - Прости, что побеспокоил.

      Ли уходит, чувства съедают его изнутри. Больно, очень больно. Радует только, то, что он всё таки решился. Да! Он наконец-то признался в своих сраных чувствах. Да, он не получил взаимности, но Хван сказал об этом мягко. У Хёнджина была прекрасная возможность оскорбить или даже унизить, хотя он не такой человек. Также Хван не гомофоб, что не может, не радовать.

     Так, ладно, Ли отшили, но почему тогда через неделю, когда до последнего звонка остаётся лишь один день, его парта исписана, а некоторые парни хихикают и смотрят так укоризненно и радостно на растерянного парня? Сердце пропускает удар, когда в класс заходит Хван и эти парни подходят к нему. Хёнджин неспеша садится за последнюю парту первого ряда, замечая, что Феликс стоит напротив своей уже с минуты две. Не понимает, что с ним такого ведь всю эту неделю он хоть и был грустным при виде него, но чтобы он выглядел так...

       Ну а как выглядел Ли в тот момент, когда он понял, что Хван рассказал о его признании парням? Кое-как сдерживал поступившие слёзы, читал все оскорбления начирканные чёрной ручкой.

     Неужели Хван Хёнджин такой человек?

     Ли достаёт влажные салфетки из сумки, благо он взял их сегодня собой, хорошо, что вернулся за ними. На быструю руку стирает чернила, мельком поглядывает на весёлого и такого красивого Хёнджина. Видит чужую улыбку, а внутри всё скручивается в узел, начинает болеть живот. Ему паршиво...

     Когда этот день уже закончиться?

     Больно видеть любимую улыбку и осознавать, что Хван может быть замешан в этом.

     Смешная шутка? Да, очень смешно. Просто прекрасно. Уровень детского сада, не более.

      Классный руководитель заходит через пару минут, вроде бы дышать стало легче, к тому же грудная клетка теперь не сжимается так сильно.

     Отвратительное чувство.

     После двух уроков Ли останавливают те самые парни, что так весело обсуждали его.

— Любишь член в жопе? — говорит один, его голос эхом отдаётся в голове Ли.

     Мерзость.

     Феликс не отвечает, хочет уйти, не хватало ещё проблем, из-за расписанной парты ему бы тоже влетело. Парни находятся в лучшем распоряжении духа, поэтому один из них хватает тонкое запястье Феликса, тянет его в то место, где нет камер.

     Ну а что Ли? Плетётся за ним и другими, не пытается выбраться, не видит в этом смысла.

     Его прижимают спиной к какому-то забору. Не очень приятно, железо под чужим весом немного выгибается. Ладно, Феликс явно не ожидал того, что парни предложат сделать им минет.

     Простите что?

     Ещё чего.

     К Феликсу подходят двое парней по разным сторонам и хотят усадить его на колени, мол, ты же гей, а геям всё равно с кем это делать, так ведь?

     Ли ошарашен их действиями, не ожидал он, что его одноклассники окажутся подобными...

«Ты не разбираешься в людях...»

     Понимает.

     Но парни ведь тоже не ожидают того, что один получит довольно сильный удар в лицо ногой? И явно не думают о том, что подобный, с виду хрупкий парень начнёт драться с ними. К тому же ещё и победит в этом. А после развернётся и пойдёт спокойно домой.

***

— Что с Вами? — замечает Хван побитых друзей и сразу же интересуется.

— Хотели, чтобы Ли Феликс нам отсосал.

— Что вы хотели?! — переспрашивает, не веря своим ушам. Не понимает, как его друзьям пришло что-то подобное в голову.

— Он же гей.

— И что? Откуда вы вообще это взяли? — делает вид, что он узнал об этом только сегодня и только сейчас.

— Мы услышали его признание тебе, Джини.

— Не называй меня так, не хочу слышать подобное обращение от того, кто чуть не поставил другого на колени. Тем-более на улице. Да вообще плевать где! Зачем? Советую вам, как можно быстрее извиниться перед ним, иначе никто из вас не будет со мной общаться и вовсе. Я даже... — не знает, что и сказать. Разворачивается и уходит.

     Приходит домой и заваливается на кровать. Достаёт телефон, ищет номер Ли в группе.

     Отправляет короткое сообщение:

«как ты? всё хорошо?»

     Ответа нет больше часа. Хван заходит в переписку, замечая, что сообщение прочитано.

«они извинятся. они полные придурки»

«Ли, ответь пожалуйста»

«всё нормально?»

«Ли»

«Ли Феликс»

«пожалуйста, ответь»

     Хван чувствует себя виноватым. Волнуется по настоящему, ходит кругами по комнате, замечая, что Феликс читает каждое его сообщение, но ничего не отвечает.

     Решает позвонить. Первые два звонка сбрасываются, но на третий Ли всё таки отвечает.

— Чего тебе? — доносится недовольный голос и такой же выдох.

— Всё в порядке? Как ты? Они ничего не сделали? — сердце начинает быстрее колотиться. Хван приседает на пол, облокачиваясь спиной на кровать.

— Какое тебе дело? Если так волнуешься спроси их...

— Ли, пожалуйста.

— Всё норм, но больше не звони сюда.

     Ли сбросил трубку.

     Его голос не такой, как был до этого. Хёнджин звонит ещё раз, но его номер заблокирован, так же как и во всех соцсетях.

— Что они натворили...?

     Откидывает голову на кровать, застывая в таком положении. Пытается обдумать всю ситуацию.

     Вспоминает только минут через десять про выпускной. Весь класс каждый год празднует то, что они перешли в другой класс. Ли точно должен там быть, он сдавал деньги.

***

     Хёнджин приезжает на такси к красивому ресторану. Неспеша поднимается на второй этаж и направляется на веранду, где собрались все. Глазами ищет Ли, но его нет. Он не пришёл.

     К Хвану подходят некоторые девчонки, приглашая потанцевать с ними или сфоткаться, но он отказывается, говоря, что плохо себя чувствует.

     Минут через десять подходит староста и его подруга, отмечая, что Хёнджину очень идёт чёрный костюм, но мешки под глазами выдают, то, что он не спал всю ночь.

— Ли не будет, он уехал к бабушке. — говорит девушка, потому что замечает как её друг постоянно осматривается, и с какой надеждой он выглядывает вниз и сверлит деревянную дверь.

— Надолго?

— Сказал, что на всё лето. — девушка поправляет бирюзовое платье. — Я могу узнать, где она живёт...

— Отлично, напишешь мне. — Хван поднимается с деревянной лавочки. Помнит, что мама у его подруги тесно общается с мамой Ли.

— Хорошо, что сказать другим? — понимает, что парень собрался уехать домой.

— Что угодно, неважно.

***

     Такси подъезжает к нужному дому.

«Лишь бы ты был дома»

     Минут через пять Хван узнает от бабушки Ли, что тот не приезжал. Мало верится, явно парень не хочет с ним видеться.

     Сердце сжимается, Хёнджин просит, чтобы, если что Ли позвонил ему. Знает же, что тот мог приехать только сюда.

     Хорошо, что таксист согласился подождать, Хван садится назад в машину. Зря только потратил три часа езды. А теперь ему придётся ехать ещё столько же.

  ***

     Ночью ему впервые снится Ли. Это понятно, учитывая то, что два дня подряд Хёнджин только и думал об этом парне. Но почему Хван сам тянется поцеловать его? Чужие губы и вправду мягкие. Полу-стоны бархатистым и низким голосом Феликса — звучат как услада для ушей. Ли очень милый и лёгкий, сидит на его коленях, немного прижимаясь, нежно смотрит в чужие глаза. Улыбается уголком губ, когда сам отстраняется, и от этой улыбки хочется лезть на стену, она прекрасна, как и сам Феликс.

     Хван просыпается в холодном поту, замечая, что возбудился от такого сна. Из головы никак не выходит образ Ли. А стук собственного сердца раздражающе отдаётся в ушах. Хочется коснуться такого Ли. Сжать его в своих объятиях и нежно поцеловать, забираясь под чужую футболку пальцами.

«О чём ты только думаешь?»

О Ли Феликсе. И только...

2

      С той ночи проходит три года. За это время многое изменилось. Как оказалось Ли забрал документы из школы, решил не оставаться здесь на ещё один год. Так же он поменял номер телефона, это понятно по тому, что при наборе его просто не существует.

     Хван пытался найти его, но все попытки были тщетны.

     Хёнджин понял, что ему нравится Феликс ещё года два назад. Но вот только теперь не может смотреть на парней с веснушками, они напоминают его. В толпе людей до сих пор оглядывается, надеясь увидеть Ли. Хван стал выходить чаще на улицу, так больше шансов.

     Каждые выходные заходит в один бар, где цепляет парней, чтобы заняться сексом.

     Ужасно.

     Просто отвратительно.

     Хвану не нравится его образ жизни, но он всё равно едет после работы в один из баров. Решает сегодня напиться и просто вернуться домой. Сегодня тот день, когда Ли признался ему.

     К барной стойке подходит парень с ярко-голубыми волосами. Он здоровается с барменом, просит повторить. Стоит позади Хёнджина, спрашивая можно ли подсесть к нему.

     До Хвана доносится низкий голос, который ну уж очень похож на голос Ли. Говорит, что рядом свободно, оборачивается на парня, что садится рядом. Голубые локоны чуть ниже ушей, подстрижены под маллет, голубые глаза, миловидное личико.

«Это Феликс?»

      Не хватает лишь россыпи веснушек.

     Парень замечает на себе чужой взгляд, поэтому оборачивая спрашивая:

— Что-то не так? — он застывает, замечая очень красивого блондина перед собой, карие глаза которого внимательно изучают всего его.

— Феликс? — тихо спрашивает Хван. В горле появляется невидимый ком, который сильно давит. Он выпивает залпом коктейль, чтобы стало хоть немного полегче.

— Вы наверно обознались. Я кого-то вам напоминаю?

— Да... одного моего старого знакомого. — Хван тяжело выдыхает и просит бармена повторить.

— Вы были с ним близки?

— Да, хотя нет. Он стал мне дорог, но я не могу его найти.

— Зачем его искать? Что-то случилось? — интересуется, потягивая коктейль из трубочки.

— Три года назад он пропал, оборвав все свои связи.

— Может он не хочет, чтобы вы искали его? — подмечает и оборачивается на барном стуле на своего собеседника.

— Я не могу без него, все эти три года он занимает все мои мысли... — хочет сказать что-то ещё, но чувствует как его ладоней касаются другие, резко поворачиваясь и всматриваясь в голубую радужку.

— Раз я похож на него, почему бы не заглушить сегодняшней ночью мысли о нём? — спрашивает, а ну лице скользит довольная улыбка.

— Только не сегодня, нет. Он признался мне в этот день. — мотает головой и пытается выбраться из охапки чужих рук.

— А потом пропал. Я думаю вам стоит уже забыть про него. — поднимается с барного стула и становится перед Хваном. — Я согласен лишь на сегодня.

— Мне надо напиться, прежде, чем поступить столь не красиво.

     Парень улыбается, прикусывает нижнюю губу и ведёт своими маленькими, но красивыми пальцами по чужому бедру.

— Две бутылки шампанского на двоих и мы будем в стельку.

      Хёнджин обдумывает всё сказанное парнем и всё же решает согласиться, просит бармена, чтобы тот продал ему две бутылки и вызывает такси, но едут они не до гостиницы, а к нему домой. Слишком многое кричит о том, что перед ним стоит Ли Феликс. Тут только два исхода событий.

     Первый. Он слишком пьян и не может различить все черты чужого лица, выдавая действительное за сладкую ложь, которую хочет видеть.

     Второй. У Феликса есть неизвестный никому брат близнец, который жил непонятно где и хочет отомстить за своего брата.

     Плевать.

     Какой бы исход событий не происходил сейчас, когда они едут в такси, направляясь к дому Хвана и этот парнишка, сильно похожий на Ли Феликса сидит рядом и пьёт шампанское с горла, это не будет его волновать, думать о проблемах он будет завтра утром, явно не сейчас и не ночью.

     Таксист высаживает их возле многоэтажки.

     Парень предлагает другому выпить, когда они поднимаются в лифте на двадцатый этаж. Хёнджин берёт бутылку, понимая, что тот выпил больше половины. Стоит только выйти из лифта и направиться к нужной двери, парень понимает, что он довольно пьян.

«Ну что, каков же Хван Хёнджин в постели?» — думает и ждёт пока другой откроет замок на двери.

— Только давай без имён? Если назовёшь меня тем самым Феликсом я уйду, даже посреди процесса и плевать насколько сильно я буду возбуждён.

— Хорошо. — соглашается и пропускает парня внутрь, начинает закрывать дверь, слышит, что парень поставил бутылку на пол.

     Стоит только Хвану обернуться и снять обувь, как его лицо нежно обхватывают маленькие ладошки и страстно целуют. Хёнджин не сразу понимает что именно случилось, но стоит только ощутить чужую холодную ладонь под своей рубашкой, которая оглаживает кубики пресса, он понимает, что происходит. Хватает чужую талию, сдавливая и притягивая ближе к себе, отвечает на поцелуй, позже и вовсе прижимает парня к стене и скользит изящными пальцами вдоль спины, опускаясь на ягодицы, сильно сжимая, и вырывая первые довольные мычания. Поднимает парня с голубыми глазами на руки и углубляет поцелуй, проникая языком глубже, надавливая на чужой, заставляя раскрыть рот больше.

     Уносит парня в свою спальню и опускает на кровать, включает слабое, почти незаметное освещение и нависает над ним. Снова целует, одной рукой расстёгивая чужую голубую рубашку, а второй — водя по внутренней стороне бедра, вызывая табун мурашек по телу. Отстраняется, опускаясь ниже, целуя кожу шеи и немного прикусывая губами, а после облизывая языком. Спускается к ключицам и нежно обцеловывает каждый миллиметр тонкой и светлой кожи, замечая маленькое количество веснушек на плечах.

«Значит на лице тональник... вот откуда запах косметики»

     Помогает парню под ним расстегнуть свою рубашку, а после спускается к соскам, беря один в рот, начиная посасывать и слегка покусывать, к другому тянется рукой, что была на бедре, другая же скользит к очень тонкой и изящной талии, нежно поглаживая и иногда сдавливая.

     Парень под ним выгибается, тихо постанывая, ему явно приносят удовольствие действия Хёнджина, который поцелуями спускается к ширинке чёрных брюк. Парень не понимает когда именно со штанов пропал ремень, да и в принципе не хочет сейчас думать, зарывается в белые волосы и тихо стонет, когда Хван полностью вбирает в рот.

     Довольно стонет, наматывая светлые пряди на пальцы, другой рукой зарываясь в свои, голубые.

     Чувствует, что совсем скоро изольётся в чужой рот, поэтому просит остановиться и перейти к более главному на данный момент.

     Хван в последний раз проводит языком до головки и приподнимается, довольно улыбаясь. Хочет потянуться к тумбочке, чтобы взять всё необходимое, но его завлекают в новый поцелуй, параллельно снимая с чужих плеч чёрную рубашку.

— Я ведь только что делал тебе минет. — говорит, отстраняясь и тянется к первой полочке, доставая нужные ему вещи.

— Похуй... — тянет и громко стонет, чувствуя два холодных пальца внутри. — Чёрт, ты даже не предупредил... ммм.

— Ты слишком о многом думаешь, — целует и проникает глубже, врезаясь в узкую стенку и находя сразу нужный угол.

     Парень стонет, раскидывая ноги шире и давая больше пространства. Чувствует как возбуждается ещё больше, как сильнее его растягивают и добавляют третий палец. Хвановы пальцы изящные, явно знают что стоит делать, чтобы доставить партнёру удовольствие. Парень намокает сильнее, жалобно стонет, чувствуя упирающийся бугорок в своё бедро, просит большего и изгибается от новых касаний, которые оставляют после себя жгучее ощущение на коже.

— Подожди всего немного. — тихо шепчет и чмокает в нос, вызывая таким милым действием лёгкое покраснение ушей, где явно нет тонального средства.

— Хён... — стонет, выкрикивая и только понимая, что он сказал в испуге поворачивает голову в сторону.

— Что ты только что сказал? — переспрашивает, понимая, что хён, слишком сильно созвучно с его именем.

— А как мне ещё обратиться к тебе, когда ты мне вставляешь? — останавливается, пытаясь отдышаться, после лёгкого толчка. — Хей парень? Это пиздецки возбуждает? Не знаю как тебя зовут, но продолжай? Или ка... — замолкает из-за того, что его затыкают поцелуем, который сразу же начинают углублять и медленно двигаться, вырывая новые, бархатные стоны, которые возбуждают лишь сильнее.

      Хван не разрывая поцелуй, скользит вниз, обхватывает возбуждённую плоть, надавливает пальцем на головку, а после начинает двигать рукой в унисон с ускоряющимися толчками.

     Парень стонет, не в силах и вовсе сдерживаться, обхватывает чужую шею руками и зарывается в светлые волосы, надеясь, что быстро это не закончится. В особенности мягкие поцелуи с лёгкой ноткой требовательности, но в основном лишь со страстью.

     Он вновь стонет и изливается в чужую руку. Хван делает завершающие, глубокие толчки и тоже истекает, тяжело дыша, когда отстраняется, но снова тянется за ещё одним поцелуем, выходя со всхлипом.

— А ты любишь целоваться. — замечает и довольно улыбается, чувствует, что его сильно начинает клонить в сон, веки сами опускаются и тому трудно снова их открыть.

— Не засыпай, надо сходить в душ. — говорит, нежно поглаживая голубые волосы и понимает, что ни с кем до этого не был настолько нежен.

— Потом... завтра. — отвечает в полудрёме и поворачивается на бок, крепко засыпая.

     Хёнджин улыбается и встаёт с кровати. Аккуратно складывает вещи на кресло в комнате и покидает её, чтобы намочить полотенце, а после вернуться и вытереть испачкавшегося, но мило спящего на своей кровати. После накидывает на голого парня одеяло и ложится рядом, понимая, что никогда не спал с кем-то после секса на одной кровати.

3

— Феликс... — тихо шепчет во сне, когда его рука слегка приподнимается и снова опускается.

— Что? — спрашивает сидящий парень на кровати, а после понимает, что только-что ответил, тело пробивает холодным потом.

     Быстро, но тихо поднимается с кровати и как можно быстрее ищет свои вещи, замечая их аккуратно сложенными, так, чтобы они не помялись. Улыбается уголком губ и стоит так с пару минут, но понимает, что ему нужно одеться как можно быстрее.

     Накидывает голубую рубашку и пытается судорожно застегнуть пуговицы, что почти не получается сделать из-за трясущихся рук.

     Когда остаётся всего две пуговицы Ли бросает это дело и натягивает чёрные боксеры. Стоит только ему выпрямиться лишь на секунду чувствует как чужие пальцы обхватывают за талию и притягивают к себе. Сердце пропускает удар, потому что парень понимает, что разбудил Хвана.

— Куда-то собрался, Феликс?

— Я уже говорил, что я не он...

— Именно поэтому ты отозвался, а после начал быстро собираться?

— Так ты не спал? — понимает, что мог задать другой вопрос или же ответить иначе, а сейчас он окончательно спалился. — Когда ты понял?

     Хёнджин опускает свой подбородок на чужое плечо и ещё сильнее стискивает тело парня в объятиях.

— Твоя внешность необычная, да, на тебе линзы, нет веснушек и другого цвета волосы, но от тебя исходит запах косметики. Такой же бархатный голос, что и прежде, ты всё так же худ и на твоих плечах есть веснушки.

— Значит не стоило мне предлагать тебе быстрый перепихон... — безнадёжно выдыхает и пытается выбраться из сильной хватки. — Отпусти меня, иначе ударю.

— Ни за что. — произносит по слогам и прикусывает нижнюю губу. — Я слишком долго хотел тебя увидеть, чтобы сейчас упустить свой шанс.

— Не смей ничего говорить и отпусти меня наконец. — понимает, что не может поднять руку на Хвана, поэтому просит отпустить его.

— Я люблю тебя.

«Нет, нет, нет, заткнись, прошу»

— Мне плевать. — чувствует как трясётся нижняя губа.

«Хочу уйти, нет, это ложь»

— Пожалуйста, Ликси.

— У тебя нет права называть меня так.

«Не зови меня так, это больно»

— Я так сильно хотел увидеть тебя.

«Нет, пожалуйста, просто не говори»

— Я искал тебя, ездил к твоим родителям, но тебя нигде не было...

«Блять...» — думает и чувствует как из глаз начинают литься слёзы, тянется рукой, трёт глаза, но запястье перехватывают.

— Я тебя ненавижу, как же сильно я ненавижу...

— А я люблю тебя. — обходит парня и стирает дорожку слёз одной рукой, потому что другой держит чужое запястье. — Не три глаза, у тебя линзы.

      Феликс открывает глаза и хоть и видит всё расплывчато, но на все проценты может сказать, что перед ним полностью растерянное и неимоверно красивое лицо Хвана. Он начинает плакать сильнее, касаясь чужого плеча и цепляется за футболку, не понимая, когда именно парень успел надеть её.

— Ты меня бесишь. Зачем. Зачем назвал меня по имени, я же просил... — всхлипывает.

«Иначе я бы не смог уйти»

     Хёнджин гладит голубые волосы и прижимает парня к себе, нежно обнимает, успокаивающе гладит по спине.

     Ли наконец-то успокаивается и только сейчас понимает, что он всё таки вчера перепил.

— Где туалет? Я не убегу в одной рубашке, так что успокойся.

— По коридору и налево.

     Феликс выбегает из комнаты и бежит в нужную комнату, понимая, что его сильно мутит.

      Хван заходит где-то через минуты три, протягивает таблетку и стакан минеральной воды, приседает рядом на корточки и заботливо гладит по спине.

— У нас же осталась бутылка не выпитого? — вспоминает, получая кивок. — Наливай, а я пока умоюсь.

— Ты сейчас серьёзно?

— Да, вполне, чтобы избавиться от похмелья надо опохмелиться.

     Хёнджин поднимается и пару раз поглядывает на Феликса, но получая его ответ, что тот никуда не уйдёт выходит из комнаты и идёт на кухню, чтобы достать шампанское из холодильника, которое поставил туда вчера вечером.

     Ли подходит через пару минут стоит в проходе всё в той же рубашке. Когда берёт бокал из рук Хёнджина опустошает его до конца, ставит на кухонный стол. Видит как Хван медленно прижимает его к стене, а после начинает целовать, пробираясь под рубашку и поглаживая талию. Феликс отпихивает от себя парня, получая недовольный вопрос, мол, что не так?

— Не смей, Хван! Меня стошнило меньше пяти минут назад...

— Плевать, я так долго этого хотел, что меня это не волнует. — снова целует, но не углубляет поцелуй.

     Довольный отстраняется и обнимает парня за тонкую талию.

— Ты придурок, Джини...

— Знаю.

— Теперь только мой.

— Хорошо. — соглашается и крепче обнимает парня, целуя того в висок.