Тишина после финиша

Остаток выходных Ландо провел у Эмилии, он уговорил ее маму на время дать девушке пожить у него. После долгих уговоров и протестов со стороны родителей Эмилии, они все же согласились. Эмилия же была счастлива, Ландо был просто идеальным. Казалось, что будь они знакомы при других обстоятельствах она бы поборолась за то, чтобы быть с ним в более серьезных отношениях. Но сейчас, ей оставалась лишь наслаждаться последними месяцами с ним. Три месяца и все. Девушка в тайне от всех отсчитывал дни, писала в дневник каждый день свои чувства, эмоции и боли. Вес хоть и не стремительно, но уходил. Бесконечные таблетки и пытки по употреблению еды были хуже всего. Она видела как Ландо старается, как один раз пытался что-то сам приготовить. И было некрасиво отказываться, он каждый день её смешил, даже в шутку предлагал сыграть свадьбу. Лишь бы она только улыбалась. А Эмилия в свою очередь старалась держаться и быть сильной. Она улыбалась и держалась, к вечеру конечно, это было хуже. Но в целом она неплохо составляла компанию для Ландо.

Все было неплохо, со стороны они казались идеальной парой. Эмилия умело скрывала от окружающих свой недуг. Даже друзья Ландо не догадывались, и даже близкие друзья не знали. Они решили, что это им знать не обязательно. Хватало и того, что они знали что их обоих ждёт. Девушка слабела с каждым днём, но держалась молодцом. Родители Эмилии были рады, ведь Ландо хорошо влиял на нее. Девушка прекрасно ела, отдыхала и проводила много времени на воздухе. Даже когда Ландо был на гонках, девушка не нарушала свой режим установленный им. Ландо так же долго уговаривал и узнавала у врачей Эмилии разрешал ли ей полет на самолёте, конечно, частном. Но всеже не скажется ли на ее и так плачевном здоровье, перелет. Ландо хотел показать ей в живую свою жизнь и страсть. Показать ей, что просмотр формулы в живую отличается от экранов. Имел бы он больше времени и возможности, так он бы таскал ее с собой всегда и везде.

Эмилия боялась, она боялась, что ее увидят вместе с ним. Что потом будут спрашивать, а кто эта девушка и самое главное а где она. По расчетам девушки, которые она вела у себя в дневнике, ее конец был перед концом сезона формулы 1. Что не утешало, но и поделать уже нечего. Полет в Сингапур изменил многое. Там Эмилия была действительно воодушевлена, даже на тренировках ей было интересно все. Единственное что было сложно, так это то, что они были вечером, ближе к ночи. Сбивать режим сна или выдержать ради него. Эмилия выбрала первое.

Яркие огни трассы Марина-Бэй озаряли ее лицо, когда она наблюдала за тем, как Ландо влетает в повороты, словно хищник, преследующий добычу. В эти моменты она чувствовала себя частью его мира, его скорости, его азарта. Ей казалось, что болезнь отступила, оставив лишь восторг и восхищение. Но стоило гонкам закончиться, как усталость накрывала ее с головой, напоминая о жестокой реальности.

Ландо старался не замечать ее утомленного вида. Он был полон энтузиазма, рассказывал о каждой детали гонки, о своих ощущениях за рулем. Эмилия слушала его, улыбаясь, и в какой-то момент поймала себя на мысли, что готова отдать все, лишь бы видеть его счастливым.

- Завтра вечером ляжем пораньше, нужно отдохнуть как следует. Ну, ты точно хорошо себя чувствуешь? - Ландо приобнял ее и прижал к себе, уловив еле пробиваемый озноб.

- Устала, а так мне было интересно и как-то об усталости я не думала. Сама была в шоке, ты был прав я отвлеклась как следует. - Эмилия улыбнулась.

- Я ведь говорил, что гонки лечат. Как бы я хотел, чтобы всегда была со мной на них. Рядом. Вот как сейчас. - Ландо поцеловал ее в макушку, а глаза Эмилии уже были на мокром месте.

- Знаешь, а я с одной стороны жалею о том, что мы познакомились. - одна слеза упала с ее глаз.

- Почему? - Ландо напрягся.

- Тебе не пришлось бы через все это проходить. Тем более ни к чему хорошему это не приведет, чуда не случается. - слезы уже катились, но не только у нее.

- Я думаю нас с тобой не просто так свели вместе. Ты подарила мне любовь настоящую, а я дал тебе свою. - Ландо прижался щекой к ее макушке.

- Ты же помнишь, что обещал мне жить дальше и быть счастливым. Найдешь себе девшуку и сделаешь ее самой счастливой. Чтобы она так же чувствовала, что ее любят.

- Хотелось бы мне, чтобы этой девушкой была ты.

Эмилия уткнулась лицом в его грудь, стараясь сдержать рыдания. Она знала, что Ландо говорит искренне, но реальность была неумолима. Любовь, которую они разделяли, была омрачена тенью неизбежного конца.

- Не говори так, Ландо. Ты заслуживаешь большего, чем воспоминания. Ты должен жить настоящим и будущим, а не прошлым, в котором я буду лишь призраком, - прошептала она, смаргивая слезы.

Ландо ничего не ответил, лишь крепче обнял ее, словно боясь, что она исчезнет. Он знал, что Эмилия права, но его сердце отказывалось принимать эту правду. Он хотел верить в чудо, в то, что они смогут преодолеть все, но разум твердил обратное.

Следующий день был слегка напряжённым. Ландо не удалось оградить Эмилию от внимания со стороны фанатов и журналистов. По сети уже гуляли снимки, ну и догадки о том кто это девушка и как ее зовут. Но Ландо сделал многое, чтобы ее приход в паддок не был офиширован. Чтобы не давать ей смущаться, стеснятся или же оберегаться от кого-нибудь. Эмилия же была в шоке от такого внимания к себе, плюс когда она сидела в моторхоме к ней все были добры. В комнате Ландо она оставила свои лекарства спрятанные в сумке, чтобы никто не увидел их. Так как ей было нужно их принять в обед. Ландо следил за этим внимательно и трепетно. В те моменты когда Эмилия оставалась одна она могла много о чем думать, Ландо не давал ей этой возможности. Он веселил ее и заставлял жить. А сидя в моторхоме и глядя на остальных людей. Она видела как многие жили, как они смеялись и плакали, как стремились к каждому пилоту словно это смысл их жизни. Как они проживают эти эмоции, как улыбаться. Как всякие модели и знаменитости ходят и просто купаются во внимании. Как они все смеются и просто живут свою жизнь. А Эмилия? Жила ли она? Нет. Она доживала. Доживала эти месяцы, просто доживала. Это и жизнью назвать было сложно. А что было бы если бы в ее жизни не было Ландо? Он просто давал ей ту счастливую жизнь которая могла бы быть у нее, не болей она. И пока Ландо был занят гонками, она решила что пора бы уже не просто писать в свой дневник. Но она решила написать ему письмо. И попросить маму отдать его ему когда ее не станет. Ведь это неизбежно. Пока она писала то, уже закончилась третья тренировка. Теперь оставалось квалификация. На ней Эмилия решила быть и поддерживать Ландо, ведь она знала как для него это важно.

Когда Ландо вернулся в моторхоум после квалификации, он застал Эмилию, сидящую у окна и задумчиво смотрящую на огни ночного Сингапура. В ее глазах читалась грусть, которую он все чаще замечал в последнее время. Он подошел к ней, обнял за плечи и прижался щекой к ее волосам.

- Как ты? Не устала ждать? - спросил он тихо, боясь нарушить ее хрупкое состояние.

Эмилия слегка улыбнулась и покачала головой. - Все хорошо, я просто задумалась, - ответила она, стараясь скрыть волнение в голосе. - Ты был великолепен сегодня, я горжусь тобой.

Ландо сжал ее в объятиях сильнее, чувствуя, как ее тело дрожит. Он знал, что за ее словами скрывается что-то большее, но не стал настаивать. В этот момент ему просто хотелось быть рядом с ней, оберегать ее от всех бед и несчастий этого мира.

Квалификация прошла успешно, Ландо был полон решимости показать отличный результат на гонке. Он чувствовал поддержку Эмилии, знал, что она верит в него. И это придавало ему сил. Он старался не думать о том, что их время вместе подходит к концу. Пытался наслаждаться каждым моментом, каждой улыбкой, каждым прикосновением. Он хотел, чтобы Эмилия запомнила его счастливым, чтобы эти последние дни были наполнены только радостью и любовью. Он не знал, как жить дальше без неё, но обещал себе, что будет сильным, как она просила. Он будет жить дальше и станет счастливым, как она мечтала.

Ночь в Сингапуре окутывала город таинственным полумраком, словно скрывая в своих тенях неведомые тайны. Ландо и Эмилия молча стояли у окна, каждый погруженный в свои мысли. Ландо чувствовал, как напряжение нарастает в воздухе, как будто невидимая нить натягивается между ними, грозясь оборваться в любой момент. Он понимал, что Эмилия скрывает что-то важное, что терзает ее изнутри.

- Расскажи мне, что случилось, - прошептал он, нежно касаясь ее щеки. - Я вижу, что тебе неспокойно.

Эмилия вздохнула и посмотрела на него своими печальными глазами. - Я не знаю, как сказать, - проговорила она еле слышно. - Просто... мне страшно.

Ландо обнял ее крепче, стараясь передать ей свою уверенность и силу. - Чего ты боишься? Я рядом, мы справимся со всем вместе.

Эмилия прижалась к нему и закрыла глаза. - Я боюсь будущего, Ландо. Боюсь того, что нас ждет впереди. Боюсь, что однажды ты забудешь меня.

Ландо отстранился от нее и посмотрел ей в глаза. - Никогда, - твердо сказал он. - Я никогда не забуду тебя, Эмилия. Ты навсегда останешься в моем сердце.

Он взял ее лицо в свои руки и нежно поцеловал. В этом поцелуе была вся его любовь, вся его нежность и вся его надежда на то, что они смогут преодолеть все трудности, которые им уготованы. Он знал, что впереди их ждет непростой путь, но он верил, что их любовь способна творить чудеса. Он пообещал себе, что будет сильным ради нее, что будет бороться за их счастье до последнего вздоха.

Эмилия ответила на поцелуй, вкладывая в него всю свою тревогу и надежду. В этом мимолетном прикосновении губ она искала подтверждение его словам, искала заверение в том, что он действительно будет рядом, несмотря ни на что. Когда поцелуй закончился, она почувствовала легкое облегчение, как будто часть ее страхов рассеялась в ночном воздухе.

Они долго стояли, обнявшись, наслаждаясь моментом умиротворения в бушующем океане их эмоций. Тишина Сингапурской ночи обволакивала их, становясь свидетелем их любви и страха. Ландо чувствовал, как Эмилия постепенно расслабляется в его объятиях, как напряжение покидает ее тело.

- Спасибо, - прошептала она, отстраняясь от него. - Мне стало немного легче.

Ландо улыбнулся и поцеловал ее в лоб. - Я всегда буду рядом, Эмилия. Помни об этом.

Он взял ее за руку, и они вместе отошли от окна, погружаясь в полумрак комнаты. Ночь обещала быть долгой, но они знали, что у них есть друг друг, и это было единственным, что имело значение в этот момент. Они сели на край кровати, и Ландо нежно обнял ее, прижав к себе. Он чувствовал, что она все еще дрожит, но теперь это была дрожь надежды, а не страха.

Гонка прошла просто великолепно, Эмилия никогда не испытывала такого от просмотра. Казалось она наконец-то поняла в чем суть гонок и почему все любят формулу 1. Смотреть на Ландо который выйграл гонку было несравнимо с чем либо. Она стояла и улыбалась шире чем когда либо. Он видел, видел как она улыбалась, видел как она хлопала и ее глаза. Там было что-то родное, гордость, счастье и радость. И ему хотелось видеть ее после каждой победы, после каждой гонки, видеть ее. Просто видеть ее всегда. Но он уловил в ней ещё и усталость, ту самую. После всех интервью она нашел ее в своей комнате она сидела и ждала его. А когда он наконец вошёл, то она встала и обняла его крепко.

Два месяца пронеслись вихрем, оставив Эмилию позади еще на паре гонок. Но тень болезни сгущалась, прогнозы становились все мрачнее, словно предвестники неминуемой бури. Ландо, видя её мучения, сам мрачнел день ото дня. Она скрывала боль под маской улыбки, но он чувствовал её страдания каждой клеткой своего тела. И вот - больничная палата, ставшая временным пристанищем. Мама и папа, словно два ангела-хранителя, не отходили от её изголовья. Ландо же, выкраивая каждую свободную минуту, спешил к ней, терзаясь чувством вины. Ей было стыдно за то, что он видел её такой слабой, за то, что жертвовал своим отдыхом, выбирая общество больной подруги. Бесконечные анализы, горький привкус лекарств - отчаянные попытки выиграть у судьбы хоть немного времени.

Неожиданно, вопреки всем ожиданиям, Эмилию выписали из больницы. Ландо ликовал, словно безумец, его сердце вновь наполнилось надеждой - робкой, хрупкой, но все же надеждой на чудо, на то, что болезнь отступит, оставив им шанс на счастливое будущее.

Дома, в окружении родных стен, Эмилия словно расцвела. Она снова смеялась, шутила, строила планы на будущее - пусть и маленькие, но такие важные. Они вместе гуляли по парку, держась за руки, и Ландо ловил себя на мысли, что эти моменты бесценны. Он старался запечатлеть каждую её улыбку, каждое слово, каждый взгляд, боясь упустить что-то важное, что-то, что потом будет ему так необходимо.

Но время неумолимо бежало вперед. И вот наступил тот самый день. День, когда Эмилия почувствовала себя особенно плохо. Все были встревожены, Ландо взял ее на руки и все поехали в больницу. Пока она ехали он лишь повторял, чтобы она держалась и не сдавалась. И ей хотелось, но было сильно больно. Лёжа в его руках она старалась как могла, но было сложно. Было ещё больнее видеть Ландо, и родителей. Их лица было не описать, Эмилия знала, что должна была бороться, но не могла. В больнице ее забрали, пытались сидеть так, чтобы ей не было больно. И они смогли, ещё один день в ее копилку. Ландо был рядом с ней, он пытался запомнить ее любой. И ему хотелось так же плакать, как она и ее родители, но он не мог. Он пытался быть сильным. Ряди нее.

На следующее утро она проснулась с ощущением, будто силы покинули ее. Ландо, как всегда, был рядом, его теплое дыхание касалось ее щеки. Едва открыв глаза, он встревоженно приподнялся, всматриваясь в ее лицо.

- Ты как? Все хорошо? - с тревогой в голосе спросил он, тут же сжимая ее ладонь в своей.

- Ландо... Прости, но я больше не могу... Держаться...

- Эмилия, любимая, прошу тебя, не сдавайся. Держись, прошу.

- Я не могу... Эта боль... Она невыносима... Прости, я больше не могу скрывать... Мне кажется, конец близок... Я... я скоро покину тебя...

- Не говори так, Эмилия! Ты сильная, ты справишься. Мы справимся!

- Ландо... Я просто хочу сказать... Спасибо... Спасибо за то, что ты вошел в мою жизнь. Я никогда не знала такого счастья... Ты подарил мне любовь, настоящую, всепоглощающую... Ты подарил мне столько... И я бесконечно благодарна тебе за это... Прошу тебя... Когда меня не станет... Не уходи в себя... Не позволяй тьме поглотить тебя... Ты замечательный человек, Ландо... Такой живой, такой светлый... И я не хочу, чтобы ты изменился... Ради меня... Ради памяти обо мне... Оставайся таким же... Всегда...

- Эмилия... Ты... Ты самое лучшее, что случалось со мной в жизни... Я никогда не встречал никого похожего на тебя... Ты уникальна... И я счастлив... Счастлив быть рядом с тобой... Я люблю тебя... Я никогда не говорил этого вслух... Но я люблю тебя, Эмилия... Безумно люблю... И я хочу, чтобы ты боролась... Боролась за нас...

- Мой милый... Я делаю все, что в моих силах...

Эмилия замолчала. Ее лицо исказила гримаса боли. Новая волна... Невыносимая, всепоглощающая... И крик, полный агонии. Затем - суета врачей, испуганные лица родителей, и Ландо... Он не выпускал ее руку из своей. И... все.

Врачи уже даже ничего не делали, Эмилия лежала без признаков жизни. Ее родители уже рыдали, но Ландо все ещё лежавший ее за руку, не мог поверить.

- Она не умерла. Нет. Она ещё держит мою руку. Нет.

Он не отпускал ее руку. Не смел. Казалось, если он разомкнет пальцы, то окончательно потеряет ее. Но она уже ушла. Ушла туда, где больше нет боли, нет страданий, нет страха. Осталась лишь пустота. Пустота в его сердце, в его жизни, в этом проклятом мире.

Он сидел рядом с ней часами, не произнося ни слова. Просто смотрел на ее бледное, безмятежное лицо. Врачи, родители, медсестры - все сочувственно глядели на него, но он не видел никого. Все вокруг расплывалось в тумане отчаяния.

Солнце заглядывало в палату.

Похороны прошли как в тумане. Ландо помнил лишь серые лица скорбящих, шелест листьев на ветру и бездонную пропасть в своей душе. Он стоял у ее могилы, держа в руках букет ее любимых белых роз. Сердце разрывалось на части, но он не мог проронить ни слезинки. Он обещал ей быть сильным. Ради нее.

Мама Эмили сдержала слово, данное дочери, передав Ландо её дневник и письмо. Он открыл дневник и погрузился в строки, написанные её рукой. Слёзы невольно катились по щекам. Он никогда не осознавал, что его поступки оказывали на неё такое глубокое влияние. Перевернув последнюю страницу, он дрожащими руками развернул письмо.

"Дорогой Ландо, возможно, моя идея покажется тебе безумной, но я верю, что это будет правильным решением. Я никогда не говорила тебе этого вслух, но я люблю тебя. Люблю настолько сильно, что каждый день борюсь со своей болезнью, только ради тебя. Ты стал смыслом моей жизни. В том кафе я просто доживала свои дни, не надеясь ни на что. Но потом появился ты, и я начала жить по-настоящему. Ты подарил мне эту возможность. Когда ты взял меня на гонки, я увидела, чем ты живёшь, и была поражена твоей страстью. Ты действительно живёшь этим. Я надеюсь, ты продолжишь бороться. Борись ради себя, ради меня. Найди в будущем девушку, которая станет твоей опорой. Я люблю тебя, но ты должен меня отпустить. Живи дальше, пожалуйста, не забывай меня. Если бы не рак, я бы непременно боролась за то, чтобы стать твоей женой, чтобы провести с тобой старость. Но, увы, это останется лишь моей мечтой. Ты подарил мне так много, а я старалась отдать тебе всё, что могла. Надеюсь, ты почувствовал мою любовь. Спасибо, что стал первым, кого я полюбила, кому отдала себя без остатка. Надеюсь, ты выиграешь Гран-при Абу-Даби. По моим расчётам, я покину этот мир незадолго до гонки. Люблю тебя, мой милый Ландо. Будь счастлив и знай - я буду наблюдать за тобой и оберегать."

И он выиграл. Выиграл гонку в Абу-Даби. Стоя на подиуме под ликующие крики толпы, он поднял взгляд к небу. В облаках ему словно мелькнула её улыбка.

Победа в Абу-Даби была не просто гонкой, это был символ. Символ любви, самоотверженности и обещания, данного Эмили. Ландо стоял на вершине пьедестала, ослепленный софитами и оглушенный овациями, но в ушах звучал только ее тихий голос, полный нежности и веры в него. Эта гонка была для нее.

После церемонии награждения, когда схлынула волна эйфории, Ландо уединился в своей комнате. Он перечитывал её письмо вновь и вновь, находя новые оттенки в уже знакомых словах. Сердце разрывалось от боли и благодарности. Он достал из кармана комбинезона небольшой кулон в виде крыла, который Эмили подарила ему перед последней гонкой. "Это будет твой талисман, мой ангел", - сказала она тогда.

Время шло, но боль не утихала. Он продолжал гоняться, но теперь каждая победа была пропитана горечью утраты. Он знал, что она хотела бы, чтобы он продолжал жить, чтобы он был счастлив. Но как можно быть счастливым, когда тебя покинула самая важная, самая любимая часть твоей жизни? Он никогда не забудет ее улыбку, ее глаза, ее голос. Она всегда будет жить в его сердце. Вечно.