Анакин [3]

Никто и никогда в моей жизни так открыто не сплетничал обо мне. И хотя имя моё и не упоминалось, но все ведь всё и так понимают, да?

Я захожу к Ра каждый день после работы, не то чтобы это было моей обязанностью, но мне нравится. Мне нравится всё, кроме того, что это я теперь сижу на кушетке, а Рафа безостановочно болтает с Пармом. Ну, в смысле, болтает-то Ра, Парм в основном молчит, как обычно, но всё равно он явно нравится Ра больше меня.

- Врач говорит, меня завтра прооперируют.

- Это хорошо.

Парм мало того, что быстро сблизился с Рафой, так ещё и легко уговорил его согласиться на операцию. Как оказалось, состояние моего маленького пациента ухудшилось, и я подозреваю, это потому, что он плохо о себе заботился. Может, на этот раз его мама больше внимания уделит собственному сыну и его здоровью.

- Ты же поешь со мной?

- Нет.

Вот, посмотрите, Парма даже поесть вместе пригласили, а я им совсем не нужен. Что я тут делаю?

Хотя мне нравится, что Парм, как и я, находит свободную минутку, чтобы заглянуть к Рафе. Когда бы я не зашёл, Парм уже в палате. А ещё он постоянно меня подвозит, так что моя машина уже пылью покрылась, кажется.

- Парм, - я позвал его, когда заметил, что няня Ра хочет поговорить с воспитанником. А когда Парм обратил на меня внимание, кивнул на собственный живот, намекая что голоден.

Вчера я дежурил, а это значит, что сутки не спал, и из еды у меня был только ланчбокс, который он мне собрал.

- Мне пора, - Парм не дал мне даже попрощаться с Ра, так быстро вытащил меня из палаты.

- Пока! - Ра сказал это, в общем-то, закрывшейся за нами двери.

Я порядком струхнул. Парм явно был недоволен чем-то, и я чувствовал, что у меня проблемы. Но всё равно вёл себя так, словно вообще не понимаю, что происходит, почему он так торопится и что у него с лицом, не-а. В машине я старательно изучал собственные руки, а когда попытался завязать разговор, Парм велел мне ждать, пока не приедем.

Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться и заткнуться. Я даже не спросил, почему он привёз меня в свой кондо, просто молча следовал за ним. Молчать, правда, было просто - от вида дух захватывало. Всё в доме, да и в квартире тоже, демонстрировало какое это дорогое место. Ни в какое сравнение с моим домом, конечно. Ну, если только размерами, да и то дом проиграет - он раза в два меньше. Я успел заметить просторную гостиную, объединённую с кухней, и стеклянную дверь на балкон, а потом моё внимание привлекла лестница.

- Тут есть второй этаж?

И если сначала я считал, что эта квартира похожа на ту, в которой жил Соло, то теперь Со проиграл, у него-то второго этажа не было. Больше похоже тогда на тот дом на острове.

- Что хочешь съесть? - Парм сгрузил сумки на диван и направился на кухню, так что я, хоть и собирался уже прилечь рядом с вещами, быстро передумал и переместился следом за ним.

- О, макароны, как в прошлый раз.

- Это довольно долго.

- Ну тогда, может, спагет...

- Это тоже долго.

Я сердито на него посмотрел. Прямо как в той игре в гляделки. И снова проиграл.

- Тогда яичницу с сосисками.

Он слегка улыбнулся и отвернулся к холодильнику, чтобы достать нужные ингредиенты, а я выдохнул.

Все эти дни Парм каждый день готовил мне обед и, если я не дежурил, отдавал утром, пока подвозил, в другие дни - передавал с медсёстрами ближе к обеду, чтобы мне не пришлось есть холодное.

- Принеси контейнер, - бросил он через плечо, не отвлекаясь от сковороды. Я же похолодел, когда осознал, что он обнаружит.

- Сейчас, - я медленно поплёлся к своей сумке и вернулся, когда Парм раскладывал рис с сосисками по тарелкам.

- Открой, - и не дождавшись, пока я это сделаю, отобрал коробку. - Такой медленный.

Обед, который он мне собрал, лежал нетронутый: рис и стейк из курицы, который я захотел пару дней назад.

- Я говорил, что даже если у тебя не получится пообедать вовремя, найти пару свободных минут после всё равно можно.

Я не знал, что сказать и как сменить тему. Он говорил спокойно, не ругался и вроде не сердился, но выглядел таким отстранённым и снова сделал своё снулорыбье лицо. В общем, лучше бы наорал.

- Выброси, - он вернул мне контейнер.

- Но, - это расточительство, к тому же он старался и готовил для меня, - можно ведь подогреть.

- Выброси.

Он сказал это жёстче, и я буквально подлетел к мусорному ведру. Мне было жаль выбрасывать такую аппетитную и совершенно не испорченную еду, но я не смел ослушаться. Проводив печальным взглядом свой несостоявшийся обед, я вернулся на место и молча засунул в рот ложку с рисом. Так мы и ужинали: молча и уныло, я ещё и бросал печальные взгляды в сторону своего почившего куриного стейка. Наконец Парм отложил ложку и скрестил руки на груди.

- Ты расстроен?

- Очень, - я так хотел хотя бы попробовать.

- Я тоже.

Парм принялся мыть посуду, а я почувствовал такой стыд, словно сделал что-то невероятно ужасное и непоправимое. Пусть это всего лишь обед, но он приготовил его от чистого сердца, а я забыл его съесть. Он понимает, что такое быть врачом, но я сам когда-то честно ему ответил, когда он спросил, действительно ли я так занят, что даже присесть некогда. Тогда я сказал, что, может, я и не могу пообедать вовремя, но найти немного времени на еду всё равно можно, если не случается чего-то срочного. Кроме всего прочего я пообещал, что буду есть всё, что он мне приготовит в благодарность за старания.

- Парм, - я заглянул ему в лицо. - Мама говорит, что, если кто-то ошибся, мы должны дать ему шанс извиниться и исправиться. Однажды она очень рассердилась на отца, потому что тот забыл предупредить, что не придёт ночевать. Но когда тот пришёл с извинениями, она его простила. Сказала, что, если он совершил ошибку, но осознал её и искренне извинился, его стоит простить. Правда, не за измену, это уже за гранью.

Я неловко рассмеялся, потому что Парм так и не посмотрел на меня. Он молча домыл посуду и ушёл на диван, оставив меня со смешанными чувствами.

Такой чувствительный.

Я почесал шею и сел рядом с ним. Он хоть и не отодвинулся, но всё ещё не обращал на меня внимания, хотя я придвинулся так близко, что мы почти сталкивались плечами.

- Поговори со мной, - я не знаю, что делать. - Прости. Мне очень жаль.

- Ты будешь делать так ещё?

- Нет, - я тут же затряс головой. - Не буду.

Он вздохнул, но теперь хотя бы согласился на меня посмотреть.

- Ты рассказал целую историю, вместо того, чтобы просто извиниться.

- Я забыл, - мне всё ещё было стыдно. - Хочешь, я тебе помогу с чем-нибудь? Только скажи.

Я забыл, что с Пармом нужно тщательно выбирать слова. Понял, что сказал что-то не то, только когда он усмехнулся. Ну хотя бы вся эта атмосфера поменялась.

- Тогда начнём с обещаний. Если ты что-то обещаешь, выполняй.

- Ладно, - я чувствовал, что меня загоняют в ловушку, но ничего не мог сделать. Чувство вины всё ещё маячило на горизонте.

- Ты должен помнить про обед и съедать всё, что я приготовлю. Если по какой-то причине у тебя не получается - скажи мне об этом.

- Окей.

- Что? Скажи нормально, будешь ещё так делать?

- Нет.

- Хорошо. Тогда позвони домой и скажи, что сегодня не придёшь.

- Ладно, - я автоматически достал телефон и набрал маму, только потом поняв, что вообще делаю. Я звоню сказать, что не приду домой?

- Что ты так смотришь? Мы договорились выполнять обещания, да? - меня всё это уже пугает, если честно.

- Джейди?

- Мам, я не приду сегодня.

Я уже позвонил. И я уже пообещал.

- О. Но ты же не дежуришь сегодня? Поменялся с кем-то?

- Просто останусь у друга. Его кондо близко к больнице, - я не люблю врать маме, так что сказал ей правду. Хоть и не всю. - Увидимся завтра.

- Хорошо.

Я убрал телефон и посмотрел на Парма. Тот был ещё мрачнее, чем раньше, хотя я и сделал всё как он просил.

- Я же останусь, что опять не так? - его вид меня рассмешил, он так насупился, что брови почти соприкасались.

- Мне не нравится.

- Что?

- Мне не нравится слово «друг», - он сердито закатил глаза.

Так. То есть он дуется на меня с того дня, как я представил его Ра, а теперь сказал маме, что останусь у друга, и он расстроился окончательно.

- Но что мне тогда говорить?

- Скажи, что я за тобой ухаживаю. Или что мы встречаемся, так тоже нормально.

- Дичь какая! - я бросил в него подушкой и скатился с дивана, прежде чем он ответил. - Кто вообще может так легко сказать подобное?

Он выглядел так, словно пытался сдержать улыбку. Но сияющие глаза спрятать не удалось.

- Ты не отрицаешь.

- Что? - я не был уверен, что расслышал его слова.

- Ничего, идём наверх.

Я не мог понять, что с его настроением. Только что он был мрачнее тучи, а сейчас сияет и тянет за собой. А я не сопротивляюсь, и это пугает больше всего.

На втором этаже я нашёл две двери и большой холл, обставленный с таким же вкусом, как и гостиная. Я успел заметить книжный шкаф и пару диванов, но дальше мне рассмотреть не дали, Парм, не отпуская моей руки, открыл левую дверь.

- Соседняя комната пустая, но я оставил её для Као и Пи', так что ты будешь спать со мной, - он включил свет и усадил меня на кровать, прежде чем залезть в большой шкаф в углу.

Я потрясённо оглядывался. Комната была огромной: немаленькая кровать, шкаф, диван у окна и рабочий стол с ноутбуком не выглядели громоздкими и оставляли ещё массу пространства.

- Как давно ты здесь живёшь? - я всё не мог привыкнуть, что квартира сама по себе была не из дешёвых, но и обставлена явно очень и очень дорого.

- Купил давно, но пару недель назад обновил здесь всё, - ответил он из глубин шкафа. - Сначала я не планировал оставаться в Тае надолго и собирался отдать кондо брату.

- А почему тогда...

Я не успел договорить, он закрыл шкаф с новой пижамой и полотенцами в руках.

- Потому что здесь ты.

Ага. И зачем я спросил?

- Тогда я пойду в душ, - я схватил вещи и спрятался в ванной. Чем больше я спрашиваю, тем хуже мне становится, так что ради моего бедного сердца мне нужно просто принять душ и быстр

Из ванной я вышел в одном полотенце, и это, как ни странно, меня совсем не смущало. На острове мы каждый день принимали вместе душ, чего теперь стесняться-то? Пижама, которую я надел, оказалась немного великовата, но всё ещё вполне ничего. Думаю, он купил её просто на всякий случай. Проблема в том, что мне нужно что-то надеть завтра.

- Одежду доставят завтра к шести утра, я заказал.

- Оу. Потрясающе.

А что я мог ещё сказать?

- Что у тебя с лицом? - он тщательно вытирал волосы.

Но раз проблема решена, я больше не парился и забрался в кровать, как обычно заняв левую сторону. Спать рядом с ним я тоже уже привык.

- Прямо как на острове, снова спим вместе, - это было даже ничего, если не считать тот случай, когда он запинал меня до невозможности ходить. - Я так привык, что потом долго не мог уснуть в одиночестве.

Я снова не подумал, что говорю, твою ж морковку!

- Раз так, то переезжай сюда.

Началось. Я и забыл, что он же уже предлагал мне это.

- Я лучше спать буду, - но Парм не позволил. Он заставил меня сесть обратно и сунул в руки полотенце.

- Высуши волосы.

- А? Я что, голову мыл? - вот же, волосы действительно мокрые.

- Так спать хочешь, что не помнишь, что делал? - он уселся за моей спиной, заставив меня откинуться себе на грудь. - Я тебе помогу, а ты можешь спать, если хочешь.

- Смешно. Какой придурок уснёт в таком положении? - но глаза у меня медленно закрывались, а сам я качался вслед за движениями его рук.

- Вот этот самый.

- Ты! - вяло отозвался я, но так и не придумал, что сказать дальше.

- Сказать-то нечего.

===

Я проснулся рано, сам не знаю отчего. Может, от нового места, но когда я посмотрел на часы, ещё и шести не было. Ещё удивительнее было, что Парма рядом не оказалось, хотя подушка ещё хранила тепло.

Я поднялся, и как только открыл дверь, почувствовал ароматы с кухни, и чем ближе подходил, тем насыщеннее становился запах.

- Хм? - я сунул нос в сковородку.

- Уже встал? - он слегка боднул меня головой в висок и вернулся к завтраку.

- Не знал, что ты умеешь готовить.

- Немного умею, а для остального есть рецепты.

- Не часто встретишь мужчину, который умеет готовить. Любая девушка будет счастлива получить такого парня, ей повезёт, - я хвалил искренне. Парень, который умеет готовить - мечта!

- Ну тогда ты должен быть счастлив.

- А?

Он выключил плиту, а потом повернулся и крепко меня обнял, глаза у него сияли.

- Если я скажу, что учился готовить на Пхукете, прежде чем приехать к тебе, тебя это обрадует? - он прижимал меня к себе, а я не мог ни пошевелиться, ни сказать ничего. Только глаза отвёл. - А если скажу, что научился этому, потому что хотел о тебе заботиться? - он заставил меня на себя посмотреть, осторожно подняв моё лицо за подбородок. - Скажи, ты счастлив или нет?

- Пусти, - я пытался освободиться и одновременно не смотреть на него. Ничего у меня не вышло, потому что вместо того, чтобы отпустить, он прижал меня сильнее. - Ай!

- Что ты сказал?

- «Ай!»

- Такой смешной.

Ну так это потому, что ты зажал мне рот, нет?

Он убрал руку от моего лица, но меня не отпустил. Я рассердился, не знаю, на что больше: на то, что он это изначально планировал, или на то, что я такой слабый и не могу от него избавиться. Он усмехнулся и наклонился ко мне.

- Слишком близко, - я тут же накрыл его лицо ладонью. Я, может, и слабый идиот, но не до такой же степени, чтобы не догадаться, что он хочет меня поцеловать.

А это и так уже было дважды.

Парм не стал издеваться, хотя руку мою убрал безо всяких усилий, но больше ничего не сделал и легко согласился меня отпустить, когда я его оттолкнул.

- Как жаль.

- Чего?

Но он не ответил, потому что у меня заурчало в животе, и Парм усадил меня за стол.

На завтрак он приготовил омлет, и я едва не завопил от того, какой он оказался вкусный.

- Ты не думал сменить профессию и открыть ресторан? - я серьёзно вообще-то, уверен, с его способностями он многого добьётся.

- Я хочу готовить только для тебя.

Я снова подавился, и он протянул мне стакан с водой.

- Да что с тобой сегодня?

- Ничего, - он покачал головой и посмотрел, словно спрашивая, что он сделал не так.

- Но люди, с которыми ничего не случилось, не ведут себя так, как ты.

- Я просто говорю правду. И делаю то, что чувствую, - он говорил это совершенно спокойно, будто мы погоду обсуждали, но несмотря на это, каждое его действие, слово или взгляд заставляли моё сердце странно сжиматься.

- Уверен, ты всё это специально делаешь.

- О чём ты? Если о том, что я собирался тебя поцеловать, то да, так и было, - он аккуратно промокнул рот салфеткой. И не выглядел при этом смущённым ни на грамм. Как будто каждый день только и делает что разговаривает про поцелуи.

- Я с такой жизнью буду всё время красным ходить, - пробурчал я, отодвигая тарелку. Раньше я был куда бесстыднее, а теперь смущаюсь чуть что и не смею и глаз поднять.

- Вкусно?

Да уж.

Я помог с посудой и отправился в душ, не забыв захватить доставленный костюм с собой. Но даже после неторопливого мытья у меня оставался ещё целый час до начала приёма. А учитывая, что кондо почти у самой больницы, до неё и ехать-то всего ничего. Минут пять, не больше. Тут и пешком не больше пятнадцати, думаю.

- Снова мультики смотришь? Тебе сколько лет? - Парм сел рядом. - И как ты сидишь?

- А что такое? - ответил я с набитым печеньками ртом. - Нормально я сижу.

Ну он видел столько моих секретов, что смысл мне притворяться и следить за манерами? Хотя, если он решит сломать мне ногу за то, что я смотрю мультфильмы, это не составит ему труда, я как раз очень удачно вытянул одну. Мог бы и сказать, что смотреть мультики нельзя.

- Ты с каждым днём всё больше на кота похож.

- И что? Тебе не нравится?

Парм задумчиво на меня посмотрел, и я тут же выключил телек, намереваясь смыться, но он предугадал.

- Ты думаешь, что сможешь сбежать? - он сильно дёрнул меня за руку, и я вскрикнул.

А как не кричать, если я сейчас определённо упаду на пол?

- Больно! - пусть пожалеет хоть, что ли.

- Ты и воображаемую боль тоже чувствуешь?

Я осторожно открыл один глаз и обнаружил, что до пола ещё несколько сантиметров, а он крепко меня держит. Хотя, может быть, мне стоило предпочесть удариться один раз о пол, нежели лежать теперь вот так в его руках.

- Отпусти.

- Почему? Я хочу услышать ответ сначала.

- Слишком близко, - я пытался отвернуться и обеими руками упёрся ему в плечи, стараясь оттолкнуть, пока он наклонялся всё ближе и ближе. Но он только дотронулся кончиком своего носа до моего.

- Мне нравится.

- Хватит.

Иначе у меня сердце взорвётся.

- Но если ты будешь вести себя так ещё с кем-то... Я умру.

И пока я пытался переварить то, что он сказал, он прижался губами к моим губам и тут же отпрянул. И хоть этот поцелуй не был похож на первый, он всё ещё определённо был поцелуем. Парм выглядел довольным, а то, как я нахмурился, заставило его улыбнуться.

Меня снова поцеловали. Отлично.

автор новеллы: Chesshire