Rain

Сладкий запах сигарет и алкоголя, приглушенный свет, растрепанные волосы Чона, его черная рубашка, наполовину расстегнутая. Да, как назло Йери, здесь был именно Чонгук. Лежа на кровати, он целовался с какой-то девушкой, сверху нависая над ней. Чонгук повернул голову в сторону двери, когда кто-то резко вошел. Когда он увидел Йери, у нее был испуганный и встревоженный взгляд, она в эту же секунду, как все осознала, быстро выбежала, захлопнув дверь за собой, и побежала ещё дальше уже с большей силой и скоростью.

Наконец, она увидела нужную вывеску и, зайдя в маленькое помещение, заперлась. Сев на крышку унитаза, она зарылась руками в волосы и стала прокручивать в голове все случившееся... И пыталась сдерживать слезы, подступавшие к глазам.

***

Pov Чонгук

Я вышел из комнаты и увидел Даен, которая быстро пронеслась мимо меня. Она остановилась у туалета, затем громко и настойчиво туда постучала.

— Мартышка, выходи!

Я, не торопясь, подошёл к ней.

— Привет, — сказал я.
— Ты не вовремя, — фыркнула она, — Эта дура вздумала прятаться от меня, трусиха!
— Даен, скажи, чисто из интереса, почему ты это делаешь? — спросил я. Она озадаченно посмотрела на меня.
— Что 'это'?!
— Донимаешь её.
— Мне просто нравится разговаривать с ней, ничего более. И вообще неужели сам Чон Чонгук, мистер Тень, заступается за какую-то подобную дрянь? Вот Тэхен-то удивится, когда узнает.
— Я не заступаюсь, просто самому поговорить с ней надо. Ну, ты поняла.
— Ммм, вот ты какой, все удовольствие себе переманить хочешь, значит. А я и не думала, что ты тоже любишь поиздеваться над жалкими. Ладно, я тогда пойду. Удачи, мистер Тень, — она подмигнула и ушла.
— Не называй меня так, — сказал я ей в след.

Pov Йери

Грубый стук в дверь бросил меня в ужас, но я сидела, не шевелясь. Потом несколько минут была тишина и я подумала, что Даён ушла, но в дверь снова постучали. Этот стук отличался от предыдущего, он был более спокойным.

— Йери? Это Чонгук. Выйдешь?

Сердце в груди сжалось, я продолжала сидеть, проигнорировав его.

Нет. Не выйду. Не к тебе..

Мой пульс участился, поэтому я решила умыться. Хорошо, что макияж был водостойким.

Охладив лицо и сполоснув руки, я продолжила ждать непонятно чего. Чонгука больше слышно не было и я решила, что он ушёл.

Наконец, решившись, я аккуратно открыла дверь и вышла. Ни Чонгука, ни Даен не было видно. С облегчением я пошла в сторону лестницы, но не успела сделать и пяти шагов, как кто-то из открытой комнаты схватил меня за руку и затащил внутрь.

— Отпусти, придурок! — неожиданно громко для самой себя сказала я, когда поняла, что это Чон меня схватил.

— Стой смирно.

Он начал тянуть рукава моей рубашки вверх,
— Что ты делаешь? — я пыталась другой рукой убрать его. Но ничего не получалось. Он слишком сильный.

Задрав мои рукава он осмотрел руки. Порезов новых я не наносила, это он хотел проверить?

Затем он схватил меня за запястье и потащил куда-то. Мы оказались на балконе, в который выходила эта комната. Зачем он меня сюда притащил? Зачем я ему вообще?

— Ты дурак? Чего тебе надо? — не понимала я. Он посмотрел на меня.
— 'Дурак'?... Ты только поняла?
Я промолчала. И он отвел взгляд, он был сейчас каким-то странным... умиротворенным, что ли?
— Даён... Ты, наверное, ненавидишь её? — спросил он.
— Ненавижу, — коротко бросила я.
— Хочешь, наверное, отомстить.
— Нет.
Он вопросительно посмотрел на меня.
— В этом нет никакого смысла, я лишь хочу, чтобы она поумнела, — сказала я. — Можно я пойд...
— Нет, — перебил он.
— От тебя несёт... алкоголем...

Чон посерьёзнел и посмотрел пристально в мои глаза. Затем он грубо схватил меня и усадил на перила балкона, которые были очень тонкими. Я испуганно закричала, сохраняя равновесие только благодаря тому, что держалась за Чонгука.

— Что ты делаешь?!?!

Я случайно посмотрела вниз и в животе закрутило от страха, я крепче схватилась за Чона, он поставил руки по обе стороны от меня и посмотрел мне в испуганные глаза.

— К этому запаху... привыкай.

Слишком близко. Я и не заметила, как уже несколько секунд не дышу.

— Не переношу.
— Не переносишь? — он усмехнулся. — Что ещё ты не переносишь?

— Запах сигарет, мат, таких людей, как Даён, такие компании людей, как твоя... — проговорила я, смотря ему в глаза. Его голова находилась примерно на уровне моих глаз. Он молчал полминуты, затем усмехнулся.

Что значит этот его удовлетворенный смешок?

Неожиданно он прислонился губами к моей шее. Я от удивления резко отстранилась, но из-за этого чуть ли не упала назад. Пришлось крепко схватиться за его шею, отчего я невольно прижалась ближе к нему. Это сыграло ему на руку и он медленно и осторожно начал оставлять засосы на моей шее, попутно еле заметно усмехаясь себе под нос. Он загнал меня в угол.

Я не хочу. Не хочу. Чтобы все повторялось. Я не хочу этого. Хочу все забыть. Почему он продолжает это делать? Почему продолжает мучать меня? Ведь... я знаю, чтобы ни случилось... в итоге он все равно сделает вид, что не знает меня. От всего этого снова захотелось плакать. От того, что он не изменился ни капельки. А с чего бы?
Мне некуда деться, если отстранюсь — упаду, а если буду держаться за него — тоже упаду, в другую бездну. И я не знаю, какая из них лучше.

Pov Чонгук

Душно. Ужасно душно. Дурной запах алкоголя, но такой приятный и сладкий. Ветер не остужает ничуть. Йери, что сидит на перилах, еле держась за них. Она напугана, ее глаза бегают, в поисках какого-то спасения. Но здесь только я. Тем не менее, она отвечает на мои вопросы, слегка неуверенно, но твердо. Говорит, что не переносит, и я понимаю, что это просто все то, чем я живу. И когда она заканчивает я ухмыляюсь, сам не зная, почему. Потому что рад, что она не назвала... меня?

Я остро ощущаю сейчас все запахи. Запах стирального порошка, моего одеколона, алкоголя, табака. И да, девушка, что в нескольких сантиметрах, её запах слишком притягивает. Я прислоняюсь губами к её шее, хочу вдохнуть в себя. Не понимаю, что делаю. Просто делаю то, что хочу. Как и всегда. Видно, что она не ожидала, поэтому прижалась ближе, чтобы не упасть. Как удобно. Никуда не может убежать. А она разве убегала бы? Думаю, нет. Она же не может отказаться от меня. Это же Йери. Всего лишь Йери. Она будет счастлива повторить все снова, я уверен. Почему бы не осчастливить её ненадолго? Я рукой прижимаю её талию ближе, давая ей гарантии, что держу ее очень крепко. Продолжаю оставлять засосы, а затем поднимаю голову и медленно прислоняюсь к ее губам. Я удивился, почувствовав, что они были плотно сжаты, солёные и мокрые.

Я открываю глаза и пытаюсь трезвым взглядом посмотреть на девушку.

Она вся дрожит. А из глаз текут слёзы.

Недоумение берет надо мной вверх.
Я немного отстраняюсь.

— Эй, все в порядке? — спокойно спрашиваю. Она не смотрит мне в глаза. Ее взгляд опущен в пол, волосы спадают на лицо, но я вижу её до дрожи печальный взгляд, от которого даже моё каменное сердце может пропустить удар. Первый всхлип срывается с ее губ, но он тут же умолкает.
— Пожалуйста, отпусти... — хрипло шепчет она.

Pov Йери

Чонгук медленно отходит, давая мне возможность встать на ноги. Я, не теряя времени, делаю быстрый шаг к двери, но парень становится прямо передо мной, перекрывая собой проход.

— Что с тобой? — спрашивает. Я смотрю ему в грудь, не поднимая глаз, сжимаю губы, пытаюсь остановить слёзы, изредка шмыгаю носом. — Почему убегаешь?

— 'Почему'? Ты спрашиваешь? — пытаюсь говорить ровно, но голос все равно дрожит, — Ты совсем меня ненавидишь? — Я застаю врасплох его этим вопросом, он не дёргается и ровно дышит, — Только скажи правду, — поднимаю голову и встречаюсь с ним взглядом. — Ты. Меня. Ненавидишь?

Он молчит, мучительно оттягивая время.

— Нет, — очень тихо, но не шепотом говорит он.
— Ах, ну конечно. Чонгук и пьяный Чонгук — это два разных человека. Трезвый Чонгук со мной бы даже не разговаривал, — я пытаюсь обойти его, но он не дает, снова встав передо мной.
— Что за бред ты вообще несешь?
— Это не бред. Дай пройти.
— Нет.
— Знаешь, несмотря на то, что творят Тэхён и Даён, я их хотя бы понимаю. Они ненавидят меня. А тебя я не понимаю вообще.

Чон ухмыляется.

— Чего ты молчишь?

— Я просто... люблю тебя.

Мои глаза расширяются, а дыхание учащается. Парень смотрит мне в глаза с какой-то недо-ухмылкой на лице. Пролетает пару мгновений, я пытаюсь понять, серьезно ли он сейчас сказал. Напряженная пауза затягивается, пока Чонгук не выдаёт:

— Это ты хотела услышать? — и его усмешка заполняет тишину пространства. Ему весело? Моё сердце пропускает удары, а он просто смеётся надо мной. Обида заполняет меня с ног до головы. Я с силой толкаю его в грудь и быстро подхожу к двери, но не успеваю дотянуться до ручки, как парень хватает меня за руку и резко прижимает к стене, спиной меня о нее ударяя.

— Ты не уйдешь.
— Ты мне противен. Не хочу видеть тебя.
— Врешь.
— Отойди. Только издеваться и умеешь. Ты вообще никак не изменился и это самое отвратительное.
— Знаешь, а ты, как оказалось, довольно болтливая.
— А ты, как и было ясно с самого начала — самовлюбленный эгоист, моральный урод, как только меня угораздило...
— Влюбиться в меня? — перебил, улыбнувшись. Я замерла. Хотелось начать все отрицать, но мой потерянный взгляд, скорее всего, выдал меня.
— Еще раз повторю, отпусти! — я начала двигаться, пытаться отодвинуть его хоть на чуть-чуть, чтобы выйти из этой клетки. Мне некомфортно от этой близости, но глубоко в душе все же меня к нему тянет. Очень сильно. Но мозг понимает весь абсурд, что задумывает мое сердце.
— Зачем тогда пытаешься убежать, раз любишь меня?
— Я не люблю тебя! Да кто вообще тебя полюбит!?
— А тебя? Я хотя бы красивый...

Между нами повисла тишина. Снова пускает стрелы в моё сердце? Снова разрушает меня? Я долго смотрела ему в глаза. Парень стал каким-то неуверенным.

— Изв... — начала он, но я его перебила:
— Ты прав. Я некрасивая, уродка, необщительная, глупая и легкомысленная, еще надо мной смеется вся школа, и твой лучший друг с его подружкой ненавидят меня. Тогда скажи — почему ты это делаешь?! Почему продолжаешь меня убивать? Что я сделала тебе? Во мне столько недостатков! (И ты это знаешь) Почему тогда не отпускаешь меня сейчас?!

Парень растерялся, он правда не знал, что ответить.

— На самом деле... — начал он. — я сам себя не понимаю, просто делаю то, что хочу.
— Просто... — на мои глаза снова навернулись слезы, — Так вот из-за чего я должна страдать, из-за твоего эгоизма? Я знаю, что для тебя ничего не значат ни разговоры, ни прикосновения, ни поцелуи, и даже переспать с кем-то ради забавы, или из-за дурацкого спора – для тебя не проблема, но я – не ты, — Я не выдержала и слезы снова покатились из моих глаз. Я прикрыла рот рукой и продолжила говорить, — Если бы ты знал, насколько близко к сердцу я все воспринимаю. Если бы ты только зна... — но я не успела договорить. Парень убрал мою руку и прислонился своими губами к моим, вовлекая меня в глубокий поцелуй. Волна мурашек окутала меня. Я пыталась отстранить его, сопротивляться, но все было бестолку. И в итоге я сдалась, давая ему возможность целовать меня как только ему хотелось.
Когда он отстранился, я попыталась что-то сказать, но он снова меня поцеловал, затыкая. Он остановился, прислонился лбом к моему и сказал:
— Замолчи, просто замолчи, пожалуйста, — его глаза были прикрыты, брови нахмурены, он дышал прямо мне в губы и снова начинал целовать меня. Я не понимала, что с ним происходит. И я не понимала, что происходит со мной. Я чувствовала, как его язык сплетается с моим, изучает мой рот, как он облизывает мои губы переодически. Я по-тихоньку уходила в его объятия. Хоть и понимала — надо остановиться.

— Хватит. Перестань.

Я отстранила его от себя.

— Йери, прекрати играть в недотрогу, я ведь знаю, какая ты на самом деле.

Звук шлепка резко раздается на балконе, парень не издает и звука, хоть и на щеке остается красное пятно от моего удара. В ту же секунду я жалею об этом действии. И нет, не потому что я боюсь его реакции, вовсе нет. Наверное, мне просто не хотелось делать ему больно...

Он опустил голову в сторону, за волосами я не видела его глаз, не видела его выражения.

— П-перестань... Не говори такие вещи, дурак, - тихо сказала я, вытирая рукой новую порцию слез.

— Гук? — низкий голос, от которого меня передергивает раздаётся из комнаты. — Ты тут?

Чонгук ещё больше отстраняется и делает шаг к двери, открывая её.

— Тэ? Что-то случилось?
— Оу, ты там с кем-то? Я походу не вовремя?
— Немного.
— Ладно, прости. Спускайся через минут двадцать в нашу комнату, ладно?
— Ага...

Тэхен? Это точно был он? Первый раз слышу, чтобы он разговаривал так спокойно и... мягко.

Чонгук не развернулся ко мне обратно. Остался стоять, смотря куда-то в комнату.

— Прости, Йери.

Я замерла.

— Я не думаю, что говорю. Я не думаю, что чувствуют другие, такой я человек, — он не смотрит мне в глаза. — Я же говорил, что ужасный человек. А ты... ты слишком хорошая для меня...

Через секунду он уходит, даже не посмотрев в мою сторону. Он снова заставляет мой мозг мучительно съедать себя в попытках понять его. Я медленно опускаюсь на пол, руками зарываясь в волосы и пытаюсь восстановить дыхание, обдумывая все произошедшее.

***

Вечеринка продолжалась уже спокойней, чем начиналась. Людей стало немного меньше, но громкая музыка никак не стихала.

Сыльги вернулась в дом, а Айрин осталась на улице ещё ненадолго. Она одновременно и думала о многом и ни о чем не думала. Окурок сигареты давно валялся на траве, большой красивый двор во тьме пустовал. И лишь чужое дыхание могло нарушить эту тишину.

— Так ты встречалась с Юнги? — раздалось позади девушки, — Он мне ничего не говорил.

Айрин не ответила и не обернулась, лишь продолжила смотреть куда-то вдаль.

— Айрин, — Тэхен позвал, — Расскажи, что с тобой случилось?

— Ты о чем? Я в порядке.

— Я о том случае, ну, ты и сама знаешь...

— Я не желаю говорить с тобой об этом. Перестань совать свой нос в чужие дела.

— Что с твоей младшей сестрой? Ирон... кажется?

Сердце Айрин застучало быстрей.

— Тебя это не касается, — чуть менее сдержанно произнесла она.

— Мы были ещё мелкими, помнишь?

— Заткнись. Мы уже не дети.

Тэхен дергал за чувствительные ниточки, холодность и сдержанность Айрин начали пошатываться.

— Лучше скажи, что у тебя к Йери, — неожиданно сказала Айрин.

— Че? Ты о чем?

— Зачем достаешь её? Влюбился что ли?

Молчание насторожило Айрин и через секунду Тэхен оказался прямо у нее за спиной, дыша ей в затылок сверху.

— Да я? Что б в эту дуру? Ни за что.

— Ммм... а Даён кажется гово... — Айрин не смогла договорить, на ее рот легла большая рука и тело парня ближе прижалось к телу девушки.

— Даен? — сквозь зубы процедил он, — Да что она вообще знает? Больше слушай её.

Он убрал руку.

— Я уже сказала, мне не о чем с тобой говорить. Пока, — холодно произнесла Айрин и направилась к двери в дом.

— Стой.
— Айрин. Я могу пом... — но Тэ не договорил, как дверь за девушкой захлопнулась. Он стиснул зубы, опустив взгляд в пол.

'Почему она не может просто выслушать меня?' — задавался вопросом Тэхен. Он нахмурился, вспоминая детство, вспоминая её.

Это была сельская школа в небольшом районе, и, как странно было то, что именно здесь в первом классе училась маленькая Джухен - дочь мажора, известного бизнесмена, гордая и примерная девочка, к которой многие боялись подойти. Как она очутилась в этой бедной школе, оставалось загадкой, но на то была причина.

— Дети, познакомьтесь, это ваша новая одноклассница Бэ Джухен. Позаботьтесь о ней, — говорила молодая учительница.

В небольшом классе из человек пятнадцати все зашушукались.

— Джухен, присаживайся к Тэхену, — учительница указала на свободное место. Тэхен поднял спящую голову, как услышал свое имя.

— Ууу, как ей не повезло, — шептались дети.

— Тэхен, не спи! — крикнул кто-то и тут же в голову Тэ прилетел скомканный клочок бумаги. Все тут же рассмеялись.

— Дети! Хватит обижать Тэхена. Приготовьтесь к уроку.

Джухен села за парту, достав учебники и аккуратно все разложив на столе. У нее была ровная осанка, идеально выглаженная белоснежная рубашка, высокий хвост, все в ней так и говорило о её аристократичности. Тэхен же, сидящий рядом в рваных штанах, поношенной серой футболке, с грязными руками и лицом, растрепанной прической, казался полной её противоположностью.

Она даже не взглянула на него, а он не мог оторвать от нее глаз. Тем не менее, она сразу же ему не понравилась. Он решил, что она высокомерная выскочка, как и все, и снова опустил голову, пока кто-то спереди обернулся, чтобы подразнить Тэхена.

Прозвенел звонок с урока.

— Все на выход, кабинет должен проветриться.

Все с шумом и криками выскочили на улицу, один Тэтэ остался за партой и жалобно посмотрел на учительницу.

— Учитель, можно мне остаться?

— Нет, Тэхен. Мне не нужно, чтобы ты простудился, твои родители потом будут винить меня.
Тэ грустно опустил голову, учительница заметила печаль в его глазах.
— Ты должен постараться подружиться со своими одноклассниками, тебе с ними еще четыре года учиться.
— Я хочу подружиться, но они не хотят.
— Может попробуешь познакомиться с твоей соседкой по парте?
Тэхен поднял голову и осуждающе посмотрел на учительницу.
— Да она такая же, как и все, нет, ещё хуже.
После этого он вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.

Презирающие взгляды, смотрящие на него сверху в низ. Тэтэ шел, убрав руки в карманы, с низко опущенной головой, чтобы не видеть их. Пока кто-то не толкнул его. На улице светило солнце, но дождь, что шел ночью, давал о себе знать. Тэтэ свалился прямо в грязную лужу, замарав и так не чистую одежду.

Кто-то начал что-то говорить. Тэтэ старался их не слушать, но не получалось.

— Мои мама и папа сказали мне, что твои мама и папа плохие люди, и что с тобой лучше не связываться.
— Ага, а я слышал, что у него только одна одежда, и что у них дома нет душа.

Тэ закрыл уши руками, слезы покатились из глаз.
'Что я им сделал?' — думал мальчик. Он не понимал всей ненависти, обращенной к нему.

— Тэхен! — Тэ поднял голову, — Иди сюда, — какой-то мальчик позвал его, улыбаясь.

"Если тебе улыбаются, значит с тобой хотят подружиться"

Тэтэ с трудом поднялся и пошел за мальчиком. Он был убежден, что слова мамы - истина, и был счастлив, что, наконец, кто-то хочет подружиться с ним. Мальчик привел его к обратной стороне школьного здания, там оказалось еще несколько одноклассников. Они не улыбались, и Тэтэ сразу все понял, он рванул обратно, но мальчики не дали ему убежать. Тэ упал снова и они начали пинать его ногами, пока он закрывал лицо руками. И так продолжалось минут пять, пока им не надоело.

— Слабак, — сказал один мальчик, — Пойдемте.

— Стойте, — крикнул Тэ, с трудом поднявшись на локти, когда они уже уходили. Они остановились и обернулись, — Что я вам сделал? Почему вы не любите меня?

Мальчики переглянулись и посмеялись.

— Тебя даже твои родители не любят, а мы почему тогда должны?

Они ушли. Тэ почувствовал себя опустошенно.

'Нет, нет, нет. Мама любит меня! Она меня любит.'

Он облокотился спиной о здание и начал ждать, пока раны перестанут болеть. Тэ не плакал и не злился. Но ему хотелось. Хотелось зарыдать, но он держался.

Он услышал шаги и спрятал голову.
'Пройди мимо, пройди мимо, пройди мимо.' — молил про себя мальчик.

— Эй, с тобой все нормально?

Тэ поднял голову и увидел перед собой новенькую.

— О, ты испачкался, — удивилась Джухен, увидев грязь на лице мальчика, — Вот, возьми, — она протянула ему свой белоснежный платок. Он недоверчиво смотрел на него и не торопился брать. Тогда Джухен взяла его руку и положила платок в его ладонь. Мальчик заметил это, еле заметную улыбку на её лице. Она ушла. Платок остался у него на ладони, он не смел воспользоваться им, но, свернув его ещё больше, положил в карман куртки. После этого он хранил его очень бережно на протяжении многих лет. Этот платок очень много значил для него, это стало его надеждой.

Тэхена из своих воспоминаний вырвал голос друга.

— Сорвал мне все веселье, а сам тут прохлаждаешься.
— Прости.
— О чем думал? — спросил Чонгук.
— Да так, о прошлом.
— Ммм, — задумался Чон. — Ты же знаешь, да? Если что, я всегда...
— Да, знаю, — перебивая, выдохнул Тэ. — Боюсь, тут разговоры не помогут.
— Пошли тогда, — хмыкнув, сказал Чонгук.