Rain

Йери не знала, как описать то волнение, что пробирало ее изнутри. Почувствовав на себе тяжелый взгляд темных очей, она разволновалась еще больше и невольно увела взгляд, чтобы окончательно не утонуть в глазах парня.

Это мгновенье тянулось слишком медленно. Казалось прошла вечность, Йери понимала, что надо, наконец, поздороваться, и уже открыла рот, но он опередил её.

— Заходи, — сказал, немного отодвигаясь в сторону.

Йери еле заметно кивнула и прошла в коридор. Парень закрыл входную дверь. Девушку обволокло тепло дома, дышать стало легче.

— Не знаю, зачем ты пришла, но, я надеюсь, не за местью, — за спиной послышался спокойный смешок Чона. Девушка обернулась, посмотрев на парня, стоявшего около двери.

«Надо спросить. Скажи что-нибудь!» — думала Йери, но вдруг почувствовала себя немой. Слова просто не выходили из нее.

— Можешь снять куртку, — сказал парень, проходя мимо девушки.

— Нет, — робкий голос остановил Чона. — Я не буду задерживаться...

Чонгук посмотрел на девушку, оглядев ее с ног до головы.

— А зачем тогда пришла?

Йери не знала, как объяснить возникшее в ней желание в необходимом своем присутствии здесь. Она понадеялась, что Чонгук итак понял по её немому ответу.

— У тебя температура? — спросила девушка, несмело взглянув на него.

— Ага, — промычал парень, немного сузив глаза.

«Наверняка он подумал что-то вроде 'Неужели она пришла проверить мое состояние?лол' или что-то подобное.» — беспокоилась Йери, но, несмотря на свою неуверенность, продолжила:

— Сколько?

— Тридцать восемь и шесть.

«Ого, это ведь много..»

— И давно ты болеешь?

— Дня четыре.

«Четыре дня назад было воскресенье, то есть сразу на следующий день, после той ссоры с Тэхеном. И спустя четыре дня его температура 38.6.? Он вообще лечится?»

— Почему не ляжешь в больницу?

Чонгук заерзал и повременил с ответом.

— Я не люблю больницы. Может всё-таки пройдешь? Не стесняешься же ты.

Йери смутилась, мысленно согласившись с ним. Сняв с себя куртку и кроссовки, она пошла за Чоном, который, по всей видимости, направлялся на кухню.
Она успела случайно заглянуть в спальню и зал, подметив, что в доме было совершенно не прибрано. В прошлый раз здесь было более-менее чисто, а сейчас это стало больше походить на холостяцкую берлогу. Войдя на кухню, она ожидала увидеть гору немытой посуды, но все, что оказалось в раковине – одна единственная кружка.

— Садись. Хочешь есть? — Йери села за небольшой стол. Чон открыл холодильник, и Йери мельком заметила, что он был совершенно пуст.

— Нет, спасибо.

«Чем он вообще питается?»

Парень включил электрический чайник. Йери заметила, что он передвигался неподвижнее обычного, хотя старался скрывать свою слабость. Его волосы были немного грязными, скулы впавшими и обсыпанными прыщами.

— Т-тэхен не приходил к тебе? — несмело спросила девушка.

— Пф, нет.

— Вы ещё в ссоре?

Чонгук на секунду перестал размешивать сахар.

— Можно и так сказать.

— А Чимин?

— Он был занят эти дни.

— А ты что делал?

— Отдыхал.

Йери подумала, что при такой температуре вряд ли у него получалось отдыхать.

— Ты же лечишься? — спросила девушка с легким волнением в голосе. Парень обернулся, и они встретились взглядами. Сердце Йери застучало быстрее.

— С чего ты решила, что нет?

— К тебе совсем никто не приходил?

— Я никому не сказал, кроме Тэхена и Чимина.

— Почему? — голос девушки стал чуть громче.

— Все заняты, я в детстве часто оставался один, так что и сам справиться могу...

— Идиот!

Чонгук был сбит с толку неожиданной реакцией девушки.

— Где твои лекарства? — тут же настойчиво и уверенно спросила она.

Чон еще несколько секунд удивленно смотрел на нее, потом увел взгляд, так как стало немного стыдно. Какие лекарства? Он даже об этом не задумывался.

Йери резко поднялась из-за стола и вышла из кухни, направляясь в коридор.

— Ты куда? — опешил парень, выходя за ней.

Йери молча обулась и надела куртку. Бросив хмурый взгляд на ничего не понимающего Чона, она вышла из дому, закрыв за собой дверь.

— Ушла? — вслух произнес парень.

«Ну и хорошо, зачем вообще приходила?...» — подумал он, не став уделять внимания тому факту, что немного расстроился. Парень расслабился и лег снова на диван, продолжив смотреть телевизор. Чемпионат его любимой команды, но сосредоточиться на матче он никак не мог, невольно вспоминая недавно случившееся. Зачем она пришла? Беспокоилась? Хах. А почему тогда ушла? Могла хотя бы чай выпить. Тащилась сюда в этот холод и для чего?

Парень приложил руки к лицу и потер ими глаза. Все-таки жар давал о себе знать, и, конечно же, отдыхать ему не приходилось за это время. Лишний раз вставать было трудно, питался он всякими снэками и газировкой, хоть и аппетита почти не было.

И это правда, что за это время к нему никто не пришёл. Да и Чон не хотел этого, он знал, что сам вылечится, что всё само пройдет и без всяких лекарств.

Написать Тэхену — он слишком гордый для этого. Тэ сам всегда извиняется первым, кто бы виноват в ссоре ни был. И Чон привык к этому и его это устраивает. В этот раз, правда, он обиделся больше обычного, учитывая, сколько времени прошло. Для Тэ это много. Ему всегда нужен друг, много друзей, чтобы те любили его. А если чуть что он не так сделал бы по отношению к ним — просил прощения, пока сам себя не простил. Он слишком дорожит друзьями.

Пока Чон валялся в своих раздумьях, в дверях послышался стук. Парень было удивился такому наплыву гостей за один день, пока снова не увидел на пороге её. Девушка стояла с пакетом в руках все также с растрепанными волосами.

— Можно войти?

Чон безмолвно отошел в сторону, пропуская ее вперед, и закрыл дверь. Она начала снимать с себя куртку.

— Если ты друзей не зовешь, а сам заботиться о себе не хочешь, тогда либо это буду делать я, — Йери положила пакет (по-видимому, в котором находились лекарства) на тумбочку. — Либо ты пообещаешь, что позовешь кого-нибудь другого. Выбирай.

Чонгук как-то долго смотрел ей в глаза, ничего не говоря, затем наклонил голову и немного усмехнулся.

— Зачем ты это купила?

Йери внутри надулась от негодования.

— У тебя ведь нет лекарств.

— Я тебя не просил.

— Я знаю, но...

— Но что?

Девушка увела взгляд, не в силах продолжать смотреть на него. И правда, зачем она так за него волнуется?

— Хорошо, я поняла тебя, — тихо пробормотала она, посмотрев вниз. Вся уверенность в ней размазалась по стене, находиться рядом с Чоном стало душно. Йери быстро взяла куртку и направилась к двери, но на полпути сильная рука Чонгука остановила её.

— Стоять.

Йери резко убрала его руку. Парень обратил внимание, что этот жест похож на тот, когда она также резко отстранила его, после той стычки с Тэхеном. Прикосновения Чона нехорошо влияют на нее, заставляя тонуть в рутине противоречий.

— Если уж начала, то бери ответственность до конца, — проговорил он.

«То есть, он выбирает меня?» — вдруг стало легче на душе, что ее присутствие здесь его не раздражает.

Йери молча посмотрела ему в глаза.

— Идем, чай доделаю, — отвернулся парень, собираясь пойти на кухню, но девушка его остановила.

— Так не пойдет. Раз я за тебя теперь ответственна, тогда, для начала, ты должен лечь, — уверенно сказала Йери. Хотелось бы ему пошутить о каких-нибудь пошлостях, но сил на это не было. Да и не хотелось девушку отпугивать.

— Хорошо, но учти, я очень капризный, когда болею.

Чон прошел мимо нее и снова разлегся на диване. Йери сглотнула и выдохнула. «Наконец, он не смотрит на меня.»

Йери взяла пакет и направилась к кухне. Она достала купленные ею продукты и разложила их в холодильнике. Затем взяла маленький пакетик с какими-то лекарствами, которые ей посоветовала взять аптекарь.

«Я ведь никого сама никогда не лечила...»

Она вспомнила, что советовала сделать девушка, которая продала ей лекарства, и, доделав чай, что Чон здесь оставил, направилась к нему.

«Надеюсь, я его не отягощаю...»

Она заходит в зал, останавливаясь в дверях. Он лежит затылком к ней, одну руку подложив под голову. Звук от телевизора очень тихий, Чон лежит под каким-то тонким пледом, в одной руке держа пульт.

Эта комната навивает воспоминания. Чон пару раз громко кашляет. Йери подходит и протягивает ему таблетку с чаем.

— Выпей.

Чон смотрит на нее, садится и берет таблетку, в одно мгновенье глотая ее, а затем запивая чаем.

— Слишком сладкий, — поморщился Чонгук, возвращая чай Йери. Она опешила от такого. Ничего не сказав, девушка вернулась на кухню и разбавила чай кипятком. Вернувшись, она снова протянула ему кружку, — Можно еще сахара?

Йери молча добавила немного сахара и вернулась к нему.

— Спасибо, — сказал парень, отпив немного. Йери, наконец, выдохнув, расслабилась. — А чай обязательно пить?

Девушка прикрыла в нетерпении глаза, но спокойно произнесла:

— Да. Я туда добавила кое-что.

Чонгук усмехнулся.

— Ты ж не отравить меня собралась? — похихикал он и снова тяжело закашлял.

— Не смешно.

— Чего ты такая недовольная? Сама  же пришла, — сказал парень. Йери, поняв, что он прав, расслабилась и успокоилась, — Садись, — Чон убрал ноги на пол, приглашая ее сесть рядом. Девушка, слабо кивнув, присела на довольно широкий диван. — Если хочешь, можешь включить, что любишь, — Чон пристально смотрел на нее, а Йери не отводила глаз от экрана телевизора.

— Нет, спасибо, — тихо пробормотала она.

— Сегодня ты какая-то молчаливая. Случилось что-то?

«Нет, конечно, абсолютно ничего. Я не знаю, что делать, вот и все.» — Йери уже сто раз успела себя поругать, что вообще решилась прийти, вот что на нее вообще нашло?

— Нет... Если я тебе мешаю, я могу уйти.

— Я этого не говорил.

«Блин, если дальше продолжу, он точно выгонит меня.» — Йери решила, что больше лишний раз ничего не ляпнет.

Молча она смотрела телевизор, Чон пил чай громче, чем было слышно, о чем в нем говорят. Она аккуратно посмотрела на парня, который, похоже, был заинтересован в матче.

«Красивый какой...»

Чонгук, почувствовав на себе пристальный взгляд, медленно и вопросительно перевел глаза на девушку. Йери быстро отвернулась, снова уткнувшись в экран телевизора.

— А, — выдавила она, обратив на себя внимание парня, — Твои родители... знают о болезни?

«Он рассказывал мне на том 'свидании' о своих родителях, но ведь потом оказалось, что все, что он говорил тогда, было неправдой.»

— Мои родители? У меня только отец. И я стараюсь лишний раз о себе не напоминать, — как-то недоброжелательно ответил парень.

У Йери в груди кольнуло. Она почувствовала, как парень нахмурился и всё его лицо стало напряжённым оттого, что он пытается скрыть эмоции.

— Почему так? — тихо спросила девушка, не осмеливаясь посмотреть на него. Йери рискует, задавая такие личные вопросы, ибо она чувствует, что парню не особо нравится говорить об этом.

«Если он сейчас скажет 'Не твое дело', я, наверное, больше не покажусь ему на глаза.»

— Потому что я его ненавижу.

— А мама? — Йери тут же пожалела об этом вопросе, когда Чон уже несколько секунд молчал. — Прости, я лезу не в свое дело...

«Мне просто хочется узнать о тебе побольше...»

— Да, — девушка сжалась, — Но я могу рассказать тебе, если так хочешь, — Йери кивнула, в душе немного обрадовавшись, — Сколько себя помню, с отцом жил всегда в его особняке. О маме воспоминаний нет, не видел ни разу, даже имени ее не знаю. Отец не любит говорить о ней. Единственное, что объяснил, что она оставила меня у него дома и исчезла, мне тогда было около месяца. Как я понял, они не были женаты и не находились в каких-либо отношениях.

— А.. как ты относишься к ней?

— К матери? — Чон немного грустно усмехнулся, — Я ненавижу ее, но одновременно благодарен, что она терпела меня девять месяцев вместо того, чтобы сделать аборт. Ведь она могла, учитывая то, что мой отец был для нее никем.

Йери стало грустно за Чона. Она, наверное, не могла понять его, какого это — расти без матери, с отцом, которого ты ненавидишь. В ее семье всегда все было спокойно и обычно. Но тем не менее, хоть парень и скрывал это, было понятно, что отсутсвие любящих родителей оставило огромный след на его сердце.

— Прости.. Тебе, наверное, тяжело говорить об этом, — тихо пробормотала девушка.

— Мне не тяжело, мне неприятно. И не делай такое лицо, будто жалеешь меня. Ненавижу это.

Йери грустно посмотрела ему в глаза, в голове очерчивая все воспоминания, связанные с ним, и примеряя его жизненную ситуацию на его поступки.

— Я не жалею тебя, нет... Ведь ты меня ни разу не жалел.

Парень не уводил глаз, и непонятное молчание, с соленым привкусом нависшее между ними, длилось более, чем достаточно для такого рода взаимоотношений.

— Укройся, — перевел тему парень, ловко накрывая ее ноги своим пледом.

— Спасибо, не надо. Я, пожалуй, пойду. Я напишу на листочке, какие лекарства надо пить и когда, — девушка потянулась к своему рюкзаку, — Никуда не выходи. Желательно, лежи под одеялом, даже если очень жарко. И не создавай для себя стрессовых ситуаций... — Йери не договорила, как парень перехватил ее руку, начавшую запись. Она непонимающе посмотрела на него, ожидая, что он что-то скажет, но парень молчал, крепко держа ее руку. За сегодня в его глазах приходилось утопать уже не в первый раз! Йери нервно сглотнула, не понимая, чего хочет Чон и почему он так долго молчит. Она медленно опустила взгляд на руку Чона, которая держала ее запястье.

Неожиданно парень приложил ладонь девушки к своему лбу. Йери удивленно округлила глаза, а сердце в груди застучало быстрее. Его лоб. Очень горячий.

— Все еще хочешь уйти? — хрипло произнес он, глядя ей в глаза. Йери тут же отстранилась, когда осознала, как близко они находились.

— Мерь температуру.

Йери встала и ушла на кухню, думая, что надо что-то сделать ему поесть. Но она совершенно не знает, какую еду любит Чонгук. Девушка вернулась в зал.

— Что ты бы хотел на ужин?

— Ничего.

— Ты недавно ел?

— Вчера, — ровно произнес парень.

— Что? — удивилась девушка. — Ты должен поесть!

— Я ничего не хочу, — Чон зарылся под одеяло и отвернулся к спинке дивана.

— Надо поесть, это не обсуждается!

— У меня нет аппетита.

Девушка хотела взять его за плечо и повернуть к себе лицом, но воздержалась.

— Ну что-то же ты бы смог съесть? Просто скажи что,— просила она. Парень отрицательно промычал в ответ. «Божечки.. вот же упрямый.» — подумала Йери и направилась в коридор. — Скоро приду, — крикнула она и вышла из дома.

***

— Йери? Какими судьбами? — удивленно заулыбалась Вэнди, увидев подругу, зашедшую в кафе.

— Привет, — улыбнулась Йери и обняла девушку, вдыхая легкий аромат духов. — Если честно, то долго объяснять. Я пришла спросить тебя кое о чем.

— Хорошо, садись, у меня как раз перерыв сейчас начнётся, так что подожди минуты две.

Йери послушала подругу и пару минут сидела за одним из столиков... за тем же самым, где сидели они с Чоном тогда.

Вэнди пришла, как и обещала, быстро, поставив два бумажных стаканчика с кофе на стол.

— Угощайся. Так что ты хотела узнать? — заинтересованно поинтересовалась подруга.

— Спасибо. В общем, ты... ты вроде говорила, что вы в детстве с Чонгуком хорошо дружили?

— Та-а-к, — девушка заулыбалась во все 32, — Продолжай.

— Кхм, ну, ты случайно не знаешь, какая у него любимая еда, и что он чаще всего заказывает?

— О. Конечно знаю! Он просто обожает наши блинчики с шоколадным кремом. А зачем тебе?

— Ну... Как бы... Чонгук, он, в общем, заболел.

— Правда? — Йери кивнула. — И ничего не сообщал мне? Вот засранец! Увижу – устрою ему!

— Не только тебе, он вообще почти никому не сказал. Говорит, что не хочет никого тревожить.

— Вот дебила кусок!... — Вэнди очень негодовала, но затем к ней пришло одно осознание, и улыбка снова заиграла на лице, — А ты что, о нем заботишься, получается? — игриво спросила блондинка. Йери смутилась, опустив голову.

— Нет... просто... так получилось. Он ничего не ел со вчера и отказывается есть сегодня. Я просто хотела принести ему то, отчего он отказаться точно не сможет. Но сама я его совсем не знаю, поэтому вспомнила, что ты работаешь тут рядом... — Йери не договорила.

— Поняла! — Вэнди быстро куда-то убежала, а вернулась через минут десять. — Вот, возьми. От них он точно не откажется.

— Спасибо большое, — Йери обрадовалась, снова обняв подругу. — Сколько с меня?

— Это Чону на выздоровление. Так что не парься.

***

— Ты же не спишь, да? — Йери зашла в зал с тарелкой в руках. Парень что-то промычал. — Я кое-что принесла тебе, — Она встала напротив дивана. Телевизор не работал, и в комнате был довольно приглушенный свет.

Парень лежал спиной к девушке и не собирался оборачиваться.

— Я же сказал, что не хочу есть, — пробормотал он в подушку. Йери поставила тарелку с кружкой чая на столик напротив дивана.

— Пожалуйста, — она двумя руками взяла его за плечо и легонько потянула на себя, — Я очень хочу, чтобы ты поел, — парень на удивление без сопротивлений перевернулся и глаза его устремились на девушку, что нависала сверху. Чон заметил, что позади, рядом с ней, стоит тарелка с его любимыми блинчиками. Он нахмурился. Затем снова посмотрел на девушку, которая взглядом уговаривала его поесть.

— Ладно, — нехотя протянул Чонгук, несмотря на урчащий живот и внезапно прильнувший аппетит. В душе почему-то стало тепло. Она – та, над которой он хорошенько так поиздевался за все время; та, которая из-за него была готова причинять себе боль; та, которая наслушалась столько оскорблений от него. Почему она так добра к нему? Почему? Как она может так переступать через себя и делать все это для него? Чем он вообще заслужил ее заботу?

Йери свободно выдохнула, когда Чонгук принял сидячее положение, и взял в руку вилку.

— А ты? — спросил он, когда Йери села рядом.
— Что?
— Ты же ничего не ела, верно?
— Я обедала в школе.
— Слабо верится, — Чон знал, что Йери школьную столовую всегда старалась избегать. — Ты должна была себе взять тоже. Принеси тарелку и вилку.
— Я не хочу...

Чонгук не стал церемониться и убрал одеяло, чтобы встать, но девушка быстро остановила его.

— Постой, я сейчас.

Чон половину отложил девушке и, грубо говоря, заставил ее поесть. Все равно блинов было слишком много для него одного, да и Йери, раз уж принесла их, должна была попробовать, что это, и почему Чонгук их так любит. Они о чём-то недолго поговорили, не заметив, как тарелки их оказались пустыми.

— В самом деле, очень вкусно, — сказала девушка, восхитившись вкусами Чонгука. И подумать не могла, что 'плохой парень' Чон может любить что-то настолько милое.

— Я же говорил, — слишком простая фраза для такого сложного человека. И от этого стало легче.

Йери все-таки набросала ему небольшую инструкцию по лекарствам, которые он должен сегодня выпить, взяв с него обещание, что он все выполнит. Парень, на удивление, стал более послушным.

Уходя, она предупредила, что и завтра придет. Чон, сам того не осознавая, стал сильнее ждать завтрашнего дня.

***

Джой: «Может, кто-то хочет погулять сегодня?»
Вэнди: «Я!»
Джой: «Я знаю, что ты всегда за :)»

— Переписываешься с подругами?

Йери подняла взгляд на Айрин и, смущаясь, кивнула.

— Сыльги, Джой и Вэнди помнишь? На вечеринке... — Йери неловко похихикала.

— Конечно помню. Хорошие девушки. Хочу как-нибудь снова с ними встретиться, — спокойно произнесла Бэ, посмотрев прямо. Йери молчала, пока до нее доходил смысл слов одноклассницы.

— А.. — неожиданно громче обычного произнесла Йери, — Я могу попросить их погулять в выходной день!

— Правда? — заинтересованно произнесла девушка. — Не стоит. Вряд ли они захотят.. Не хочу вмешиваться в вашу атмосферу.

— Нет! Ты не права, они будут очень рады тебе! Они очень дружелюбные!

— Я понимаю. Дело не в них. Они может быть и дружелюбные, а вот я вообще далека от этого понятия. Но все равно спасибо.

Йери как-то грустно посмотрела. Ей так хотелось сказать, что Айрин очень даже дружелюбная, но прозвенел звонок и она не успела, решив, что позже позовет ее снова. Ей очень хотелось подружить Айрин с ее друзьями, да и самой стать ближе.

***
Йери: «У меня сегодня дела, простите (((»
Джой: «Да ничего страшного) Тогда давайте в субботу?»
Сыльги: «Давайте»
Вэнди: «Ок!»
Йери: «Вы не против, если Айрин с нами пойдет?»
Сыльги: «Нет, конечно»
Джой: «Будет здорово, если она тоже будет»
Вэнди: «Ага, чем больше народу, тем веселее!»

Йери расплылась в теплой улыбке, все-таки о таких подругах только мечтать можно было. Слишком уж они все хорошие.
«И чем я их заслужила вообще?» — не понимала Йери.

***

Сегодня Йери снова идет к Чону. В этот раз она зашла к себе домой и переоделась в более удобную одежду, по дороге заскочила в магазин, купив немного фруктов для Чонгука. Волнительно, очень. Но не настолько, насколько вчера.

— Привет, — неловко и тихо сказала она, заметив, как Чон быстро осмотрел ее с ног до головы.

Они прошли в дом, девушка поставила продукты на стол в его кухне.

— Ты все делал, как я написала?

— Ага.

Парень сегодня выглядел более свежо, чем вчера. Йери подумала, что это могло означать, что его температура спала, но нет. Всё такая же. Просто она не знала, что парень готовился к ее приходу.

Йери нарезала фруктов и разложила все на тарелке. Чон сидел на диване и смотрел телевизор. Правда, сегодня это был не футбол, а канал про животных. Сказать, что Йери удивилась, узнав, что Чонгука такое интересует – ничего не сказать. Она думала, что только ее отец мог с интересом смотреть такие каналы, но, видимо, многим мужчинам подобное нравится.

Когда Йери села рядом, положив фрукты на столик, Чонгук сделал телевизор ещё тише (хотя куда уж там).

— Угощайся.

— Я тебе уже столько задолжал.

— Что? Нет, ты ничего не должен мне! Я сама захотела...

— Столько лекарств и еды, как-будто я оставлю себя в должниках.

Йери опустила взгляд. Спорить с упрямым парнем сейчас ей показалось бессмысленным.

— Кстати, — девушка достала пакетик из рюкзака. — Вот, прости, я совсем забыла про нее. Возвращаю.

Чонгук заглянул внутрь и усмехнулся, увидев там свою шапку.

— Да не парься. Я тоже забыл, могла не заморачиваться и оставить себе.

— Нет-нет. Это ведь твоя вещь.

— Я таких могу еще тысячу накупить.

«А, да, точно, у него же богатый папа. Я уже и забыла про это, наверняка из-за этого дома, ведь он вполне простой. Если бы не знала, то и никогда не подумала, что Чон из богатой семьи.» — размышляла Йери.

— Как там дела в школе? — спокойно спросил Чон, откусывая банан. Для Йери это очень неожиданный вопрос. Интересно, что он хочет услышать? Может.. о Тэхене?

— Если ты хочешь узнать про Тэхена, то он очень спокоен в последнее время. Сам не свой.

Чон перестал жевать, а взгляд немного напрягся.

— С чего ты взяла, что я его имею ввиду? Я интересовался твоей жизнью, — девушка опешила. Он просто делает вид, что Тэхен его совсем не интересует.

— Ты не хочешь... поговорить с ним? — тихо и несмело спросила Йери.

— Нет, с чего бы. Он сам на меня наорал, пусть первый извиняется.

Хоть Чонгук это и говорит, Йери уверенна, что он тоже испытывает чувство вины, хоть она и не понимает, почему.

— Но ты же винишь себя!

— Нет. С чего ты это взяла?

— Ну... твой взгляд тогда...

— Бред. Я не виню себя ни в чем. Я ничего не сделал. Или пусть он бы продолжал тогда, да? — Чонгук посмотрел Йери в глаза. — Хотела, чтобы он еще пару следов на тебе оставил? — в груди девушки застучало стремительно, дышать стало тяжелее от его испытующего взгляда, обращенного прямо на нее. — Да? Надо было стоять в сторонке и смотреть? — ком застрял в горле, отчего-то неожиданно захотелось плакать. Йери помотала головой в стороны, поджав губы. — Тогда не надо быть на его стороне, — спокойнее произнес парень.

— Я не.. — запнулась Йери. — Я никогда не была на его стороне. Прости, значит, я неправильно все поняла, — девушка отвернулась.

— Йери... я просто никак не могу понять тебя. То, как он ведет себя с тобой, ты как-будто игнорируешь это, по крайней мере сейчас. Желаешь ему добра. Это.. это же не нормально.

— Вчера, — тихо начала. — я попыталась поговорить с ним...

— Что?! Зачем? — Йери зажмурила глаза. Все равно Чон ее лица не видит, а эмоции сдерживать очень сложно.

— Я.. я не знаю. Это касалось вашей ссоры, но также я хотела попытаться найти с ним общий язык... Понимаю, это абсолютно глупо, — Йери боялась и не хотела, чтобы Чон сейчас начинал отчитывать ее. — но я просто хочу верить, что в нем проснется немного понимания.

— Даже не надейся, — Чонгук повернул ее к себе лицом, схватив за плечи. — Он никого не слушает, кроме своих друзей. Не лезь к нему сама, ясно? Черт, вот же дура ты оказывается... — Йери не впервой слышать такие слова от Чона, так что они ее никак не задевают. Она поерзала, и парень убрал руки с ее плеч. Он немного остыл и успокоился. — Прости. Он тебе ничего не сделал?

— Нет. Даже слушать не стал, ушел. — расстроенно произнесла девушка.

— Ты радоваться должна.

— Можешь смеяться надо мной или осуждать... но я все равно когда-нибудь хочу нормально поговорить с ним.

— Дурочка, — выдохнул парень. — Я не знал, что ты мазохистка, — Йери грустно хихикнула. Это вовсе не мазохизм.

— Если честно, я надеялась, что ты поможешь мне понять его. Вы же друзья, я думала, ты точно знаешь его мотивы.

— У него нет никаких мотивов. Он таким человеком вырос, с этим ничего не поделаешь. В нем есть хорошее, но людям он этого не показывает, потому что считает, что доброта это слабость. Его поведение это защитная реакция на мир, ни тебе, ни даже мне этого не изменить. Так что пообещай мне не лезть к нему больше самой, ради твоего же блага.

Йери сидела, глубоко задумавшись, смотрела в одну точку перед собой. Она думала, что же с Тэхеном могло такого произойти, что он вырос таким? Что случилось с ним? И значит ли это, что Чон прав, и что лучше даже не пытаться что-то предпринять?

— Ты не устала от него? — внезапно тихо спросил Чонгук. Девушка не смотрела на него. В уголках глаз собрались слезы.

— Устала? Это даже близко не то слово, — спокойно произнесла она.

Воспоминания нахлынули на нее снова. Почему они вообще это с Чонгуком обсуждают? Он и Тэ друзья, и Чон, понятное дело, всегда будет на его стороне. Не смотря ни на что. Йери ему никто. Она это прекрасно понимает. Она ему безразлична. Поэтому она так не хочет снова открываться ему и плакать. Почему ее эмоции не слушают ее? Надо поскорее уйти, пока мысли не добили окончательно.

— Ты очень сильная, Йери, — нет, нет, нет! Ничего не говори сейчас, а то ее прорвет. — С каждым разом все больше удивляешь меня. Как только поставлю себя на твое место, в груди все сжимается, жизнь кажется такой до безумия сложной. На твоем месте я бы порвал все наши блядские сердца на миллион частей и давно послал весь этот мир к черту.

Йери слушает, давая пряди волос скрывать слезы. Всхлипывает. Тихо и осторожно. Начинает винить и корить себя за эту слабость. Разве 'сильные' люди плачут от обычных разговоров? Он абсолютно не прав, никакая Йери не сильная.

— Ммм, — тянет удивленно Чон, переведя моментально взгляд на девушку. Видит, как она сидит боком к нему, с отвернутой головой и подрагивающими плечами, стараясь не издавать ни звука, что, как всегда, плохо получается. Парень почувствовал, как к горлу подступил какой-то ком непонятных ощущений. Внутри его сердце начало непонятно себя вести, ладони немного вспотели. Он осторожно наклонился, повернув девушку к себе, обнял руками ее за спину и прижал к себе дрожащее хрупкое тело. Длинные черные волосы девушки спутались в его руках. Запах, который Чон никогда не отвергал, и к которому бессознательно тянулся, приятно наполнил его изнутри. Ее дыхание стало таким еле уловимым и судорожным, но сердце отстукивало бешеные ритмы. Она уткнулась носом в его плечо, громко при этом шмыгнув. Через его черную толстовку Йери чувствовала его горячее тело и еле ощутимые импульсы. Она не могла перестать плакать и вздрагивать, но в руках Чона стало очень надежно и тепло. Давно... очень давно она этого не испытывала. Такого нежного и настоящего Чонгука она впервые в жизни так близко ощутила. — Хочешь, — хрипло раздалось рядом. — я поговорю с ним? — Йери чувствовала вибрацию, исходящую от его шеи, когда он говорил, она по-немного успокоилась и притихла.

Йери хотела ответить ему, но чувствовала, что если хоть слово сейчас проронит, то слезы польются ручьем, а ей только удалось усмирить их. Поэтому она лишь помотала головой в стороны.

Ей так не хотелось. Она понимала, что они с Тэ таким образом поссорятся снова, а это, как оказалось, большой стресс для Чонгука, раз он даже заболел. Она не хотела, чтобы из-за нее снова возникали недопонимания. Уж что, но Йери не желала, чтобы Чонгук из жалости к ней переступал через себя.

— Почему? — тихо спросил парень, искренне не понимая девушку.

Йери помолчала и отстранилась. Выпрямившись и протерев глаза, она встала и направилась в ванную комнату. Умывшись, девушка вернулась.

— Померь температуру. Сейчас я сделаю тебе чай и пойду домой. Завтра, может, не получиться прийти, — она прошла мимо дивана, направившись на кухню. — Пей лекарства также, как и вчера, как я написала.

Сделав чай, она вернулась в зал, подойдя к дивану.

— И позвони Тэхену. Но обо мне не говорите. Помирись с ним, пожалуйста. Сколько?

— Сорок семь и девять.

— Хорошо.

Йери спокойно вернулась домой. С Чоном они больше ни о чем не говорили, лишь попрощались.

Она сказала, что не придет завтра, потому что действительно не думала, что сможет решиться на это. Слишком неловко. Как бы ей приятно ни было обниматься с Чоном, она понимала, что в тот момент он просто ее пожалел. Конечно, она ведь прям перед ним заплакала! Да, не в первый раз, но в этот раз они были открыты друг другу, и он просто из вежливости своей сделал это. Наверняка, он тоже не хочет, чтобы Йери еще приходила. Накрутив все эти мысли, она решила, что не желает больше доставлять ему неудобства.

Давно же у нее не было такого состояния перед сном. Когда ворочишься, не можешь уснуть, все вспоминая и вспоминая одно и тоже. Такое теплое чувство внутри разливается, а потом резко становится так стыдно, и хочется зарываться под подушку, с тяжелой отдышкой перенося все эти мысли.

«Может, все-таки я чуть-чуть нравлюсь ему? Совсем немного? Бред. Он и я. Наверняка, даже звезды посмеялись бы над таким союзом...»

***

Дождь, очень холодно. По прогнозам на следующей неделе должен выпасть снег. Немного времени осталось и до каникул.

Йери грустно сидит, слушая звуки дождя вместо того, чтобы слушать учителя, ручкой что-то разрисовывает на обратной стороне тетради, думая о том, как же давно она не брала кисть в руки.

— Учитель, у нас есть вопрос, — встает староста - Ким Чону. — Будет ли в этом году предновогодняя вечеринка?

Класс заметно оживился, положительно загудев, кто-то начал что-то говорить, пока учитель не попросил всех замолчать.

— Все зависит только от вас. Если хотите вечеринку – можете себе устроить, только сообщите об этом в учебную часть. Вы уже взрослые, и учителя не будут вам помогать в организации, надеюсь, вы это понимаете.

«У тебя все хорошо?» — написав сообщение, Йери отправила его Айрин. Сегодня девушки не было в школе, поэтому Йери забеспокоилась, не заболела ли она тоже.
«Да. Не волнуйся. У меня возникли семейные обстоятельства.» — ответила Айрин.

С утра Йери пришло сообщение от Джэхена. Он звал ее сегодня вечером гулять, на что она ответила согласием. Если она будет занята, то мыслей пойти к Чону не возникнет.

Когда класс опустел, она решила пойти прогуляться. Перемена после третьего урока - это время, чтобы выдохнуть. Большинство учеников находятся в столовой и школа наполовину пустует. Поэтому Йери решила выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Редко когда она позволяет себе выйти из класса, и уж тем более на улицу. Но сегодня другой день.

Она подошла к автомату, около которого никого не было. Внезапное дуновение ледяного ветра просочилось сквозь серую толстовку, заставляя задрожать от холода. Девушка долго думала, что же ей взять, и выбор остановился на обычном черном чае. Когда она ждала, пока автомат выдаст ей напиток, она услышала знакомый голос где-то за углом.

— Алло, — грубый низкий тон, который Йери ни с кем не перепутает. — Чего хотел?

Девушка хотела уйти, но тут вдруг подумала, что если Тэхен сейчас разговаривает с Чонгуком?

— Нет!... И что?... Нет... Ну, может быть.. Угу... — Йери казалось, что его тон по ходу разговора смягчался. — Хах... Завтра? Я не смогу... Ладно... — кажется, Тэхен успокоился и даже немного по-добрел. — Ну ты и подлец все-таки. Я понял. Поговорим завтра. Только обещай, что ничего больше от меня не скроешь. — Йери была уверенна, что это разговор с Чоном. В душе немного стало спокойнее – он все-таки с ним поговорил! Какое облегчение! И какое облегчение, что Тэхен такой отходчивый и обиды долго не держит. Может, он и ужасный человек, но вполне неплохой друг, такая сторона его характера поразила Йери до глубины души! Потом, внезапно она услышала настоящий, искренний смех Тэхена, а затем его прощание с Чоном.

Интересно, что Чонгук такого сказал, что так рассмешило Тэ? Впрочем, важнее то, что сейчас девушке надо по-быстрее уйти, пока парень её здесь не обнаружил.

Она направилась к дверям, но в этот момент, прямо из них выходили девочки из её класса во главе с Даен. Как же вовремя, черт возьми!

— О-о-о, кто тут у нас! Куда направляешься, мартышка?

Йери молча и немного напугано смотрела на Даен, не желая сейчас вступать в какое-либо подобие диалога. Даен смотрела на черноволосую сверху вниз, с высоко поднятым подбородком, но внезапно ее взгляд переметнулся за спину Йери и на лице появилась улыбка.

— Тэхен~и! — обрадовалась девушка, увидев любимого и сразу подлетела к нему, привычно повиснув на шее. Йери успокоилась, подумав, что Даен забыла о ней, но не все так прекрасно. Внезапно, улыбка с лица девушки исчезла и она отстранилась от парня, подозрительно посмотрев сначала на Йери, потом на Тэхена, и снова на Йери. Взгляд жутко помрачнел, она быстро подошла к Йери, взяв ее за руку.

— Пойдем поговорим, — бросила Даен, потащив куда-то девушку, и прося подруг подождать ее.

Когда они оказались за другим углом, подальше от ненужных ушей, Даен заставила Йери вжаться в стену и спросила:

— Ты была с ним? — сдержанно спросила девушка. Йери хмуро и непонимающе смотрела на Даен. — О чем вы говорили?

«Что она вообще несет...»

— Ни о чем. Так случайно вышло.

— Ты думаешь, я просто так тебе поверю?

— Это правда. Почему сама у него не спросишь? Я просто чай хотела взять, вот, — Йери приподняла в руке горячий стаканчик чая, крышечка которого позволяла ему не пролиться после небольшой тряски.

— Там никого не было! Только ты и он!!! Может хватит пытаться быть с ним? Вечно крутишься рядом, даже на вечеринку как-то умудрилась попасть! Думаешь, я просто так это оставлю?

— Ты... Даен, — Йери спокойна, ощущает, как произносит ее имя, что себе же режет слух. — Прости, но у тебя паранойя.

Глаза девушки напротив округляются, губы плотно сжимаются в яростном желании сейчас же дать школьной уродке леща, но что-то ее сдерживает.

— Да? Может хватит притворяться монашкой, Йери? Будет ну очень смешно, скажи ты ещё, что он совсем тебе не симпатичен! Чисто внешне. Думаешь, я поверю, — Даен делает жалостный взгляд, взяв рукой подбородок девушки и большим пальцем медленно поглаживая щеку, — что малышку Йерим совсем не привлекает парень, который единственный во всей школе обращает на нее внимание, — она издевательски и как-то нервно выдала что-то наподобие смешка. Настала очередь удивляться Йери. Она пыталась подобрать слова, твердые и в тоже время безобидные, что совсем было ненужным в такой ситуации.

— Поверь, даже если во всем мире останемся только мы с Тэхеном, я лучше сразу умру, без какой-либо мысли о продолжении рода! — уверенно произнесла Йери.

— Ахаха, слова... это всего лишь словечки!

— Не только я, он тоже лучше умрет, чем переспит со мной, ты как этого не понимаешь!?

— Ты многого о нем не знаешь! Думаешь, он просто так начал эту травлю? Нет! Это я! Я в этом поспособствовала! Ясно?! — голос девушки начинал срываться. То, что говорила Даен не доходило до Йери в полном смысле. Да и сейчас осмыслять ее слова было трудно, Йери была зла на то, что Даен думает так о ней! Что Йери может нравится кто-то, кто так с ней обращается! (И только потом до нее дойдет, что, на самом деле, все так и есть, ибо Чонгук относился к ней не намного лучше Тэхена.)

— Ты о чем вообще?

— Неважно, до тебя, идиотки, никогда не дойдет! Короче, еще раз увижу тебя с ним, устрою тебе жизнь еще слаще, ясно?!

— Ды не нравится мне твой Тэхен! Я другого люблю! — не выдержала Йери, громко заявив о таком. Когда она поняла, что сказала, глаза быстро оглянули местность вокруг. Йери выдохнула, успокоившись, что никого рядом не было.

Уши ее заполнил неприятный издевательский смех, который раздался где-то далеко, за пределами ее бездны из мыслей. Даен со своими словами ушла на второй план, Йери и вовсе погрузилась в себя.

«Я люблю его?» — никак не могла принять девушка. Да, она знала, что полностью и невольно влюблена, но никогда не говорила о таком вслух. А когда это сделала, поняла, насколько же оно громкое, сильное, тяжелое – это слово! Эта ноша, эта любовь ей не по плечу! Как она будет жить с такими безответными чувствами? — «Нет. Не люблю. Даен правильно сказала, на меня никто не обращает внимания. Чонгук – единственный, с кем я иногда общаюсь, поэтому, только поэтому он мне нравится. Но не более того.»

О нет, самовнушением себя не обманешь ведь, Йери. Даже если он не любит тебя, не надо защищаться отрицанием своих чувств.

Наконец, Даен ушла, вдоволь позлорадствовав. Она, почему-то, подумать не могла, что Йери когда-то такое скажет, и это ее, безусловно, очень сильно веселило, конечно, не по-доброму. Ну, насчет Тэхена она стала беспокоиться меньше, как и хотела Йери.

А Йери, чуть ли не плача, осознавала, что информация о том, что она – главная груша для битья, посмешище всей школы – кого-то имеет право любить, разнесется слухами с неимоверной скоростью по всей школе. Это пугало, бросало в дрожь. Все, что угодно, но только не это! Ей плевать, на то, что подумают люди, но она так сильно не хотела, чтобы Чон об этом узнал... он-то точно поймет, кого она 'любит' и это приводит в такой ужасный стыд, что не хочется находиться в этом мире, хочется провалиться сквозь землю!

Пластмассовый стаканчик с чаем задрожал вместе с ее рукой, но уже не от холода. Она поняла, что ей срочно надо сесть, куда-то приземлиться, пока подкашивающиеся ноги окончательно не подвели её. Пройдя немного еще к пустующим лавочкам около стены, она приземлилась на одну из них, положив уже бессмысленный чай рядом с собой, зарылась пальцами в распущенные волосы, сжалась вся в себя, жаль только, что весьма коротенькая юбка не позволяла прижать к себе колени. Как же она корила себя, что вообще высунулась из класса! Если бы не ее излишняя, непонятно откуда взявшаяся, смелость, то ничего бы этого не случилось! Но уже поздно жалеть, что-либо делать. Вариант поговорить с Даен сразу понимается бессмысленным. И что ей остаётся? Ждать своей участи? Когда в понедельник она придет в школу и увидит этот самый взгляд Чонгука! Тот самый, который в тот раз, в столовой, разбил ей сердце. Полный равнодушия, безразличия, который так и говорит, что ты ему не ровня и никогда не будешь. Что даже думать о нем, таком, на самом деле, далеком – что-то запретное. Как же она забыла про это? За всеми этими моментами, парочкой миленьких деньков, проведенного вместе времени, она и вовсе позабыла думать об этом.

Она не плакала, но настроение было, откровенно говоря, убитым. Буквально два дня она пребывала в некой эйфории и спокойствии, а сейчас все невзгоды ее жизни в один момент свалились на ее голову, опуская на землю.

— Черт... — Йери не знала, что надо сделать, чтобы успокоить свои нервы, она очень хотела закричать. — Черт! Черт! Черт! — но оставалось только сквозь эмоции сминать руками лицо. Йери пропустила, когда звенел звонок на урок, но на улицах было теперь окончательно пусто, а это значит, что он был. — Ничтожество... какое же я ничтожество, — шептала девушка.

Йери накинула капюшон, наконец, снова ощутив безжалостный холодный ветер. Что же должно такого произойти, чтобы спасти этот день? Ей казалось, что смысла его уже нет. Все, что она планировала на сегодня – все отменит. Хочет поскорее оказаться дома, упасть на кроватку и спать, спать, спать. Как же хорошо во сне! Все мечты сбываются, жизнь прекрасна, светла и легка. Почему реальность на этом фоне такая... никчемная? Что сделает для Йери этот мир немного светлее?

И снова дуновение ветра. Капюшон спадает, волосы тянутся назад, за ветерком. Телефон в кармане вибрирует. Йери медленно, безнадёжно достает его. Заходит в сообщения. Читает.

«приходи»

Через секунду ещё одно.

«сегодня»

Успевает сделать пару глубоких вдохов.

«пожалуйста»

Йери сидит в ступоре, немного судорожно перепроверяя отправителя.

Кусочек теплоты поселился в обледеневшем внутреннем мире. Дышать стало на долю кислорода легче. Что же ты за человек такой?...

***

Все хорошо. И с чего она так распереживалась, что он узнает о её чувствах? Для него это все равно не будет открытием. Йери решила, что понервничает об этом в понедельник, а сейчас у нее есть ещё три дня наслаждаться почти беззаботной жизнью. Она долго думала, стоит ли поддаваться на такую неожиданную просьбу Чонгука. Она же уже настроилась на полный пустоты день. Успела снова обидеться на него сотню раз, пока в голове прокручивала всё! Но когда пришли эти сообщения, от былого состояния осталось немного. И всё-таки Йери решила послушать свое сердце.

Бумажный пакет бурого цвета шуршал, пока девушка перебирала ножками, все ближе становясь к своей цели. Запах блинчиков с шоколадом так и манил, а мандарины, находящиеся в белом пакете в другой руке, тоже просились поскорее быть съеденными.

Недавно Йери увидела тут звонок, на что первый раз внимания не обратила. Нажав пару раз, она терпеливо и недолго ждала.

— Заходи! — раздалось громкое изнутри. Йери открыла дверь, не увидев Чона перед собой.

Она разулась, слушая его какие-то шуршания на кухне. Когда девушка сняла с себя куртку, оставив пакеты на тумбе, парень вышел к ней.

— Привет, — бодро сказал он, слегка улыбнувшись. Улыбнувшись!

— Привет, — Йери немного смутилась, устремив взгляд в пол.

— Как дела? — спросил он, снова возвращаясь на кухню.

— Нормально, — Йери взяла пакеты и направилась к нему. — Я кое-что принесла тебе, — сказала она, улыбнувшись и положив пакеты на стол. Парень в это время делал какой-то замудренный кофе на две кружки. Он сразу учуял запах любимого блюда.

— Ты мысли читаешь?

Йери смущенно и широко улыбнулась, счастливая оттого, что Чона порадовали ее покупки.

Они посидели за столом, поели, попили, поразговаривали, громко и много. Не прерываясь, улыбаясь и смеясь, как-будто близкие друзья, которые знают друг друга вечность. Хотя они были далеко от таких взаимоотношений. Но все же, чувство внутри было прекрасным у обоих, полной гармонии и жизни.

— А потом она сказал 'Вы, безмозглые идиоты, когда уже дойдет до вашего мозга, размером с инфузорию туфельку, что по контексту смотреть нужно!' — проговорил Чонгук, имитируя голос учительницы. Йери захихикала, удивленно на него посмотрев. — Да, так и сказала. Мы с нее каждый урок угораем, у нас по пятеро в туалет бегают за один раз, ахах.

— Это жестоко. Хорошо что у нас другая биологичка, — смеялась Йери.

— Может, пойдем в зал?

Девушка согласилась, и, быстро убрав все со стола, они сели на диванчик, который Йери успела излюбить и возненавидеть.

Чонгук сегодня выглядел еще лучше и оживленнее, чем вчера. Он говорит, что температура спала до тридцати семи, и Йери неимоверно рада тому, что оказалась хоть немного ему полезной. Не зря заставляла кушать, пить воду, чай с нужным раствором, лекарства. Не зря осмелилась прийти... наверное. Надеялась, что Чон немножечко ей благодарен, хотя это было неважно. Главное, что он чувствует себя лучше.

— Играешь? — парень указал на приставку в своей руке. Девушка отрицательно покачала головой. — Давай научу.

Парень включил на телевизоре игру, дал Йери вторую приставку и начал объяснять, что к чему. Он так оживленно и увлеченно говорил, что было очевидно, что он очень любит это дело. По ходу Чон рассказывал, что они с Тэхеном чуть ли не каждый день зависают вдвоем у него, играясь в эту штучку. Чимин тоже иногда заскакивает к ним. Также парень рассказал, что они компанией очень близки, но все вместе собираются очень редко. Просто потому, что у кого-то могут быть дела, и вечно одного-двух нет, и это расстраивает.

— А сколько вас? — спросила Йери, уже привыкая к игре и стараясь противостоять Чонгуку.

— Семеро. Ты знаешь всех, кроме... Намджуна, кажется. Он сейчас в Пусане.

— А что случилось?

— Это по болезни. Он не плохой парень, один из самых нормальных из нас, только вот от рождения болеет и вечные эти моталовки туда-сюда... Наверное, это ужасно выматывает.

Меланхоличную атмосферу, что настигла их, Чон быстро разрядил какой-то очередной своей шуточкой.

Сейчас рядом с ним было так уютно находиться. От каждого произнесенного им слова сердце наливалось теплом, аккуратно перебирая маленькие чешуйки души. Его мимика, смех, улыбка – всё такое настоящее, милое, любимое, что захватывает ее целиком и полностью, заставляя влюблять в себя все больше.

Йери знала, что у него есть такая сторона души, которую он мало кому открывает.

Она что-то отвечает ему, отчего он начинает смеяться еще звонче. Девушка не может отвести завороженного взгляда от парня. Множество морщинок собираются вокруг его носа, глаза превращаются в два полукруга, а зубки делают его похожим на кролика, Йери влюбляется снова, прежде чем замечает это милое сходство. Она не выдерживает. Чувства внутри неё просятся вырваться наружу, и она не в силах сейчас предотвратить это. Неожиданно, быстро, мимолетно, ласково и так небрежно она чмокает его в губы, немного при этом промазав и попав в правый уголок. Ощущение сладости на его губах от шоколада, запах его одеколона, а также его запах, все это в ней вызвало столько трепета, что сердце чуть ли не выпрыгнуло наружу.

Парень резко прекратил смеяться, в ступоре посмотрев на нее, не в силах пошевелиться. Он не ожидал. Настолько не ожидал, что душа чуть ли не покинула его, а сердце заколотилось как ненормальное.

Прошло пару мгновений, перед тем как Йери осознала, что сделала. Поняв, что натворила, она резко подорвалась с дивана, с глазами по пять копеек быстро зашагала в сторону коридора.

— Поздно уже, я домой, — неряшливо бросила она, чуть ли не убегая от Чона. Точнее от его реакции!

Но парень долго себя ждать не заставил. Не успев выйти из зала, она почувствовала, как сильные руки сзади резко подхватили её.

— Разожжешь и убегаешь? — пробормотал он ей прямо на ухо и понес куда-то в другую сторону. — Так не пойдет, — хрипло буркнул Чон и аккуратно кинул ее на кровать, навалившись сверху.

Йери поняла, что они оказались в его комнате, но это сейчас абсолютно не имело никакого значения. Ее тревожил взгляд темно-карих очей напротив, который смотрел ей в глаза настолько пристально, страстно, глубоко. Эта похоть в его глазах, которую она не первый раз видит, сейчас разбавлена чем-то другим. Нежность или же это просто желание, она не понимает, но итак растормошенное сердце не может игнорировать ощущение его горячего тела, которое плотно к ней прижимается.

На своем лице она ощущает его тяжелое дыхание. Где-то внутри, внизу живота, приятно потянуло и захотелось поцеловать парня. Но Йери образумила себя, уведя взгляд с его соблазнительных губ.

Парень слабо ухмыльнулся, заметив это, и рукой провел вверх по её бедру с вожделением, отчего юбка девушки задралась.

— Хочешь меня? — шепнул он, чуть ли ни ей в губы. Он хотел было прильнуть к ним, но Йери быстро отвернула голову, и его поцелуй пришелся на её щеку.

— Не надо, — хрипло буркнула она в сторону, прикрыв глаза.

Чувствовалось такое напряжение, что Йери думала, будто сейчас задохнётся. Не было и места на ее теле, что не покрылось бы мурашками, грудь немного судорожно вздымалась в поисках воздуха, которого сейчас так не хватало. Парень долго лежал так неподвижно, пристально глядя на нее и пытаясь понять, а затем все напряжение спало, так как он расслабился, улегшись рядом. Не осталось ничего от похотливого взгляда, а лишь немного разочарованный. Парень посмотрел в глаза девушки, что была повернута к нему лицом, он рукой провел по ее щеке, где только что оставил след.

— Я не могу понять тебя.

«И это говоришь мне Ты?» — подумала Йери, обескураженная всем, что сейчас произошло.

— Расслабься, — улыбнулся он, убрав руку. — Если не хочешь, лезть не буду.

Девушка немного выдохнула, но продолжала так лежать чуть расслабившись. Хоть и парень отстранился, он был ближе, чем обычно. Так хотелось подпустить его ближе, дать волю действиям, желаниям, чувствам, но разумом она понимала, что нет никаких чувств у него к ней. Лишь животный инстинкт. Хотя в глубине души она горько надеялась, что это не так.

— Ну все, — сказал он, ласково посмотрев. — Улыбнись, — он видел, что от былого веселого и милого состояния Йери, когда она сама поцеловала его, ничего не осталось. Лишь тревожный, немного даже напуганный взгляд. — Мне нравится твоя улыбка.

Она не улыбнулась, но теперь напряжение спало окончательно, и сердце забило ровный ритм, дав девушке полностью выдохнуть.

— А мне нравится обнимать твою душу руками.

Она повернулась к нему полностью и рукой убрала его волосы, спадавшие прямо на глаза.

— Знаешь, — тихо произнес он. — Я всегда знал, что ты замечательный человек... — Чон осторожно положил свою руку на ее плечо, медленно проводя вниз ладонью, — Но ты оказалась гораздо лучше, — он остановился на локте и несильно сжал. Парень увидел, как взгляд Йери немного растопился от его слов. А девушка почувствовала, как в Чонгуке снова пробудилось желание. Его рука достигла предплечья и он большим пальцем начал водить по шрамам, что так выделялись на фоне нежной кожи.

Затем он снова тронул ее лицо, коснувшись губ. Медленно приблизился и поцеловал. Не почувствовав сопротивления, парень увереннее начал водить языком внутри ее рта, сминая мягкие податливые губы девушки. Он локтем держал себя над девушкой, а второй рукой придерживал ее голову, чтобы она не отстранялась не по его воле.

Йери вжалась в подушку как только могла, при этом отвечая на настойчивые действия парня. Она в который раз убеждалась, что не может устоять перед его поцелуем. Слишком уж хорошо он это умеет делать! Хотя ей, по сути, сравнивать не с чем, но почему-то Йери уверенна, что именно его поцелуи так могут действовать на нее.