Rain

И что теперь думать Йери? Что значил этот поступок? Зачем Чонгук это сделал? Йери рассказала все Сыльги. Все до вчерашнего дня, потому что сама не может разобраться в этих головоломках. На что подруга ей спокойно ответила:

- Он тебя обнял, чтобы подпитать твои чувства. То есть, чтобы огонь не потух, он подкинул в него дров. Не знаю, чего он хочет этим добиться, но я думаю, Чонгук хоть и сложный парень, не сказать, что в нем нет чего-то хорошего. Думаю, ты нравишься ему, Йери. Нет, он влюблен в тебя. Но он не может себе признаться в этом. Другого объяснения этому я не могу дать.

Йери шумно выдохнула привлекая этим внимание соседки по парте. Айрин, наконец, вернулась. И Йери чувствовала, что она вернётся сегодня, поэтому кое-что приготовила для нее.

- Айрин, - тихо позвала Йери, - Давай после уроков прогуляемся на заднем двору?

Айрин сначала просто посмотрела на Йери, затем слабо улыбнулась и кивнула.

После этого урока, когда Йери сидела, подготавливаясь к следующему уроку, а Айрин где-то пропадала, к ней подошел Ким Чону.

- Привет, Йери, - девушка медленно подняла голову. Она кивнула, - Ты идешь на вечеринку? Школьную.

- Нет.

Впрочем, Йери каждый год отказывается, поэтому неудивительно.

- Хорошо. Завтра будет подготовка зала, так что приходи, если уж не пойдешь на вечеринку, то, может, если хочешь конечно, поможешь нам.

Он ушел, оставив Йери в раздумьях. Девушка была слегка удивлена, что Чону заговорил с ней.

***

После уроков Айрин с Йери зашли на задний двор школы, где был небольшой лесок и можно было прогуляться и посидеть на вдвое старше, чем они сами, лавочках.

Они сели на одну из них и Йери достала из рюкзака наполненный пакет.

- Это тебе, - она протянула его Айрин, та удивленно ахнула и приподняла брови.

- Йери, что это? - Айрин открыла пакет из которого донесся аппетитный аромат печенек. - Ну ты даешь! Зачем? - милая улыбка озарила ее лицо, а это крайне редкое явление, особенно учитывая настроение Бэ сегодня. Печеньки с шоколадной глазурью, очевидно, не магазинные, сразу понятно, что ручной работы.

- Вчера я понадеялась, что сегодня ты придешь... вот и мне хотелось сделать для этого хоть одну причину.

- Йери... спасибо! Ты такое солнце. Я не могу поверить, что ты сделала их для меня. Я, наверное, этого никогда не забуду.

Щеки Йери загорелись и она просто растаяла от такой реакции Айрин! Она, конечно, хотела приподнять ей настроение, но не думала, что это так легко получится. Айрин посветлела и расцвела на глазах. И Йери тоже. Счастье этого момента отразилось на их обоих, и они начали разговаривать.

- Йери, расскажи про свое детство.

- Ну... детство мое было хорошим. В младшей школе у меня была отличная успеваемость и много друзей, я даже была уверенной в себе, - Йери посмотрела на Айрин, которая не менялась в лице. - Ты не удивлена? - Айрин качнула головой в сторону.

- Ты ведь к нам такой и пришла. Все сразу тебя запомнили, потому что ты была общительной и дружелюбной.

Йери удивилась, что Айрин что-то помнит о ней из того времени.

- У нас же училась девочка, которую все обижали. И когда ты увидела это, то не могла поверить своим глазам, так как это было, очевидно, вне твоего понимания.

- Да, я тогда была очень шокирована. Как можно было обижать человека за то, как он одет и причесан? У нас в школе такого не было. Всех уважали. Но чтобы унижать, за то, перед чем он вовсе не виноват... Тогда для меня это было шоком.

- А здесь это нормально. Всегда нужна хотя бы одна груша для битья. Зря тогда никто не успел сказать тебе... возможно, если бы ты за нее не заступалась, все бы было у тебя нормально. Она ведь все равно потом ушла.

- Не думаю... я знала, что это обернется мне... Даже если бы меня предупредили, я бы все равно не могла стоять на месте. Иначе на всю жизнь я бы испытывала вину и разочарование от самой себя. А это хуже, чем то, что я чувствую по отношению к себе сейчас.

- И что же?

- Я себе не нравлюсь, и часто мне кажется, что я ненавижу себя. Но это не так, ведь в глубине души я понимаю, что заслуживаю жизни, заслуживаю дружбы, любви, счастья. Потому что я не плохой человек.

Уголки губ Айрин медленно поднялись вверх. Йери показалось, будто она она обняла ее этой улыбкой.

- Но если бы я тогда оставила все как есть, я бы потом себя не простила. У меня все бы было хорошо, кроме одного - состояния души. Тогда я бы точно не любила себя и не находила поводов любить. А сейчас, хоть я себе и не нравлюсь, я хотя бы чиста перед самой собой.

- Йери, твои мысли были такими правильными даже тогда. Ты по-настоящему замечательный человек.

- Спасибо большое!

Йери посмотрела вниз немного грустно. Ей вспомнились слова Чона: «Я всегда знал, что ты замечательный человек...».

- Айрин! А у тебя сейчас все хорошо?

- А? Да, вроде да. А почему спрашиваешь?

- Ты пропустила несколько дней и в воскресенье я видела, как ты выходила из церкви.

- А-а, - Айрин усмехнулась, а потом вдруг лицо ее приобрело серьезный вид, - на выходных мы ездили к сестре... А в церковь я хожу каждое воскресенье.

- К сестре? У тебя есть сестра?

- Да, младшая.

- Здорово! Она живет в другом городе?

- Она... - Айрин нахмурилась, опустив голову. - Она сейчас в психбольнице..

Айрин запнулась, а глаза Йери расширились. Наступило молчание.

- Что... - Йери была немного шокирована. - А что с ней? Что-то серьезное? Ой, прости, глупый вопрос, не подумай, что я лезу...

- Нет, все нормально. Йери, на самом деле, ты единственный человек сейчас, с кем я могу поделиться этим. Так что, пожалуйста, можешь выслушать меня?

- Конечно! - в теле Йери разлилось волнующее тепло.

- В общем, это случилось шесть лет назад. Я тогда училась еще в первом классе, а моей младшей сестре, Ирон, было пять лет. Мы были очень дружны и делали все вместе. Несмотря на то, что она была на два года младше, мы общались почти как на равных. Ирон... была очень доброй... она любила отца, несмотря на его поведение. А папа был до жути строг: часто нас бил, ругал, был несправедлив. Он тиранизировал нашу семью, открыто нам заявляя, что мы никто. Он и к маме так относился. Говорил ей, что он не даст согласия на развод, пока она не родит ему мальчика, но у них так и не получилось зачать ребенка после Ирон. У мамы начались проблемы со здоровьем и она слегла. Мы с Ирон проводили с ней много времени, пока она лежала прикованная к кровати, а отец, казалось, был отстранён и безразличен. Ровно тогда я его первый раз по-настоящему возненавидела. Мне было обидно за маму. Она очень любила его, и уверяла нас, что он тоже ее любит, просто проявляет это по-своему. Для меня это звучало как чушь. А Ирон верила каждому заветному слову мамы. Она была привязана к ней, как никто. Все дети привязаны к своим родителям, но Ирон любила маму по-особенному. Я не была, как она, мой уравновешенный характер и рациональный ум скорее от папы, а Ирон, мягкая и сердобольная пошла полностью в маму. Я правда любила их обоих больше всего на свете... они были для меня всем... Они полностью уничтожали всю тьму во мне. Отец заставлял меня ненавидеть и злиться, но, стоило мне только прийти к маме с сестрой, я наполнялась добротой и любовью....

Айрин замолчала. Йери печально и вопросительно смотрела на нее.

- Но что же произошло? - тихо спросила девушка.

- В скором времени мама... скончалась.

Йери закрыла рот рукой, не в силах сдержать удивление. Стало так грустно, ибо ее опасения подтвердились.

- Я была достаточно сильным ребенком, чтобы пережить это, но, как оказалось, Ирон - нет. Первое время она просто забилась в себя. Потом перестала разговаривать вообще. Отец делал все, чтобы ухудшить ситуацию, мне казалось, он делал это специально, но на самом деле он думал, что такие методы должны помочь. Он был строг и жесток с Ирон как никогда, несмотря на всю трагедию. И вот через неделю, после смерти мамы, мы поняли, что Ирон потеряла память. Это стало второй трагедией для нашей семьи. Ну, возможно, мы бы смогли со временем справиться с этой проблемой и оно бы не стало такой уж огромной трагедией, если бы не отец, который отправил свою собственную дочь в психушку...

Йери не могла поверить своим ушам, все больше удивляясь словам Айрин. Это все больше смахивало на сюжет какого-нибудь фильма или книги, но осознать, что все вот это произошло с ее подругой было крайне сложно.

- Собственно на этом история заканчивается. Мы иногда, очень редко, приезжаем к сестре, хотя, хоть мне и сложно, я бы делала это гораздо чаще, если бы не отец.... зла моего на него не хватает. Он пытается не поднимать эти темы и избегать их любыми способами, при нахождении со мной наедине. Но его очень раздражает, что у меня есть свое мнение и я не молчу. Хотя он делал все, чтобы мы с Ирон выросли послушными запуганными девочками.

Айрин приложила ладонь к лицу, хмурясь. Йери приобняла ее за плечи и похлопала по коленке рукой.

- А есть ли какие-то способы забрать сестру оттуда? - спросила Йери.

Айрин кивнула.

- Есть. И самый оптимальный из них это убедить отца. Каким бы черствым человеком он не был, я знаю, что он немного любит Ирон и он бы тоже хотел, чтобы она поправилась, но он не понимает, что такое место не поможет ей, а только ухудшит ситуацию.

- Ухудшит? Там работают плохие люди?

- Тот человек, что "лечит" мою сестру - самый дерьмовый человек, которого я когда-либо знала.

- Какой ужас, - ахнула Йери. - А откуда ты про него знаешь?

Айрин нахмурилась сильнее, посмотрев вниз, ее взгляд преисполнялся всего темного и злого, что когда-либо с ней происходило в жизни. Она прочистила горло, после того, как Йери немного отстранилась, хотя сидеть в объятьях подруги было тепло и приятно, ведь такое не представлялось ей слишком давно... наверное, с рождения? Айрин перевела мрачные тяжёлые глаза, полные отчаяния и страданий, прямо на подругу, чей взгляд отличался от ее только милой наивностью, но страданий в нем было не меньше.

- Он отец Тэхена.

Взгляд украдкой, затем легкое движение вправо и рюкзак Йери падает на землю. Девушка потянулась за ним, а глаза по пять копеек.

- Все нормально?

- Угу.

- Я знала Тэхена очень давно. Как-то раз, когда я была в первом классе, мы с мамой и сестрой переехали на некоторое время в деревню. Там я пошла в сельскую школу, где и познакомилась с ним.

- Я не знала этого...

- Мало кто знает, если кто-то вообще знает, но это только в случае, если он кому-то говорил, в прочем, это неважно... Так вот, ты, наверное, будешь удивлена, но мы подружились с Тэхеном.

- Как? - удивилась Йери.

- Он был совсем другим. Школьным оборванцем, грушей для битья, у него не было друзей и он не мог за себя заступиться. Мы сидели вместе, это сдружило нас и мы начали часто гулять у нас во дворе вместе. Хотя мама по-началу смотрела на него с неким подозрением, ведь он был в рванной одежде и зачастую босой, а у нас был симпатичный белоснежный большой дом, который так красиво стоял посреди зеленой деревни, и еще прекрасный сад, усеянный всевозможными цветами. Жителям деревни было странно наблюдать, как такой оборванец Тэхен из неблагополучной семьи, про которую знали все деревенские, кроме нас, срывает цветы из этого идеального сада и ему за это ничего не прилетает, или купается в искусственном пруду, когда мы с сестрой упрашиваем его вылезти оттуда. Тогда он приносил в наш дом что-то хорошее и даже мама приняла его, дарила кроссовки, отдавала оставшуюся ненужную одежду и вообще он часто обедал у нас. Он подружился и с Ирон, которая относилась к нему немного с веселым сожалением. Он на самом деле был таким... Но сейчас не о нем. Кхм. Я уже сказала, что он был не из благополучной семьи и в основном это из-за его отца. Я не буду рассказывать подробности, потому что это его семья, я тут не причем, но думая о том, что мою сестру лечит такой человек...

- Айрин! Но ты ведь можешь рассказать об этом отцу.

Девушка покачала головой в стороны обреченно.

- Он не слушает меня, я же говорила. Как только я завожу эту тему он уходит или перебивает меня.

- И что... что же делать тогда?... - Йери обеспокоено смотрела на Бэ, пока в голове не мелькнула идея. - Я знаю! Надо поговорить об этом с Тэхеном.

Айрин посмотрела на Йери осуждающе.

- Нет.

- Почему?

- Йери, ты чего? Не знаешь Тэхена? Он в жизни не захочет мне помогать. Он уже не такой, как раньше.

- Но разве он не пытается вернуть общение с тобой?

Айрин задумалась. Если так подумать, то она все это время всеми силами избегала его и отталкивала, лишь бы только не напоминать себе о тех временах. Потому что он... влияет на нее особенно. Рядом с ним Айрин чувствует аромат тех разноцветных геоцинтов, которые Тэхен срывал в их саду и дарил ей. Рядом с ним она слышит радостный голос своей сестры, который мягко зовет его "Тэтэ-оппа!". Он навивает самые сокровенные воспоминания еще и своими словами... Не имея никаких манер, как вообще можно так бесцеремонно заводить об этом разговор!? Причем при любой выпавшей возможности. Но ведь... ведь он стал таким... он совсем не такой, как раньше, и все эти чувства, все эти воспоминания о нем - это все в прошлом! Он жестокий, грубый, ужасный, издевается над слабыми, не жалеет даже девушек. Глупый, разговаривает, словно младшеклассник, а его поступки только доказывают это. Но что... что сделало его таким? Айрин думала, что знает, но что если...

- Айрин! Мне кажется, Тэхен бы отозвался, если бы его попросила именно ты.

- Почему ты так думаешь, Йери?

- Эм... - Йери хотела, но боялась сказать, что та самая просьба Тэхена была именно в том, чтобы узнать про сестру Айрин. Для чего - она не знала. Сначала думала, чтобы как-то эту информацию использовать против Джухен, но теперь, когда узнала эту историю, она думает иначе, что он, возможно, хочет ей помочь. Но уверенности никакой нет. - Ну... я не знаю. Но возможно, Тэхен не такой плохой, каким пытается казаться. Я поняла это недавно. Я думаю, он очень восприимчив и легко поддается влиянию. Что-то ведь повлияло на него, после чего он стал тем, кем стал. Но, наверное, его все еще можно переубедить. И у меня такое чувство, что двери его сердца открыты только для тебя, и ты бы смогла смягчить его душу, если бы приняла его.

Айрин смотрела на Йери и в глазах собрались слезы от ее слов. Айрин плачет крайне редко и только наедине с собой, поэтому сейчас она не дает волю слезам и спокойно улыбается подруге.

- Возможно, ты права.

***

На следующий день Йери, как и просил Чону, осталась после уроков, чтобы помочь украсить зал. Наверное, она бы этого не делала, если бы Айрин тоже не согласилась.

- Сегодня прогнозировали снег! - радостно заметила Йери, когда они с Айрин пытались распутать несколько гирлянд, очевидно древнейших, что каждый новый год украшали школу.

- Хм, - недоверчиво нахмурилась Айрин. - Они редко с этим угадывают, да и я не очень хочу снега, на самом деле.

- Почему?

- Это неудобно. Нужна запасная пара обуви, да и холодно, и гололед и еще куча проблем...

- Ахах, понятно. Айрин, а почему ты веришь в Бога? - Йери, наконец, удалось распутать одну гирлянду и она взяла из коробки другую. Айрин подняла взгляд на Ким, а затем снова увела его.

- Мама была очень верующей. Она водила нас с Ирон в церковь, читала молитвы и рассказывала библейские сюжеты на ночь. Она верила и доверяла Господу, мы тоже доверяли Ему. Даже когда она заболела и была при смерти, ее вера ни на секунду не поколебалась... Конечно же я верю в Бога. Благодаря Ему я все еще не теряю надежд, стою на ногах, справляюсь со сложностями... Только молитва может успокоить меня, а библия найти ответ на терзающий меня вопрос. Ничто больше не научило меня так жизни, как эта священная книга, но я все еще слишком много грешу. А ты, Йери? Мне интересно узнать твое мировоззрение.

- Я...

- Кто-нибудь! Пойдемте, поможете. - в кабинет зашел парень с обеспокоенным видом.

Айрин кивнула и ушла, как поняла Йери, это затянется надолго. Поэтому она спокойно, в одиночестве, продолжала распутывать и проверять на пригодность гирлянды. Йери тихо напевала себе песенку. Стало жарко, и она немного подтянула рукава белого свитера, обратив внимание на небольшие царапины, которые должны были в скором времени совсем исчезнуть. Йери вспомнила, как она наносила их себе в ванной, лезвием от бритвы, как плакала при этом и страдала.

- Какая глупость, - фыркнула Ким, сама себя осуждая и опустив рукава обратно. Если вспомнить... тогда ей было хуже некуда, а сейчас... сейчас просто сказка, если сравнивать.

- О, мартышка, не ожидала тебя тут встретить, - донеслось со спины.

Йери сразу узнала этот высокомерный тон и закатила глаза, не собираясь оборачиваться.

- Хватит так называть меня, - спокойно выдохнула девушка, продолжая свою работу.

- Как мы важно заговорили, стоило только подружиться с Айрин. Думаешь, это спасет тебя? Цепляешься за нее, чтобы себя возвысить? Наивно. Айрин не такая глупая, уверена, она хочет как-то использовать тебя...

- Заткнись, - не выдержала Йери и позволила грубое слово со своей стороны, но Даен это заслужила. - Айрин не такая, как ты. Она очень добрая. А тебе пора бы уже отстать от меня, от нее, от всех.

- Добрая? Ахаха. Наша "ледяная королева"? Добрая? Ахахах. Да любой бы рассмеялся, услышав тебя.

Это позабавило Даен, ведь, на самом деле, Айрин производила впечатление хладнокровной и стервозной девушки, ставящую всех ниже себя. И она редко кому показывала себя настоящую.

Даен села прямо напротив Йери, любопытно посмотрев на ее личико.

- Йерими, зачем ты убрала челку? Она так хорошо закрывала твои глаза. И почему ты перестала носить эти огромные толстовки? Неужели ты и правда влюбилась? Ну в этом я не сомневаюсь, лишь одно волнует меня... Кто же твой избранный? - Даен усмехнулась, завивая на пальчик локон коричневых волос.

- Даен, - Йери подняла взгляд на девушку. - Это тебя не касается. Я уже сказала, что тебе не о чем волноваться, твой парень мне не нравится.

- Не говори так, будто у тебя есть шансы с ним.

- Тогда может хватит доставать меня этим? Что я должна сделать, чтобы ты успокоилась? Или тебя бесит мое существование в принципе? Но почему?

Даен злобно посмотрела на нее. А Йери снова наполнилась непониманием. На самом деле, откуда эта ненависть к ней? За что? Даен, можно сказать, с самого ее прихода в класс не упускает возможности поиздеваться над ней. Даен думает, что это вошло уже в привычку - ненавидеть Йери. Даже добившись своего, внутри нее всегда остаются опасения и страхи, что то, что она так строила на протяжении нескольких лет, может развалиться. Хотя в душе она понимает, что смысла в этом уже нет, но амбиции загнали ее в угол...

POV Даен
flashback

В середине учебного года, как раз перед рождеством, когда выпал снег, к нам перевелась новая ученица. Она зашла в класс и представилась.

- Всем привет! Меня зовут Ким Йери, позаботьтесь обо мне, - улыбалась девочка. У нее были черные длинные прямые волосы, милая улыбка, светлая кожа и большие глаза. Она прошла в самую даль класса, под любопытные взгляды одноклассников. Я сидела с Тэхеном, который, в свою очередь, тоже проводил ее взглядом, повернувшись затылком ко мне. Девочка села за единственное свободное место рядом с Омджи, которая была изгоем. Мне стало жаль, что новенькой приходиться сесть с ней, ведь Йери выглядит так, будто мы могли бы подружиться.

После уроков мы окружили новенькую с расспросами. Она, очевидно очень понравилась нашим одноклассникам. Только Тэхен с Чонгуком сидели рубились в игры на телефоне, и Айрин тоже занималась своими делами. Остальные толи бегали по классу, играя в свои игры, толи вместе со мной заваливали новенькую вопросами. В классе было шумно.

Йери отвечала на все мило и дружелюбно.

Я подошла к Тэхену с Чонгуком и села за парту перед ними, повернувшись к ним.

- Тэ, как тебе новенькая? - спросила я у парня. Он обернулся, посмотрев еще раз на девочку, и повернулся обратно с легкой улыбкой на лице.

Тэхен пришел к нам в начале этого года и тоже считался новеньким, но уже успел подружиться с Чонгуком, который был очень популярен среди девочек, да и вообще. И вообще не понятно, как Тэхен мог найти общий язык с таким подозрительным и мрачным парнем, как Чонгук, который никогда не вызывал у меня доверия. В прочем, придя к нам в класс, Тэхена посадили со мной и с тех самых пор, да даже нет, раньше - как только я увидела его, когда он представлялся перед классом, тогда мое сердце застучало быстрее обычного и я подумала, что этот парень самый красивый из всех, кого я когда-либо встречала, а его улыбка может осветить всю мою жизнь, хотя он и не особо богато выглядел.

- Кажется, она милая, - произнес Тэхен. После этих слов Чонгук тоже обернулся, но выражение его лица не менялось.

Я промолчала, но почувствовала, как захотелось развеять его представление.

Прошло пару недель с того дня. Йери, не сказать, что прижилась в классе, этому, в частности, поспособствовала я и ее собственная неудача, что она сидела с Омджи. Кажется, они подружились, и Йери теперь терпеть не может моих одноклассников.

- Эй, жируха, - воскликнул кто-то, намереваясь снова подшутить или поиздеваться над Омджи. Я не особо участвовала в таких перепалках, так как считала, что это жалко, вот так напрямую нападать на человека.

- Омджи не толстая, - вступалась Йери, с каждым словом наживая себе проблем.

Хотя одноклассники почему-то не нападали на нее, не отстаивали свое слово, уходили молча, игнорируя. И меня это почему-то все больше начинало раздражать.

- У вас должно быть свое мнение! - настаивала я, когда мы оставались наедине с подругами. - Вы отступаете, как только влезает эта новенькая, но ее слова абсолютно ничего не значат, она нам чужая. Я кое-что знаю про нее, но не очень хочу рассказывать, ведь это ее личные дела...

Девочки начали уговаривать меня рассказать, что и ожидалось.

- Ладно, ладно, уговорили. Знаете, почему она ушла из той школы? А точнее, почему ее оттуда выгнали? Она была хулиганкой. Дралась с одноклассниками, смеялась над учителями, управляла классом как могла. У нее были не одноклассники, а ее собственные рабы, которые выполняли каждый ее приказ. И выгнали ее за очередную драку. А сейчас она притворяется такой милой, чтобы захватить в итоге и наш класс.

- Даен, ты уверенна, что это правда? - как-то недоверчиво спросила Миджу.

- Да, конечно.

Я не знаю, что натолкнуло меня тогда соврать. Это произошло само, я даже толком осознать не успела. Я сама себе удивлялась, как я могу так откровенно не краснея врать без каких-либо терзаний совести.

Я знала, что слухи разносятся быстро, тем более учитывая тех, кому я это рассказала.

На следующий день мы компанией сидели в столовой, я заняла место рядом с Тэхеном, попросив другого мальчика отодвинуться. Тэтэ разговаривал мало, но много улыбался, пытаясь всячески поддерживать разговор. Он такой милый, такой светлый и добрый. Я всегда наблюдаю за ним, всегда стремлюсь быть рядом, всегда помогаю, когда надо: даю списывать домашнее задание, подсказываю ответ на уроке, порой пишу за него контрольные, даже иногда одалживаю ему денег на еду в столовке (хотя он постоянно клянется, что вернет, но в это, конечно, мало верится.) Мне это вообще никак не сложно делать для него, лишь бы слышать всегда его «Спасибо огромное, Даен, ты меня выручила сегодня!» и видеть милую квадратную улыбку, которая, кажется, стала для меня всем.

- О, смотрите! Новенькая. Кажется, она одна. Давайте позовем ее? - предложил одноклассник. Я хотела возразить, но мое мнение в настолько мужской компании вряд ли бы кто-нибудь учел, да и не хотелось этим привлекать внимание. - Йери! - парень помахал рукой. Новенькая удивленно обернулась и подошла, сев рядом с Чонгуком, то есть, оказавшись почти напротив Тэхена. Парни начали с ней разговаривать, она смущено опускала взгляды в пол, скромно улыбалась и все не могла перестать дергаться, когда что-то увлеченно рассказывала. Я посмотрела на Тэхена, он наблюдал за ней так внимательно, с глазами, приоткрытыми чуть шире, чем обычно. Даже когда она ничего не говорила, молча попивая чаек, он поглядывал на нее как-то слишком, как мне показалось, часто.

Судя по всему, слухи еще не успели разлететься. Тогда надо действовать решительней. Так я подумала. И через пару дней призналась Тэхену в своих чувствах.

Я привела его во время перемены в безлюдный коридор школы, и предложила встречаться. Я была маленькой и не знала, что значит 'встречаться' по-настоящему. Мне лишь хотелось быть больше рядом с ним, и иметь уверенность в том, что он будет только со мной. Мне лишь хотелось, чтобы он был моим.

- Даен... - мальчик, очевидно, растерялся. - Прости, я думал, мы друзья... Ты очень хорошая! Правда! И я верну тебе все, что одолжил. Но встречаться... это как-то слишком по-взрослому, не думаешь?

Я покачала головой в стороны.

- Прости-и-и... - снова сказал он, увидев, что я вот-вот была готова заплакать. - Мне правда очень жаль, я не хочу сейчас с кем-либо встречаться... К тому же, мне нравится Йери.

Дальше я ничего не слышала и предыдущее, что он говорил, тоже стерлось, ибо правда была только в этом, в том, что ему нравится другая. Другая!!! Та, которая ничего для него не сделала! Та, которая пришла пару недель назад, толком с ним не пообщавшись! Они ни разу не разговаривали! Она ничего не для него не сделала! А я? Я полгода любила его! Полгода заботилась о нем! И он сейчас говорит такое? Все из-за какой-то девчонки, что появилась ни с того ни с сего и не пойми откуда?

- Йери? Ты разве не слышал правду о ней?

- Это... разве это не просто слухи?

Это стало для меня зеленым светом, и я начала то, что в итоге и привело меня к успеху.

Нет, я не подговаривала одноклассников издеваться над Йери, я просила это делать с Омджи. Причем по абсурднейшим причинам. И, к счастью, это работало превосходно. Чем больше они издевались над Омджи, тем больше Йери защищала ее, и в итоге новенькая потеряла контакт с остальными одноклассниками. С ней никто не общался, и Йери дружила лишь с Омджи, за что ей тоже часто прилетало. Но это не все. Ведь Тэхен так просто бы не сдался. Мне нужно было что-то еще, что доказало бы гниль в характере Йери. И тогда я подстроила все это.

Я завела Йери в туалет, растрепала свои волосы, упала на пол и начала кричать, будто меня били. К нам быстро прибежали другие девочки, и начали меня успокаивать и посылать угрозы Йери. Конечно все поверили в это после таких слухов. Теперь в их головах они только подтвердились. Я пришла в класс заплаканная и все парни начали шушукаться. Когда я села за парту, Тэхен спросил, что со мной такое и где Йери, которую отстранили на пару занятий, несмотря на все ее попытки доказать свою невиновность (большую роль сыграло то, что я была из богатой семьи, а на Йери всем было все равно). Я сделала вид, что не хочу рассказывать, лишь сказав, что это самое ужасное, что происходило со мной когда-либо. Остальное ему рассказали другие одноклассники.

Тэхен долго не мог поверить в это, но в итоге принял (не без моей помощи, конечно), и я начала настраивать его против нее. Хотя я и понимала, что мой добрый светлый мальчик не сможет кого-то ненавидеть.

Но после каникул Тэхен очень изменился. Нет, он начал меняться еще с самого прихода к нам в класс, просто я этого не замечала. Но это не отменяет того, что прям очевидные изменения произошли сейчас и все еще по непонятным причинам. Тэ никогда ничего не рассказывал о своей семье и на родительских собраниях, как оповещала меня мама, никаких Кимов, родителей Тэхена, не было. Я думала, что причина именно в семье, но решила не лезть, куда нежелательно. Также, очевидно влияние Чонгука. Без этого никак. Чон наполнил Тэхена своей темнотой, и мне это жутко не понравилось. Но я от Тэхена не отвернулась, наоборот, изменения в его характере только усилили мой интерес к нему.

И, собственно говоря, мне удалось убедить Тэхена, у которого моральные принципы итак были пошатаны, в том, что Йери заслужила ненависти.

Конечно же, мне это удалось не сразу. Еще полгода потребовалось, чтобы убедить Тэхена вообще прекратить заботиться о чужих чувствах и испытать к Йери презрение. На следующий год Омджи ушла из школы, и Йери осталась одна принимать все нападки на себя от Тэтэ в первую очередь. А потом и от меня. Я тоже изменилась и стала более жесткой и открытой. Открыто показывала свою злобу и ненависть.
В старшей школе Тэхен уже не был, как прежде, но он, наравне с Чонгуком стал очень популярным, и конкуренция для меня выросла. Но я прекрасно понимала, что каждая девчонка, с которой он был (а их было не так уж и много), была для него лишь чем-то временным и сомнительным, как некачественные игрушки, которые быстро ломаются. Я знала, что я для него значу намного больше, хоть он и не понимает этого. Но он все еще не был моим. Мне казалось, что он даже забыл, что я когда-то признавалась ему в чувствах. И, выбрав подходящий момент, я снова предложила ему встречаться, и на этот раз он дал согласие.

конец flashback

И теперь, казалось бы, все. Он мой, я своего добилась, но что не так? Я не чувствую того, что ожидала. Я ожидала намного большего. Но я не ощущаю его любови ко мне, и мне кажется, это из-за того, что он все еще кого-то не отпустил. Может ли быть, что это Йери? Может ли быть, что мне все еще надо держать все в ежовых рукавицах? Я начинаю замечать, как они чаще остаются наедине, даже если в это время, как говорит Тэ, он просто забавляет себя. Или же замечаю, как одноклассники все меньше подтрунивают над Йери. Если она сдружится с Айрин, то это будет катастрофа для меня, ведь такую, как Айрин я закопать не смогу. Хотя, боюсь, они уже сдружились. Но все-таки... вряд ли это Йери, а даже если и так, я не могу понять одного - что же я делала не так все это время? Где я допустила ошибку? Где не углядела? Что заставляет чувствовать меня эту пустоту? Неужели я уже не люблю Тэхена как раньше? Неужели моя душа тянется к чему-то другому?

На лице Йери неожиданно возникла улыбка, когда она посмотрела сквозь меня. Нет, не издевательская, не натянутая, не утешительно-жалобная, а такая настоящая. Такая искренняя и счастливая, что в душе у меня что-то перевернулось.

- Даен! - как-то радостно произнесла она, с глазами полными сияния. - Смотри! Снег...