Rain

Осталось два дня до начала учебы и девочки решили собраться в караоке и отметить окончание каникул.

Было довольно шумно, они веселились, пели, смеялись, ели роллы. Айрин выпила, остальные отказались от алкоголя.

Когда живот Айрин закрутило, она отправилась в туалет. По дороге обратно она никак не ожидала встретить выходящего из дверей другой комнаты Тэхена.

- Ты что здесь делаешь? - спросил он.

- Могу спросить тебя тоже самое... - холодно ответила Айрин. Она заглянула в их комнату, насчитав еще четверых полупьяных парней. - Мальчики! Всем при...

- Что ты делаешь? - Тэхен берет ее за руку, оборачивая на себя и куда-то уводит. - Ты пьяна?

- Я просто хотела поздороваться со своим бывшим.

На удивление Тэхена, Айрин не сопротивляется и дает вести ее за собой. Они останавливаются в каком-то безлюдном месте, где намного тише и спокойнее. Айрин садится на стол, за руку предвигая к себе Тэхена.

- Что ты делаешь? - поражен он. Парень замечает ее пьяный взгляд, скользящий по его телу и как бы оценивающий.

- Ты так вырос, - тихо говорит она и прикасается к его груди. В этот момент сердце Тэхена застучало как бешенное. Он видит ее, такую красивую и соблазнительную в этом коротком черном платье и красной на губах помадой. Слышит ее медленное и томное дыхание, смотрит на приоткрытые губы, опустившиеся ресницы и красные щеки. Его ладони потеют, а пульс не в норме. Тэхен пытается остановить эту волну возбуждения, окутавшую его. - Поцелуй меня.

- Айрин, ты пьяна, - пытается серьезно сказать он.

Девушка берет его за воротник толстовки и резким движением притягивает к себе, оставляя на губах горячий поцелуй. Тэхен быстро отстраняется, шокированный ее поведением.

- Ты пьяна, - повторяет он более настойчиво.

- Ну так воспользуйся этим, - шепчет она, притягивая его к себе. Тэхен перехватывает ее руки, что лежали на его шее, и заводит их ей за спину. Долго смотрит в глаза. Что же делать? Айрин сейчас не в себе, она никогда бы так не вела себя раньше. Ее взгляд, как у хищницы, нашедшей свою жертву, но он просто первый попавшийся. Он не тот, кого бы она просто так хотела, а тот, кто просто попался под руку в нужный момент. И от этого так плохо, ведь Тэхен почти не может сдержаться и не воспользоваться ею. Он ее всегда любил, постоянно думал о ней, представляя себе момент, как она снова примет его, улыбнется ему, возьмет за руку. Представлял, как они вместе проводят много времени, он даже представлял их совместный дом и собственных детей... настолько помешался на первой любви. Настолько всегда был помешан на ней, но уже почти смирился, уже начал смиряться с тем, что ему до нее не дотянуться. До такой звезды на небе, как Айрин, ему придется карабкаться со дна до самой смерти. Он такой грязный, его руки испачканы такими нехорошими делами. Он полностью, с головы до пят наполнен недостатками, один сплошной минус, ходячий комплекс. Полная противоположность ей. И как сдержаться? Как убрать ее руки, как отодвинуть ее от себя? Как разочаровать ее сейчас? А стоит? Она все равно его больше не полюбит (если вообще любила когда-то), все равно будет игнорировать, как и раньше, так смысл останавливаться?

Он быстро, с накопившейся злостью и чувствами, приближается к ее лицу и, прикрыв глаза, целует ее грубо и жадно. Заводит язык внутрь и водит им у нее во рту, чувствуя, как она охотно отвечает на поцелуй. Лучше, чем сейчас, ему, наверное, не было никогда. Столько мурашек пробежали по телу, словно все чувства взлетели и достигли максимума. Остались только мысли и всплеск самых разных чувств, смелость, надежда, доверие, страсть. Счастье окутало его с головой, сколько бы не мечтая и не представляя себе поцелуй с Айрин, он никогда и подумать не мог, что это будет настолько прекрасно. Он охватил ее спину, прижимая ближе к себе, окутывая в крепкие объятия, словно боясь, что она сейчас убежит, исчезнет, испарится. Боясь, что все это сон, а что еще хуже, что он сошел с ума и это - лишь его воображение. Но нет, она прямо здесь, такая хрупкая и маленькая, тает в его руках и настойчиво сдавливает его волосы на затылке, желая продолжения, вымаливая его своим языком.

Девушка находит край толстовки Тэхена и, руками проникая под нее, начинает водить ими по его телу. Сначала трогает торс, потом сминает грудь и плечи, не разрывая поцелуй.

Касания ледяных рук по его разгоряченному телу словно отрезвляют его, и он быстро отстраняется, смотря на нее шокированным, немного даже напуганным взглядом, словно очнувшийся ото сна.

- Нет, - говорит он, пытаясь отдышаться. Он видит ее разочарованный взгляд.

- Нет? Но ты возбужден. Целовал меня так, словно готов был сделать со мной все, что угодно.

- Но это неправильно.

- Неправильно? Что неправильно? Ты же любишь меня! Это неправильно? Или нет? Или не любишь? Врешь мне? Играешь со мной? Скажи правду! У тебя есть ко мне чувства?

- Да...

- Тогда в чем проблема?

- В этом-то и вся проблема! - не выдерживает Тэхен и повышает голос.

- Ах, вот значит как, да? Как приставать с расспросами, так пожалуйста, в школе вечно следишь за мной, к моему дому ходишь, чуть ли не сталкеришь меня, пытаешься поговорить, пишешь мне со всех номеров, что у тебя есть! Испытываешь меня, как можешь, а сейчас значит так? Сейчас отказываешься помочь мне, отворачиваешься от меня? Не хочешь меня? Не любишь меня? Я тебе надоела? Я не нужна тебе?

- Да что ты, блять, несешь, - терпение Тэхена лопает, он берет девушку на руки и выводит из помещения на свежий воздух, усаживает на лавочку, что находится при входе в здание, и просит подождать его. Тэхен исчезает, а на улице темно, Айрин пробирает холодная дрожь от ледяного зимнего ветра. Она немного чувствует, как алкоголь выветривается, но она все еще слишком пьяна, чтобы контролировать себя. Ей становиться страшно,  Тэхена нет, а здесь темно. И так холодно. На ней одно короткое платье, конечности начинают мерзнуть. Он ушел? Кинул ее? Айрин успевает прокрутить в голове тысячу подобных мыслей перед тем, как Тэхен возвращается и накидывает на нее свою куртку.

- Вставай, тебе надо домой, - говорит он, когда удается застегнуть молнию, спутувшуюся в ее волосах.

- Нет! Мне нельзя домой. Отец меня убьет, если увидит такой... - возмущаясь, говорит она.

- Я. Отвезу. Тебя. Домой. Это не обсуждается, - он ждет, когда она примет его руку, но девушка с недовольным   лицом отворачивается, прижимая колени к себе и сворачиваясь в клубочек.

- Я не поеду домой, - твердо говорит она. В данный момент Айрин напоминает ему маленького, капризного и очень непослушного ребенка.

- Джухен! - громко зовет он. Тэ раздражен и вполне серьезен. Айрин передергивает от своего имени, произнесенного им.

- Не называй меня так, - твердо и холодно говорит она. В этот момент он думает, что она более или менее протрезвела, но на самом деле нет.

- Как ты могла так нажраться? - он берет Айрин на руки, чувствуя, как она сопротивляется.

- Отпусти! - твердит она, но крепкий парень не отпускает ее, направляясь к остановке. Достигая нужного места, он ставит ее на ноги, но крепко держит за руку. Ловит такси и Айрин уже ничего не остается, кроме как сесть в него. Тэхен садится вместе с ней и называет другой адрес. Айрин хоть и пьяна, но понимает, что это не адрес ее дома.

- Куда мы едем?

- Ко мне, - все еще немного раздраженно говорит он. Айрин осматривает его. Он в одной черной толстовке, под которой, как она уже узнала, ничего нет, его куртка на ней, и наверняка ему было безумно холодно.

- А.. а мои вещи? - растерянно спрашивает она, понимая, что оставила там свою сумку и пальто.

- Твои подруги позаботятся об этом.

Они быстро приезжают, Тэхен расплачивается и ведет девушку, что нестабильно стоит на ногах, к себе.

Тэ пускает ее в гараж, закрывая дверь. Его напрягает, что девушка застыла на месте, и не дергается, глазами осматривая помещение. Да, наверняка, она не планировала ночевать в таком месте, наверняка она смутилась, наверняка разочаровалась, наверняка хочет уйти. Он стоит, смотря ей в спину, и с замиранием сердца ожидая ее действий. Девушка оборачивается, и парень думает, что она сейчас же убежит, захочет домой, воспротивится оставаться здесь. Он боится, отчего почти не дышит, в сотый раз себя ненавидя. Ненавидя за свою нищету.

- А.. - вымолвила она. - А где твои родители? Ты живешь один? Ты ушел от них?

Тэхен видит в ее взгляде непонимание и беспокойство. Как-будто шипы пробираются ему под кожу, настолько он не хочет отвечать ни на один ее вопрос.

- Здесь живет мой друг, он сейчас не в Сеуле. Я живу пока у него, - спокойно отвечает он.

- Ты ушел от родителей? Что-то случилось? Это из-за отца? Твоя мама в порядке?

- Хватит! - не выдерживает Тэ. -Ничего не произошло. Они мне просто надоели. Теперь давай я увезу тебя домой, - немного злобно говорит он, поворачиваясь спиной.

- Нет! Можно... можно я останусь здесь?

Тэхен замирает. Он уже смирился бы с разочарованным взглядом, с нежеланием оставаться здесь, со своим безумием, что посмел привести ее сюда, но не ожидал вот это.

- Уверенна?

- Да. Можно я посплю вот здесь? Это ведь твое место? Только дай мне что-нибудь надеть на себя, а то я не могу спать в этом платье, - она начала снимать с себя куртку, затем и расстегивать на себе платье. Тэ шокированно отвернулся, подойдя к шкафу с вещами.

- Х-хорошо, - сглотнул он, выбрав футболку. Повернувшись, он увидел ее стоящей в одном белье и снова сглотнул, протягивая вещь девушке. Она все еще в хлам, раз так спокойно раздевается перед ним. Он не смеет смотреть, знает, что не смеет, но взгляд сам опускается на нее, скользит по этому белоснежному прекрасному телу, хрупкому словно ваза из тонкого стекла. Черное белье выделяется на прозрачной молочной коже, будто мрамор, без единого изъяна. Кажется, более прекрасного он не видел ничего.

- Наверное, ты была послана в этот мир самим Леонардо да Винчи, - тихо выдыхает он. Понимает, что сказал это вслух, когда видит ее растерянный взгляд. Становится стыдно, он уводит глаза. Девушка медленно берет футболку с его рук, смотря на него. Она молча надевает ее, и он благодарен, что наконец может выдохнуть.

Айрин подходит к его матрасу и ложится.

- Стой, давай я поменяю постельное белье, - быстро говорит он.

- Нет, не надо. - произносит она и накрывает себя одеялом. Ложится на бок и прикрывает глаза.

Тэхен включает обогреватель и пододвигает ближе к ней, сам ложится в постель Намджуна напротив. Смотрит на нее. Ее волосы раскинуты по подушке, вид такой умиротворенный, словно она уже провалилась в сон. Неужели вот так просто уснула?

Ну, это хорошо, пусть спит. Пока она спит, он может спокойно смотреть на нее, любоваться ею сколько влезет, хоть всю ночь... Хотя он думает, что и так не уснет сегодня. Как уснуть после всего произошедшего? Как уснуть, если она сейчас лежит напротив? Сердце до сих пор не может успокоится. Как можно спокойно лежать, видя как она жмется в его постели? Как можно спать?

Он смотрит на нее долго, эти идеальные черты лица, идеальные глаза, нос, брови, губы, все, что только можно, сводят его с ума. Но внезапно Айрин морщится, издает громкий всхлип и одеялом накрывает голову, прячась от его глаз. Тэхен подрывается, пораженный ее неожиданным плачем и всхлипами.

- Айрин, что случилось? Что-то не так? Ты не в порядке? - он оказывается рядом и потрясывает ее за плечо. Но девушка не отзывается. Тэхен растерян до безумия. Не знает, что делать, держа ее за трясущееся плечо. - Что мне сделать?

Айрин, наконец, опускает одеяло, но на него не смотрит.

- Ложись рядом со мной, -просит она с покрасневшим от слез мокрым лицом.

- Ч-что?

- Обними меня... пожалуйста, - Айрин с трудом выдавливает из себя слова, пока слезы катятся по ее лицу, оставаясь на его подушке. Тэхен теряется еще стремительнее чем раньше, но через мгновенье собирает себя в кучу и все-таки ложится рядом, со спины прижимаясь к ней. Она все еще дрожит, он не видит ее лица, но слышит тихие всхлипы. Тэ немного смелеет и кладет свою руку на ее талию, прижимая девушку к себе. Так он хочет успокоить ее, но понимает, что его объятий недостаточно для этого.

- Да что же случилось? - спокойно спрашивает он. - Расскажи.

- Ничего не случилось. Ничего. Я просто очень капризная и мне недостаточно того, что у меня есть, наверное, это случилось.

- Чего именно ты хочешь?

- Н-не знаю, но такое чувство, будто мне чего-то не хватает.

После этих слов Айрин снова заплакала, снова потеряв возможность спокойно говорить.

- С-се-сестра, - всхлипывала она.

- Что с сестрой? - взволнованно спросил Тэ. Он знал, что что-то случилось, знал, что что-то сломило Айрин помимо смерти мамы, знал, что должен был помочь ей, но она не готова была принять от него помощь. А сейчас... может быть сейчас она расскажет ему? Может, это его шанс? - Расскажи мне, Джухен. Ты можешь доверять мне.

Она помотала головой в стороны и он понял, что это бесполезно. Она не в состоянии, чтобы он мучал ее расспросами.

- Знаю, что это не мое дело, но ты должна знать, что всегда можешь попросить меня о помощи.

Айрин внимательно слушала низкий голос, разносившийся над ее ухом, который отчего-то успокаивал ее дрожащую душу. Спустя пару минут она уснула. Тэ лежал так долго, он уже давно понял, что она спит, но никак не мог уйти. Все пытался себя уговорить, но думал "еще чуть-чуть..." и так десятки раз. Прижимался к ней, носом утыкаясь в затылок и вдыхая прекрасный аромат ее волос. Утопал в ней, ничего от себя не оставляя. Мечтал, чтобы время замерло, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Чтобы Айрин поутру не уходила, чтобы она осталась с ним. Тэхен почувствовал бесконечную пустоту, когда отстранился от девушки. Он накрыл ее спину одеялом и убрал волосы с лица, снова застыв на ней взглядом. Как теперь ему снова пытаться усмирить свои чувства? После сегодняшнего дня это, наверное, будет невозможно. Ему казалось, что он только начал остывать к ней, отпускать ее, но произошел этот день. Теперь уже смысла пытаться не любить ее он не видит. Но что она? Для Айрин ничего не изменилось. Она делала все это по пьяни, не осознавая себя. Она точно либо забудет, либо сделает вид, что ничего не было и тихо уйдет. Но она должна понести ответственность за то, что подкинула дров в костер! За то, что разгорячила его сердце с новой силой. Заставила его почувствовать этот вкус счастья, удовольствия, а он, этот вкус, как наркотик. Как Тэхен будет жить, больше ни разу не испытав нечто подобное? Как он будет жить, зная, что она не его, что у нее есть другой, который также любит ее, также готов идти на любые поступки, лишь бы лицезреть настолько прекрасную девушку каждый день. Думать, что ее будет трогать другой, что она будет любить другого, так невыносимо.

Тэ дает себе слабую пощечину и, наконец, отходит от ее кровати. Стоя на улице и размышляя обо всем, он докуривает последнюю сигарету.

***

Через двадцать минут после ухода Айрин, девочки начали волноваться, что она еще не вернулась. Йери направилась в дамскую комнату. Она была удивлена, встретив в коридоре Чимина.

- Привет, Йери, - поздоровался он, медленно выдахая сигаретный дым.

- Привет...

- Ты Айрин ищешь? - девушка кивнула. - Она была очень пьяна, поэтому Тэхен увез ее домой.

- Т-тэхен был здесь? Значит и... - начала она, но тут же опомнилась и замолчала, хотя Чимин и так понял, что она хотела спросить.

- Чонгук не с нами. Они все еще в ссоре с Тэ, поэтому он не пришел.

- Ясно, - выдохнула она.

- Я знаю, что между вами произошло, правда не в подробностях, но, как ни посмотри, ты сильно влияешь на Чонгука.

- В каком смысле? - искренне не понимает Йери. Чимин хочет что-то сказать, но останавливается, когда из-за угла выходит Сыльги.

- Йери, ты нашла Айрин? -спрашивает она и ведет себя как ни в чем не бывало. - Привет, - быстро здоровается с ним и ждет ответа от Йери.

- Айрин уехала домой.

- Одна?

- С Тэхеном.

- С ней все хорошо?

Йери посмотрела на Чимина.

- Тэ попросил забрать ее вещи, она была очень пьяна, поэтому он помог ей добраться до дома, - говорит Чимин.

- Хорошо, тогда пойдем? - Сыльги берет Йери за руку, и уводит, та прощается с парнем перед этим, чего не делает Сыльги.

- Так ты все еще его носишь? - спрашивает он, когда девочки уже почти зашли за угол. Сыльги останавливается на мгновенье, но потом продолжает идти.

- О чем он? - не понимает Йери.

- Неважно.

Джой и Вэнди валялись на диване, точно выжатые лимончики.

- Кажется, я перенапрягла связки, - ели-ели хрипит Вэнди.

- А я наела живот на год вперед, - мычит Джой.

Сыльги села между ними на диван, налила себе соджу, и быстро опустошила рюмку. Она сильно поморщилась от непривычки, но через пару секунд налила себе еще одну. Девочки молча и удивленно наблюдали за ней, иногда между собой переглядываясь.

- Сыльги, все нормально? - спросила Джой, когда девушка наливала себе третий раз.

- Что-то случилось? Рассказывай давай! - настояла Вэн, садясь поближе к подруге. Девочки и не заметили, как глаза Сыльги наполнились слезами.

- Все очень хорошо. Правда есть один человек, который меня очень сильно бесит.

- Ох, правда? У меня тоже такой человек есть, - вставляет Вэн. - Продолжай.

Девочки окружили Сыльги, сев рядом.

- Вам правда интересно послушать это?

- Да, конечно! 'Девочковые' разговоры - лучшее, что можно обсуждать, так что вперед, мы тебя внима-а-ательно слушаем, - улыбнулась Вэнди.

- В детстве у меня был лучший друг, его звали Пак Чимин. Мы с ним были очень близки и со временем начали встречаться, а потом расстались из-за недоверия... - она сглотнула ком, образовавшийся в горле. - И я спокойно жила эти несколько лет, и совсем его не вспоминала. Жила, будто ничего и не было. Думала, что вовсе не любила его, раз мне так легко далось пережить это. Я ни разу не плакала из-за нашего расставания, не страдала, разве что вот здесь иногда болело... Сердце болело так, словно ему недостает целого куска. Словно мне одиноко, и я тоскую с этой пустотой.

- Сейчас оно тоже болит? - тихо спросила Джой. Сыльги медленно кивнула, а слезы текли по ее спокойному лицу. - Ох, Сыльги-и, - Джой крепко обняла девушку за плечи. -Какие же парни все-таки... придурки. Он не был достоин тебя, раз не доверял. Если бы он хорошо знал тебя, насколько ты верная и преданная, то никогда бы не обидел тебя.

- Подождите-подождите, я правильно понимаю? Речь о том самом Пак Чимине? - поразилась Вэнди. Девушки кивнули. Йери сидела на полу тихо, внимательно выслушав историю Сыльги. Наконец, она все рассказала. - Он же вроде хороший парень, нет?

- Он пытается вернуть тебя? - спокойно спросила Йери.

- Да...

- Серьезно? До сих пор? - удивилась Вэнди. Сыльги кивнула, опустив голову. - И ты отказываешь ему?

- Да... возможно я бы хотела снова быть с ним, но боюсь, что все повторится. Что сначала он будет таким милым, а потом будет ревновать к каждому столбу.

- Ужа-ас, какое тяжелое решение! Я бы не смогла отказаться, если бы это был парень, которого я люблю... - Вэн приподняла брови. - А ты его любишь?

- Не знаю. Сейчас уже поздно говорить об этом.

- Но разве ты сейчас плачешь не из-за него? - спросила Джой.

- Не знаю...

- Я думаю, что Чимин изменился. Скорее всего он осознал свою ошибку, ведь он был тогда всего лишь подростком, - сказала Йери. - Ты можешь дать ему шанс...

- Нет. Это исключено.

- Тогда живо соберись в кучу, вытри слезы и улыбнись! Если тебе одиноко, мы найдем прекрасную пару для Сыльги-онни, потому что такая прекрасная девушка не может оставаться одна! - подбодрила Вэнди. Сыльги засмеялась.

- Хорошо, вот видишь, - девушка салфеткой вытерла слезы с щек. - Я уже не плачу.

- Вот и ладненько. Раз уж мы заговорили о парнях, хочу, чтобы и Джой рассказала, что творится у нее на душе, - Вэнди перевела взгляд на подругу.

- Я??

- Ну ты единственная, чьей истории мы еще не слышали.

- Потому что ее нет.

- Я ею поражаюсь. Вы бы знали, какая Джой популярная в колледже, буквально каждый готов встречаться с ней, а она все нет, да нет.

- Да потому что они мне не нравятся.

- Почему? - спросила Вэн.

- Очевидно же, что половина - из тех, кто помотросит и бросит, а вторая половина просто рассчитывает на глупые и несерьезные отношения. А я не хочу несерьезных. Но у нас еще все слишком как-будто бы маленькие для этого, - констатировала Джой.

- Другое дело четвертый курс? -ехидно заиграла глазками Вэн.

- Четверокурсники слишком высокомерны.

- Всё-то ей не нравится! Вот так и останешься старой девой на всю жизнь.

- Это проклятье?

- Девочки, успокойтесь, - смеялась Йери.

***

На следущее утро Айрин проснулась от того, что голова невозможно раскалывалась. Она села на твердой, как ей показалось постели, и попыталась разлепить глаза. Первая мысль безумно ее напугала.

"Где я?" - девушка осмотрела это место и не припоминала ничего подобного ранее в своей жизни. Она и не успела накрутить себе десятки мыслей и догадок, как дверь открылась, и на пороге показался парень в капюшоне.

- Тэхен? - пробрурчала она себе под нос. Внутренние удивление заставило ее придумать тысячу вариантов, почему она здесь.

- Ты уже проснулась? Я ходил за таблетками, так как мои закончились. Вот, выпей, - протянул ей таблетки от головы и бутылочку воды.

- Стой, подожди. Что я здесь делаю? Почему я здесь? Что вчера случилось? - она посмотрела на него, проигнорировав этот жест.

Тэ опустил руки и брови вместе с ними. Глаза его потухли, когда он понял, что Айрин ничего не помнит.

- Ты напилась и пришлось тебя везти домой, но к себе ты отказалась ехать.

- А почему именно ты? Мы же с девочками в караоке были.

- Так... получилось.

- Что значит 'так получилось'? И почему я в чужой футболке, подожди... - глаза Айрин расширились, когда до нее дошла одна страшная мысль. - Мы же не..?

Тэхен немного недовольно выдохнул, уводя в сторону взгляд.

- Не волнуйся, ничего такого не было, - "почти" - думает про себя парень. - Я дал тебе футболку, потому что ты попросила.

Она недоверчиво посмотрела на него. Тэхену этот взгляд показался хоть и обидным, но справедливым, учитывая то, как вчера он еле-еле сдерживал себя. Ну вот, она не помнит ничего, тот исход, которого он желал меньше всего. Теперь все, что произошло вчера - все перечеркнуто, ведь для нее этого как-будто и не было. А для Тэхена... это новый повод для депрессивных мыслей. Снова уходить в себя, копаться в себе, находить множество недостатков, ненавидеть себя. Снова все будет повторяться, а для нее как ни в чем не бывало.

- Серьезно? Ты хочешь сказать, что я разделась почти до гола и ничего не произошло? И я даже не приставала к тебе?

- Нет, то есть да, то есть... айщ, -рыкнул парень, стиснув зубы. Объяснить ее вчерашнее поведение не составляло труда, но ему было бы намного проще признаться в том, что они переспали, этому бы она поверила гораздо больше, чем тому, что Тэ сдержался после такого страстного поцелуя и после того, как она осталась в нижнем белье. - Мне похер, веришь ты мне или нет, знаешь ли, но я с тобой не спал.

Как Тэхен и думал, вскоре Айрин переоделась и ушла, оставив после себя пустоту и мягкий аромат ее волос. Тэ не смотрел на нее, не провожал ее до двери, лишь сказал тихое 'пока' ей в ответ. И это все? Никакого благодарного слова, никакой нежности с ее стороны. Он конечно все понимает, но можно было хоть однажды немного усмирить свою гордость и проявить дружелюбие. Что это за имидж такой - хладнокровной стервы, и почему нельзя с ним разлучаться хотя б иногда, не только, когда напиваешься?

Как бы не был раздражен, как бы не бесился, он не мог злиться на нее. Тэхен лег уже на свою незаправленную постель, где еще можно было почувствовать оставшееся тепло ее тела, и, уткнувшись носом в подушку, глубоко вдохнул и, задержав дыхание на секунды, тяжело выдохнул. Этот аромат, напоминал ему о том, что она была здесь и что все это было не сном. Это его успокаивало.

***

Этот день, последний выходной перед каникулами, проходил как нельзя лучше.

Йери прибралась, сделала оставшуюся домашку и под вечер села на диван смотреть сериал. Родителей не было и, как обычно, ничего не предвещало беды, разве что беспросветный ливень, который не покидал этот город в течении всего дня.

Неожиданно в дверь дома Йери позвонили, но она, сидя в наушниках за ноутбуком, подумала, что ей показалось, пока не раздался второй звонок. Она встала и с некой осторожностью подошла к двери. Открыв ее, в глазах мелькнула молния, перед ней спиной стояла темная фигура, а лохматые черные волосы, насквозь промокшие, настойчиво напоминали об их владельце. Парень обернулся, посмотрев Йери прямо в глаза. Его темные омуты были чернее обычного, взгляд туманным, но многозначительным. Этим взглядом он пробрался ей под кожу и своими струями добрался до сердца, безудержно затормошив его.

Чонгук молчит, как и Йери, обдуваемая влажным ветром. Он, наконец, спускает с нее цепи, уведя глаза и поднося бутылку ко рту. Жадно осушая две третьих бутылки, заглатывая в себя поглубже. Йери ничего не успевает спросить, как он заваливается на нее чуть ли не всем весом. Девушка почти падает, но с большим трудом ей удается устоять на ногах, благодаря тому, что Чон держится за косяк двери.

- Ты... ты снова напился! Мне же тяжело, придурок.

Парень что-то мычит в ответ, но голову с ее плеча не убирает. Йери, кажется, промокает до ниточки благодаря ему, холод пробирает ее еще сильнее.

- Ты полностью промок. Да, что ты делаешь? Можешь стоять? - Ничего внятного в ответ. - Ах, сколько от тебя марокки! - девушка с трудом оборачивается, давая ему опираться на ее спину. Он крепко наваливается на ее плечи и еле-еле перебирает ногами, пока она ведет его в свою комнату. Когда они достигают цель, девушка спихивает его на кровать, белоснежное постельное белье которой быстро пачкается и промокает. Йери снимает с него ботинки.

- Давай и куртку, - говорит. Парень немного привстает, помогая ей снять с себя верхнюю одежду. Девушка вешает кожанку на батарею.

Бор лает, испугавшись нового человека в доме.

- Твоя собака такая громкая. А лицо такое же недовольное, как у хозяйки, - пьяно усмехается Чон.

- Значит, как отвечать на мои вопросы, так язык заплетается, а как насмехаться - так пожалуйста, - недовольствует девушка и уводит Бора, оставляя Чона одного.

Она заходит спустя какое-то время и снова начинает причитать.

- Как ты мог так просто прийти к моему дому в таком виде? А если бы родители были дома? Если бы открыл папа? - что-то неряшливо прибирая возмущалась Йери.

- Не волнуйся, я знал, что твои родители уехали.

- Откуда это?

- Твоя мама сказала мне...

- Что??? - обомлела Йери. - Повтори... мама? Ты.. вы что... - слов не было, лишь шок. Чонгук засмеялся.

- Она звонила мне где-то перед каникулами с твоего телефона.

- И... и что она тебе сказала?

- Чтобы я прекратил писать тебе и чтобы больше не пытался общаться с тобой.... - улыбался как дурачок он. - Что ты три ночи не спала из-за меня, - улыбка постепенно спала с его лица.

"О Господи, что за женщина!? Кто ее просил?" - Йери вышла из комнаты, потому что стало стыдно. - "Мама, блин! Какого черта..." - Йери набрала воды в стакан и через пять минут вернулась, как можно больше растянув время. Когда она вошла, увидела, как Чон тянется за своей бутылкой, что лежала на полу.

- Нет! - перехватывает алкоголь девушка. - Хватит тебе на сегодня. Воды хочешь?

- Нет.

- А кушать?

- Нет. Сядь, - Чон как ребенок потянул за рукав толстовки Йери вниз.

- Зачем?

- Закрой глаза.

- Что? Зачем?

- Ну пожалуйста, Йери.

Девушка по его взгляду все поняла. Нет, нет, нет и еще раз нет! В этот раз она себя ему не даст, это точно! Не будет с ним добра и заботлива. Хотя, то, что она впустила его в свой дом и уложила на свою постель, уже отрицает второе.

Тем не менее, Йери быстро встает, но Чонгук хватает ее за руку и дергает к себе. В итоге она падает прямо на него и их глаза оказываются на одном уровне, а лица в сантиметре друг от друга. Парень смотрит ехидно, побежденно, пьяно. А Йери растерялась от резкого спиртного и чонгукова запаха, что мгновенно ударили ей в нос, пытаясь затуманить разум.

Чонгук, не теряя ни единой секунды, в которую она может ускользнуть из его рук, накрывает ее губы своими, приятно сминая их. Йери напрягается до чертиков, глаза широко смотрят перед собой, она пытается сдвинуться с места, но Чон крепко держит ее, одной рукой прижимая к себе талию, другой сминая мягкие волосы на шее. Он надавливает своими губами на ее, потом облизывает ее нижнюю губу и отстраняется, лишь на миллиметр создавая между ними расстояние, и тяжело дышит.

- Ну ответь же, - просит он и снова накрывает ее губы своими. Девушка упорно не дает его языку проникнуть ей в рот и, когда ей это надоедает, она прикусывает его губу. Парень резко отстраняется и с его извращенных уст срывается мат. Йери пользуется моментом, быстро встает с кровати, отходя от нее на несколько шагов.

Чонгук посмотрел на нее после того, как перестал морщиться от боли, и увидел в ее глазах странное выражение. Не сказать, что она была зла или раздражена, или недовольна. В этом взгляде как-будто бы смешались грусть, отчаяние, решительность и презрение. От последнего захотелось обжечься о раскаленную истину.

Но Йери не презирала Чона, да какой там! Наоборот. Она просто с горечью осознавала свою неосознанную реакцию на его действия, и все это казалось безвыходным, безнадежным.

- Не смотри на меня так.

- Не давай мне поводов.

- Давай снова нормально общаться.

- Мы когда-то нормально общались?

- Да...

- Когда?

- Тогда, когда я болел.

- И кем мы были друг другу? Знакомыми? Друзьями? Или просто влюбленная наивная девочка и парень, который умеет пользоваться положением?

- Влюбленная?

- А ты слышишь из всего сказанного лишь то, что хочет слышать твое эго?

- Не неси...

- И как я должна смотреть на тебя? Как на человека, который предавал меня кучу раз?

- Не...

- Как на человека, который сделал итак мою жалкую жизнь еще более никчемной?

- Йери...

- Как на того, кто заслуживает, чтоб на него так смотрели? Как на человека, которого я ненавижу?

- Йери! - повысил голос он, отчего она сразу замолкла. - Я итак все это знаю, я давно все понял, но если бы ты помолчала, то бы услышала, что больше, чем не видеть ненависть в твоих глазах, я хочу не видеть безразличие...

Молча Йери ушла из комнаты, сказав, что сегодня больше не зайдет. Он, оказывается, не такой уж и пьяный, каким пытается казаться, и Йери бы с радостью могла сейчас выгнать его из своего дома, но она не сделала этого. Девушка расстелила себе на диване, продолжать смотреть сериал уже не хотелось, поэтому Йери собиралась лечь спать. Но этого он не дал ей. Через некоторое время из комнаты послышался шум. Йери зашла и увидела жалобно стонащего Чонгука и пустую бутылку, что прикатила к ее ногам.

"Он выпил все это сейчас?" - вспоминая, что в ней оставалось еще треть алкоголя, удивлялась Йери. Надо было ее забрать! Теперь он точно пьяный в хлам. Что же делать с ним? Уже час ночи, а завтра в школу. Как он собирается идти в школу?

- Йери... ой, ты пришла? - невнятно бормотал он. - Болит...

- Что болит?

Парень молча снял с себя футболку, оголив свое тело. Йери смутилась, но, как только увидела огромный синяк чуть левее пупка, почти на боку, сразу забыла думать о накаченным прессе и тяжело вздымающейся оголенной груди.

- Боже, как так получилось? - огромный синяк обрамлял его тело, заметно выделяясь и вселяя в Йери беспокойство. Она его не стала слушать, взяла бутылку из морозилки и принесла аптечку.

- Что произошло? - спокойно спросила Йери, прикладывая к ране бутылку со льдом. Парень морщился от боли, поэтому Йери старалась быть аккуратной.

- Когда выходил из клуба... наткнулся на одного знакомого.

- И вы подрались?

- Ага, айщ...

- Ну почему вы, парни, такие? Неужели нельзя выяснять отношения на словах? Хорошо хоть с лицом все в порядке.

Тут Йери вспомнила их поцелуй, как она упала на Чонгука, прям на это место, где его синяк, и он ни разу не поморщился и не дал никаких поводов для подозрений. Специально терпел?

- Эта подушка так приятно пахнет... тобой, - пробормотал он. Йери жутко смутилась, но не показала этого, молча взяла мазь и начала аккуратно растирать на его коже, не поднимая глаз на Чона.

Чонгук хрипло задышал, смотря на то, как ее пальчики мягко массируют его рану. Хоть и был пьян, он прекрасно осознавал, что прикосновения этих рук к нему бессценны.

- Не больно?

Парень отрицателтно качнул головой, несмотря на то, что даже малейшее прикосновение было трудно перенести с каменным лицом. Но он держался до конца, пока она уже сама не убрала руку.

- Вот и все, можешь надеть футболку, - Чон послушался. Йери отнесла аптечку и вернулась за бутылкой. - Тебе надо лечь под одеяло, ты можешь опять заболеть.

- Может быть тогда ты позаботишься обо мне снова? - пробормотал он, наблюдая за ней.

- И не думай. Ты давишь на жалость.

Йери все-таки накрыла его ноги одеялом и подумала о том, чтобы предложить ему снять штаны, но потом быстро выкинула эту мысль из головы.

- Знаешь, Йери, мне плохо без тебя, - неожиданно тихо прохрипел Чон. Его низкий, пропитанный какой-то тоской, голос заставил Йери съежится от холодных мурашек. - Я теперь совсем один.

- У тебя же есть друзья, - холодно отозвалась она.

- Я сейчас ни с кем не общаюсь, так как с ними тусуется Тэ.

- Так помирись с Тэхеном, в чем проблема?

- В тебе.

- Странно от тебя постоянно слышать, что во всех твоих бедах виновата я. Я думала, это мне полагается жаловаться. Все, теперь точно все. Постарайся сам справляться со своими ночными кашмарами, мне нужно спать, так как завтра вообще-то в школу, ах, открыла тебе Америку, наверное, - Йери не особо разбирала, что болтает, так как считала бессмысленым подбирать слова, когда разум Чона затуманен. Она собралась уходить, но он снова окликнул ее.

- Мне кажется, у меня температура, - говорит он. Йери оборачивается, смотрит, не замечает в его глазах и голосе фальши и подходит, снова садясь на кровать рядом с ним. Она прикладывает ладонь к его лбу и, хмурясь, пытается разобрать жар ли это или просто температура его тела. Это становится сложно, Йери трогает его лицо, кладя ладони на щеки и тыльной стороной ощупывая шею. Чонгук все это время молча смотрит на Йери.

- Твои руки такие теплые, - говорит парень как-то неожиданно тихо. - У мамы, наверное, были бы такими же.

Эти слова вводят Йери в глубочайшиу растерянность, и ей тут же становится нечего сказать. Давит на жалость? Но даже если так, факт остается фактом - он не виноват, что у него нет мамы.

- Знаешь, Йери, когда я болел, ты так заботилась обо мне. Каждый раз, когда ты трогала меня, я закрывал глаза и представлял, что это мама... Я пытался представить, как бы она выглядела, как бы улыбалась мне, что бы сказала, как бы относилась ко мне - была бы строга, как ты, - он грустно хихикнул. - или же наоборот слишком лояльна... Я как последняя девчонка плакал, когда ты уходила... Ну вот, я снова довел тебя до слез, похоже я действительно не заслуживаю тебя, если это единственное, что я могу тебе дать. И маму я тоже очевидно не заслужил...

Йери повернулась боком, скрывая свое лицо. Как он может даже в такой момент делать ее такой сентиментальной? Почему, как только ей удается уговорить себя злиться на него, он снова заставляет себя пожалеть? Правда сейчас Йери прекрасно понимает, что Чонгук делает это не умышленно. Не будь он пьян, он бы этого никогда не сказал, а раз говорит, значит это правда.

- Нет в мире таких людей, которые не заслуживают маму.

Йери не знала, что еще ему сказать, поэтому, не обернувшись на него, вышла из комнаты и прислонилась спиной к двери.

Всё, теперь уже точно не вернется. Достаточно того, что она все-таки пролила немного слез у него на глазах. Потому что зачем так делать? Зачем быть таким.... Ну вот, стоп. Он не виноват, что у него нет мамы, он не виноват, что страдает из-за этого. Он может себе это позволить. Йери вправе лишь выслушать и, возможно, поддержать словом, но... почему так хочется его обнять? Йери еле-еле воздерживается от того, чтобы забежать в комнату и крепко-крепко прижаться к нему, шепча что-нибудь успокаювающее. Чтобы осознать, что это лишь воля момента, что все, что он сегодня наговорил, завтра забудется, а ее действия он поставит против нее, потребовалось минимум пять минут, в которые она не отходила от двери.

Когда Йери, наконец, усмирила себя, она умылась и легла спать, на этот раз он этому не помешал.

***

На утро Чонгук проснулся от лучей, бивших в окно и упорно светивших ему в глаза. Он с трудом разобрал, где находится, а когда понял, и вспомнил все, что было, пару раз сматерился. Чон взял с тумбочки таблетку и стакан с водой, оставленные Йерим и увидел под стаканом записку.

"Я ушла, не стала тебя будить, так как посчитала, что ты не в состоянии идти в школу сегодня. Возвращайся домой и проведи этот день с пользой. И не смей пить!!!!! Увижу тебя нетрезвым - убью! Не увижу тебя завтра в школе - убью! Ключ на тумбочке около кровати, когда дверь закроешь, положи его под коврик. И еще, все это не значит, что мы помирились. Мы не общаемся также, как и раньше. Ясно? Теперь пока, надеюсь, ты перестанешь вести подобный образ жизни."

Чонгук дочитал это с невольной улыбкой на лице: "Все-таки она такая болтливая".