4
Глава 4
Хани проснулась от ощущения того, что её шея вот-вот отвалится, и медленно оторвала голову от плеча брата. Сехун читал журнал, а в иллюминаторе, рядом с которым он сидел, проплывали пушистые облака. Мерный гул мотора с трудом пробивался сквозь затуманенное снотворным сознание, но девушка нашла в себе силы потеребить Сехуна и попросить у него бутылку с водой, чтобы смочить пересохшее горло.
- Ещё долго? - сипло шепнула она, вновь опуская ресницы.
- Спи, мы летим над океаном, - брат успокаивающе погладил её по волосам и позволил вновь прилечь на своё плечо.
- Опять таблеток наглоталась, что ли? - уже находясь на хрупкой границе сна, Хани услышала ядовитый голос Бэкхёна.
Сил, чтобы ответить, не было, и она провалилась в мучительную дрёму. Подсознание, которое всегда бурно реагировало на снотворное в крови, решило подкинуть девушке парочку безумных сюжетов для сна, в которых она только и делала, что убегала от кого-то и раздирала горло в бессмысленных попытках закричать.
Когда же, завернув за очередной поворот, она оказалась на знакомой платформе, страх липкими щупальцами опутал всё тело. И вот она уже стоит у самой кромки и слышит нарастающий гул подъезжающего поезда. Её ослепляют яркие фары, а за спиной шумит толпа людей, рвущаяся вперёд, чтобы занять ещё свободные места. Почувствовав в своей руке чужую тёплую ладошку, Хани повернула голову и в страхе узнала в стоявшей рядом девочке себя маленькую.
- Мама? - с улыбкой позвала она.
В то же мгновение Хани почувствовала мощный удар в спину и с криком полетела прямо под колёса поезда...
- НЕТ!!! - распахнув глаза, девушка испуганно уставилась на обернувшихся с передних сидений Бэкхёна и Исина.
- Ты в порядке? - Сехун напряжённо вглядывался в перекошенное от страха лицо сестры и капли пота, бегущие по её шее.
- Что? - всё ещё не отойдя ото сна, выдохнула Хани.
- Я хотел разбудить тебя. Мы приземляемся, - объяснил брат, поспешно пристегиваясь ремнём.
***
Мексика встретила туристов удушающей жарой и повышенной влажностью. Ярко разодетые местные жители приветливо улыбались, наперебой предлагая свои услуги - будь это такси или уличная торговка, впаривающая сувениры за баснословные деньги.
Без приключений доехав до гостиницы, где заранее была забронирована пара двухместных номеров, все четверо ненадолго разошлись, чтобы принять душ и переодеться, а уже потом встретиться в открытом кафе, находившемся на противоположной стороне дороги.
- Ну и жарища! - обмахивался газетой Исин, нетерпеливо дожидаясь, когда молоденькая официантка принесёт заказ.
Сехун же, напротив, деловито раскладывал в центре стола карту и в сотый раз объяснял маршрут, по которому они должны были выдвинуться завтра утром. Облюбованные ими скалы давно стали лакомым кусочком для многих альпинистов - забраться на них требовало немало усилий, но всё же вполне реально для непрофессионалов, благо проблем со снаряжением не было.
Хани отчего-то было холодно - но не снаружи, а внутри, особенно когда она видела, как Бэкхён в очередной раз отвечал на сообщения оставленной в Корее Да Ён. Девушка не знала, что он ей наплёл, но обиженная пассия всё-таки отказалась от идеи ехать с ними и сосредоточилась на своём бизнесе. Благо, отвлекать теперь было некому.
- Мы пройдём мимо этих скал? - чтобы немного отвлечься, Хани наугад ткнула на участок карты.
- Да, у нас тут будет привал после второго дня пути. Затем мы свернём на восток и начнём подъём на эту высоту. Думаю, что за пять дней уложимся и к субботе вернёмся в гостиницу, - с энтузиазмом ответил Сехун.
- Это хорошо, потому что в понедельник у нас назначены съёмки промо-видео, - Исин тут же зарылся носом в кожаный блокнот.
- Не нуди, - отмахнулся Бэкхён, отложив, наконец, мобильник. - Мне нужно успеть прошвырнуться по местным магазинчикам, а ещё спрыгнуть с тарзанки.
- С тарзанки? Круто! Я тоже хочу! - тут же загорелся идеей Сехун.
- Что? - ужаснулся Исин.
- Йа, на мозги не капай! - взвился Бэк. - Мы ждали этого отпуска полтора года, так что имеем полное право оторваться!
- Хани, хоть ты им скажи! - взмолился Чжан.
- Бесполезно, - развела руками девушка.
- Вот, даже она понимает, - усмехнулся брюнет.
- Тогда сделайте это сегодня, потому что после будет некогда, - посоветовал Исин, на ходу меняя что-то в расписании.
- Есть, капитан! - дружно ответили парни.
***
Остаток дня компания гуляла по местному рынку, запасаясь сувенирами и милыми вещицами. Сехун, как влюблённый подросток, фотографировался на каждом углу и отправлял снимки И Ри, к каждому сообщению прикрепляя десяток смайликов. Исин, прекрасно владеющий английским, напропалую торговался с продавцами, особенно этот фокус удавался с женщинами - ни одна из них не могла устоять против красивого азиата с милой ямочкой на щеке.
Бэкхён покупал больше всех - не глядя сгребал все хоть чуть-чуть привлекшие внимание вещицы в бумажный пакет, щедро расплачивался долларами и не забирал сдачу. Хани следила за ним с расстояния и думала над тем, что останься она в Сеуле, то по возвращении парней не получила бы от Бэка даже самой кривой статуэтки. Он бы раздарил все сувениры многочисленным друзьям и знакомым, а её наградил красноречивым раздражённым взглядом, что непременно оставил на девичьем теле ещё один болезненный ожог.
Чтобы немного спастись от вечерней прохлады шумного города, Хани купила у пожилого мексиканца тонкий шёлковый платок и тут же обернулась в него, спрятав под полупрозрачной тканью растянутую майку с абстрактным рисунком. Если бы не шорты, не потрёпанные кроссовки и не спутанная от ветра шевелюра - она бы непременно чувствовала себя героиней женского романа, в тайне страдающей по прекрасному мужчине, совсем не обращающему на неё внимания, но в финале книги обязательно её полюбившем. Вот только реальность куда суровее - в ней нет места сказкам.
- Этот мужчина сказал, что тарзанка есть вон там! - поведал Исин, пообщавшись с очередным местным жителем.
Став самопровозглашённым проводником, он умело петлял по узким улочкам, будто всю жизнь прожил в Мехико, и то и дело подгонял отстающих. Наконец, они добрели до реки и построенной на её берегу вышки, с верхней площадки которой и осуществлялись прыжки.
- Воу! Как высоко! - возбуждённо закричал Бэкхён.
- Сфоткай меня! Вот отсюда! - Сехун всунул в руку сестры мобильник и принял очередную пафосную позу.
- А ты прыгнешь? Или кишка тонка? - не отставал от Исина хитро хихикающий Бэк.
- Ты точно демон, - закатил глаза парень.
- Неправда, я сегодня даже линзы не надел, - отмахнулся брюнет. - Ну так что? Тряхнём стариной?
Подстёгиваемый любопытством и жаждой адреналина, Исин немного поколебался, но в итоге согласно кивнул.
- Даже не думай! - приказал Хани брат, когда парни отправились к лифту.
- Даже не думаю, - улыбнулась она, поудобнее перехватив пакеты, которыми её нагрузили. - Будьте осторожнее!
Исин и Сехун помахали на прощание и залезли в лифт, а Бэкхён неожиданно притормозил и жестом показал, чтобы они ехали без него. Дождавшись, когда кабина начнёт подниматься, брюнет вернулся к насторожившейся Хани и мило улыбнулся.
- Точно не хочешь прыгнуть? - спросил он, щуря красивые глаза.
- Нет, - отказалась девушка, бросив взгляд на теряющуюся в сумерках вышку.
Бэкхён сделал шаг вперёд и вплотную прижался к внезапно затрепетавшему девичьему телу. Хани вздрогнула, но отстраниться не успела - тёплая ладонь легла на её спину и крепко удержала на месте.
- А если я скажу, что взамен тебя поцелую? - шепнул Бэк, почти касаясь дрожащих сухих губ.
Хани стиснула в пальцах многочисленные ручки пакетов и опустила голову, лишь бы не видеть этих искрящихся непонятными для неё эмоциями глаз.
- Ты любишь меня? - не спешил уходить парень.
Девушка зажмурилась и постаралась не обращать внимания на быстро бьющееся сердце, молясь о том, чтобы и Бэк этого не заметил.
- Я вижу, как ты на меня смотришь. Постоянно, где бы я ни был и что не делал. Любишь меня, Хани, - растягивая слова, усмехался брюнет. - Зачем тебе это нужно? Сколько раз мне тебя оттолкнуть, чтобы ты поняла, что не нужна мне? Ты пустое место. Ничтожество. Ненавижу тебя.
Ладонь, успевшая согреть участок кожи, медленно соскользнула с чужой спины и опустилась. Бэкхён не улыбался, в его глазах была смертельная усталость и тоска. Тогда Хани не выдержала - грубо толкнула парня в грудь и швырнула на землю многочисленные пакеты.
- Обязательно говорить о том, что я и без тебя знаю? - крикнула она, из последних сил удерживая рвущиеся наружу слёзы. - Думаешь, мне приятно любить такого, как ты?! Уж прости, что тревожу тебя своими взглядами и присутствием! Это всё, что мне остаётся!
- Ты понимаешь, что убиваешь меня своей любовью? Я устал от неё! - неожиданно зло откликнулся Бэкхён. - Просто оставь меня в покое! Исчезни из моей жизни, Хани! Не заставляй причинять тебе боль!
- Куда исчезнуть? - опешила девушка. - Мне некуда идти!
- У тебя должна быть своя жизнь! Ты только и делаешь, что всюду следуешь за мной по пятам! Ты никогда не сможешь меня разлюбить, если не вычеркнешь из своей жизни! Только ты виновата в том, что твоя детская влюблённость превратилась в зависимость, - бросив на Хани полный ненависти взгляд, Бэкхён медленно развернулся и направился к лифту.
Не зная, куда себя деть, девушка решила вернуться в гостиницу, но уже через десять шагов передумала и возвратилась к брошенным пакетам. Сев на корточки, принялась осторожно сгребать выпавшие на землю сувениры, но не выдержала и, закрыв дрожащими ладонями лицо, отчаянно расплакалась, выпуская наружу всю боль и отчаяние.
Редко проходившие мимо люди, не решались подойти к рыдающей иностранке, лишь бросали на неё обеспокоенные взгляды и изредка оборачивались. Хани пришла в себя, услышав знакомый восторженный вопль - троица любимых людей её жизни стояла на верхней площадке, пристёгнутая ремнями и тросами, и счастливо вопила, глядя на панораму вечернего города, ослеплённого многочисленными огнями.
Девушка торопливо оправилась и поднялась на ноги, не сводя взгляда с парней. Те тоже её заметили и громко позвали по имени, сотрясая эхом влажный воздух. Улыбаясь, Хани подняла в воздух руки и помахала им, искренне надеясь, что с такой высоты они не заметят мокрых от слёз щёк.
***
Хани успела принять душ и переодеться в пижаму, а Сехун всё ещё продолжал трепаться по телефону с И Ри и делиться впечатлениями дня. Девушка залезла под одеяло и сунула руку в карман рюкзака, но нужной вещицы там не оказалось.
- Се, ты брал мой плеер? - окликнула брата Хани. - Се!
- Чего? - зажав ладошкой мобильник, недовольно откликнулся парень.
- Где мой плеер?
- А мне почём знать? - закатил глаза Сехун, возвращаясь к разговору с невестой.
Чертыхнувшись, Хани вышла в коридор и подошла к соседнему номеру. Осторожно постучав, услышала тихое «войдите» Исина и робко толкнула дверь.
- Привет, это я, - поздоровалась девушка, обрадовавшись отсутствию в комнате Бэкхёна.
- Проходи! - улыбнулся парень, откладывая в сторону блокнот.
Переодетый в футболку с забавным медвежонком на груди и полосатые шорты, щурившийся от света настольной лампы, он казался особенно милым и родным. Осторожно ступая по полу ногами, обтянутыми мягкими носочками, Хани присела на край кровати рядом с ним и глубоко вздохнула.
- Что-то случилось? - взмахнул ресницами Исин.
- Нет, - мотнула головой девушка. - Как тебе прыжок с тарзанки?
- Здорово! - хлопнул в ладоши парень, но тут же помрачнел. - Только очень страшно!
- Страшнее гор? - не поверила Хани.
- Конечно! В горах ты прикрепляешь себя десятком тросов, верёвок и креплений, и делаешь всё возможное, чтобы не упасть, а тут же добровольно летишь вниз головой. Жуть! - вздрогнул Исин и потёр руками плечи.
- Мм, понятно! Я что спросить хотела... У тебя случайно нет моего плеера? Почему-то его нет в рюкзаке.
- Сейчас посмотрю, - Чжан поднял с пола сумку и принялся деловито в ней копошиться. - Кажется, ты отдала его, когда выходила из самолёта. Ты была такой сонной и я боялся, что ты его потеряешь... Вот он!
- Спасибо! - девушка обрадовано зажала в ладошке плеер и кивнула Исину.
- Почему ты всегда пьёшь снотворное во время полёта? - неожиданно серьёзно спросил парень.
- Так проще. Я боюсь высоты, - честно призналась Хани.
- Зачем же ты тогда ходишь в горы? - нахмурился друг. - Или тебя страшит только полёт в самолёте?
- Я боюсь любой высоты, даже если это два метра, - девушка судорожно сжала пальцы и опустила взгляд. - Этот страх преследует меня с детства. Это ощущение чужой ладони, которая ускользает и ты не можешь за неё ухватиться. Она даже ничего не поняла. Она просто упала, а я не смогла её удержать.
Хани подняла на Исина глаза, полные слёз, и облизнула пересохшие губы.
- Я боюсь поездов и самолётов. Боюсь любой высоты. Боюсь ощущения пустоты под ногами. Но я летаю, пусть и глотаю перед полётом таблетки. И езжу на поездах, хотя внутри всё сжимается от страха. И в горы тоже поднимаюсь, хотя в голове туман и пустота. Понимаешь, это как доказательство того, что я живу, дышу. Что я ещё здесь. Я боюсь умереть, Исин. Но ещё больше я боюсь, что что-то случится с теми, кого я люблю, а меня не будет рядом и не получится помочь. Я не удержала мамину руку, не смогла за неё ухватиться, когда она падала под колёса поезда... Но я хочу удержать того, кто сейчас рядом со мной, и не отпускать до последнего.
Хани поспешно отвернулась, но Исин успел заметить её слёзы и тяжело вздохнул. Не говоря ни слова, притянул девушку к себе и крепко обнял, укачивая будто ребёнка. И она не выдержала, дав волю своей истерике, обмякнув в чужих руках.
Для того, чтобы понять, не нужны слова. Гораздо важнее просто быть рядом и молча принимать тебя без остатка, со всеми страхами и недостатками.
Когда хлопнула дверь ванной, Хани вздрогнула и резко подняла голову. В комнату вошёл невозмутимый Бэкхён в одних пижамных штанах и, подойдя к зеркалу, продолжил сушить волосы полотенцем, ни на кого не обращая внимания.
- Бэк, ты мог бы быть и повежливее, - прошипел Исин, пока Хани поспешно вытирала слёзы и выпутывала пальцы из проводков наушников.
- Вообще-то я в своём номере и делаю, что хочу. Или, может, я должен был посидеть в туалете, терпеливо дожидаясь окончания вашей аудиенции? - развернувшись к друзьям, огрызнулся Бэкхён.
- Я уже ухожу, - не поднимая глаз, пробормотала девушка. - Спокойной ночи.
- Подумай, Хани, - остановил её на пороге мрачный голос брюнета. - Ещё не поздно купить билет на самолёт и вернуться в Корею. Поверь, твоя помощь здесь никому не нужна, так что удержи от падения в первую очередь себя. Хотя... ты и так уже упала в моих глазах ниже некуда!
Молча проглотив обиду, девушка толкнула дверь и вышла в коридор. Перед глазами всё плыло и кружилось, а вновь разодранная рана в груди нещадно кровоточила. Спрятав плеер в карман шорт, Хани поднесла к глазам дрожащие ладони и долго разглядывала переплетение линий и мозоли, небольшие шероховатости кожи, давний шрам на сгибе большого пальца. Если бы она тогда удержала этими ладонями мамину руку, всё сложилось бы иначе. Вот только время невозможно повернуть вспять, а научиться принимать жизнь такой, какая она есть, непосильная задача.