Смерти вопреки

Когда мы вернулись к террасам, меня ждал большой сюрприз. Точнее, сюрприз ждал всех, но просто я обрадовалась больше. Я рванула вперёд с такой скоростью, что, наверное, ни один эльф бы не догнал. Я была счастлива, ибо уже и не мечтала увидеть её!
—Лира ,солнышко мое ,где ты проподала ,я думала не увижу больше тебя ?!
Лира нервно затопталась на месте, и, похоже, решив, что быть затисканной не так уж и страшно, даже пошла мне навстречу, но как-то настороженно. Я внаглую повисла у лошади на шее. Я уж, грешным делом, подумала, что её или съели, или она совсем сбежала, решив, что лучше уж смерть от голода, чем дурная хозяйка. Но нет, вот, вернулась.
Рядом с лирой стояли пони и я стала их считать и с удивлением поняла, что здесь и половины нет.
— Один, два, три… — чёрт, а куда остальные делись? — Интересно, всего пять.
— Ничего, я думаю наши и этим будут рады, — успокоил меня Кили, тут же хватая одного из пони за поводья.
Я серьёзно осмотрела Лиру .
— Ты, глупышка, что с поводьями сделала, а, морда наглая? Ты ими наесться надеялась? Ничего, что они с утра были как бы несъедобными? Или я пропустила последние кулинарные открытия? — спросила я у лошади.
У Лиры отсутствовала большая часть поводьев, видимо, до остального она просто не добралась, а ещё она вся была перепачкана в грязи и какой-то белой пыли. Мда… чистота — залог здоровья. Подхватив лошадь за оставшиеся части поводьев.
Лира ткнулась мордой мне в ухо, привычка у неё, что ли, такая, или просто попыталась мне напомнить, что на других лошадей засматриваться нехорошо.
— Что, лохматая, тоже рада, или я чего-то недопонимаю?
Лира фыркнула, тряхнув чёрной гривой, и потопала в сторону конюшен. Я послушно пошла то ли рядом с ней, то ли за ней, пытаясь вывернуть руку так, чтобы она её не цапнула.
— Слушай, кто кого ведёт? Я тебя или ты меня?
Конечно же, она меня проигнорировала, продолжая топать вперёд. Спасибо, что не галопом рванула, а то мне руку бы, наверное, оторвало.
— Чего ты так радуешься, это же всего лишь лошадь?
— Сам ты лошадь, Фили! Это мой лучший друг, помощник и товарищ. Единственное совсем уж близкое мне существо, которое при этом обладает способностью слушать, не перебивая, и, что немаловажно, никогда ничего никому не говорит… Хотя, её взгляд иногда говорит сам за себя.
Тоже мне… «Просто лошадь». Щас вот как дам по макушке, сам станешь «просто лошадью»!
Лира упрямо вела меня и даже, по-моему, была не особо рада, что я шла пешком, ибо я её тормозила.
Конюшня встретила нас тишиной: эльфийских коней мы мало интересовали, а из эльфов тут никого не было. Оно и к лучшему, сейчас бы начались охи и ахи по поводу того, что бедную лошадку заморили .
— А если бы говорила?
Я судорожно пыталась понять, о чём это он. А потом уже вспомнила, что про лошадь. Тьфу, вот не люблю, когда надолго замолкают: я сразу забываю, о чём шла речь, у меня в голове вечный бардак.
—То лучше мне с ней не расставаться.Она привыкла, я привыкла. И вообще, она — единственное существо, которое останется со мной до конца. Сейчас-то, наверное, логичнее оставить её здесь, горы — не лучше место для подобной живности.
А как все закончится я вернусь за ней .
Она бодрым шагом направлялась в конюшню ,а после подошла к поилке и стала жадно пить .
Бедняжка… по жаре, да непонятно где… Вон, как пить хочет. Прям жалко животинку-то.
Пока она была занята, я вылила на неё воды из ближайшего ко мне ведра и порылась в поисках скребка. Надо хоть часть грязи стереть, а потом, когда она поест, попьёт и немного придёт в себя (хотя, тут я, наверно, переборщила, лошадь, по-моему, была вполне в себе), я её нормально искупаю.
— Грязнуля, — ласково потрепала я коняшку по мокрой холке.
— Странная ты всё-таки.
Я чуть не подпрыгнула. Тьфу ты. Я, вообще, уже забыть успела о том, что рядом стоит Фили. У меня тут лошадь вернулась, уйди! Уйди и не отвлекай меня!
— В чём это проявляется на сей раз? — тут же поинтересовалась я.
Это я-то странная? И это мне ГНОМ говорит?
—С лошадью обращаешься ,как с человеком .
— И  свои проблемы ты предпочитаешь решать сама?
— Естественно. Если бы я скидывала на других свои проблемы — это был бы кошмар. К тому же… мне так некомфортно.
Я даже поёжилась. Если я начну сваливать на других свои проблемы, то я сразу начну себя жалеть, а это ой какая плохая идея. А пока я занята чем-то подобным, времени на жалость просто не хватает. Так что, лучше не надо.
— Почему?
Почему, да почему. Да по кочану и по капусте! И по морковке, да по свёкле. Нет, ну серьёзно,что это вечное «почему»?
— Не знаю, меня приучили, что если тебе кто-то что-то сделал, нужно отплатить ему тем же; чуть повзрослев, я поняла, что легче сделать всё самой, ибо люди имеют свойство забывать всё хорошее, что сделала для них ты, но при этом помогая, ждут, что ты сделаешь что-то в ответ, даже если ты для них сделал много полезного в прошлом. А я не люблю быть кому-то должной.
На какое-то время Фили задумался. Ну, ура! Пять минут тишины у меня есть. А то что-то его сегодня пробило на серьёзные разговоры.
— Но ведь в большинстве случаев всё не так, — не, нету у меня, оказывается, пяти минут.
— Здесь да, но привычка — есть привычка. Вряд ли мне удастся от неё избавиться, — пожала я плечами.
— Мне всегда казалось, что тем, кто не имеет возможности поделиться с кем-то своими мыслями очень одиноко.
— Не скажу точно. Я уже настолько привыкла к этому самому одиночеству, что перестала об этом думать. И оно перестало меня тяготить. А вообще, странную ты завёл тему. Прекращай давай, а то я щас кааак впаду в меланхолию да кааак начну жаловаться. Ты взвоешь уже через три минуты и начнёшь вопить «замолчи».
Я бездумно водила скребком по боку своей лошадки, стараясь перестроиться на что-то более весёлое, но как-то безуспешно. Неожиданно мне стало жалко себя родимую, хотя раньше я гнала эти мысли от себя куда-нибудь подальше. Но вообще-то… я соврала. Одиночество было для меня больной темой. Я действительно привыкла к нему. В конце концов, слишком давно единственной, кто теоретически был способен меня понять был Халдир.
Повисла тишина. Я выдохнула и полностью переключилась на свою лошадь, пытаясь оттереть странные пятна на её боку.
—А что ты будешь делать когда все закончится ?
—Ну скорее по миру подхожу ,а после домой вернусь .
 И вообще, у тебя сегодня темы странные какие-то. Давай заканчивай.
— Значит, будешь мотаться одна по миру?
—Ну ,да .
— Можешь пожить в Эреборе, если мы его отвоюем. Там и руки лишние нужны будут и…
Ага, ага. И чё я там забыла? Чтобы ты у меня перед глазами маячил и жить спокойно не давал? Нет уж, спасибо! Я лучше смоюсь куда-нибудь подальше. 
— Ключевое слово «если». Я подумаю, но вот скажи… тебе дядьку своего совсем не жалко?
— Что?
— Не боишься, что Торина раньше времени удар хватит, спрашиваю?
— А почему его должен удар хватить?
—Он же эльфов не терпит ,ты представляешь как мы общаться будем ?

Фили хлопнул глазами, видимо, совершенно не понимая, о чём я. А потом расхохотался так, что чуть не свалился с лавки, на которой сидел. Так тебе и надо, белобрысый!
—Ох ,прости не подумал .
Лошадь попыталась меня пнуть, пока я расчёсывала ей хвост. У неё, правда, ничего не получилось, но я приняла к сведению.
— Может, в чем-то ты и права.
— Ой, интересно, как часто я бываю не права? — саркастично спросила я, даже оторвавшись от лошадиного хвоста.
— Почему ты общаешься с нами и как бы выразиться .. Шутишь над своим сородичами ?
Я даже растерялась.
— С чего вдруг такой вопрос? — Фили молчал, пришлось самой разбавлять тишину своим разговором. — Ну, не знаю, давай судить здраво: я эльфийка общительная ,а вот мои сородичи вечно скучные ,строгие и серьёзные .
С другой стороны, вы двое: моралей не читаете, огрызаться не мешаете и поддерживаете большую часть придуманных мною проказ. К тому же вы сами по себе веселые, интересно с вами. Вот и всё. Так к чему вопрос-то?
—Не знаю ,может потому, что ты необычная .
— А тебе нравится с нами общаться?
— Хорошие вы все. И я не только тебя и братца твоего  имею в виду. Из всей вашей компании я только с Торином никак поладить не могу. И не смогу, пока он ворчать не перестанет.
— И это странно.
— Почему? — вот не улавливаю я, так чем это странно-то?
— Ну эльфы предпочитают компанию эльфов.
—Я уже отвечала почему я общаюсь с вами ,а не с ними .
Я оставила резко похорошевшую Лиру в покое и шлёпнулась на скамейку рядом с белобрысым.
— А чё это тебя на сурьёзные темы потянуло?
— Не знаю, настроение такое.
— Поняяятно, — протянула я, откидываясь на стену головойи закрывая глаза, — где там твой братец возится, интересно?
— Понятия не имею. 
Я резко распахнула глаза. Ой, зря я, однако, это сделала. Ой зря… Как-то слишком близко он оказался.
— Что ты на меня так смотришь? Завидно, что ли? — ляпнула я первое попавшееся.
Только бы не покраснеть! Ага, вот только этого мне не хватало для полного счастья. И так уже тут раскрасневшаяся вечно хожу.
Он очень внимательно смотрел мне в глаза. Так. Главное, не смущаться. Не смущаться, я сказала!
—Сколько тебе лет ,Элениэль?
—Много .
—Нет ,а правда сколько ?
—Ладно если это успокоит твоё любопытство ,мне две тысячи триста лет ,ясно ?
Он присвиснул .
—Ого ,а сколько твоему жениху лет ?
—Ему две тысячи восемьсот двадцать три года .
—Ого он тебя старше на пятьсот двадцать три года ,ну и ну .
—Так ,а сколько вам лет ?
—Мне семдесят шесть ,а Кили шесдесят четыри .
—Вы такие молодые ,как Торин согласился взять вас в поход ?
—Матушка была против ,так же как и Торин ,но мы их с горем пополам уговорили .
— Бонго, тупое ты животное, — раздалось прямо около стены.
— О, братец твой дошёл, похоже, — засмеялась я.
Внимание Фили переключилось на мелкого, и я выдохнула, толкнув его в плечо и вставая на ноги.
В конюшне, что не удивительно, появился гном, упираясь в порог обеими ногами, и только потом заглянула любопытная морда пони.
Я с интересом наблюдала, как Кили мучился, пытаясь загнать одичавшего за пару дней пони в помещение. И честно пыталась уговорить себя не смеятся. По-моему, у меня это плохо получалось.
— Ладно, парни, я думаю мне ещё нужно пойти развесить  одежду и еще кучу дел доделать.
Как только конюшня осталась за спиной, я стартанула бегом до самой своей комнаты. Мне нужно одиночество. Совсем немного одиночества. Главное, подальше от гномов. Просто подальше от всех.

Прошло ещё несколько дней до того момента, пока Дубощит, наконец, не отдал приказ выдвигаться.
— Выходим! На сборы меньше часа. Опоздавших не ждём.
Торин стоял и раздавал указания. А мне-то что? Я ещё с вечера собрала все вещи.
Правда, несмотря на жару, пришлось положить теплые вещи сверху. Путь наш шёл через горы, а там холодно в любое время года. Вкупе с провизией не всё поместилось.
Надеюсь, ещё пару дней мне не надо будет доставать что-то более тёплое. Вот интересно, а как гномы в полном обмундировании-то ходят? По такой-то жаре?
Лиру я оставляла, как и волчонка, в Ривенделле. Им было не место в горах. Лире будет тяжело карабкаться, я сомневаюсь, что мы сами-то там без приключений проберёмся. Мне было жаль оставлять лошадку свою, не зная, увижу я её ещё или нет, но делать было нечего. Совершенно нечего.
В конкретно данный момент, я сидела на перилах, ожидая, пока соберутся остальные. У меня глаза слипались, и дико тянуло задремать прямо тут.
— Да ну! Это же весело, ну сам подумай, какие глаза при этом будут у эльфов? — послышалась откуда-то сбоку, и из-за колонн выползли два брата.
Все уже собрались .
Ждали только Торина, который больше всех хотел выходить, и Бильбо, ну, тот такой, потерянный… Небось, ещё даже не собрался.
Вообще-то, он нормальный, этот хоббит. Странноватый и чересчур домашний, но нормальный. В Ривенделле он более-менее освоился, постоянно где-то пропадал, и мне даже кажется, добрался-таки, до библиотеки. 
— Эй, мы уходим или как? — бурчали гномы.

Глоин суетился больше всех и бурчал тоже больше всех. Он такой, этот Глоин. Больше него бурчит только Торин. Как я уже успела выяснить, у Глоина в Синих горах осталась жена с сыном. Сын расстроился, что из-за возраста его в поход не пустили. Гимли, кажется. Имя было смутно знакомым. Интересно, а вообще, много гномов по имени Гимли бродит по Средиземью?
— Ждём Торина, — серьёзно ответил Двалин.
Да ждём мы, ждём. А чем ещё заниматься? 
Широким шагом на веранду влетел опять чем-то недовольный Торин, а за ним семенил Бильбо. Интересно, чем хоббит снова вывел главу отряда из себя? Снова потерялся?
— Уходим. Пока эльфы не пронюхали.
— Ну? И чего ждём? — спросила я, мне уже не сиделось, не стоялось и не лежалось.
— Придётся много провизии тащить. На, держи, — сказал Двалин, скидывая мне в руки мешок.
Еще провизии? Ну, тащить, так тащить. Не такой уж тяжёлый этот мешок. Уж точно не тяжелее моего рюкзака. Я кивнула, забрасывая его за спину.

Растянулись… метров на пятьдесят. И как гномы так умудряются? Ну да ладно, если им так удобно. Так и шлёпали. Весь день топаем, с короткими перерывами на перекур и перекусить, ночью — спать. День топаем — ночью спать. И так по кругу. К концу дня сил хватало только на то, чтобы шлёпнуться уже хоть куда-нибудь и уснуть. Правда, пока топали всё же не упускали случая подшутить над кем-нибудь. Торин хмурился, но не мешал.
А вообще, чего он вечно хмурится-то? Честное слово. Ну подумаешь, предводитель, ну, король, и что теперь надо вечно хмуриться? Это у гномов так принято, или я чего не поняла? 
Дорога, если это можно так назвать, вела вперёд. Идти было долго и скучно.
— Привал, — оторвал меня от размышлений голос Торина.е
Отлично. Спааать. Самое, удобное место выбрали, всем ветрам открытое. Но спорить мне было лень, как и всему остальному отряду. Все устали.
Торин раздавал последние указания. Итак, кто у нас сегодня в дозоре?
— Двалин, первый в дозоре. Следом Глоин, потом Нори. Кили, дежуришь последним.
Я шлёпнула голову на свой рюкзак и закрыла глаза. Хорошо, что сегодня дежурить не надо. Правда, вряд ли это поможет мне выспаться: сон, как назло, не шёл.
У меня стала сильно болеть голова ,сначала я терпела ,но после боль стала невыносимой.
Я решила встать и прогуляться ,почти все спали ,я поднялась и только сделала шаг ,как все тело пронзила ужасная ,невыносимач боль ,громко вскрикнув я упала на землю.

Перед глазами замелькали картинки из моей прошлой жизни .
Голова сильно кружилась ,перед глазами все плыло ,я просто лежала на земле ,с широко распахнутыми глазами .
Двалин быстро подбежал ко мне ,он что-то говорил ,но я не реагировала .
Было ужасно больно ,после у меня полилась из носа кровь .
Когда все закончилась я лежала на земле полностью изолированная от внешнего мира ,я не видела ,не слышала и даже не дышала .
Мне жутко не хватало воздуха и я резко села , глубоко вдохнув .
Передо мной сидели все участники похода .
Я часто часто заморгала .
—Что с ней ?—спросил кто-то.
—Она в себя кажется пришла .
Ко мне ближе подсел Балин .
—Ну ,что случилось ?
Я хотела что-то сказать ,но голос резко пропал ,я испуганно открыла глаза и пыталась что нибудь вымолвить ,но не чего не выходило .
—Что с ней ?
Спросил Торин —Я не знаю ,пока она не может говорить ,но надеюсь это скоро пройдёт.
—Расходитесь здесь не на что смотреть .
Я обесиленно вдохнула и тихо заплакала ,от сложившейся ситуации .
—Ну ну ,успокойся ,на вот выпей .
Балин протянул мне кружку с какой-то жидкостью я быстро все выпила.
Торин сел на против меня и стал вытирать кровь с моего лица ,я удивилась его поступку.
—Иди ложись ,завтра рано вставать.
Я послушно кивнула и пошла к себе на место ,вскоре быстро заснула беспокойным сном .