First circle. 6
Школьные будни еще никогда не вызывали в Сайласе такого урагана эмоций. Внутренности весело вертелись в потоке торнадо, мозг несло по кругу строго вверх, душа орала: «Еще! Охуенно же летим!». Главное, чтобы его не укачало по дороге, вывернув наизнанку все его скрученные, дрожащие от этой свистопляски внутренности.
Он парковался возле школы и видел, что его уже в нетерпении ждали на сочно-зеленой лужайке возле входа. Бенни выпустил мощную струю дыма из электронки, пристально смотря на приближающегося к ним Сайласа. Он не видел их целых два выходных, а ощущение, что неделю, не меньше. Лекси, недалеко шатающийся от Бенни, уже задиристо кому-то в толпу показывал средний палец. Теплое солнечное утро не желало отпускать школьников, а те и не сопротивлялись особо, до последнего оттягивая момент, когда все же придется зайти в корпус школы.
- А вот и наш высококультурный скинхед,- расплылся в улыбке Бенни, с интересом рассматривая его с ног до головы. - Ты что, прямиком с недели высокой моды? Нехуевый такой аутфит.
- У меня встреча после занятий, не могу позволить себе выглядеть как гопота из подворотни, - ровным тихим голосом произнес Сайлас, ужасно довольный тем, как Бенни жадно его рассматривал от высоких черных кроссовок на тяжелой подошве до черной водолазки, прикрывающей его татуированное горло.
- Твоюж маааать, - воскликнули рядом и присвистнули, и Сайлас наткнулся на восторженный еловый взгляд. - Это что за Баленсиага на вольном выгуле, да без присмотра? - Лекси обошел его по кругу, беззастенчиво пощупав при этом кожаный портфель через плечо и черную болтающуюся сережку из хирургической стали.
- Я сам охренел, - поддакнул Бенни, одобрительно покачав головой при этом. Он выпустил еще одну струю дыма и подергал бровями, мол «я тебя заценил, детка».
- Хорош вам, - тихо попросил Сайлас, скромно улыбаясь. - Живой? - спросил он Бенни, кивая на Лекси, имея в виду, как они выкрутились перед родаками после вечеринки.
- Да что этому гаду будет? У него девять жизней по ходу, - хмыкнул Бенни.
Сайлас остро ощутил, что так ничего и не сдвинулось с мертвой точки. Он так и продолжал улавливать только взгляды и какие-то неловкие полужесты, которые прерывались до того, как могли сойти за что-то определенное. Со стороны Лекси все так же - борзый вызов. Со стороны Бенни все так же - грустная сдержанность.
- Хехей, Лекс, детка, вот ты где, динамщик, - развязно произнесли рядом, и Сайлас резко напрягся, особенно когда отчетливо увидел в момент окаменевшее лицо Бенни.
- Чего тебе, Митчелл? - ледяным недружелюбным тоном ответил Лекси, нервно дернув плечом.
- Как это чего? - и Сайлас узнал эту физиономию, которая безнаказанно лапала Лекси на вечеринке. - Может я и перебрал тогда, но, кажется, ты еще должен мне приватную встречу, конфетка.
- Дебил, ничего я тебе не должен, - презрительно фыркнул Лекси, - иди, передерни на меня в туалете. Я разрешаю, мне не жалко.
- Нашел себе нового ебаря? - с жестоким цинизмом спросил этот мудак. - Этот или тот? - он перевел замороженный взгляд с Сайласа на Бенни.
- Митчелл, исчезни, по-хорошему прошу, - каким-то безжизненным голосом велит ему Бенни.
- Ох, конфетка, поговорим, когда рядом не будет твоих ручных песелей, ок? Нервные какие все, - Митчелл тупо игнорирует Бенни и, грубо схватив за подбородок Лекси, проводит носом по его острой скуле. Тот брезгливо отстраняется и ощетинивается, но молчит, как-то обреченно пережидая неприятный момент.
Сайлас просто теряет дар речи, потому что Бенни вообще ничего не делает. Молчит, отводит взгляд и зло играет желваками. Митчелл сваливает, оставляя их в до ужаса неловкой ситуации. Зубовный скрежет Сайласа, наверное, слышит весь школьный двор. Он нещадно сверлит Бенни взглядом, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не треснуть его, чтобы тот очухался уже, в конце-то концов. Его больше пугает то, что он чувствует себя чудовищно беспомощным в этой ситуации. Лекси так-то не девчонка - сам в состоянии дать отворот-поворот когда надо. В принципе, заступиться за него не составило бы для Сайласа труда - вообще легко, но это все равно, что предъявить на него свои права перед Бенни. И это точно не вариант, особенно после того как он сам заверил Бенни, что не будет вставать между ними, а тот ему безоговорочно поверил и все еще хотел с ним общаться. Получалось, что сделать Сайлас особо ничего и не мог. Просто убейте его уже кто-нибудь, чтобы не мучился.
- Не смотри на меня так, Сай, - прохрипел Бенни, безошибочно догадываясь о его мыслях, и с трудом покачал головой. - Его тут каждый второй считает на все готовой давалкой. Ты просто еще многого не знаешь. Если ему нравится давать кому попало, я ему не указ, - безжалостно процедил он, не смотря в сторону притихшего Лекси.
- Ты чего несешь, придурок? - оскорблено зашипел Лекси, все же придя в себя.
- Видеть тебя не могу, - задушенно прохрипел Бенни, опустив голову. - Правда, с меня хватит. Сай, если хочешь его перевоспитать - на здоровье, он твой, - он развернулся и понуро побрел ко входу школы.
Радостное солнечное утро больше не кажется таким прекрасным и беззаботным. Сайлас испуганно переводит взгляд на Лекси, и его еще больше примораживает к земле. У Лекси глаза на мокром месте, он не сводит пронзительно-болезненного взгляда с фигуры Бенни, пока тот не скрывается из виду в корпусе школы.
- Лекси, - тихо произносит Сайлас, даже не зная какие слова подобрать сейчас. Резинка все же лопнула, но не той стороной, которую с большей вероятностью ожидал Сайлас. Видимо, он и вправду многого не знал.
- Не надо, Сай, - мертвым голосом произнес Лекси. - Увидимся на истории, - он подхватил рюкзак и тоже пошел ко входу школы.
Сайлас видит насколько сильно напряжены его плечи. Больше всего ему не понравился тон, с которым говорил Лекси. Как будто он уже давно был готов к такому. Обреченность поражения, к которой готовились годами. Лекси уже почти у входа, и Сайлас, наконец-то, отмораживается от своего ненормального ступора. Он спешит за Лекси, минуя лестничный пролет и продираясь сквозь толпу учеников, в последний момент замечает, что тот пропадает за дверью мужского туалета.
Раздается звонок на урок, но Сайлас просто игнорирует его, потому что сейчас ему жизненно необходимо хоть как-то успокоить Лекси. Он не знает как, но точно знает, что обязан сделать это. Про Бенни он пока пытается не думать, иначе он точно свихнется. Он не знал за кем бежать и кого утешать в первую очередь. И нужно ли вообще это делать? Но он не может взять и просто проигнорировать то, что только что произошло у него на глазах.
В туалете тихо и ярко. Свет неприятно режет чувствительные глаза Сайласа. Он тихо стягивает свой портфель и ставит рядом с умывальником, за который держится Лекси и смотрит на себя в зеркало покрасневшими воспаленными глазами.
- Сай, чтобы ты ни сказал, ничего не изменится. Этого дерьма не исправить, - бесцветно произносит он. - Мы так живем уже четвертый год, становится только хуже, - во взгляде Лекси усталость и больше ничего.
- Ты делаешь ему больно, пойми это, - тихо произносит Сайлас, пальцами цепляясь за тот же умывальник. Лекси смеется, и у Сайласа по всему телу дыбом поднимаются волоски от этого пугающего, горького смеха душевно больного человека.
- Ты еще не понял, что это наша фишка? Сегодня я сделал ему больно, завтра он, и так по кругу. Всегда. Чтобы я ни делал, я не могу остановить эти блядские карусели, Сай. Он слишком часто молчал и никогда не отвечал. Никогда. Как бы я не орал ему о своих чувствах. Мы упорно делаем вид, что ничего не происходит. Просыпаемся с утра и обнуляемся: мы снова друзья до гроба, потому что все равно не можем ничего с этим поделать. Мы никогда не были вместе, но и быть порознь не можем, - шепчет он с болезненной честностью.
Сайласу хочется орать в голос, но он не подает вида. В его голове выстраивается некая последовательность их жизненной истории. Своеобразный хронометраж образов и действий. Им было по четырнадцать, когда они начали жить вместе. Возраст, когда от любого эмоционального взрыва, казалось, не будет конца и края. Один громко требовал большего, а второй готов был рассыпаться от малейшего давления, потому что буквально обожествлял первого, боясь даже дышать рядом с ним, чтобы тот в один прекрасный день не исчез.
Слишком одно, чтобы быть порознь. Его обуревали дико некомфортные ощущения, если он думал по другому. Сайласа вдруг обдало мощной волной жадной нежности, от которой даже зазвенело в голове.
- Господи боже, какие же вы придурки ебанутые, - проскулил он, ожесточенно потирая лицо ладонью. - Я знаю Бенни не так хорошо, как ты, но мне кажется, что ты упускаешь очень важный момент. Твой главный проеб, как я полагаю, именно в этом, - Сайласу очень важно видеть его глаза в этот момент, и он аккуратно разворачивает Лекси к себе лицом, всматриваясь в воспаленно-влажный взгляд. - У Бенни какая-то болезненная фиксация насчет преданности, а ты раз за разом предаешь все, что есть между вами. Ему важно верить и быть верным. Твоя эмоциональная незрелость снова и снова доказывает ему, что стоит хоть раз тебе довериться, и ты его предашь, даже глазом не моргнув. И вот тогда-то и будет по-настоящему больно, Лекси, после чего он не сможет уже оправиться.
Задушенно всхлипнув, Лекси все же горько разрыдался, закрывая лицо ладонями. У Сайласа чуть не остановилось сердце, смотря на это. Пожалуй, он сам жестоко проебался, когда полагал, что сможет держать себя в руках. Что будет сильным ради них.
- Он никогда меня не простит, что не станет для меня первым, - сквозь всхлипы глухо произнес Лекси.
Если минутой ранее Сайлас надеялся избежать непрошенного желания контакта, то теперь, вероятно, понял, что слова тут не помогут.
- Лекси... можно я тебя обниму? - тихо спрашивает Сайлас безнадежно-апатичным голосом, и когда Лекси еще громче всхлипывает, то принимает это за согласие.
Он прижимает его к себе, бережно, но крепко придерживая за голову и спину. Лекси прорывает еще большим потоком болезненного рева, он дышит ртом и цепляется пальцами за водолазку Сайласа у него на спине. Сайлас может только успокаивающе поглаживать его по спине и стараться самому не распасться на части.
- Он не ревнует тебя, потому что считает, что не имеет на это право. Если ты действительно хочешь исправить положение, то докажи и покажи ему без слов, только действиями, что можешь быть с ним без всех этих ебанутых игр. Возьми, наконец-то, на себя ответственность, Лекси.
Похоже, у Сайласа не было ни единого шанса прожить эту жизнь спокойно. Справившись с одной зависимостью, он смачно вляпался в другую. С разбега вмазавшись в неприступную стену.
Они оба вздрагивают от неожиданности, когда в туалет заходит какой-то незнакомый им пацан.
- Заебали, пидарасы на каждом углу, - сварливо бурчит он, но медлит, видимо прикидывая как ему поступить: пройти все же к писсуару или же поссать где-нибудь в другом месте.
- Съебал, - жестко произнес Сайлас, хлестнув голосом как кнутом, потому что лимит его вежливости для таких вот гондонов был исчерпан на сегодня.
- Да, с удовольствием! Пойду пальму какую-нибудь лучше порадую, чем при вас светить хуем, уроды, - он сваливает и снова оставляет их одних.
Лекси начинает истерично смеяться, икая и содрогаясь всем телом, но не отстраняясь от Сайласа. Через некоторое время он успокаивается и тихо произносит, как Сайласу показалось, чуть пристыженным голосом:
- Знаешь, моя мама потратила тысячи баксов на моего психотерапевта, а оказывается мне просто нужно было подружиться с тобой.
- Я так-то тоже не бесплатно работаю, - хохотнул Сайлас, но после напряженного молчания со стороны Лекси, все же сжалился над ним. - За свои сеансы я беру оплату исключительно искренними и добрыми обнимашками. За меньшее даже соглашаться не стану, - он почувствовал вибрацию от тихого смеха Лекси, тот глубоко вздохнул, сильнее стиснул руки на поясе Сайласа.
- Ты так вкусно пахнешь, - шепчет Лекси. - Я знаю, что нравлюсь тебе, Сай, - продолжает он тихо, а у Сайласа все обрывается внутри, - правда я не понимаю, что мне делать с этим знанием. Просто хочу сказать тебе спасибо, что ты такой, какой есть. Мне очень нравится с тобой общаться. Одно знаю точно, что не хочу потерять тебя, ты лучшее, что случилось с нами за последнее время. Бенни прям расцвел рядом с тобой.
- Ты сам это сказал, теперь не отвертитесь от меня, - пытался хохмить Сайлас, не представляя, как ему реагировать на эту неожиданную откровенность. О себе он обещал думать в последнюю очередь, поэтому было особенно сложно слышать такого рода признание.
Ох, Лекси, если бы ты только знал, что не просто нравишься мне. И что разделяешь с Бенни поровну мое сердце. И что если вы разделитесь, то меня просто уничтожит.
В общем-то, диагноз был точен и ясен. Анамнез диагностировал самую запущенную стадию зависимости. Осталось только выяснить, как Сайласу теперь жить со всем этим.
- Можно тебя кое о чем попросить? - Лекси мягко отстранился, смущенно сморщив хорошенький носик.
- Конечно, - ответил Сайлас, тоже отпуская Лекси, потому что давно пора было это сделать, а не стоять и до последнего цепляться пальцами за его теплую спину.
- Мне нужна татушка. Срочно. Хочу, чтобы ты ее набил, - маниакально прошептал Лекси.
- Какая банальщина, - прыснул Сайлас, качая головой, примерно понимая, что Лекси хочет посвятить эту татушку Бенни, - придумай что-нибудь повзрослее и значительнее. Что-то на зрелом и ответственном, и будет тебе счастье, - хотя его внутренний маньяк с машинкой наперевес уже во всю скалился в томном ожидании.
- Конечно, это обязательно... Пожалуйста, Сай... Мне надо... Это для меня, а не для него, - несмело произнес он, ужасно смутившись при этом.
- Ладно, приезжай ко мне домой сегодня в семь вечера и будет тебе татушка, - сдался он. - Маленькая? Большая? - спросил он с любопытством, включая кран, чтобы умыть горящее лицо холодной водой. Эти двое его убивали.
- Маленькая совсем, - Лекси в доказательство своих слов показал маленькое расстояние между указательным и большим пальцами, прищурив один глаз. Он озорно улыбался и был сейчас таким красивым. Его глаза все еще были покрасневшие и влажные, но в них больше не читался приговор. Это стоило того, черт возьми.
Сайлас вдруг отчетливо понял, что если бы не он, то ход событий не сменил бы свой вектор, опасно накренившийся не по тому курсу. Это и будет его наградой. Направлять, но не решать за них. Подталкивать, но не давить. Чтобы в конечном итоге получить свою награду пусть чужого, но такого необходимого для него счастья.