Глава 6. Отказ.
Был особый ритуал, который Ананта соблюдал уже многие годы. Каждый вечер, пожелав спокойной ночи омегам и удостоверившись что Ману спит, он надевал неброскую чёрную одежду и выходил из дома. И, собрав небольшой букет уезжал, и всю ночь его не бывало дома. Только под утро он возвращался, чтобы лечь отдохнуть лишь на час, а иногда и менее.
Поначалу, Вайне думал, что Ананта занят работой и ночью. Ему и в голову не могло прийти, что этот человек ищет забвения в чьих-либо объятиях. И он был прав. Но он ещё долго не знал, что ночи Ананта проводил на кладбище. Позже, это случайно открылось и на его душе стало горько. Вайне считал, что такой человек, как Ману, не заслуживает такой преданной любви. И в тайне желал, чтобы альфа нашел себе кого-то и забыл дорогу к могиле ненавистного ему человека. И это его желание было настолько сильно, что сделало его настолько смелым, чтобы временами быть сводней между Ананта и желающими залезть к нему в койку. Сам Ананта, как будто бы этого не замечал, тем самым давая омеге ещё большую свободу деятельности.
Но время шло. И попытки Вайне подложить кого-нибудь под Ананта проваливались одна за другой. А сам же альфа не изменял своих привычек, неизменно проводя ночи подле могилы ушедшего возлюбленного. Вот и в эту ночь, он тенью прошёл вдоль могил по изученному пути. Он знал каждую по пути к Ману, как знают соседей, с которыми живут десятилетиями. Присев на землю он, как обычно, прислонился спиной к монументу и затылком прижался к холодному камню. Коснувшись отпечатка руки, он на некоторое время задержал руку на камне. Но потом рука безвольно упала, горло Ананта сдавило от подступающих слёз, но они застряли где-то на полпути, так и не упав из его глаз.
- Привет, любимый. Я очень соскучился. Вчера Вайне приготовил на ужин морепродукты. Но Ади, как всегда, не понравилось. Ему вообще невозможно угодить. Васу опять засиделся с книгой под одеялом допоздна. Пришлось запереть его книги и выдавать только днём, но, как ты понимаешь, не я это сделал. - помолчав некоторое время Ананта продолжил. - Ману опять подрался в школе. Придется, наверное, съездить, поговорить с директором. Скажи, а ты тоже был драчливым в детстве? Этот омега такой спокойный, думаю Ману весь в тебя. Я всё думаю, что нужно рассказать им о тебе. Вот даже Берг сказал, что это необходимо. А мне немного страшно... я так боюсь, что они будут презирать и стесняться меня и плохо думать о тебе... - Смахнув набежавшие слёзы, Ананта, лишь сильнее сжал губы. И часа два просто сидел молча, борясь с нахлынувшими чувствами.
- Я не плачу, нет...не волнуйся... просто ветер холодный в глаза подул. - Осипшим голосом сказал Ананта. - Знаешь я сегодня видел того омегу, к которому ты ревновал... может и сейчас ты разозлишься и придешь ко мне, хотя бы во сне... Почему ты больше не приходишь, когда я играю на флейте? Почему лишь один раз тогда пришел? И больше нет тебя. Ману, подожди немного. Я обязательно найду тебя. Я только выращу их и приду к тебе. Я пройду бесчисленное количество жизней... а если и так не найду... я разобью себя и обреку на существование между смертью и жизнью, и когда-нибудь твоя душа пройдет через меня. Я видел... Шеша так делал. Ману. Ману... - слова замирали на губах Ананта, он забывался ненадолго тревожным сном. Там ему мерещился силуэт красивого мужчины, его чёрные волосы развивались на ветру.
Очнувшись от сна, он долго потом сидел, обхватив колени, раскачиваясь взад и вперёд, чувствуя бездонную пустоту в душе и давящую вину, за то, что ему всегда во снах мерещится черноволосый парень, а не Ману.
Тихо, неслышно Ананта возвращается в свой загородный дом. Долго стоит под струями ледяной воды уткнувшись лбом в кафель стены.
«Ещё один день. Ещё одна ночь без тебя.» - обхватив себя руками он сползает на пол. «Ещё один день. Я смогу. Сейчас я встану... встану...»
И эта борьба с собой, стала его верным спутником каждую ночь. Тихо барабанит вода по склонённой спине, и волосы, такие длинные и красивые, спутанным комком свисают с головы. И два браслета из дерева, точно кандалы, тянут руки опустошённого мужчины к полу.
У каждого в этом мире своё утро. Кому-то оно несёт приятное чувство отдохнувшего тела, кому-то - горечь предстоящего разговора, а кто-то беззаботно выползает из-под объятий дешёвой, одноразовой любви. И для кого-то каждое утро это титанический труд заставить себя подняться с холодного пола в ванной комнате. Жизнь идёт своим чередом.
Утром следующего дня, Деви слишком поздно проснулся и потому не успел позавтракать. Он только и успел наскоро зацепить волосы в пучок на макушке и одеть первую попавшуюся одежду. Он успел выйти из дома как раз в ту минуту, когда его кузен подъехал.
Вопреки обыкновению, Деви всю дорогу был молчалив, чем потряс до глубины души альфу. А где же благодарность? Где восхищение?
- Деви, у тебя все хорошо? - спросил наконец альфа, остановив машину перед университетом.
- Извини, просто горло болит... вот и молчу... - на ходу придумал отговорку омега.
- Может стоило остаться дома?
- Нет... это всего лишь горло...это я сока выпил свекольного... от него всегда так... пройдет попозже. Спасибо что довез. Пока. - скороговоркой протараторил Деви и, выскочив из машины, чуть ли не бегом умчался в здание университета, боясь столкнуться с Савьер.
Ему было не впервой отказывать альфе, но в этот раз, был замешан его личный интерес к нему. И он всё не мог найти таких слов, чтоб его отказ был мягок.
«Прости, мы не можем встречаться, мои родители против. бред. Мне уже 25 лет. Какие родители??? Прости, ты с юга... попахивает расизмом... ты мне не нравишься... вранье, он сразу поймет. Что же делать?!» - в панике метался его мозг, пытаясь найти выход.
Скинув куртку на пол в зале, он начал нервно разводить краски для предстоящей работы. Тихо скрипнула дверь, в зал к нему проскользнул пухловатый омега. Мальт обладал добродушным нравом и завышенным чувством справедливости. Встав перед Деви, он начал нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, ожидая, когда на него уже обратят внимание.
- Привет, Деви. - не выдержал он и привлёк к себе внимание своего друга сам.
- Привет, Мальт. - оторвавшись от баночек с красками, Деви заметил, что друга прямо-таки распирает от какой-то новости. Сплетни слушать совсем не хотелось, но выбора не было. - У тебя такой вид будто ты сейчас лопнешь, если не расскажешь что-то.
- Да! - довольно блеснули глаза парня, когда он наконец получил разрешение поделиться новостями. - У меня есть кое-что... Вчера мой брат работал и сделал запись одну...
- Твой брат нарвется когда-нибудь. - плюхнув слишком много белой краски, Деви в душе ругнулся за то, что испортил хороший оттенок.
- Ты прав! Нарвётся на сенсацию! Но сейчас не о нём. Вот, послушай: - омега протянул наушник Деви. Он мгновенно узнал голос говорившего. Все краски сошли с его лица, когда он услышал «свою цену» и способ раздвинуть ему ноги. И вечер накануне сразу приобрёл совершенно другой оттенок. К горлу подступила тошнота, и Деви с трудом устоял на ногах, почувствовав резкую слабость в теле.
- Спасибо, Мальт. – с трудом вымолвил эти несколько слов Деви.
- Прости...знаю ты расстроился. Но лучше тебе знать об этом. - заискивающе смотрел парень на своего друга.
- Конечно... спасибо тебе! - поспешил поблагодарить друга омега, и взяв себя в руки заставил себя слабо улыбнуться стоящему напротив омеге.
- Мы же должны защищать друг друга, - робко улыбнувшись в ответ промолвил парень.
Оставшись один, Деви закрыл дверь на замок. Прислонившись спиной к двери, он смотрел на летящего огромного дракона в облаках, но его мысли были далеки от этого места. Он вспоминал прикосновение рук Савьер, его голос, то, как их лица были близко друг к другу. Вспомнил свою реакцию тела и почувствовал себя грязным, обесчещенным.
«Подлец! Какой же подлец!»
- Деви, какой же ты наивный дурачок. - сказал он себе. Ему было так обидно и горько, что, опустившись на пол у двери он закрыл руками лицо и разрыдался.
Но Деви был не из тех, кто способен долго горевать. Очень быстро он успокоился, посчитав удачей, что вернулся целым и невредимым домой. Он был благодарен за предостерегающие слова дяди и, конечно, другу за верность.
- Все милый, прекращай плакать. - вытерев лицо футболкой, он поднялся, деловито оправляя одежду. - Лучше порадуйся, что ты избавился от такого гнусного человека сейчас, а не потом. Обидно, конечно, но не смертельно. Нужно поговорить с ним немедленно...а то работать не смогу.
Достав телефон, он отправил сообщение Савьер, о том, что ждет его в парке университета.
Как только альфа получил сообщение, его сердце забилось чаще, чувствуя триумф победы. Омега не выдержал и первым написал ему на следующий после свидания день. Самодовольно продемонстрировав своим друзьям, сидящим на лекции рядом с ним, сообщение, он в который раз пошутил над ними. И чуть ли не бегом помчался на улицу в парк.
Холодное осеннее солнце яркими бликами отсвечивало на поверхности небольшого пруда в университетском парке. Красного кирпича беседка уютно устроилась под огромной ивой, и её узкие золотисто зелёные листья медленно осыпались, сорванные лёгким ветерком. Легко листва ложилась на землю, покрывая золотом пока ещё изумрудно зелёную траву.
Подперев подбородок рукой, в открытой беседке сидел омега и задумчиво наблюдал, как неторопливо плавали несколько селезней в высокий траве камышей у берега.
Собранные в тугой пучок волосы, открывали горящему взгляду Савьер белоснежную кожу изящной шеи. И вид её вызвал зуд в зубах, захотелось погрузить клыки в эту нежную фарфоровую кожу, оставляя шрам безобразного рубца - метки.
«Мой мальчик.» - так думая, Савьер уверенно подошел к беседке.
- Здравствуй. - низкий сексуальный голос мужчины заставил вздрогнуть омегу. Моргнув, парень очнулся от своих грёз и равнодушно, даже отстранённо посмотрел на альфу перед собой.
- Сядь там. - лёгкий пренебрежительный жест рукой в сторону от себя, и Савьер почувствовал резкое чувство дежавю. Когда-то, так же, от него отмахнул один человек, или вернее рептилия. На сердце резко похолодало, и мужчина послушно опустился на скамейку напротив омеги.
- Между нами невозможны никакие отношения. - равнодушно произнес Деви. И поднялся со своего места, давая понять, что разговор, по сути, свершился.
— Это ещё почему? - оскорбленный таким холодным отказом, Савьер начал медленно закипать.
- Ты не нравишься мне. - прозвучал ответ. И по всему виду омеги было видно, что ему становится нестерпимо скучно. Теребя часы на руке, он пару раз мельком посмотрел на время. - На этом всё. - Деви хотел было уже уйти, но был остановлен Савьер, схватившим его за руку.
- Вчера ты по-другому себя вел, что изменилось? - прорычал разозлившийся Савьер. Он не привык к поражениям на любовном фронте, и не мог принять так легко отказа. Всё его существо, взращённое в условиях гаремной жизни в императорском дворце, а потом во время скитаний по миру в сопровождении его дедушек, оскорбилось на такой холодный отказ. - Почему? Я имею право знать. - потребовал он объяснений.
- Я сказал почему.
- Ты хоть понимаешь кому отказываешь?! - сжав тонкое запястье, Савьер вынудил Деви поморщиться от боли.
- Ну, если не смотреть на статус твоей семьи, - тонкий изящный палец мягко нажал на точку на запястье Савьер, и рука мужчины тут же плетью повисла. – То, по сути, я отказываю шлюхе. Невелика потеря. Не будь навязчивым. Оставь меня в покое.
Обхватив свою парализованную руку, Савьер беспомощно смотрел как тот, кого он уже считал своей собственностью, уходил. И отказ этот, хоть и оскорбил его достоинство, но ни насколько не умерил решимости заполучить этого парня. И в арсенале Савьер были тысячи способов добиться этого силой или уловками, но он возжелал другого. Того, что остановило его накануне в машине. Он жаждал, что бы этот строптивый парень по своей воле пришёл к нему. А задетая гордыня, лишь больше подначивала добиться слепой любви этого омеги.