Глава 10. Семья Советника Эмиин.
Изнывая от любопытства. Савьер заснул под утро и проснулся только уже ближе к обеду. Вещи в храм молчания он собирал кое-как, свалив бесформенным комком в небольшой походный рюкзак. Завтракать вообще не стал. И прыгнув в спортивного вида машину, погнал её, местами немного нарушая скоростной режим, из центра города за город, туда, где, как он помнил, был дом Ананта. Прежде чем улететь по приказу учителя, он жаждал увидеть того, из-за кого его учитель обрёк его на эту не самую легкую процедуру - молчать десять дней. А уж для Савьер это всегда было самым сложным испытанием.
Бодро взбежав по ступенькам, принц позвонил в дверь и, запихав руки в карманы, стоял в ожидании, распихивая ногами осеннюю листву, как будто бы соревновался - кто это сделает лучше он или ветер. Погода была так себе. Тяжелые, свинцового цвета тучи, подгоняемые порывистым ветром, угрожали пролиться проливным дождем. Но всё, видимо, не решались или ждали подходящего момента, чтобы уж наверняка облить с головы до ног того наивного балбеса, который решил, что метеорологическая сводка новостей всегда врёт и зонт брать не нужно.
Тихие шаги из-за двери показались принцу неуловимо знакомыми. И когда дверь распахнулась, на него повеяло желанным запахом тела омеги, которым он так жаждал обладать. И сам же его обладатель удивленно уставился на него своими серыми, под стать тучам на небе, немного воспаленными глазами.
- Деви?! - порыв ветра налетел на обоих, и растрепал распущенные волосы омеги. С трудом справившись с ними, парень скрутил их в жгут и запихал под футболку.
- Ваше Величество, боюсь вы не найдёте тут вашего учителя. - подчёркнуто вежливо произнес Деви. Поборов удивление, он равнодушно посмотрел в глаза мужчины.
- Я и не ищу его. - начал медленно наступать на омегу Савьер, чувствуя дикую ревность в сердце. - Так ты отверг меня, подцепив добычу покрупнее?!
- И что с того? - вздёрнув подбородок Деви смело смотрел в лицо разгневанного мужчины. - Осмелишься меня тронуть в его доме? - Деви сделал особое ударение на слово «его».
Но самоуверенность Деви сыграла на этот раз дурную шутку. Обезумев от ревности и ярости, Савьер резко схватил руки Деви и заломив их за спину, прижал парня лицом к стене.
- Посмотрим, как он взглянет на тебя после меня. - злобные слова обожгли затылок Деви, а грубая огромная ладонь начала мять ягодицы омеги.
Но вместо ожидаемого сопротивления, тело омеги замерло, будто бы окаменело. Деви не сопротивлялся. И это равнодушное принятие того, что пытался сделать с ним альфа, было сильнее любого удара или гневного слова.
Резко отпустив омегу, альфа отошёл к противоположной стене, и облокотившись на неё, тяжелым взглядом смотрел на то, как невозмутимо Деви поправлял свою одежду. Скользнув взглядом по светлой коже рук омеги, Савьер почувствовал сожаление, увидев, как быстро начали расползаться на его запястьях красные пятна. Деви хоть и был многим сильнее и крупнее обычных омег, но всё равно, справиться со озлобленным сильным принцем, было ему не под силу. Альфа это почувствовал, и сейчас, видя следы своей грубости на нежной коже, чувствовал несвойственное для него желание раскаяться. Он вдруг разглядел, что этот парень такой хрупкий, и ему захотелось успокоить его, а себе пинков надавать за неосмотрительную вспышку эмоций.
- Прости. - прозвучало всего одно слово. И в нём было столько искреннего раскаяния за то, что сейчас сделал, за то, что глупо спорил и использовал химию для совращения. Иногда одного сказанного слова достаточно. И оно будет значить больше, чем тысячи слов раскаяния и протирания штанов стоящим на коленях, или же горы подарков.
И что-то дрогнуло в душе Деви, то, из-за чего он так внимательно выглядывал высокую фигуру Савьер в толпе, то, из-за чего горько расплакался в зале университета — это маленькое зерно чувства, которое со временем бы умерло, дало в этот момент крошечный росток в душе омеги. И пусть это малюсенькое чувство было совсем крохотным, но он имело шанс стать большим.
- Я все равно не буду с тобой встречаться. - стараясь избегать смотреть на принца, тихо произнес Деви.
- Почему? Если отбросить все мои ошибки, сделанные в отношении тебя, если оставить всё это, как будто не было. Почему, Деви? Ответь, как мужчине, которому ты нравишься. Ответь, почему нет? - взволнованно спросил Савьер.
- Если бы я начал с тобой встречаться, и мы потом бы расстались... а это обязательно произошло бы рано или поздно. Обо мне бы говорили, что я подстилка мужчины с Южных Островов. Никто бы после этого не посмотрел бы на меня с серьёзными намерениями.
- А если мы не расстанемся? - уже более расслабленной стала поза альфы. "Как просто, он боится молвы."
- Мы не подходим друг другу. - добавил Деви, тем самым своим тоном, от которого веяло чопорностью.
- Кто сказал? - чуть улыбнувшись, Савьер наблюдал, как омега старательно избегает смотреть на него. Он уж немного начал понимать Деви и уже знал, что, если этот парень совершенно к кому-то равнодушен, он будет спокойно смотреть ему в лицо, не пряча свой взгляд по углам.
- Я сказал.
- Деви, когда я вернусь, я буду ухаживать за тобой так, как если бы ты был омегой с Южных Островов. Не нужно бежать от меня в его объятия. Они закрыты для всех навсегда. Когда умер Ману, он забрал его душу с собой. И между вами всегда будет стоять его тень, и он будет смотреть на неё, не на тебя. Я же весь твой. Ты это увидишь.
Долго ещё стоял Деви прислонившись спиной к стене у открытой двери. Он всё думал - сможет ли он поверить Савьер, сможет ли рискнуть несмотря на то, что начнут говорить о них, вопреки всему довериться и..., и... Но после этих «и» думать было страшно. «Можно ли ему верить? Он как будто был искренним... он не сделал того, что намеревался, он смог остановиться... смог остановиться уже дважды... да, его поступки отвратные, но если он действительно станет ухаживать как у них принято... тогда...я... он...» Очередной порыв ветра с грохотом захлопнул дверь и Деви, вздрогнув очнулся из своих размышлений.
— Вот если будет, тогда и буду решать. - сказал парень сам себе вслух. И уже более бодро пошел наверх работать. «Он решил, что я заинтересован в Ананта, вот глупый!» - лёгкая улыбка коснулась губ Деви, эта мысль доставила ему удовольствие. И он до самого вечера возился в комнате, напевая простенькие мотивы романтических песен.
Храм Песков располагался на вершине невысокой горы в крошечной стране с звучным именем Великий Осан. Страна сама по себе ничем не примечательная, не стоящая описания. Вот только храм достоин внимания. Обычно, стены храма были готовы принять учеников на десять дней дважды в месяц, остальные дни были для служителей. Попасть в него можно идя по довольно-таки крутому склону за пол дня неторопливой пешей прогулки. Но если на ослике, это было чуть побыстрее, да и комфортней, то пешком туда зайти без должной физической подготовки, было бы очень сложно.
Савьер был уже опытным путешественником, ставшим уже настолько ленивым, что лишний раз предпочитал себя не утруждать, и потому, оставив свою монаршую гордость ещё у подножия горы, преспокойно воспользовался услугой этого упрямого животного, чтобы с комфортом неторопливо идти в гору.
«Мне вы нужны оба через две недели в Порторо.» - сидя на спине ослика, принц набирал сообщения своим любимым дедушкам.
«Фифа еще не все наряды выгулял. И не успеет к этому сроку!» - пришёл незамедлительный ответ от его стариков-омег.
«Мне нужна помощь» - настаивал принц, и на его лице появилось упрямое, немного детское, выражение лица.
«Сам справишься!»
«Без вас нет!» - настаивал Савьер.
«Что у тебя?» - как будто чуть уступив внуку, его дедушка соизволил задать вопрос.
«Мне нравится один омега.» - быстро напечатал принц.
«И зачем тебе мы?» - ответ пришел так быстро, что Савьер подумал не скопировал ли он его из своих закромов - готовых на все случаи жизни списков фраз.
«Я хочу ухаживать за ним.»
«Ну и ухаживай.»
«Ты не понял...Он очень нравится мне.»
«Есть сложности?»
- Да, рептилия вас побери, есть! Ну что за вопрос, честное слово! - фыркнул в раздражении Савьер, и животное под ним подало характерный звук, будто почувствовав настроение седока и оставило кучу экскрементов на тропинке, как бы намекая, что он думает обо всех этих человеческих интригах.
«Да.»
«У него есть муж?»
«Нет!»
«Беременный?»
«Нет!» - всё больше раздражаясь, Савьер попытался дозвониться до деда, но тот сбросил звонок.
«Фригидный?»
«Нет же! Дай слово написать!» - покачнувшись на спине животного, Савьер с трудом удержался на его спине - дорога пошла резко вверх, и животное немного заскользило на мелком гравии тропы.
«Все легко - яхта, вино и афродизиак...»
«Дед!!!» - вторая попытка дозвониться опять провалилась.
- Что так сложно ответить?! - наорал Савьер на телефон.
«Полет на воздушном шаре, пикник на лесной поляне и жаркий секс под звездами.» - продолжали изводить южанина сообщения от дедушки.
«Дай мне шанс всё написать или возьми уже трубку!» - с силой тыкал раздраженный альфа по экрану телефона, набирая сообщение.
«Не возьму, я в бане! Дай ему денег!»
«Деда хватит! Он не такой!»
«Ой да знаю я этих не таких! Все они с Центрального Континента не такие!!!»
«Дед! Я буду ухаживать за ним согласно нашим традициям!»
«К чему столько возни ради какого-то бледного омеги. Подари ему комнату с украшениями и всё!»
«ДЕД!!!»
«Савьер, я подсуну ему первого встречного с кучей денег, и он сразу ему даст и будет с радостью сосать писю, и ты увидишь, что я прав. Просто купи его, и не напрягай своих старичков! Це-лу-ю!»
— Вот же упрямый осел! - ругнулся Савьер то ли на животное, которое под ним стало столбом и начало задумчиво жевать кустарник у дороги, то ли он имел в виду своего деда.
«Если бы он был таким, он бы сразу клюнул на меня. Но... Что если он так играет со мной? Вон даже Ананта из-за него, ведет себя странно... Нет. Он не такой!»
У плетёных ворот храма мужчину встретил невысокий с короткими каштановыми вьющимся волосами служитель. Молча, не смотря в глаза новому ученику, он взял уздечку и повел ослика обратно вниз по горе. Савьер же, поправив небольшой рюкзак, бодрым размашистым шагом пошёл к небольшому центральному зданию.
- Я отнесу ваши вещи в ту же комнату, которую вы всегда занимаете. - предложил помощь сморщенный, как сушеный финик, бета. Этот служитель храма был самым старшим. По его внешнему виду сложно было бы понять его возраст, он уже вошёл в тот период жизни, когда нет разницы во внешности если тебе 70 или 90.
- Спасибо. - сложив руки ладонями друг к другу, Савьер почтительно поклонился служителю.
- Ваш учитель тут. Ждет вас на южной террасе. - ответив на поклон принца лишь лёгким кивком, старик унёс вещи Савьер.
«Вот как?» - удивился южанин тому, что его учитель тоже тут. Пройдя между невысокими строениями к южному склону, он сразу увидел на небольшой террасе его. Ананта, уютно расположившись в плетёном кресле, неторопливо читал древнюю книгу - диск слюды, на котором были выцарапаны на древнем языке рептилий тексты.
- Мы так часто видимся в последнее время. - сев перед учителем на колени, Савьер поклонился ему.
- Простого приветствия было бы достаточно. - не поднимая глаз с книги, тихо ответил Ананта.
- Приветствую, мастер. - выпрямившись, принц с интересом смотрел на учителя, силясь понять изменилось ли в нём что-нибудь с момента их последней встречи или нет. Стал ли он ему соперником из-за Деви, или же есть другие причины, почему эта рептилия так странно себя ведет.
Но Савьер не увидел ничего нового. То же суровое выражение лица, тот же холод взгляда и те же металлические тона в голосе.
- Возьми. - протянул Ананта книгу, которую до этого читал.
- Я не понимаю тут ни чего. - рассмотрев диск, Савьер ничего не смог разобрать из написанного.
— Это язык Урду. Тут описана техника тренировки тела.
- Зачем мне это? - обескураженно посмотрел Савьер на учителя. И его можно было понять. Его тело было горой литых мышц - дикая животная сила.
- Твоё тело хилое. Как бы ты не опозорился, уронив своего парня, опорочив мою репутацию. - изящные тонкие белые пальцы поправили локон белоснежных волос, скользнули по скуле ниже и потёрли острый массивный подбородок.
«Учитель как будто бы нервничает» - удивился Савьер тому, что подмечал в Ананта, нежели тому, что тот сказал. Он уже привык к едким замечаниям рептилии и не реагировал на них болезненно. Тем более, что Ананта, в итоге, оказывался прав.
- Начни отжимания. - не встретив даже молчаливого бунта на свои слова, Ананта, сцепил пальцы рук на животе, стал как будто бы ещё более суров и серьёзен. - Не так! - недовольно взмахнул рукой советник. - Медленней... еще медленней. Куда ты торопишься, Савьер? Торопиться нужно только когда член вытаскиваешь из течного омеги, чтобы он не залетел. Во всех остальных случаях расторопность вредит! - резко поднявшись с кресла, Ананта передвинул его ближе к Савьер и, усевшись обратно, сложил на спину парня ноги. - Заново! - и Савьер показалось будто бы его скалой придавило. Какое там отжаться, он вздохнуть мог с трудом.
В нос Савьер забился свежий запах древесины, земли и еле ощутимый запах Ананта похожий на запах леса после грозы - свежий и приятный. «Если я не могу поднять тело с его ногами, я действительно слабак.» - согласился со словами мужчины Савьер и, стиснув зубы, начал пытаться отодрать своё тело от пола.
До самого позднего вечера, Савьер пытался хотя бы на миллиметр оторвать себя от пола - все тщетно. Ноги учителя удерживали его с такой силой, что казалась они расплющат спину принца. И когда учитель на закате убрал ноги с его спины, Савьер не смог не только пошевелиться, он дрожал всем телом, и всё тело испытывало сильнейшую жгучую боль в тех частях, о существовании которых темнокожий альфа даже не подозревал, даже сделать вдох было сущей пыткой.
- Твое молчание начинается сейчас. - слова учителя, показались Савьер сарказмом. Ведь ему даже слово сказать было бы сейчас нереально. - И продлится десять дней. Каждое утро ты кладешь своё тело на этот пол и только к закату солнца ты его поднимешь на вытянутые руки — это цель этого упражнения. В тот день, когда у тебя это получится, ты начнешь заново. Но будешь уже опускать тело из положения стойки на руках.
Какое там подняться, все десять дней Савьер не мог даже пальцем пошевелить. Так его тело после тренировки не болело никогда! И он уже стал подумывать, не от ревности ли его учитель загнал его молчать подальше от Порторо и решил дать такое сложное задание? И зерно сомнения, посаженное его дедом, начало медленно расти в его душе. И эта крошечная трещина начала медленно расползаться по массивному надежному мосту доверия, выстроенному с годами между учеником и учителем.
Как и сказал Ананта, за Деви приезжали аккурат к 16 вечера и к половине десятого утром. Всё это время темнокожий худой слуга выполнял все поручения Деви с неизменной равнодушной широкой улыбкой на лице. Но омега чувствовал, что за этой профессиональной сухой доброжелательностью скрывалась неприязнь к нему. Причины её, он не понимал. А ломать голову над этим, ему было скучно. Больше его занимала работа и сам дом.
И если в первые дни Деви скромно ходил по коридору до лестницы и там вниз до кухни и обратно. То потом осмелел и задержался у приоткрытой двери спальни. Там он заметил и выстроенного огромного дракона из конструктора, и открытую книгу со сказками на тумбочке, и приколотые к стене детские рисунки и звёзды на потолке, и отметки роста на дверном косяке. И этот уют, эта любовь в каждой вещи и в каждом рисунке на стене, совсем не вязалась с той картиной, которой сложилась у Деви в голове о владельце этого дома.
С любопытством, нагнувшись, он наблюдал за суетой муравьев в прозрачной коробке на столе в детской комнате. Задумчиво переходил от одного рисунка к другому, подмечая буйство красок и счастье сюжета. Вот тут все трое сидели на спине человека с белыми волосами, вот там этот же человек купает малышей, а другом рисунке все весело играют листвой у дома.
Одна только эта комната пошатнула уверенность в своём верном суждении о семье Ананта, и Деви потом весь вечер был настолько задумчив, что никакие вопросы дяди не могли его отвлечь.
В другой день он набрался наглости, по-другому уже и не сказать, и открыл дверь соседней с детской комнаты. И там замер перед натянутыми гирляндой веревочками, к которым были прикреплены фотографии обычными бельевыми прищепками - простенько, но очень мило.
И среди этих крошечных фотографий, как осколки чужой счастливой жизни, выделялась одна. Только на ней был советник. Сидя на крошечном стульчике, он, с легкой улыбкой на лице, которая делала его таким красивым, что дух захватывало, держал в одной руке книгу сказок для омег, и Деви не смог не улыбнуться, он тоже любил эту книгу, другую же руку альфы держал маленький паренек-омега и старательно красил на ней ногти. Его брат, полная копия первого, стоял рядом и наносил яркие румяна на бледное лицо мужчины. Волосы же этого сурового вне стен этого дома мужчины были уже разукрашены всеми цветами радуги и на голове красовался рог единорога.
Общее впечатление фото было таким, что Деви почувствовал зависть к тому, кто родил их. Ему захотелось, чтобы и его детей так же любил их отец.
Аккуратно прикрыв дверь, Деви чувствовал себя как вор, подглядывающий в окна. Но любопытство омеги уже стало выше такта не совать свой носик в чужие дела. И потому, он, уже ни сколько сомневаясь, решительно открыл дверь комнаты в той части коридора, где царила стерильная чистота. И то, что он сперва думал, будет гостевой, оказалось комнатой «самого его».
Первое что почувствовал Деви — это шок. Абсолютно белые стены, невысокая кровать, которая была сделана из поставленных друг на друга в два ряда паллет для груза, матраса в ладонь толщиной, с несколькими подушками аккуратно сложенными горкой, и одеялом сверху. Лёгкая светлая тюль на открытом окне слабо колыхалась от ветра. И больше в этой комнате не было ничего. Безликое пустое помещение, будто и не живет в нём никто. Будто и нет личности живущего в ней.
Медленно, нерешительно омега прошёл к кровати и еле ощутимо коснулся холода ткани.
«Он спит тут?» - с сомнением Деви наклонился и почувствовал легкий запах. «Это его запах. И еще один... горький... не тот, что в комнате с фотографиями.» Выпрямившись, Деви хотел было покинуть это унылое помещение, но дверца сбоку привлекла его внимание.
«Деви, не будет ли это слишком?» - несколько неуверенно прикусив ноготь на пальце, парень стоял в нерешимости, борясь с благоразумием с одной стороны и жгучим любопытством с другой. Ну кто бы мог устоять на месте Деви? Сложно сказать, тем более что он уже так далеко зашёл.
Смело парень подошел к двери и распахнул её. Как он и ожидал — это была гардеробная. Автоматически в ней включился свет, и Деви увидел напротив двери на манекене чёрные одежды советника, в которых он появлялся раз в год. Справа от него тянулась вереница одинаковых белых, с золотистой вышивкой, классического кроя Эмиин, многослойных халатов, слева - ничем не отличавшиеся друг от друга наборы чёрной одежды, самой обычной, джинсы висели снизу, сверху футболки и объёмные худи.
Но не это притянуло внимание Деви. Посередине комнаты на небольшой тумбе стояла светлого камня открытая шкатулка, и в её глубине переливалась красноватым отблеском флейта. Тронуть её Деви не решился. Так и стоял с любопытством её разглядывая, пока не услышал звук подъезжающей машины.
Бешено забилась сердце Деви, когда он опрометью бросился вон из комнаты Ананта. Пробежав в комнату, где он уже закончил свою работу и должен был бы собрать свой инструмент, он надел наушники, включил погромче музыку и начал делать вид, что старательно моет кисточки в растворителе.
Топот ног по лестнице был таким громким, что слышен был даже через музыку. И перед удивленным лицом Деви, в проёме двери, пихая друг друга, оказались два совершенно одинаковых парня. Их восторженные личики светились от смеси дикого восторга и радости.
Сняв наушники Деви, поприветствовал ребят.
- Привет!
- Привет! - хором произнесли омеги и неуверенно начали переминаться с ноги на ногу.
- Наверное, это для вас Ананта просил сделать комнату. - продолжая вытирать кисти, невозмутимо произнес Деви. Он не ожидал, что домочадцы приедут так рано, будучи уверен не встретить их в стенах этого дома.
- Да! - рыжий парень, тот, что слева, сделал уверенный шаг в комнату и протянул руку для пожатия. - Я самый ваш большой фанат, Ависена. - восторженно промолвил он, назвал второе, официальное имя Деви.
В излюбленной своей манере, лишь пальцами, Деви ответил на пожатие.
- Спасибо. Вам нравится? - Деви с интересом поглядывал на второго, который так и не зашел, но разглядывал его очень внимательно.
- Не то слово! Ади, что ты замер там! Смотри как круто!
И тот, которого назвали Ади, посмотрел наконец на стену, которую Деви украсил ярким рисунком.
- Только вы могли так это сделать! - не удержался Ади от похвалы.
- Простите, мы нагрянули раньше. - нежный чарующий голос донёсся из двери, и Деви увидел невысокого, невероятно стильного мужчину. Его яркие волосы, были чуть подкрашены у корней красным, создавая эффект пламени, жёлтые яркие глаза, были выразительны, пухлые алые губы и россыпь веснушек на лице, делали его невероятно притягательным. — Это мои дети. Ади и Васу. А я Вайне. - подойдя к Деви, омега взял его руку и крепко сжал ее в обоих ладонях. - Вы, наверное, устали. Как закончите, приходите на кухню, я приготовлю нам перекусить.
Близнецы же уже вовсю делали селфи у расписанной стены и обращали мало внимания на Деви с Вайне.
- Спасибо, но машина уже через минут десять приедет. - попытался Деви отказаться от предложенного гостеприимного предложения, подумав, что это лишь любезность.
- Я уже позвонил Ананта. И попросил его отменить машину. Он приезжает к пяти и сам отвезет вас. Поэтому спокойно собирайтесь, и не смущайтесь... - мигом заметив тень, пробежавшую на лице парня, Вайне поспешил его успокоить. - Он не такой страшный, как кажется. Да и я, очень хочу с вами познакомиться.
И в этом не было преувеличения. Вайне действительно заинтересовался тем, кто работал в его доме последние дни. Ведь когда он спросил о том, как продвигаются работы, в последний свой разговор с Ананта по телефону, тот произнес слово "парень Савьер" так, будто ядом плюнул. И рыжеволосый омега подхватив детей под руки, быстренько вернулся из отпуска пораньше на пару дней, чтобы воочию увидеть того, кто смог стать парнем Савьер, а также вызвать нотки ревности в голосе этого ледяного гиганта.
- Эээ... выбора, как я смотрю, уже нет? - с лукавой улыбкой спросил Деви, поняв, что придется задержаться.
- Нет! - похлопав Деви по руке, Вайне оставил его наедине с подростками и кисточками.
- А вы правда парень Савьер? - раздался звонкий голосок одного из парней.
«Васу, это точно Васу. Тот второй немного более упрямый и зажатый» - сходу начал различать парней Деви, что никогда никому не удавалось обычно.
- Васу, от куда такие слухи? - бросив ироничный взгляд на близнецов, он заметил, как личики обоих вытянулись от удивления.
- А как вы узнали, что я Васу?
- Ваш папа вас представил, почему я должен так быстро забыть ваши имена? - Деви аккуратно начал раскладывать инструмент в футляр.
- Мы же одинаковые! - подал голос Ади.
- Разве? - кинув футляр с кисточками в рюкзак, Деви посмотрел на близнецов. - У тебя Васу глаза смелые, почти дерзкие. А ты Асу - застенчивый и кажешься робким. Вы различны, как день и ночь. Сложно спутать.
Эти слова тут же превратили Деви в глазах этих подростков в кумира и самого почитаемого омегу, после родителей, конечно. И на первый этаж они уже спустились втроём и оба подростка с благоговением смотрели на своего новоявленного "бога".
Подъехав к дому, Ананта на минуту растерялся. Машина Вайне на месте, свет в доме есть, но тишина стоит удивительная.
- Отец, может они куда на такси поехали? - с удивлением смотрел маленький Ману на дом. Он так же, как и отец был озадачен тишиной.
- Пойдем глянем.
Открыв дверцу машины, Ананта помог сыну спрыгнуть на гравий, и они вместе пошли к дому, настороженно прислушиваясь. Тихо они приоткрыли дверь, и спокойный приятный тембр голоса с кухни достиг их ушей.
- Когда меня отчислили с университета, рисовать манга было моей первой работой. - отвечал Деви на вопросы о начале своей карьеры.
- Любовь и судьба. - подперев щёки руками, смотря на Деви блестящими глазами, спокойно говорил Ади. И в его голосе, как и в жестах не было обычной нервозности.
- Да. - чуть улыбнувшись, Деви, принял из рук Вайне чашку с чаем.
- Я влюбился тогда в ГГ. Вы его нарисовали таким, как я и думал, когда читал роман. - так же, как и брат, Васу сидел напротив Деви, подперев личико руками.
- Мне было очень сложно передать его образ. Я так нервничал. Я перерисовывал его двадцать семь раз. И всё равно, в итоге, в публикации мой первый вариант.
Слыша такой спокойный диалог, оба альфы замерли в шоке в дверях столовой.
- Кто этот святой? - тихо шепнул маленький Ману, дернув отца за рукав.
- А вот и наши альфы! - широко улыбнулся Вайне замершим мужчинам. - Давайте быстрее к столу, как раз вас ждали. - поманил их рукой Вайне и оба, как-то скованно, прошли на кухню и заняли обычные свои места.
И так получилось, что Деви оказался по правую руку Ананта рядом с ним. Весело и шумно Вайне с близнецами начали накрывать на стол, рассказывая о том, как провели свой отдых. И в какой-то момент Ману тоже присоединился к этому разговору всячески притягивая внимание отца к себе.
- А еще я собрал целое ведро маленьких рачков! Вот такусеньких. - ещё не лишённые детской пухлости пальчики показали перед носом отца расстояние с сантиметр.
- Да, и потом он запустил их нам в кровати! - возмущено сдал с потрохами своего брата Васу.
- Ой, да ладно, вы их сразу заметили... - махнул рукой на братьев, малыш, навалившись грудью на стол, взял с блюда нарезанную ломтиками морковь.
- Ману. - немного с укором посмотрел Ананта на сына.
- Что Ману? Они тоже мне песка насыпали по утру в волосы! - пожаловался малыш и захрустел сочной морковью.
И эта семейная идиллия, такая обычная со своими жалобами, спорами и разговорами, поразила Деви до глубины души. В особенности, взгляд Ананта, когда он смотрел на детей, был невероятен. Столько теплоты, столько бесконечной родительской любви. Казалось нереальным, что тот, кто сейчас сидит с ним рядом, и тот, кто вёл на золотистой цепи раба один и тот же человек. Как это возможно, спрашивал себя Деви. И его голос, низкий бархатистый, ласкал слух и вызвал странную дрожь внутри тела черноволосого омеги.
Но стоило им только сесть в машину и отъехать на пару метров от дома, лицо советника опять приняло это неприятное выражение из смеси высокомерия и холодности. «Он добр и ласков только с детьми. Даже на Вайне он смотрит равнодушно.» - робко Деви поглядывал на мужчину рядом, силясь найти в нем отголоски того мужчины, который сидел с ним за столом в кругу своей семьи. Но не находил его.
- Закончите образование и через неделю после этого в среду приходите в министерство в 10. - сказал Ананта, и опять повеяло холодом от него.
- Хорошо, - кивнул Деви. И опять тишина. - Вы и правда Савьер на десять лет «вздрючили»? - набравшись смелости спросил омега и тут же пожалел об этом.
- Уже сожалеете? - резкий ответ, точно плеть, рассек воздух в машине, и Деви захотелось вжаться в сиденье ещё глубже. - Извините. – осознав, что вопрос был бестактным, Ананта поспешил извинится. Но тон его был так груб и резок, что лучше бы он молчал.
- Остановите, чуть раньше. Вот тут. - указав на автобусную остановку попросил Деви.
- Почему? - припарковав машину у обочины, Ананта посмотрел на Деви. И омеге показалось, что в машине, как будто бы, стало меньше места.
- Дядя просил купить сладостей к завтраку. - нервно сглотнув, осипшим голосом промямлил Деви. И пятнами пошел, осознав, насколько сексуально он прозвучал в тесном салоне небольшого автомобиля.
Нервно кашлянув, омега схватился за ремень безопасности и судорожно попытался отстегнуть его. Но то ли руки стали непослушными, то ли замок заело, но у Деви ничего не получалось сделать. И только когда длинный тонкий палец нажал на кнопку, замочек тут же разблокировался и ремень уехал в сторону.
Хорошего вечера - с трудом выдавил из себя Деви, и всё ещё дико краснея, вывалился на улицу. И там, ссутулившись, прижав рюкзак к груди, быстро пошёл в сторону небольшой кондитерской.