Глава 4.
Для некоторых смерть является окончанием, для других – началом нового пути.
Смерть может придти внезапно или на протяжении долгих лет, которая несёт за собой тихую разлуку и горечь утраты. Многих рассматривают её, как переход в другое состояние, в то время, как я вижу в ней финал всего существующего.
Каждый из нас рано или поздно с этим сталкивается, и в этот момент мы осознаём, насколько драгоценна жизнь и как важно ценить каждый момент, проведенный рядом с теми, кого мы чертовски любим и ценим всем сердцем.
Дьявол не смог напугать меня смертью и тогда сказал мне: держать всех на вытянутой руки, а потом взять и рядом с каким-то человеком руки опустить. Я сдалась так быстро, что не успела даже одним глазом моргнуть. Меня больше нет?
Внезапная вспышка и я медленно открываю глаза и понимаю, что меня окружает яркий свет. Он ослепляет, словно пучки солнечных лучей, пробивающиеся сквозь занавески. Моя голова пульсирует, как будто в ней звучит музыка, но это не мелодия, а скорее ритм неприятной боли.
Я пытаюсь собраться с мыслями, но это происходит так, как будто ловлю облака на ветру, они ускользают и снова исчезают. С трудом моя рука тянется к затылку и я чувствую что-то влажное. Это что кровь? Я жму глаза, чтобы привести себя в хоть какие-то чувства.
Сильный запах металической крови смешивается с чем-то сладким. Постепенно звуки окружающего мира доходят до меня, но это оказывается голос, до жути знакомый голос. Я принимаю несколько глубоких вдохов, пытаясь сосредоточиться и осмотреть, где нахожусь.
Спустя пару минут тёмное облако полностью меня покидает, когда лёгкая ладонь накрывает мой мокрый лоб. Мой взгляд начинает фокусировать и я сталкиваюсь с белоснежной кожей и ярко выраженными голубыми глазами, напоминающими светлое небо.
– Господи, ты меня напугала, – бормочет блондинка, присаживаясь на край кровати.
Я нахожусь в своей комнате, а точнее по-прежнему нахожусь в общежитии, что уже меня довольно радует. Остаётся один вопрос, что чёрт возьми она тут забыла?
– Как долго я была без сознания? – пытаюсь говорить, как можно вежливее, чтобы не перейти на душераздирающий крик.
– Если честно, сама не знаю, – девушка пожимает плечами, – Я пришла минут двадцать назад и обнаружила тебя на полу в ванной, я очень за тебя испугалась и хотела уже вызывать скорую, но, – не успевает договорить.
– Нет, никаких врачей, со мной всё прекрасно, – тараторю и резко вскакиваю с кровати.
– Эй, тебе нельзя вставать! – ругается.
– Как ты узнала, где я нахожусь? – мой голос становится грубее.
– Ты пропустила две лекции, поэтому я стала волноваться, – вздыхает, – Потом я подошла к Алестеру узнать, где ты, потому что вы вдвоём пропали в один момент, он сказал, что у тебя заболела голова и ты пошла в общежитие. –
Сердце колотится у меня в груди, как будто хочет вырваться наружу. Каждый звук кажется громким, буквально заглушая каждое произнесенное ею слово. Я прижимаю губы, стараясь не дать волю подступающим слезам.
– Продолжай, – делаю глубокий вдох.
– Я уговорила посмотреть охранницу твоё имя в списке и назвать номер комнаты, – Лина отводит от меня взгляд, – Я правда долго стучала, но ответа всё не было, поэтому пришлось шпильк.. –
Моё терпение лопнуло, мне больше не хотелось слушать заманчивую историю о том, как человек взламывает мою дверь. Историю о том, как она вторглась в моё личное пространство. Я не просила о помощи, не просила меня спасать.
– Уходи, – указываю пальцем на выход.
– Алисия, прости пожалуйста, – на глазах блондинки появились слёзы.
– Мне не нужны извинения, – подхожу к двери и открываю её нараспашку.
– Алисия, выслушай, – умоляет, – Я испугалась, подумала, что Алестер тебе что-то сделал, мне нужно было удостовериться, что с тобой всё хорошо, прости меня, если сможешь.
Теперь я окончательно поняла, что доверять людям огромный риск, который закончится болью. Я научилась быть настороженной и закрытой. Мои мысли скептичны, я не спешу открывать своё сердце. Каждый раз, когда кто-то пытается войти в мою жизнь, внутренний голос шепчет, что лучше держаться на расстоянии.
Искренность и беспокойство единственное, что можно в ней подчеркнуть, но это не давало повода взламывать мой замок, и плевать, что моё тело сдыхало на холодном полу в ванной. Это далеко не её забота. Я не хочу больше переживать предательства. Я вижу, как легко люди обманывают, как легко рушатся мечты о близости и взаимопонимании. Я выбираю защищенность, пусть даже с ценой одиночества.
– Уходи, – бегло вытираю накатившиеся слёзы.
Девушка незамедлительно хватает свою сумку и наконец покидает мою комнату. Когда дверь закрывается за ней, я чувствую, как что-то внутри меня обрывается. Мир становится безразличным, все звуки начинают отдаляться.
Не в силах сдержать свои эмоции, я скатываюсь на пол рядом с дверью. Душераздирающее чувство поглощает меня и слёзы скатываются по моим щекам, как сплошной водопад.
Люди – самая главная причина моей пустоты. Словно кран открылся, и вся моя боль вымещается с каждым глотком воздуха.
Я сидела на полу, обнимая колени, и мысленно возвращалась к тем моментам, когда ещё была ребёнком. В голове всплывали слова моей мамы, звучащие в ушах, как старая, но любимая мелодия. Она всегда говорила: «Никогда не сдавайся, даже когда кажется, что всё против тебя». Эти простые слова были, как маяк, освещающий мой тусклый путь.
Я помню, как мы вместе гуляли в парке. Мама, смеясь, указывала на людей вокруг, говорила, что каждый из них – это свой лучик света. «Каждая встреча имеет смысл, даже если ты этого не видишь», – повторяла она. Её вера в людей и мир казалась безграничной, и я впитывала её слова, словно губка.
Сейчас, в этой мрачной комнате, я ощущаю ту самую светлую надежду, которую она передавала мне. Я понимаю, что людей в нашей жизни действительно много, и каждый из них может вдохновить и поддержать, если мы позволим им это сделать. Мамина мудрость или как для меня кажется наивность вновь крепко обнимают меня, и я чувствую, как силы возвращаются.
Взгляд упал на старый блокнот, который пылился на полке. Он был полон воспоминаний из времён заточения. Я потянулась к нему, открывая его с осторожностью, как будто это было что-то хрупкое. Лист, за листом, я перебирала страницы, чувствуя, как крошечные фрагменты пробуждаются внутри меня.
Наполненная эмоциями, я взяла в руки карандаш и начала рисовать. Мои линии были хаотичными, рисунки странными и неуправляемыми, но только сейчас я почувствовала прилив свободы. Я рисовала всё, что приходило в голову: абстрактные формы и искривлённые фигуры. Это был способ выразить то, что долго держалось внутри меня.
Каждый штрих позволял освободиться от гнева, страха и печали. Я разбивала свои чувства на черно-белые изображения, превращая бурю внутри себя в маленькие, но значимые вырисовки. Мне все равно чего-то не хватало.
С трепетом я проткнула кончик пальца иголкой. Боль была резкой, но я не отвела взгляда. Капелька крови появилась, она пела мне свою невидимую песню. Я решила, что преобразую свою боль в некое искусство.
Скоро на моём листе бумаги начали появляться ничего не значащие линии, постепенно превращаясь во что-то большее под влиянием красного оттенка. Да, я рисовала кровью, почувствовав, как каждая капля уносит с собой часть моего внутреннего крика.
Мои движения становились всё более уверенными. Я тратила всю свою сосредоточенность на создание узоров, которые отражали всё, что было внутри. На бумаге возникали удивительные образы – рисунки, рождённые из боли и страсти. Хоть они и были с перечеркнутыми глазами и рогами, но я видела в них то, что не смогла бы объяснить словами.
В голове вертелись вопросы, но ответа не было даже на один. Возможно, что разговор с профессиональным психологом поможет мне понять, почему меня тянет к тёмным уголкам моего сознания. Возможно, это и есть моя истинная суть, которую просто нужно принять.
Единственная причина, по которой не хотелось идти к неизвестному человеку за помощью – это психушка. После беседы со мной, один рассказ о своей никчемной жизни и меня бы тут же отправили бы в белую палату с решётками на окнах. У каждого есть скелеты в шкафу и свои тараканы в голове, глупо отрицать этот факт.
Захлопнув перед собой блокнот, моё тело погрузилось в долгий сон, который был так необходим. Смогу ли я измениться и жить нормальной жизнью, как остальные? Определено нет. Понадобятся годы или даже целая вечность, чтобы стать здравомыслящим человеком, но у меня нет столько времени.
Если это разобьёт вам сердце, но откроет глаза, то считайте это победой.