ГЛАВА 17. ХВАН МИН ДЖУ
Отец с дядей стали о чём-то спорить, а у меня из головы не выходил образ Ми Ёны: широкие сине-лиловые глаза до сих пор ассоциировались со звёздным небом, потерявшим свою луну; длинные шелковистые волосы, даже в темноте имеющие сиреневый перелив; небольшие губы, напоминающие сердечко и ровная осанка, показывающая внутренний стержень. Сейчас понимаю, что не против был с ней посидеть и поговорить. Она, вроде бы, не чужой мне человек. Или мне так кажется?
– С кем ты разговаривал, Хван Мин Джу, – грозно произнёс отец, которого, видимо, раздражала сложившаяся ситуация. Не удивительно, ведь его единственный сын оказался связан неизвестно, для него, с кем. Я бы, наверное, тоже ударился в негодование.
– Всех и не упомнить, – отвечаю достаточно спокойно, при этом осознавая, что прядь поменяла цвет после встречи с принцессой Бунно. Кроме неё разговоров ни с кем не вёл, но отцу об этом опасно рассказывать. Мало ли, как он отреагирует на то, что я связан с дочерью вражеской стороны. Смешная история выходит с помощью матушки-Судьбы.
– Собрался шутки со мной шутить?
Его голос оброс грозностью, из-за чего даже стало немного страшно, только это никак меня не задело. Больше было интересно, как можно встретиться с девушкой, чтобы обсудить нашу связь.
Отец, видя, что изменение цвета меня никак не волнует, стал ещё раздражительнее. Неужели думает, что сможет таким способом меня запугать? Я уставший после дороги. Чего пытается добиться?
– Произнесение правды для тебя является шуткой?
Он тяжело вздыхает, отворачиваясь к стене, где висел портрет предыдущего правителя – его отца и моего дедушки, которого ни разу не видел. Моё спокойствие же резко сменилось на переживание. Нужно было срочно обсудить произошедшее на озере с человеком, которому доверяю, и это был Мо Ли.
Отец во время моих размышлений о том, как преподнести дяде информацию, стал вспоминать историю образования нашего государства. Он почитал создательницу, а мне она казалась эгоистичной и избалованной. Но правителя не убедить ведь в обратном, поэтому продолжал молчать, слушая историю уже, наверное, в сотый раз за свои несколько лет осознанной жизни.
К закату повествование закончилось, нотации по поводу моей беспечности прекратились, наступила драгоценная и долгожданная тишина. Дядя не покинул кабинет вслед за отцом, как будто чувствуя, что мне нужно с ним поговорить. И именно в этот момент настрой испарился, словно лужица в солнечную погоду.
- Кто она? – повернувшись к окну, спокойно произнёс мужчина. Его короткие белые волосы лежали в беспорядке, военная форма оказалась помятой, на лице застыла усталость и желание отоспаться. В быстром темпе, видимо, собирался.
- О ком вы, дядя?
Сердце пропустило несколько ударов. Теперь появились вопросы: а могу ли ему доверить свою тайну? Обязан ли он доложить обо всём правителю? Или стоит соврать? Клубок слишком быстро и сильно запутался, хотя совершенно недавно казался одиночной нитью.
- О девушке, которая оказалась твоей судьбой.
Его спокойствие казалось подозрительным. Либо блефует, либо на самом деле настолько проницателен, что заметил всё раньше, чем я успел хотя бы подумать об этом разговоре.
Моё молчание разлилось на несколько долгих минут, сплетясь с отступившим доверием. То, что нужно обнародовать, может вызвать большие распри между нашими государствами. Мо Ли же ждал от меня ответов, а мне было страшно говорить правду, которая могла обернуться против меня. Как же сложно принимать взвешенное решение в подвешенных ситуациях.
- Мы можем простоять тут несколько дней, если тебе хочется. Но правда сейчас важна. И Ро Ун ничего не узнает.
- Хочется верить, что всё останется между нами, но в это не сильно верится.
Хоть дядя и являлся одним из самых близких людей короля, слухи о нём ходили разные. И только сейчас я задумался, а не является ли правдой то, что он – бывший шпион, сбежавший в попытке сохранения своей жизни?
- Понимаю. Слухи у кого угодно убьют доверие, но почему тогда твой отец не отправил меня в темницу? Почему я стал для него братом, а для тебя – дядей?
Хорошие вопросы, на которые ответ был виден сразу. Или это манипуляции? Как же быть7 Что делать?
- Мне продолжить играть провидца? Или включить манипулятора, чтобы вытащить из тебя хоть какую-то информацию? – жёстко спросил Мо Ли, сев на край стола: руки сложены на груди, голова слегка опущена. Поза кажется расслабленной, но я знаю, что он начинает злиться. Видимо, стоит рассказать всё, что случилось за эти несколько часов.
Правда вырвалась с тихим скрежетом, ударив в грудь колющим предметом. Иногда сказать или принять истину намного сложнее, нежели соврать. Вот и у меня сложилась ситуация, в которой хотелось преподнести только ложь, но уважение к мужчине не позволило это сделать.
Капрал, внимательно всё выслушав, не стал ничего говорить, но пообещал, что я смогу обрести счастье. Только как?