Третий лишний?

На то, что­бы быс­трень­ко сбе­гать в свою ком­на­ту и при­нес­ти лю­бимую кни­гу гос­тю, у Пат­ри­ка вре­мени уш­ло мень­ше, чем у его ма­тери. По­это­му он быс­трее по­казал Блэ­ку кар­тинку с изоб­ра­жени­ем ска­зоч­но­го пер­со­нажа. Кар­тинка пон­ра­вилась муж­чи­не и он, вни­матель­но рас­смот­рев одеж­ду на ри­сун­ке, дос­тал из кар­ма­на френ­ча не­боль­шую и тон­кую па­лоч­ку и, взмах­нув ею, про­из­нёс не­понят­ные сло­ва. Пат­рик во все гла­за смот­рел на Блэ­ка, пред­вку­шая уви­деть чу­до на яву, во­очию, так ска­зать…

   Когда Мари вернулась с большой стопкой журналов в руках, то увидела на своей кухне высокого мужчину в синих, широких шароварах, пёстром длинном халате и с цветной, намотанной на голове, чалмой, в правом ухе у него висела большая, достающая до плеча, серьга, а за широким поясом торчал огромный кинжал. А вокруг него прыгал, захлебывающийся от смеха и восторга, её сын. Журналы выпали из рук женщины и она застыла в проёме двери.

— Мамочка, — увидев мать, бросился к ней Патрик, — мамочка, посмотри, он как настоящий! — он схватил мать за руки и потащил её к, рассматривающему самого себя, гостю. — Мамуль, ну пусть он пойдёт так? Это же классно! — умоляюще сложил ладошки мальчик.

Мари, расширенными от удивления глазами, смотрела на мужчину и честно пыталась не рассмеяться, но не выдержала и расхохоталась так звонко и заливисто, что казалось, неподалёку зазвенели серебряные колокольчики. Обнимая сына, она сквозь смех и утирая слёзы с глаз, произнесла:

— Это, конечно, классно. Но, сынок, мы же не в Бразилии на карнавале. Нас ни в один автобус не пустят. И ещё, вдобавок, вызовут неотложку, — она уже успела переодеться в светлые лёгкие брючки и белую тонкую рубашку с короткими рукавами и распустила волосы.

— А что? Мне нравится. — сказал Блэк, — только вот это и это убрать, — он дотронулся рукой до серьги и кинжала и они тут же исчезли.

— Нет, мистер Блэк, Вы так не пойдёте, — успокаиваясь, возразила ему хозяйка, не показывая своего удивления от его действий, — Нас, вместе с Вами тут же, как только мы выйдем из дома, отправят в психбольницу. Вот я принесла кучу журналов, правда они в основном для женщин, но и для мужчин в них тоже кое-что есть. Вы пока посмотрите, выберите наиболее приличный костюм, а мы пойдем - Патрику надо переодеться. Пошли сынок. Не будем мешать нашему гостю выбирать себе одежду.

      Она взяла недовольного сына за руку и вышла с ним из кухни. Когда они зашли в комнату Патрика, женщина прислонилась спиной к двери и закрыла глаза.

— Мамочка, что случилось? — обеспокоенно спросил мальчик. — Тебе плохо?

— Нет, сынок, всё нормально. Просто от всего этого голова закружилась.
Скажи, — она взяла за руки сына и заглянула в его глаза, — тебе понравился этот…человек?

Патрик пожал плечами и, немного подумав, сказал:

— Не знаю, я же его ещё не знаю. Ты же сама говорила, что нельзя оценивать человека с первого взгляда.

— Ну, да ладно, — вздохнула Мари. — Вот пообщаемся с ним сегодня и посмотрим, что он из себя представляет. Можем ли мы довериться ему. Давай переоденься и нам пора выходить. И так много времени потеряли, — она погладила сына по голове и вышла из комнаты.

      Мари привыкла доверять людям. Её ещё ни разу не обманывали и не предавали, но этот маленький мальчик с младенческих лет был предан самыми родными людьми. Она поверила словам этого странного человека, о том что он переживал и искал своего крестника. Но как довериться незнакомому человеку? И не просто довериться самой, а доверить самое дорогое что есть у неё в жизни. Своего сына! Мари была умной и рассудительной женщиной и поэтому решила, сначала присмотреться к мистеру Блэк, а потом решать, достоин ли он их с сыном, доверия. В душе она понимала, что ей придётся расстаться на время с ребёнком, но принять это было тяжело и трудно. Постояв немного около входа в кухню, она глубоко вздохнула и толкнула рукой дверь.

      За столом сидел молодой красивый мужчина в тёмно-синих джинсах и белой рубашке без пуговиц. Он рассматривал журнал мод, заметив вошедшую в комнату хозяйку, поднялся с места и развёл руки в стороны, показывая свой новый наряд.

— Да, — сказала Мари, пряча за улыбкой свои страхи, сомнения и даже небольшую ревность. — так намного лучше. Вы прямо как с картинки журнала.

— Вам нравится это? — спросил облегчённо Блэк, — А я уж думал, что и это неправильно.

— Почему же неправильно. Нормально для прогулки, — она пожала плечами и чтобы успокоиться стала складывать в стопку журналы. — Конечно, надо было бы сперва узнать, зачем же Вы всё-таки прибыли к нам и чего хотите. Но сегодня день рождения Патрика и я не хочу портить ему праздник. Поэтому прошу Вас, давайте не будем говорить о Ваших делах. Пока не будем.

— Конечно, давайте не будем. Я не меньше Вашего хочу чтобы у мальчика был настоящий праздник, — ответил Блэк.

       Это был самый замечательный день рождения в жизни Патрика. Конечно, они и раньше с мамой в этот день ходили по разным развлекательным для детей местам, но сегодня с ними был ещё и этот смешной, и на удивление, мировой и необыкновенный человек. Он открыто, как ребенок, удивлялся всему - даже простой поездке на автобусе до Центрального зоопарка. Там, уже практически около входа, Мари неожиданно охнула.

— Мистер Блэк, мы не сможем пройти все вместе в зоопарк, — огорчённо сказала она.

— Почему?

— У нас только два билета, — ответила Мари доставая из сумочки два красочно оформленных кусочка бумаги.

— А купить ещё один нельзя? — расстроенно спросил Патрик, ему понравилось объяснять этому мужчине, разные обычные вещи.

— Можно, но… — замялась Мари, — у нас не так много денег. Если мы купим ещё один билет, то нам может не хватить на мороженое.

— Ну и ладно, что я мороженного никогда не ел что ли? — решительно произнёс мальчик. — Иди, мам, покупай билет. А мы здесь подождём.

      Мари посмотрела на сына и увидела решимость в его глазах, кивнула головой и пошла к кассе за билетом для гостя.

      Блэк смотрел вслед женщине, а потом, присев на корточки перед мальчиком, спросил:

— Гарри, ох, прости, — увидев удивлённый взгляд крестника, — Патрик, я так понимаю, что у вас с мамой не очень много денег?

— Мама же работает воспитателем, а им не платят много, — пожав плечами ответил Патрик, — а те средства, что ей выплачивает опекунский совет на меня, она не трогает. Говорит, что они мне ещё пригодятся. Но нам хватает. Я не прошу у неё много. А что?

— Как думаешь, примет она мою помощь?

— Не знаю. Мама даже у бабушки с дедушкой денег не берёт и не позволяет им делать мне дорогие подарки.

— Но я твой крёстный, я просто обязан помочь и твоей маме, и тебе! — воскликнул Блэк.

— В смысле, Вы мой крёстный? — забирая свои ладошки из рук мужчины, удивлённо спросил Патрик.

— Прости, мы с твоей мамой решили пока не говорить тебе об этом. А я проболтался.

— Пока не говорить? И да какого времени будет это — пока? Пока я не вырасту большим? — отходя от мужчины, вздёрнув голову кверху и убирая руки за спину, спросил мальчик.

— Нет, что ты! Толь­ко до се­год­няшне­го ве­чера, — ви­нова­то от­ве­тил Блэк. — Мы прос­то не хо­тели пор­тить те­бе праз­дник.

— А по­чему вы ду­ма­ете, что ес­ли я уз­наю, что у ме­ня есть крёс­тный, это ис­портит мне праз­дник? Мо­жет быть на­обо­рот?

— Прос­ти, сы­нок, — про­из­несла по­дошед­шая к ним Ма­ри, она слы­шала пос­ледние сло­ва сы­на, — это я поп­ро­сила мис­те­ра Блэ­ка не го­ворить те­бе по­ка ни о чём, до се­год­няшне­го ве­чера.

— Ма­ма, ты же са­ма ме­ня учи­ла, что умол­ча­ние ху­же об­ма­на, — оби­жен­но от­ве­тил Пат­рик.

— Прос­ти, сы­нок, я прос­то ис­пу­галась что ты, ког­да уз­на­ешь всю прав­ду о се­бе, …ты за­хочешь уй­ти с этим че­лове­ком. И я хо­тела, хо­тя бы этот день про­вес­ти с то­бой.

— Ма­моч­ка, — маль­чик об­нял мать за та­лию, — ка­кую бы прав­ду я не уз­нал, я те­бя ни­ког­да не ос­тавлю. Ты са­мая род­ная, до­рогая и единс­твен­ная моя ма­ма! А крёс­тный? Это же хо­рошо, ког­да есть крёс­тный. Я не про­тив, — он улыб­нулся и лу­каво пос­мотрел на, по­терян­но сто­яв­ше­го и смот­ревше­го на них, муж­чи­ну. — Ну ты ку­пила би­леты? Идём же смот­реть жи­вот­ных? — он взял за ру­ки и ма­му, и крёс­тно­го и по­вёл их к во­ротам зо­опар­ка.

      Жи­вот­ные в этом зо­опар­ке не на­ходи­лись в за­пер­тых клет­ках. Они сво­бод­но хо­дили в зак­ры­тых воль­ерах и не­одоб­ри­тель­но пос­матри­вали на дву­ногих жи­вот­ных, ко­торые приш­ли раз­влечь их. Здесь бы­ли поч­ти все жи­вот­ные, ко­торые оби­та­ют не толь­ко в пре­делах Бри­тан­ско­го ос­тро­ва, но и на дру­гих кон­ти­нен­тах Зем­ли. Си­ри­ус, как и его крес­тник, с лю­бопытс­твом рас­смат­ри­вал тво­рения при­роды. Не­кото­рых жи­вот­ных он знал, они и в вол­шебном ми­ре есть, а не­кото­рых ви­дел в пер­вый раз. Вот, нап­ри­мер, шим­панзе вол­шебник не ви­дел да­же на кар­тинке, и стра­уса не ви­дел. А оле­ня наз­вал «со­хатым». Но Ма­ри ска­зала, что в на­роде «со­хатым» на­зыва­ют боль­ше ло­ся, чем оле­ня. И Си­ри­ус рас­сме­ял­ся, но не ска­зал по­чему. По­том они заш­ли в сер­пента­рий. Здесь за стек­лянны­ми стен­ка­ми на­ходи­лись прес­мы­ка­ющи­еся. На­чиная от са­мых ма­лень­ких яще­риц и за­кан­чи­вая пя­тимет­ро­вым пи­тоном, ко­торый ле­ниво ле­жал на брев­не и, по-ви­димо­му, спал.

      Пат­рик по­дошёл к са­мому боль­шо­му тер­ра­ри­уму, в ко­тором не­жил­ся в лу­чах ис­кусс­твен­но­го сол­нца ог­ромный змей. Тот, под­нял го­лову и пос­мотрел на маль­чи­ка.

— При­вет, — про­шеп­тал Пат­рик.
— При­вет, — от­ве­тил ему змей.
— Ты ме­ня по­нима­ешь? — не уди­вил­ся маль­чик.
— Ты же то­же ме­ня по­нима­ешь, — ус­лы­шал Пат­рик.
— Те­бе, на­вер­ное, скуч­но здесь? — спро­сил он.
— С че­го бы это мне бы­ло скуч­но? Ме­ня здесь каж­дый день раз­вле­ка­ют дву­ногие.
— А раз­ве те­бе не хо­чет­ся на во­лю?
— За­чем? Ме­ня здесь кор­мят и мне теп­ло и су­хо.

— Пат­рик, ты что де­ла­ешь? — к маль­чи­ку по­дош­ли Ма­ри и Си­ри­ус.
— Ни­чего, — по­вер­нулся к ним Пат­рик, — прос­то по­гово­рил со зме­ем. Он ока­зыва­ет­ся та­кой ле­нивый. Не то что на­ши змей­ки в по­лисад­ни­ке.

— Пат­рик, опять эти твои фан­та­зии. Я те­бе уже го­вори­ла, что змеи не уме­ют раз­го­вари­вать. У них прос­то нет тех ор­га­нов, ко­торые нуж­ны для про­из­но­шения слов.

— А они и не го­ворят сло­вами, как лю­ди, — на­бычил­ся маль­чик, ви­димо это не пер­вый его спор с ма­терью по это­му по­воду.

— Ты смог по­нять, что он те­бе ска­зал? — обес­ку­ражен­но спро­сил Блэк.

— Ко­неч­но смог. Он ска­зал, что ему здесь хо­рошо и он не хо­чет на во­лю. Я же го­ворю, ле­нивый и жир­ный змей.

— А ты то­щий и на­халь­ный че­лове­чес­кий де­тёныш — ус­лы­шал в от­вет Пат­рик…