𝟖: 𝐈𝐭'𝐬 𝐖𝐡𝐚𝐭 𝐖𝐞'𝐫𝐞 𝐇𝐞𝐫𝐞 𝐅𝐨𝐫
Это то, ради чего мы здесь
Так много слез от парня-подростка. Вайолет никогда не видела, чтобы парень ее возраста так сильно плакал, особенно в присутствии друзей. Пусть даже, они и уединились в спальне Вайолет после того, как заперли Женевьев с помощью заклинания, но все равно, слишком много слез. Тем не менее, она знала, каково это, не то чтобы у них были похожие ситуации, но все же.
— Скорп... — Крессида провела рукой по спине Скорпиуса, пока тот горько плакал. -... У этой идиотки абсолютно нет собственной жизни, так зачем же ты проливаешь драгоценные слезы из-за глупых слов?
Джин повернулся и щелкнул пальцами в сторону Томаса, подавая сигнал принести еще один платок для Скорпиуса. Томас стал лихорадочно оглядываться по сторонам, и Вайолет хмыкнула, доставая из-за его спины салфетку и протягивая ее Джину.
— Я не понаслышке знаю, что ты, должно быть, чувствуешь себя преданным. — Вздохнула Вайолет, подошла к Скорпиусу и взяла в ладони его залитое слезами лицо. — Но ты должен знать, что ни в чем из этого нет твоей вины. Ты ни за что из этого не отвечаешь, ты выше всего этого дерьма!
Скорпиус крепко зажмурился, позволяя еще большему количеству слез скатиться по его щекам на руки Вайолет. Он поднял руки и обхватил ими ее запястья, пряча лицо в ее ладонях. Ему действительно нравилась Вайолет во многих отношениях, но то, что она делала прямо сейчас, — это все, о чем он мог попросить, и все, что ему было нужно.
— Ну-ка, посмотри на меня. — Скомандовала Вайолет, качая головой. — Ты должен посмотреть на меня и встать! Ты сильнее этого, и тебе нужно поднять голову и показать всем этим придуркам, что их шепоты и взгляды тебя не волнуют! Скорпиус, ради Мерлина, ты же Малфой! Они должны бояться и уважать тебя!
— Спасибо. — Хныкнул он, оглядываясь на всех остальных, кто окружал его, обеспокоенными глазами. — Вам всем спасибо.
Томас сел рядом со Скорпиусом на кровать Вайолет и сжал его плечо.
— Это то, ради чего мы здесь, чувак. Со времен утробы матери мы стали друзьями навеки.
— И теперь Ви с нами. — Крессида засмеялась сквозь слезы и поцеловала Скорпиуса в макушку. — Мы все здесь ради тебя, пока не умрем.
Раздался еще один, более громкий стук в дверь, и Джин сердито встал, думая, что это снова Женевьев. Он ругался, открывая дверь, но сразу же замолчал.
— Профессор Малфой, здравствуйте.
Вайолет повернулась к двери и увидела Драко, стоящего в дверях с Асторией позади. На их лицах было написано беспокойство, и Астория вбежала первой, небрежно отталкивая Вайолет в сторону, чтобы схватить Скорпиуса. Блишен усмехнулась и отступила назад, чувствуя, как ее спина с глухим стуком ударилась о грудь Драко.
— Извини. — Прошептала она, но ощутила, как его рука обхватила ее за талию и притянула спиной ближе к своей груди. — Что ты делаешь? — Ее голос заглушался рыданиями Астории и ее громкими извинениями.
— Спасибо, что позаботилась о Скорпиусе. — Прошептал он, откидывая ее волосы назад, чтобы его губы смогли коснуться ее уха. — Ты потрясающая, ты это знаешь?
Так она теперь стала его мачехой?
— Конечно. — Прошептала она в ответ и отвела лицо. — Такая же потрясающая, как и твоя жена, которая находится примерно в метре от нас?
Вайолет тут же отошла от него, садясь рядом с Томасом, который сидел на кровати Женевьев, вытянув ноги и прислонившись головой к стене. Комната была довольно маленькой для семи человек, особенно для таких высоких, которые еще и кричат и плачут. Вайолет свернулась калачиком рядом с Томасом, и он притянул ее к себе, обнимая за плечи и кладя подбородок ей на голову.
Девушка почувствовала, что Драко смотрел на них с противоположной стороны комнаты полными ярости глазами. Он ревновал ее к тому, кто моложе его на двадцать лет, в то время как его жена держала его за руку. Вайолет не была намерена ссориться с Томасом, да и не делала это для того, чтобы заставить Драко ревновать. Она лежала в такой позе скорее потому, что Томас действительно крепко обнимал ее, и она старалась не строить гримасы из-за Астории, по крайней мере, не у нее на глазах.
— Я тут подумал... — Томас гладил Вайолет по волосам и тихо шептал ей это на ухо, заставляя Драко задаваться вопросом, о чем он говорил. — Крессида сказала, что твой день рождения в октябре, и я подумал, раз у тебя теперь есть своя квартира, мы можем устроить вечеринку.
Вайолет рассмеялась, поворачиваясь к нему лицом, чтобы также шепотом ответить.
— Я сама еще не успела посмотреть квартиру, а ты уже спланировал вечеринку?
— А ты уже спланировал вечеринку? — Томас перекривлял слова Вайолет, и они оба начали смеяться, но Драко не нашел это смешным.
Драко резко двинулся вперед и агрессивно схватил Томаса за запястье.
— Достаточно, блять! — Прикрикнул он, рывком поднимая Томаса с кровати, чем заставил всех обернуться на них. — Иди, сядь вон там и молчи.
Томас продолжал посмеиваться за спиной Драко и сел рядом с Крессидой, доставая конфету из кармана ее мантии. Астория повернулась и жестом пригласила Драко сесть рядом с ней, заставляя мужчину покраснеть и подчиниться приказам своей жены.
Вайолет повернулась, взяла Ежедневный Пророк, лежащий на кровати Женевьев, и начала читать первую страницу, где красовалась большая буква «Н» и следующие за ней маленькие буквы «отт». Ее глаза расширились, она встала, свернула газету, взяла Томаса за руку и увела его за собой из комнаты.
— Да какого хера все они решили напасть на наши семьи? — Тихо прорычала она, шлепая газетой по руке Томаса, и он тут же начал читать ее, корча такое же выражение, как у Вайолет. — Мы скажем ей?
Он быстро покачал головой и скомкал бумагу, отбрасывая ее в сторону. Иногда секреты — это не весело, порой, услышав или поделившись ими, люди отдают свои жизни. Бывает те секреты, о которых ты мечтаешь, чтобы никто не узнал, убивают тебя быстрее, чем те, которыми так весело делиться. А зачастую ты очень часто слышишь, как девочки хихикают, говоря: «Только не говори ей, что я тебе рассказала».
— Мы должны рассказать Адриану. — Томас вдохнул, доставая телефон и начиная набирать номер. — Он поможет нам сообщить эту новость родителям.
Он прижал телефон к уху, пока Вайолет нервно терла виски, расстроенная всем тем, что происходило. Она действительно ужасно переживала за своих друзей, ведь каждый день кто-то публиковал статью за статьей. Так или иначе, это статья оказалась самой худшей. Возможно, потому, что об этом было написано в Ежедневном Пророке, но и потому, что это был секрет не родителей, а детей.
— Адриан, привет... — Томас переключил телефон на громкую связь, и Вайолет наклонилась, чтобы послушать. — Мне нужно, чтобы ты был в Хогвартсе меньше чем через пять минут. Это чрезвычайная ситуация, и ты должен помочь нам, пока мама не узнала. Пожалуйста.
Наступила небольшая пауза и пара тяжелых вздохов, а затем раздался ответ.
— Буду через две.
Звонок оборвался, и Томас взял Вайолет за руку, выводя ее из общей комнаты Пуффендуя и направляя к дверям замка. Ежедневный Пророк был выпущен всего час назад, и все же на Томаса уже смотрело так много студентов, держа в руках газету. Это был даже не его секрет, а он уже видел последствия. Представьте, что будет, когда она выйдет из комнаты.
Они продолжали идти рука об руку, пока Вайолет огрызалась на людей, которые бросали на Томаса неприятные взгляды. В Шармбатоне, если бы такое случилось, девушки оказали бы самую большую поддержу и не подумали бы дважды, проклиная тех, кто все это затеял.
— А кто такой Адриан? — Задыхаясь, спросила Вайолет, пытаясь успеть за Томасом. — Типо ваш старший брат?
— Типо наш отчим. — Ответил Томас, притягивая ее сильнее, когда они покинули замок. — Не пугайся, когда увидишь его, он вроде как знаменит. Уверен, Крессида рассказывала тебе об этом, она всегда этим хвастается.
Вайолет усмехнулась над этим замечанием, и они оба остановились, когда дошли до ворот и увидели кого-то снаружи. Томас достал свою палочку и взмахнул ею перед собой, заставляя ворота открыться для Адриана. Когда он вошел, Вайолет застонала и закатила глаза, понимая, что он еще и чертовски симпатичный. Да почему абсолютно все их родители ужасно привлекательные?! Она считала, что двух более чем достаточно, а тут еще и третий, и только Мерлин знает, сколько еще появится. Например отец Джина или кто-то еще.
— Что за новости? — Спросил Адриан, снимая перчатки и передавая их Томасу, который не понял, что с ними делать. — У меня тренировка через полчаса, но я могу отменить, если это очень важно.
— Кто-то разоблачил Крессиду в Ежедневном Пророке, а родители ничего об этом не знают. — Выпалил Томас, делая глубокий вдох и концентрируясь, чтобы помочь своей сестре. — Нам нужно как-то уничтожить газету или, по крайней мере, выяснить, кто ее выпустил.
— Блять! — Адриан провел руками по волосам и достал свой телефон, поднимая палец вверх, чтобы ребята молчали. — Здравствуйте, мне нужно отменить сегодняшнюю тренировку. Да, завтра все будет в порядке, но прямо сейчас у меня семейные проблемы.
Томас повернулся к Вайолет, и она заметила слезы в его глазах. Он действительно переживал за свою сестру. Она притянула его в объятия, и он начал рыдать ей в плечо, пока она гладила его по спине.
— Она покончит с собой, Вайолет. — Плакал он, хватая ее за руку и заставляя девушку волноваться. — Я серьезно; она сказала, что если это когда-нибудь случится, она сделает это, а я не могу ее потерять. Она моя вторая половинка, я должен ее защищать. Она не может умереть.
— Она не умрет, Томас. — Утешала его Вайолет, нежно поглаживая по волосам. — Обещаю. Мы защитим ее от всего этого. Это то, ради чего мы здесь.