11
— Сестренка Ёни-и-и! Мне так жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах!
К плачущей ЧжиЁн подбежала девушка с ярко — красными волосами заплетенные в косу, в пальто и с большой сумкой сзади.
— Х-ханна. Когда ты приехала?
— Только что. Я прямо с аэропорта сюда и приехала. Родители не смогли, и я вместо них. Ты же понимаешь, они занятые люди. — Девушка мягко намекнула на разницу между ее родителями и своими.
— Здравствуйте. Меня зовут Лухан.
— А вы... — парень подошёл неожиданно и ближе чем обычно, слегка приобнимая Пак за талию.
— Ах...- ахнула красноволосая и протянула руку Лу. — Я двоюродная сестра Ённи, Чон Эльза. Приятного познакомится. — Чон слегка поклонилась парню в знак уважения.
— Эльза? Но ЧжиЁн назвала вас?.. — он вопросительно посмотрел на невесту.
— Эльза — это мое японское имя, а Ханна — корейское. Называйте меня — Эльза, пожалуйста.
— Эльза... — медленно произнёс китаец, дабы не забыть такое необычное имя.
— Чжи Ённи мне так жаль тебя! — театрально заголосила сестра и снова полезла обниматься.
— Кем вы приходитесь моей сестре? Друг? Парень? Знакомый? — Чон схватив за руку Пак, поближе притянула ее к себе и с вызовом взглянула на Ханя. Ее крайне удивляло, что такой красавчик общается с ее нерадивой сестрой.
— Жених.
— А-а? — Эльза посмотрела на Пак и снова на Лу. — Не может быть такого! Наша Ённи даже с парнями не встречалась, а тут жених сразу. Вы, наверное, меня разыгрываете!
— Это фиктивный брак, успокойся.
Пак ЧжиЁн освободилась от цепких рук младший сестры и подошла к портрету отца в конце зала.
Они все еще находилось в поминальной комнате. Родственники и знакомые разошлись буквально недавно.
Лу Минь ушла разбираться с местом погребения вазы с прахом отца Пак и сказала, детям после обеда возвращается, домой.
А Лухан находился в лёгком оцепенении от слов ЧжиЁн.
« Это фиктивный брак...»
Почему-то сердце замерло на секунду, а потом забилось с высокой скоростью. Возможно, он не хотел услышать эти слова, и парню странно, что он почувствовал то ли обиду, то ли огорчение что его невеста, пусть даже фиктивная, так думает. Лухань потряс головой, чтобы освободиться от этих мыслей и повернулся к девушкам.
Пак ЧжиЁн взяла фотографию отца и обняла ее. А Эльза Чон со странным спокойствием смотрела по сторонам.
— Эй, не реви. Поехали домой, я устала с дороги. — Тыкнув в плечо, младшая повернулась в сторону выхода.
— Идём.
Хань подошёл к все еще стоящей девушке и слегка дотронулся до ее талии.
Они вышли из здания и направились к черной тонированной машине.
— Ён? Ён! Это что?!
— Позвольте ваши вещи? — к ошарашенной Эльзе подошел личный водитель и забрал ее чемодан.
— Ты! — она ткнула пальцем в воздухе на парня, — Ты кто такой! Что ты за...
— Успокойся Ханна! — рявкнула ЧжиЕн, — Ну, в самом деле.
— Странная у тебя родственница. — Шепнул Лу ей на ухо и открывая дверь для девушек.
Ханна в буквальном смысле впала в ступор, когда увидела черный особняк семьи Лу. Был уже поздний вечер, снаружи дома горели уличные фонари и подсветка.
— Такого разве бывает? Этого не может быть... Этот дом вообще существует?!
А когда младшая зашла в комнату Ён, то побелела на глазах.
— Я буду жить тут с тобой! Меня не устраивает гостевая комната. Ты ведь не против Ённи? — получив в ответ слабый кивок, она довольно улыбнулась и стала заполнять пустые полки в комоде.
— Хорошо. Я зайду чуть позже. ЧжиЁн?
Она поставила рамку с фотографией отца на компьютерный стол и обернулась к Лухану.
— Все в порядке? — он боялся оставить ее в компании этой странной девчонкой.
Она снова кивнула.
Девушке уже ничего не хотелось. Она в этой жизни не так много и получила до встречи с Луханом и его мрачной семьёй. Её вырвали из зоны комфорта. Да, да именно. Одинокой, бедной, несчастной зоны комфорта. И даже если ее семьёй числилось всего два человека, Чанель и отец, ее все устраивало.
Поступив в универ, жизнь стала казаться Раем. Пропали издевки, избивание и самые простые мучения остались позади.
Но все хорошее, как известно, длится не долго...
— Мама. К тебе можно? — постучав в деревянную дверь, старший сын вошел в комнату.
Но мать его не заметила, разговаривая по телефону.
— Да Эмилия. Все повторяется, и я не знаю, что делать, как его остановить. Нет, он ничего не знает. Хорошо. Я буду на связи. Передавай Юджину привет.
Лухан чуть прикрыв дверь, услышал обрывки фраз. Он немного растерялся, но не придал этому, какое-либо значения и снова постучал в дверь, ведь он примерный сын.
— Мама, как ты? — Лу сел на бежевое кресло, взглянув на мать.
— Хорошо, сынок. Как там ЧжиЁн? Она осталось совсем одна, надо ее поддержать, ведь теперь мы ее семья.
— К ней приехала сестра и они у нее в комнате. Ты говорила с отцом?
— Еще нет, ты же его знаешь. Он весь в работе, у него нет времени, — она виновато отвела взгляд.
— Нет времени на родную семью?
— Лухань...
— Мама! О чем в последний раз он с нами говорил? О нас? О Сехуне? Нет! Он говорил об инвестициях, вложения денег и о чертовой свадьбе! — парень начал просто закипать изнутри.
— Что с тобой такое? Ты никогда раньше не говорил о таком, — ЛуМинь обеспокоено встала, обойдя деревянный массивный рабочий стол села напротив сына.
Лухан хотел еще возразить и высказать все у него на душе, но его перебил звук открывающейся двери и громкий бас отца:
— Что здесь происходить?
Глава семьи вошёл уверенной походкой в кабинет своей жены и остановился возле кресел, где сидели мать с сыном.
— Дорогой, ты уже вернулся, — Госпожа Лу судорожно встала из кресла в знак уважения к главе этого дома.
Лухан лишь напрягся от могучего голоса собственного отца и лениво поднялся с места.
— Здравствуй, отец.
***
Ужин проходил в напряжении. Старший сын нервно резал мясо на тарелке и со злостью пихал его в рот, родители умиротворенно сидели и пережевывали пищу. Чон и Пак уже хотели встать и уйти из-за стола. Такое сильное напряжение давило на них что аппетит им помахал, на прощания ручкой прикрикивая « Удачи! хо-хо-хо...». А младший, Сехун, наблюдал за всеми и думал, как же ему выйти погулять этой ночью.
— Как у вас все проходит? Сын, ЧжиЁн, к свадьбе готовы?
У девушек прошёл табун мурашек за спиной, как только Глава семьи упомянул Пак ЧжиЁн.
— Кое-кто вспомнил, что у него есть сыновья.
— Лухан, не дерзи отцу! — шикнула мать.
— Тебя что-то не устраивает?
— Да, отец. Меня многое не устраивает.
— Лухан! — ЛуМинь не упускает попытки докричаться до сына, но он не слышит ее.
— И что же не устраивать главного наследника в семье?
— Твое отношение к семье. — После этих слов он резко поднялся со стула, бросив столовую салфетку на стол, вышел из столовой.
После выходки парня, отец велел всем вернуться в свои комнаты.
— Ну и папаша у этого парня, — расчесывая свои длинные красные волосы, возмутилась Ханна, — Эй! Ты слушаешь меня вообще?
— Ханна я устала, давай поговорим в следующий раз.
ЧжиЁн встав, ушла в ванную, а младшая надулась. Ведь ей не с кем посплетничать о красавчике Лу, и о самой семейке.
Пак стала рассматривать свои руки после душа в зеркале. Они ещё не до конца зажили, и кое-где виднелись шрамы, получившие еще в школьные годы. Сегодня ей придётся спать в старой кофте, чтобы родственница ненароком не увидела их.
— Ты просто сейчас ляжешь спать? — Возмутилась Чон.
— Да, а что? — непонимающе спросила Ённи и уселась на кровать по турецкий.
— Айгу, Ённи, ты совсем не ухаживаешь за своей кожей. Ты сегодня столько ревела, что твое лицо завтра тебе спасибо не скажет! — Ханна достала из розовой сумочки несколько тюбиков крема.
Чон перемазала свою родственницу всеми кремами, обклеила масками от черных точек, увлажняющая маска, питательная маска и прочей ерундой.
— Сиди спокойно. Эти крема я купила на последние деньги, так что будь благодарна, что я ухаживают за твоей кожей сейчас.
— Что? Как на последние деньги, — обеспокоено спросила ЧжиЁн.
— Эти люди обещали мне оплатить поездку обратно и поселили здесь, — Ханна повернулась к косметичке, чтобы убрать тюбики с кремом, — и сказали, что я могу остаться здесь сколько захочу. Так что повеселимся с твоим женихом, Пак ЧжиЁн!
Тихий стук в дверь отвлек от серьёзного разговора. Не дождавшись согласия чтобы войти, дверь распахнулась и также быстро закрылась. Сехун стоял, прислонившись к двери тяжело дыша.
— Нуна помоги мне! Хён за мной...
Се, увидев, что его любимая нуна не одна остановился, на полуслове.
— Нуна? — позвал снова мальчик.
— Что такое? — она чуть привстала.
— Твоя сестра... Она Ариэль, да? — загадочно спросил, Сехун поглядывая, на Ханну.
— Нет, малыш. Я совсем из другой сказки, — также загадочно ответила ему, и взгляд почему-то стал совсем не радостным.
Снова стук в дверь. Сехун мигом оказался возле нуны и протиснулся ее объятия, чтобы защиться от Ханя.
Лухан также вошел, не дождавшись приглашения и огляделся.
— Так и знал что ты здесь. Быстро в комнату. Тебе завтра на консультацию, Сехун.
Лухан был прекрасен. В домашней черной рубашке застегнутых не до конца, и в синих пижамных штанах.
— Я не хочу спать! — протестовал младший и еще сильней сжал в тисках ЧжиЁн.
— А что ты хочешь, Сехун? — спросила Пак и погладила мальчика по голове.
Сехун изумленно посмотрел на нуну. Она — первый человек в доме, который спросил его, что он хочет. Его это так порадовало и удивило, что он не смог сказать, что он действительно хочет.
Мороженое? Рамен? Гулять? Собаку? Или все сразу?
— Я хочу... — думая закусил губу Се, — гулять! С тобой, нуна с хеном и Ариэль!
— Эй! Какая я тебе Ариэль! — шикнула Чон.
— Сехун думаю это...
— Иди, собирайся! Возможно, нам не разрешат выйти за пределы дома. Но я не была у вас в саду. Ты мне его покажешь? — перебила Ханя, невеста. Вот так просто. Никто в этом доме не смел, перебивать его, кроме отца. А она запросто это сделала.
— Спасибо, нуна-а-а! — убегая, в свою комнату чтобы поскорей собраться Сехун был, просто счастлив.
— Что ты делаешь? ЧжиЁн? — возмутился парень.
— Собираюсь пойти гулять. Ты идешь, Ханна?
— Но я только нанесла крем для сна, — она грустно вздохнула. Но после взгляда злого китайца на ее родственницу, Чон побоялась оставаться с ним наедине. — Уже собираюсь.
***
Было, уже довольно поздно и прохладно. От этого, казалось, что на улице еще светлее, но это не так. Небо было, уже чёрным и где-то далеко виднелась луна, освещая все вокруг. Две сестры и посередине Сехун шли, впереди держась, за руки и радостный мальчишка рассказывал, что и как тут все обстоит.
— Нуна, во-о-о-он там есть беседка. А еще в другой стороне лавочки и фонари! А еще там дерево такое большое... Ариэль тебе нравится?
— Меня зовут Эльза. Эльза я! — тяжело выдохнула девушка.
— Эй! Пойдем в беседку я замерз.
— Ну, хен. Мы только вышли.
— А вон там, что за цветы? — невзначай спросила ЧжиЕн, чтобы Сехун был подольше на свежем воздухе. Все-таки взаперти сидеть не так-то и просто.
Веселая троица во главе Сехуна направилась к красивым цветам усаженных вдоль дорожки.
— Черт! — Топнул от злости Хань. Она специально это сделала, да она все делает, чтобы позлить его.
Он, закутавшись в дорогое пальто, направился в теплую беседку ждать остальных.
— ...а потом он от страха убежал от то собаки и свалился в большие кусты!
Прошло уже довольно много времени, ребята гуляла, по всему периметру дома наслаждаясь, прекрасным садом и маленьким парком. Эльза до дрожи замерла и потащила остальных греться в беседку.
Сехун рассказывал интересную историю про Лухана и собаку, которая случайно забралась в дом.
— Эй, тише мелкий, кажется, твой хен нас не дождался.
Развернулась интересная картина перед ЧжиЕн, Сехуном и Эльзой.
Лухан закутавшись в какой-то старый плед, лежал на скамье и сладко причмокивал, во сне и чуть дрожа. На столе стояла кружка выпитого кофе и пару печенья.
— Как мило, — выдала Чон, — он не заболеет?
— Надо его разбудить, завтра у хена важная встреча. Ему нужно отдохнуть. — Заботливо Сехун.
— Пойдем, Се. Думаю, Ённи сама тут справится.
Хитрая сестрица быстро вывела мальчишку и выбежала сама давай сладкой парочке время побыть вдвоём.
— Чт... Блин! — только успела пикнуть Пак.
Она села напротив парня, не зная, что делать с ним.
А он все также безмятежно и умиротворенно спал и не заметил ее присутствия.
Через минут пять она все также сидела и не решалась даже прикоснуться к парню. Смотреть на свой школьный ад было не так уж и плохо, но кулаки все также сжимались при виде Лу.
Пак ЧжиЁн нехотя встала и направилась к парню, медленно и неуверенно. С каждым шагом стук ее сердце стучало еще быстрей и быстрей.
— И долго ты собиралась на меня смотреть? — Лухан резко открыл глаза и уставился на нее.
— Я... Ты не спал? — она резко остановилась в полушаге от парня и чуть задрожала.
— От твоего взгляда я проснулся. Ты чего дрожишь, замерзла?
А она вдруг посмотрела на свои руки, которые слегка дрожали то ли от холода, то ли от страха.
— Нет. Раз ты проснулся я пойду.
— Стой!
Она почему-то резко остановилась.
Лухан подошёл к ней и слегка дотронулся до ее холодных рук.
— Что ты... не прикасайся ко мне. — Она резко отдернула руку и чуть не упала, но Хань притянул ее к себе.
— Ты... — он разглядывал ее красивый профиль, — боишься меня?
— Нет. Я тебя ненавижу, ты меня раздражаешь...
— Если тебе холодно, не надо молчать. Не нужно меня стесняться и тем более бояться.
Взяв, плед он окутал, ее и обнял, придерживая голову, а она даже не шелохнулась.
— Интересно сможешь ли ты когда ни-будь полюбить меня? — это был риторический вопрос, заданный в пустоту. Ему было приятно вот так стоять с девушкой и обнимать ее, отдавая свое тепло и душу.
Что же на счет его девушки, Мисаки. Она написала, что родители запретили ей встречаться с иностранцами. Она приехала забрала документы из универа и уехала в Японию. Ну, так, по крайней мере, Миса, сообщила ему.
— Долго еще будешь стоять? Разве тебе завтра не надо на встречу?
— Не беспокойся, я все успею и по обжиматься с тобой и на встречу не проспать. — Он еще сильней ее прижал, к себе держа, руку на затылке чтобы, девушка не вертелась. И он чувствовал. Чувствовал, что ее сердце бьётся в бешеном ритме. Как он хотел, чтобы это был не страх.
— Идиот! Выпусти меня.
— Сегодня я буду спать с тобой, женушка. — Все так же держал ее в тисках Лу.
— С какой радости? А ну убрал руки!
— Я беспокоюсь о тебе.
— Не надо. Вообще лучше не подходи ко мне. Видеть тебя не хочу.
Он выпустил из своих объятий ЧжиЁн, а она быстро вышла из беседки и направилась в дом.
Лу вальяжно шел за ней, глупо улыбаясь.
— Наша невеста вернулась. Ну как там твой жених, ничего не отморозил? — хихикнула Чон.
— Ненавижу этого самовлюбленного идиота! — Пак вихрем зашла в комнату, громко хлопнув дверью.
Следом вошел, Хань уже держа, в руках подушку и пижаму.
— Госпожа Чон, сегодня я хочу составить компанию вашей сестре. Вы не против переночевать в гостевой комнате? — официально обратился парень к Эльзе.
— Что? А-а-а, — она перевела хитрый двусмысленный взгляда на Ённи и парня, — раз такое дело, конечно. Не буду вам мешать.
Она взяла свои вещи и ускакала за дверь.
— Нет, Ханна... Выметайся из моей комнаты.
— Нет, я остаюсь.
Лу кинул подушку на другую сторону кровати и пошел в ванную переодеться.
ЧжиЁн просто клокотала от злости.
Парень вышел из ванной комнаты. И прошел к кровати. ЧжиЁн сидела за компьютером и что-то яростно печатала.
Лухань подошел к ней сзади и положил руку на плечо.
— Чего тебе?! — крикнула девушка.
— Прости, но тебе придется потерпеть эту ночь.
— Зачем тебе это? — она развернулась в пол оборота, чтобы видеть Ханя и заодно скинуть его руку с плеча.
— Я же сказал. Я беспокоюсь о тебе, Пак ЧжиЁн. — голос его был немного тревожный.
— Я в порядке. Можешь идти к себе.
— Одну ночь. Только одну ночь давай проведём вместе. Прошу.
— Идиот, — она отвела взгляд.
— Я буду держать их при себе. — Он поднял руки вверх.
— Я буду спать на полу.
— Ты будешь спать в постели. Со мной.
— Иди!.. — Чжи хотела его послать, куда ни-будь подальше от нее, но чуть запнулась, — в свою комнату! Идиот!
— Идиот, идиот. Хватит уже.
Он взял ее за руку и силой уложил в кровать, хотя она и била его и кричала.
— Хорошо. Спи здесь, я буду рядом.
Он, взяв подушку, переместился на маленький диван напротив. Этот диван даже двух человек не помещает и как он туда поместиться?
Пак накрылась одеялом и под сопение парня уснула.