Демон в леди инквизиторе
Юные послушники выстроились в неровную шеренгу вдоль стены подвала. Отсветы огня факелов уродовали их лица мрачными тенями, мантии подрагивали от сквозняка.
"Слишком молоды. Как и мы когда-то", - подумала Дэррил, оглядывая десяток тощих юношей и семь одинаково стриженных девушек.
Она и сама выглядела как их взрослая копия - осунувшаяся побледневшая, но в той же мантии, с той же почти военной выправкой, с такой же, как у юных учениц причёской - обрезанными ровно по плечи волосами с прямым пробором.
- Кто скажет мне, какова главная задача Церкви? - вопрос, произнесенный низким с хрипотцой голосом наставницы, заставил учеников замереть.
После нескольких мгновений тишины руку вскинул высокий паренёк в слишком короткой для него, изношенной мантии, и после разрешающего кивка ответил:
- В том, чтобы не допустить распространения одержимости среди людей, - уверенно и с некоторой гордостью ответил мальчишка.
Деррил кивнула, а послушник снова замер.
"Возможно, выживет", - заключила леди Инквизитор.
- Как тени попадают в человеческие тела? - продолжила она, обводя учеников пристальным взглядом.
На этот раз отвечать вызвалась крупная девушка, светлые волосы которой вились и закрывали половину пухлого лица.
- Есть два способа: с согласия реципиента и без согласия оного. Вторгнуться в сознание человека, который сопротивляется экспансии тени, она почти никогда не может. Только старейшие из жителей мира по ту сторону могут незаметно проникнуть в сознание человека, чаще всего с целью слежки. Однако обычно тени получают согласие реципиента, обещая ему взамен осуществление любого желания, - тихо, но спокойной ответила адептка.
"Умрет. Скорее всего", - поняла Деррил, вглядываясь в глубокие голубые глаза. - "Или, если повезёт, найдёт хорошего покровителя".
- Какова главная выгода теней от пребывания в теле человека?
На третий вопрос захотели ответить трое учеников. Инквизитор кивнула тому, кто стоял левее - мелкому мальчишке с вздернутым носом и хитрым прищуром серых глаз.
- Тень по природе своей бестелесна. Подселяясь в живого реципиента, она получает возможность наслаждаться всеми радостями телесной жизни: алкоголем, насилием, властью. Добравшись до источника удовольствий, тень настолько пьянеет от них, что разум человека мутнеет. Как правило, последствием долгого сосуществования тени и человека становится полное безумие реципиента, которое часто сопровождается убийствами или крупными разрушениями.
Оценить выживаемость этого паренька Дэррил не смогла. Хитринка в карих глазах давала ему шанс, но в мягких чертах лица читалась непростительная доброта.
- Каким образом служители церкви полуают иммунитет к вторжению теней? - последний вопрос - с подвохом, она задала, даже не надеясь услышать по-настоящему верный ответ. Те, кто сейчас стоял перед наставницей, поймут это лишь спустя пару лет. Поймут те из них, кто останется в живых.
- Служители церкви - истинные инквизиторы - неподвластны плотским желаниям, - хором ответили юные ученики.
"Точно так же, как и мы отвечали когда-то..." - Дэррил улыбнулась, прекрасно понимая сколько горечи сейчас в ее взгляде. Она могла лишь надеяться, что самые сообразительные из адептов заметят ее реакцию и задумаются о том, что на самом значат эти слова - гимн всех новоприбывших в стены ученического монастыря.
- Сэра Инквизитор, все готово! - пробасил мусчкой голос за ее спиной, и Дэррил отвернулась от детей.
- Идите за мной, - коротко скомандовала она и направилась к одной из комнат в подземелье. По тихим звукам шагов она поняла, что ученики выполнили ее указание.
К мраку ночи или подвальных коридором Инквизитор давно привыкла. Она занимала высокий пост, ее представили ко двору и за ее помощью обращались знатнейшие лица государства, но все это не освобождало ее от необходимости работать по ночам, в темных комнатах или подземельях. Дэррил уверенно шагала по коридору, стены которого, казалось, ежесекундно меняли свою форму и цвет в скачущем неровном свете огня факелов.
Отран — формально палач, а фактически ее личный слуга — вел длинную процессию будущих служителей церкви к одной из закрытых комнат подвала. Его широкие плечи отбрасывали несколько длинных теней, бритый затылок почти касался потолка низкого коридора.
Наконец, после очередного поворота Дэррил скользнула в узких дверной проем. Ученики последовали за ней, а Отран, дождавшись, пока все окажутся внутри, захлопнул за ними дверь. Инквизитор мельком взглянула на детей. Все они рассматривали мужчину, цепями прикованного к стене за руки и ноги. Его лицо заслоняла черная челка, худые жилистые плечи опустились в показном бессилии. Но Дэррил прекрасно понимала, что слабая поза и устремленный в землю взгляд — лишь показательное выступление для нее и детей. Пленника никто не пытал, его обездвижили час назад ради безопасности детей.
— Вам уже показывали одержимых? — спросила она, поворачиваясь к послушникам.
— Нет, — уверенно выкрикнул тот же вихрастый мальчишка, который отвечал на ее первый вопрос.
— Значит, сегодня вы видите его впервые, — Инквизитор указала рукой на заключенного. — Кто скажет мне, какими способами возможно изгнание демона из реципиента?
— Меня зовут Маро, — прохрипел мужчина, не поднимая головы.
По реакции детей на слова одержимого Дэррил почти точно смогла определить, кого через два года будет награждать почетным медальоном за прохождение полного курса обучения, а кого похоронят в еще более глубоких подвалах. Всем, кто продолжал бояться после первого года обучения, жить оставалось совсем недолго.
Отвечать вызвалась девушка, настолько худая, что казалось — еще немного, и скулы прорвут белую кожу на щеках. Ее черные волосы и черные глаза заблестели, когда она подняла голову, чтобы заговорить.
— Тень возможно изгнать только путем убийства человека, других способов пока не обнаружено. Однако не всякое убийство помогает полностью изгнать демона. Для того, чтобы предотвратить существование тени в мертвом теле и восстание реципиента в качестве живого мертвеца, убивать его следует одним из трех надежных методов: утоплением, сжиганием или пронзая тело насквозь с помощью особого ритуального клинка. Самым гуманным и наименее болезненным считается последний метод, поэтому к нему прибегают чаще всего. Иные способы изгнания разрешены только в особых случая, среди которых...
— Достаточно, — Дэррил махнула рукой и девушка замолчала.
«Так похожа на меня в юности», — подумала Инквизитор, любуясь гордой позой и спокойным, уверенным взглядом ученицы. Мантия на ней висела, как на швабре, но изящная, почти аристократическая поза придавала ей особое очарование. — «Уже через пару лет будет разжигать в мужчинах бурные страсти, и ни короткая стрижка, ни висящая мантия ей не помешают. Если не дура — будет пользоваться своим обаянием. Посмотрим, выживет ли она. Покажет хорошие результаты на выпускном экзамене — возьму ее под свое крыло».
— Прежде, чем я продемонстрирую вам ритуал изгнания тени, предлагаю каждому из вас убедиться в том, что этот человек действительно одержимый. Это каждый из вас уже умеет, — с этими словами Дэррил указала на первого в ряду мальчишку и махнула рукой в сторону Маро.
— Начинай.
Ученик послушно подошел к заключенному, поднял голову и вгляделся в его мутные глаза. Поморщился, моргнул, замотал головой и отступил на шаг.
«Быстро разобрался», — Инквизитор кивнула ему и вызвала следующего.
Дети — кто быстрее, кто медленнее — один за другим считывали взгляд одержимого. Дэррил запоминала, кто из них справлялся лучше, а кто — хуже, чтобы позже дать отчет настоятелю их монастыря. И тихо радовалась тому, что ей самой сегодня не придется самой проделывать эту процедуру. От природы сильный ментальный маг, она ненавидела вклиниваться в разум человека, одержимого тенью. Хаос, беспорядочность и ощущение чего-то липкого, сковывающего мысли она чувствовала почти физически, и каждый раз после подобной экспертизы ей хотелось поскорее забраться в бадью с горячей водой или хотя бы выпить травяного чаю. В последнее время возможность снимать таким образом стресс у нее появилась, но в годы ученичества она переносила процедуру опознания гораздо труднее, чем ее сверстники.
Маро, казалось, наслаждался мучениями детей. Он внимательно вглядывался в глаза каждого из них, давая всем прочувствовать тот липкий хаос, который царил в его голове. Некоторые ученики переносили процедуру более-менее спокойно, другие падали от сильного головокружения или, судя по сморщенным лицам, чувствовали сильную боль в затылке.
Когда все юные послушники снова выстроились в ряд, Дэррил подошла к пленнику.
— Наиболее эффективно вводить лезвие ритуального кинжала в тело.
Инквизитор достала из ножен, скрытых в складках мантии, длинный тонкий стилет, поблескивающий в полутьме бледными синими искрами, и указала его острием на туловище человека.
— Позднее каждый из вас сам решит, куда ему удобнее бить, чтобы лишить реципиента жизни как можно быстрее и как можно менее болезненно. Возможно, многие из вас будут пользоваться усыпляющими или дурманящими настоями, или зельями, приглушающими боль, чтобы уменьшить страдания одержимого, — с легкой ноткой сарказма произнесла Инквизитор, прекрасно зная о склонности многих коллег к болезненным, почти пыточным методам.
Аккуратным и быстрым, почти незаметным движением Дэррил вонзила клинок в живот Маро, и так же молниеносно вытащила, а потом несколько мгновений наблюдала, как вокруг дырки на рубахе растет красное пятно.
«Крови мало, значит Отран выполнил все указания. Надо будет потом узнать у него, как тело Маро реагировало на зелье», — подумала она, вытирая лезвие о ткань одежды человека, который безвольно обвис на цепях.
Краем глаза Дэррил заметила, как по краю освещенной факелом стены скользнула тень. Она зависла на мгновение над огнем, а спустя секунду рассеялась. По взглядам некоторых учеников она поняла, что те тоже увидели врага в его истинном обличии.
— Что происходит с тенью после изгнания ее из реципиента? — спросила она напоследок.
- Если Инквизитор пронзил тень вместе с телом с помощью ритуального клинка, то она рассеивается, - пробормотала пухлая кудрявая девочка после разрешающего кивка Дэррил.
"Изо всех сил старается выделиться, но увы, не преуспеет", - уверенно заключила Инквизитор.
- Свободны. Отран выведет вас отсюда, - с этими словами Дэррил вернула клинок в ножны.
Ученики послушно потянулись к выходу. Как только все они вышли, из тени в дальнем углу вынырнул еще один из ее многочисленных подчиненных. Худой и ростом ниже, чем сама Дэррил, Аарон казался слабым и беззащитным, но его змеиная ловкость и сила, необычная для столь худого тела, помогала ему всегда выходить победителем из поединков с любыми физическими врагами.
- Все исполнено в точности по вашему приказу, сэра Инквизитор, - он церемонно поклонился, хотя Дэррил никогда не требовала от подчиненных соблюдения формальностей.
- Отлично. Наблюдайте за Моро и докладывайте мне обо всех изменениях, - Дэррил скрестила руки на груди и бросила невольный взгляд на тело, но тут же отвернулась. - А что на счет испытаний новых способов изгнания? Хоть один сработал?
- Нет, - ответил Аарон преувеличенно спокойно, но скрыть досаду от Дэррил ему не удалось. - Против мерзких тварей ничто не помогает: древние пентаграммы, молитвы, даже легкие разряды тока пробовали! Но ничего...
- Подробный отчет отправь в мой особняк, - распорядилась Дэррил и вышла из комнаты, не дожидаясь, пока подчиненный снова раскланяется.
Когда Дэррил выбралась из подвалов в маленькую комнатку, примыкающую к общему залу церкви, служба уже заканчивалась.
- Всё желания наши должно подчинять разуму и возможностям. Всё страсти наши должно подчинять холодному разуму. В горести вашей приходите в храм и молитесь, радостью вашей делитесь с ближним, - раздавался из-за стены низкий, бархатный голос проповедника.
Инквизитор улыбнулась и решила на несколько минут задержаться в храме. Она прислонилась спиной к книжному шкафу, в котором пылились старые экземпляры Священных песен, и прислушалась.
Священнослужитель вскоре запел, а прихожане, привыкшие подпевать, изумленно замолчали: вместо слов древнего наречия проповедник с обычной уверенностью декларировал понятные им строки.
"Получилось! "- Инквизитор расплылась в торжествующей улыбке. - "Верховный преподобный все-таки одобрил мои версии перевода песен".
Дэррил приоткрыла дверь в главный зал и оглядела толпу. Дамы в простых платьях и дорогих тканей стояли ближе к алтарям, горожане толпились в центре, а возле открытой двери собрались бедняки.
"Может, новые песни хоть кому-нибудь из них вдолбят мысль о том, что с помощью Теней никто ещё ни разу не получал желаемого?"
Молитва заканчивалась, а Дэррил ненавидела ходить в толпе. Поэтому она выскользнула из храма ещё ло того, как толпа прихожан хлынула на широкое крыльцо.
Солнце уже спряталось за домами, но его поздние лучи ещё гуляли по переулкам. Дэррил направилась вдоль ровной шеренги белых особняков, любуясь переливами оранжевого и розового света в больших застекленных окнах. Почти в самом конце улицы находился и её собственный дом - совсем маленький, ухоженный особнячок с большим садом - комплимент от придворных, исповеди которых она держит в строжайшей тайне.
Дэррил уже предвкушала спокойный отдых и чувствовала аромат чая с медовыми цветами...
- Убийца! - вдруг раздался за её спиной грубый мужской рык.
Дэррил отскочила вперёд и обернулась. Мельком успела разглядеть небритое, помятое лицо, серую рубаху и стоптанные сапоги, но узнать пьяного мужчина не смогла - он бросился на неё. Инквизитор едва успела увернуться.
"Слишком быстрый. Одержимый?"
Дэррил выхватила из Нижнего стилет, но мужчина молниеносным движением схватил её за руку и сжал запястье с невероятной силой. Инквизитор перестала чувствовать пальцы от боли, клинок с лязгнул о брусчатку дороги.
- Убила! Моего! Брата! - проорал мужчина прямо в лицо Дэррил, обдав её смрадом перегара.
"Я много кого убила, всех не помню" - подумала Инквизитор, изгибая руку, чтобы освободиться, но противник крепок её держал.
Дэррил потянулась к земле в попытке поднять клинок, но незнакомец толкнул её так сильно, что она отступила на несколько шагов. Теперь её от противника отделял почти метр, и прежде, чем он снова напал, Инквизитор успела взглянуть в испещренные красными венами глаза.
Волна ненависти, злобы и хаоса в мыслях напавшаего на миг оглушила её, собственный разум как всегда показался пустым и тихим после встречи с разумом Тени.
Дэррил снова огляделась и приготовилась обойти одержимого, чтобы подобрать своё орудие, но он двигался слишком быстро. Когда Инквизитор заметила, что в руке противника сверкнула заточка.
"Времени на формальности нет" - поняла она.
Резко дёрнулась вправо, и когда одержимый кинулся за ней, смерила траекторию. Опьяненный алкоголем и безумием человек пролетел по инерции ещё несколько шагов. Пока он пытался остановиться, Дэррил скользнула за его спину и движением, почти не требующим усилий, резко повернула голову противника. Шея хрустнула, тело дернулись в последней конвульсии и осело на землю. Дэррил схватила и занесла над головой клинок и быстро огляделась. Заметила на одной из свете стен хвост Тери, метнула лезвие, но оно полетело медленно и неуклюже, и бессмысленно стукнулось о стену, когда потусторонняя тварь уже скрылась.
Дэррил хотела выругаться, но заметила столпившхся вокруг людей. А даме её сана не положено сквернословить.
- Тень уничтожена, - уверенно заявила Инквизитор, поворачиваясь к толпе с бесстрастным лицом. - Вы можете быть спокойны.
С этими словами она развернулась и ещё раз взглянула на труп. Теперь она его узнала. Старший брат Моро лежал, неестественно запрокинув голову назад, и пялился в стену соседнего дома пустым взглядом.
"Идиот" - с лёгким сожалением, которого вообще-то не должна испытывать, подумала Дэррил и поспешила к дому.
"Уже второе нападение за десять дней. Меня и раньше пытались убить, но не одержимы. Не тени", - рассуждала Дэррил, отдавая горничной мантию, подол которой был сильно испачкан после прогулки по подземелью.
"В прошлый раз я тоже не успела уничтожить Тень. Могут ли сущности преследовать разумные цели? Могла ли это быть одна и та же тень?"
Дэррил жестом руки отослала служанку, быстро натянула мягкие штаны и просторную рубашку и направилась к кабинету.
Маленькую комнату с множеством книжных шкафов, креслом и яркой лампой отделяла от спальни дверь из тёмного дерева. Дэррил почти никогда её не закрывала, Ладе корда работала, - не любила тесных помещений.
Старые свитки и новые, переплетенные в кожу книги ждали её со вчерашней ночи. Но ни одна из них не могла ответить на вопросы Дэррил. Разумны ли тени на столько, чтобы преследовать сложные цели? Готовы ли они упорно преследовать одного человека? Каковы мотивы их поведения? Ни на один из этих вопросов официальная теология ответить не могла.
Инквизитор собиралась еще раз просмотреть те книги, которые уже читала, в надежде обнаружить что-то, что прежде она упустила из виду, но как только она устроилась в уютном кресле, в спальню вошла горничная.
- К вам посетитель. Советник Его Величества, сэр Томас Гэттингтон, - доложила она и склонилась в реверансе, как того требовал этикет.
Дэррил тут же поднялась с кресла. Внешне она оставалась невозмутимой, но смутное беспокойство заставило все тело напрячься, будто в ожидании удара.
- Помоги мне одеться, - скомандовала Инквизитор после секундного молчания и направилась к шкафу.
Приличествующий священнослужительнице вид сэра Инквизитор принимала быстро. Просторная черная мантия, которую она лишь иногда подпоясывала широким ремнем, ровно расчесанные волосы и мягкие сапоги. Какая одежда под мантией - не так уж и важно, поэтому Дэррил в спешке решила остаться в любимых штанах.
Спустя всего несколько минут она невозмутимо вышла в гостиную. Горничная убежала за чаем, мальчишка-садовник уже зажег свечи и камин, отчего маленькая комната, украшенная только широкими окнами, мягкими креслами вокруг низкого дубового стола и ковром, приобретала необъяснимый уют. Высокий пожилой мужчина в сером фраке обводил гостиную хищным взглядом выцветших почти до белизны глаз, седые волосы поблескивали в свете камина, и только черный ремень с такими же черными сапогами разбавляли его общую серость. Впрочем, Дэррил прекрасно знала, что внешняя невзрачность первого Советника скрывает острый ум и огромный опыт побед в дворцовых интригах.
- Сэра Инквизитор Дэррил Вальтиерри, премного рад встрече, - Томас раскланялся и впился взглядом в хозяйку дома. - Спешу сообщить, что Ее Высочество, принцесса Розетта требует, чтобы вы немедленно явились к ней.
- С какой целью? - резче, чем требовал этикет, спросила Дэррил.
- Через десять дней у светлейшей помолвка. Важный дипломатический шаг, а для нее - еще и большое событие как для женщины. Полагаю, она хочет исповедаться, получить очищение и наставление. А вы - самая известная сэра священнослужительница города. Для вас это честь, - последнюю фразу советник произнес с нажимом, так что ее следовало понимать как "отказаться не имеете права".
Плохое предчувствие царапнуло сердце Дэррил, но внешне она осталась невозмутимой. Только пристегнула к поясу церемониальный кинжал, который с поклоном подала ей служанка, и последовала за советником в карету.
Замок был тих и мрачен, будто замер в предчувствии беды. Слуги тенями шмыгали вдоль стен, разговоры велись исключительно шепотом, и солнце уже зашло, бесконечно-длинные коридоры погрузились во мрак.
"Это лишь мое восприятие. Все здесь как обычно. Слуги стараются не шуметь по ночам", - успокаивала себя Инквизитор, но иррациональное, холодное и липкое чувство лишь усилилось, когда она приблизилась к покоям принцессы.
- Прошу.
Советник лично открыл перед Дэррил дверь. И она, не медля, шагнула за порог, в темную комнату, где горели лишь огоньки трех свечей.
Принцесса - и в самом деле прекрасная, как роза, с огромными карими глазами, пухлыми губами и густым шелком каштановых с позолотой волос, сидела за письменным столом, но как только услышала шаги Дэррил, встала и обернулась. Инквизитор привычным жестом благословила дочь монарха, та склонилась, но когда подняла голову, взгляды священницы и Розетты встретились.
Головная боль, знакомое липкое чувство мерзости, бездонной темноты и страха пронзило Дэррил так ясно, как в первый раз, когда она почувствовала и убила демона. Инквизитор рефлекторно выхватила кинжал, занесла его и замерла. Убить принцессу - недопустимое преступление, даже если она одержима.
- Верно, замри. Ты не можешь убить меня. не можешь убить принцессу, расстроить дипломатический брак. Иначе - убьют тебя, - произнесла Розетта вроде бы и своим голосом, но с холодом, которого в нем раньше никогда не чувствовалось.
- Чего тебе надо, демон? - прошипела Дэррил сквозь зубы: не в ее правилах было вести переговоры с темными сущностями.
- Не узнаешь меня? Обидно, - тело принцессы не двигалось, только глаза, потемневшие, горели темной пустотой. - Мы встретились, когда тебе было семнадцать.
- Так это тебя я не смогла убить? Из-за тебя меня сослали в какую-то деревню? Из-за тебя я потеряла несколько лет, добиваясь перевода обратно в столицу? - теперь ярость Дэррил значительно усилилась. Ее глаза потемнели, взгляд пронзал острее ритуального клинка.
- Да ладно, с такими-то способностями ты легко исправила свою маленькую оплошность. Ты - единственная, кем я так и не смог овладеть, - принцесса сделала шаг в сторону Дэррил, та отступила назад.
"Нельзя ранить тело", - поняла Инквизитор, но кинжал в ножны не вернула.
- Я предлагал тебе и плотские наслаждения, и богатства, и почти вечную молодость... Все наслаждения жизни были бы тебе доступны, если бы ты покорилась. Почему ты не сдалась? Во имя чего вы, инквизиторы, не сдаетесь? - тем временем продолжала тень, приближаясь.
Дэррил пришлось отступить еще на пару шагов.
- Во имя веры в то, что любой разумной цели мы - и остальные люди - можем достичь сами. Все, о чем ты говоришь, мне и так доступно. Мужчины, деньги, власть, даже долгую жизнь дает моя сила. Тебе нечего мне предложить, - ответила Дэррил, затягивая время. Ей срочно требовалась изгнать тварь и уничтожить.
- А для людей священники - пример аскетизма. Как цинично, - принцесса цокнула языком и сделала еще шаг вперед. Дэррил снова попятилась и уткнулась спиной в стену.
- Впрочем... - вдруг Дэррил улыбнулась и опустила кинжал. - Есть кое-что, ради чего я бы поддалась тебе.
- Что это? Что ты хочешь? - тень разом потеряла самообладание, тело принцессы неестественно быстро метнулось к священнице и нависло над ней.
- Я хочу понять мотивы и мысли демонов. Если ты дашь мне это сделать...
- Договорились! Ты не пожалеешь и можешь потом просить что угодно еще. Впрочем, и сама знаешь!
Тело Розетты повалилось на мягкий ковер, а Дэррил почувствовала, как сознание заполоняет будто густым туманом. Инквизитор оперлась на стену, чтобы не упасть, и закрыла глаза. Она почти чувствовала, как тень расползается по телу, впитывается в кровь. Как теперь она видит ее глазами, как мысли сущности срастаются с ее собственными мыслями. Ощущение стало настолько противным, что Дэррил едва не вырвало прямо на пол. Священница крепче сжала в ладони кинжал, но не удержалась от последнего вопроса.
"Что ты пообещал принцессе?" - спросила она, занося кинжал над животом.
"Избавление от помолвки", - охотно ответила тень.
В этот же миг Дэррил опустила клинок. Сначала она ничего не почувствовала, но через несколько мгновений боль взорвала ее тело, а истошный мысленный вопль - голову. Инквизитор повалилась на пол, обессиленная рука разжалась, выпуская рукоять клинка. Тень, умирая и рассеиваясь, завывала, и священнице казалось, что ее голова сейчас лопнет от звона. Но в тот момент, когда боль и шум стали невыносимы, уставшее сознание милостиво покинуло голову.
***
Живот все еще разрывало дикой болью при каждом движении, раскалывалась голова, а при первой попытке открыть глаза свет резанул по ни так сильно, что слезы брызнули на бледные щеки Дэррил. Но со второй попытки получилось лучше, и она, проморгавшись, увидела потолок церковной лечебницы.
Повернула голову вправо - взгляд уперся в ряд коек, на которых лежали люди. Кто-то спал, кто-то тихо постанывал, какие-то из кроватей оказались пустыми. Слева, на соседей койке, лежал Маро. Он увлеченно переворачивал страницы книги в плотном коричневом переплете, но как только заметил, что Дэррил очнулась, бросил чтение и вскочил. Поморщился от резкой боли в том месте, куда Дэррил вчера вонзила клинок, но все же упал на колени перед ее кроватью.
- Простите меня, сэра Инквизитор. И благодарю вас! Обещаю...
Дэррил лишь мазнула рукой, и тут же поморщилась от новой вспышки боли.
- Помолчи и вернись на кровать. Я не хочу, чтобы мои труды пропали даром, - проворчала она, оставаясь внешне спокойной, но мысленно она ликовала.
Наконец она нашла способ изгонять тени и вместе с тем - оставлять людей в живых. Не зря она бегала по болотам, расспрашивая у шаманов о строении человеческого тела. Не зря много лет искала в туловище точку, которую можно пронзить насквозь так, чтобы не убить при этом раненого. Ее любопытство, за которое ее порицали, спасло ей жизнь. И спасет еще множество жизней.