40 глава
Глава: Последняя ночь
:Прошло полгода. Весна.
Они жили вместе уже почти год
Год с того дня, как он впервые переступил порог её дома не как враг. Год,как она перестала просыпаться с мыслью «когда же это кончится». Год,как они стали не просто «он и она», а мы.
Иногда они ссорились. Она была вспыльчивой, он - упрямым. Она могла хлопнуть дверью из-за ерунды, он - уйти в спортзал и молчать полдня. Но всегда возвращались. Всегда мирились. Обычно - в постели.
Иногда они молчали вместе. Сидели в гостиной, он читал бумаги, она - книгу, Демонёнок спал у них в ногах. И это было лучше любых слов.
Иногда он смотрел на неё и не верил. Что эта девчонка с зелёными глазами - его. Что она выбрала его. Что она осталась. Что она любит.
Он думал, что такого не бывает. Что люди вроде него не заслуживают счастья.
Но она смотрела на него утром заспанными глазами, тянулась, целовала в плечо и говорила: «Доброе утро, мой демон». И он верил.
Жизнь наладилась. Настолько, насколько это вообще возможно в их мире.
Всё началось с сообщения.
Давид сидел в кабинете, когда телефон завибрировал. Незнакомый номер. Он открыл - и внутри всё похолодело.
Фотография. Доминика в супермаркете, выбирает продукты. Снято через стеллаж, в профиль, но лицо чётко видно.
И подпись:
«Хорошая у тебя девочка. Смотри, чтоб не потерял.»
Давид сжал телефон так, что экран треснул.
Он поднял всех. Ник, Майк, все люди. Усилил охрану. Доминику предупредил - жёстко, без вариантов:
- Никуда одна. Вообще никуда. Поняла?
- Поняла, - кивнула она, хотя внутри закипало. Она не любила, когда ей приказывали. Но по глазам видела - это серьёзно.
Неделя прошла в напряжении. Ничего не происходило. Давид не расслаблялся, но Доминика начала задыхаться в четырёх стенах.
- Я схожу с ума, - сказала она Малене по телефону. - Он меня взаперти держит.
- Он тебя защищает.
- Я знаю. Но это не жизнь.
Она хотела свободы. Хотя бы чуть-чуть.
В один из дней Давид загадочно улыбался и ничего не объяснял.
- Ты чего? - спросила Доминика.
- Сюрприз.
Вечером он позвал её в гараж.
Там, под светом ламп, стояла машина. Красный спорткар, низкий, агрессивный, опасный - как он сам.
- Это... - она не поверила.
- Тебе, - сказал Давид. - Новая. Чтобы было на чём разгонять тоску.
- Давид... это...
- Дорого. Знаю. Но ты этого достойна.
Она кинулась ему на шею. Он усмехнулся, обнял.
- Только с охраной. Только с водителем. Поняла?
- Поняла, - кивнула она, уже представляя, как сядет за руль.
Той же ночью Доминика лежала в постели и не могла уснуть.
Давид спал рядом - уставший за последние дни, вымотанный. Она смотрела на него, на его шрам над глазом, на татуировки, на спокойное лицо.
Ей было душно. Хотелось ветра. Хотелось свободы. Хотелось хоть на час почувствовать себя не пленницей в золотой клетке, а просто девчонкой за рулём красивой машины.
Она осторожно встала. Накинула куртку. Взяла ключи.
Демонёнок приоткрыл глаз, зевнул.
- Тсс, - шепнула она. - Я быстро.
Он не стал её выдавать.
Доминика выскользнула из комнаты, спустилась в гараж. Спорткар блестел в темноте, ждал её.
- Прокатимся, - шепнула она, садясь за руль.
Мотор завёлся тихо, но мощно. Она выехала из гаража, не включая свет в доме, и растворилась в ночи.
Ночной город встретил её огнями и пустыми улицами. Доминика вела машину легко, с кайфом, ветер бил в приоткрытое окно, волосы развевались. Впервые за долгое время она чувствовала себя живой.
На пустом перекрёстке замигала сирена. Пост ГАИ.
- Чёрт, - выдохнула она, притормаживая.
Молодой инспектор подошёл, посветил фонариком в салон.
- Доброй ночи. Ваши документы?
- Доброй, - она улыбнулась самой невинной улыбкой. - А что случилось?
- Обычная проверка. Права, техпаспорт.
- Понимаете, - она кокетливо повела плечом, - я сегодня не в той сумке. Дома оставила.
- То есть прав у вас с собой нет?
- Ну... нет. Но вы посмотрите на номера.
Инспектор нахмурился, отошёл, проверил по базе. Вернулся. Лицо изменилось.
- Извините, - сказал он. - Можете ехать.
- Спасибо, - она улыбнулась и нажала на газ.
В зеркале заднего вида она видела, как он провожает её взглядом.
Работает, - подумала она довольно. - Номера Давида - как пропуск в любую дверь.
Она не заметила, как от перекрёстка за ней отъехала чёрная машина без опознавательных знаков.
Она выехала за город. Трасса, лес, луна. Идеально.
Вдруг сзади ударил свет - дальний свет фар. Кто-то шёл почти вплотную.
- Что за... - она нажала газ, но машина не отставала.
Ещё газ. Быстрее. Ещё.
Машина поравнялась, ударила в бок. Спорткар вильнул, Доминика еле удержала руль.
- С ума сошли?!
Ещё удар. Сильнее. Её вынесло на обочину.
Перед ней резко затормозил чёрный внедорожник. Из него выскочили люди в масках.
Доминика рванула с места задним ходом, но сзади уже перекрыли дорогу.
- Нет, нет, нет...
Дверь распахнули. Её вытащили за волосы, прижали к капоту чужой машины. Она билась, царапалась, кричала.
- Давид! - заорала она в пустоту. - Давид!
Ей заклеили рот скотчем, натянули мешок на голову.
Последнее, что она увидела перед тем, как потерять сознание - луну. Ту самую, на которую она смотрела минуту назад, чувствуя себя свободной.
А в особняке, за много километров, Давид проснулся от того, что Демонёнок отчаянно орал и царапал дверь.
Он вскочил. Посмотрел на пустую подушку рядом.
Сердце упало куда-то в бездну.
- Доминика? - позвал он в тишину.
Никто не ответил.
Он рванул в гараж. Спорткара не было.
- Нет. Нет, нет, нет...
Телефон зажужжал. Сообщение с незнакомого номера.
Он открыл.
Фото: её, со связанными руками, на коленях, с мешком на голове.
И подпись:
«Искал? Забирай. Если успеешь.»
Давид заорал так, что проснулся весь дом.
Но в лесу было тихо.
Только луна равнодушно смотрела на то, как чёрные машины увозят его девочку в неизвестность...