Это не конец Майклсонов.
С Люсьеном покончено, и казалось бы, что теперь Майклсонам уже ничего не угрожает, но Дженнифер знала не все подробности бед Нового Орлеана. Она чувствовала, что это не конец, и что-то обязательно должно произойти, но не думала, что уже произошло. Как только Клаус, вместе с Колом, уехали, девушка вернулась домой, на всякий случай наложив защитное заклинание, и пыталась успокоить дочь. Оливия слишком сильно перепугалась того, что случилось, но забирать воспоминания у неё Дженнифер не хотела. Она считала, что девочка должна сама всё это прожить, ведь так или иначе, но когда-то она узнает всю правду о своей семье. Вскоре Лив успокоилась и уже не плакала. Но трибридов снова ждала неприятная новость, и даже не одна.
На следующий вечер телефон Дженнифер разрывался от звонков матери, пока та укладывала спать малышку Лив. Всё же, уложив дочь спать, Дженни спустилась вниз и ответила на звонок с третьего раза, но первородную ждал шок от услышанного.
- Да, мам? - ответила Дженни, наливая себе воды в стакан.
На другом конце провода даже по телефону чувствовалось напряжение и это ей не понравилось. Голос мамы дрожал, а дыхание сбилось.
- Дженни, у нас случилось кое-что ужасное, - испуганным голосом проговорила Аврора на другом конце провода. Кажется, она плакала.
- Мам, прошу тебя, успокойся и скажи нормально, что у вас случилось? - Дженни сама не на шутку перепугалась от голоса и слов матери.
Сделав пару больших глотков холодной воды, Дженни приготовилась услышать что угодно. Она крепко сжала в дрожащих руках стакан, вслушиваюсь в каждый шорох в телефоне.
- Марсель, - глубоко вздохнув, начала Аврора и выдержала паузу. - Он выпил сыворотку Люсьена.
- Как он это сделал? Она же одна была, насколько мне известно...
- Он извлёк её из крови Люсьена, - быстро ответила де Мартель. - Но это не самое ужасное, Дженни. Марсель укусил Элайджу, Кола и Ребекку.
Услышав последнее, стакан выпал из рук Дженнифер, громко разбиваясь о пол. Руки словно поетряли силу, тело стало ватным, в ушах зашумело, а в глазах всё поплыло. В грудь как-будто вбили кол из белого дуба, разрывая девушку на две части. Сердце разрывалось от осознания сказанного матерью.
- Дженни? - обеспокоенно позвала её мама, но ответа не последовало. - Дженни, ответь мне! Что у вас случилось? Дженнифер, дочка, прошу, не молчи...
Но она не могла ответить. В горле встал ком, из глаз полились слёзы. В этот момент вся жизнь девушки словно потеряла смысл. Что ей теперь делать? Что делать без Кола, её любимого мужа? Как быть без Элайджи, который моментами заменял ей отца, оберегал целое тысячелетие? И как теперь жить без Ребекки, своей любимой тёти и лучшей подруги, которая хранила все секреты девушки, была рядом с ней и шла бок о бок всю жизнь?
Всё, что смогла сейчас сделать Дженни, это медленно нажать на кнопку завершения вызова. На остальное у неё по-просту не хватило сил. Слова давались с трудом. Земля уходила из-под ног, но Дженнифер не собиралась сдаваться. Пока они ещё живы, она должна успеть попрощаться.
Ничего не чувствуя, Дженнифер старалась идти, не сотанавливаясь. Она зашла в их с мужем спальню и начала собирать сумку, после чего сделала то же самое с вещами Оливии, и взяла дочку на руки. Будить девочку ей совсем не хотелось, ведь та только уснула за последние сутки. Но делать было нечего. Аккуратно взяв всё в руки, Дженнифер медленно спускалась вниз. Вампирскую скорость использовать не хотелось, ведь из-за слабости она могла упасть и даже навредить Лив.
Дженни села в машину, усадив дочь в десткое кресло на переднем сиденье, и поехала в Новый Орлеан, который уже успела возненавидеть за всё то, что там происходит и за его жителей, всё время делающих ей больно и лишающих её счастья. По пути в свой старый дом, трибрид обдумывала всё произошедшее и будущее тоже. Она не знала, что ей теперь делать. Впервые Дженни чувствовала себя так уязвимо, беззащитно и сломленно.
За всеми раздумьями она даже не заметила, как приехала. Огромный дом принял бывшую хозяйку с распростёртыми объятиями, которые также были ненавистны ей.
- Мам? - проснувшись, позвала её Оливия, сонно потирая глазки.
- Да, доченька? - отозвалась Дженни, стараясь выдавить улыбку.
- Куда мы приехали?
- К бабушке, дедушке, папе, тётям и дядям, - ответила Майклсон, припарковавшись. - Ты же соскучилась по ним?
- Да... Мам, а почему ты плачешь?
- Я тоже по ним соскучилась, малышка. И нет, я не плачу, всё в порядке.
Дженни вышла из машины, вытирая слёзы, а затем достала дочь и вместе с ней отправилась в дом. Оливия была очень рада, что увидит своих родных сейчас, но она не знала, что повод не самый радостный для этого. У Дженнифер получилось остановить слёзы. На смену им пришла злость. Злость на Кола, за то, что оставил её одну с Оливией. За то, что не сдержал своё слово никогда не исчезать. За то, что разбил ей сердце. За то, что оставил дочь без отца. В общем, она не просто злилась на него сейчас, а хотела убить собственными руками.
Зайдя в дом, первым делом она увидела Аврору, которая встретила дочь с внучкой, тоже стараясь улыбаться, хоть и была удивлена их визиту, ведь Дженни ничего не сказала даже.
- Дженни, Ливи, - с облегчением произнесла первородная.
- Бабушка, - обрадовалась девочка и потянула свои ручки к бабушке.
Аврора поцеловала дочь в щёку и забрала из её рук Оливию. Как только Лив оказалась на руках бабушки, Дженнифер охватила ещё большая злость.
- Мама, уведи Лив в детскую, - от тона трибрида рыжеволосая и сама испугалась, но послушалась и быстро пошла в детскую, говоря внучке, что маме нужно поговорить с папой и ей это видеть нельзя.
В холл вышли Кол с Элайджей, и когда они увидели Дженни, то мягко говоря удивились. Кол не знал сейчас, радоваться ему или бежать прятаться. По глазам Дженни он мог понять, что лучше сделать второй вариант.
- Дженни? - воскликнул Кол. - Что ты тут делаешь?
- Убить тебя приехала, - грубо ответила она и на вампирской скорости оказалась рядом с мужем, сразу же ударив его со всей силы так, что он отлетел в стену, больно ударившись о неё, и упал на пол, взвыв от боли.
Сыворотка тоже давала о себе знать, усиливая боль, принесённую ему женой. Но Кол знал, что ей нужно выпустить пыл и она не остановится. Он слишком хорошо её знает, чтобы даже надеяться на обратное.
- Дженнифер, не стоит, - попытался остановить её Элайджа.
- Замолчи, дядя Эл, иначе тоже огребёшь, - перекрыла ему все дороги Дженни и вампир послушно замолчал. - А ты? - обратилась она уже к Колу, который медленно встал с пола из-за слабости от укуса. - Как ты мог? Ты должен был быть осторожнее!
Дженнифер вновь на вампирской скорости подлетела к Майклсону, и замахнулась на него. Кол попытался поймать удар, но Дженнифер была быстрее и сильнее. В глазах у парня всё поплыло, он словно начал терять сознание, а его жена всё не успокаивалась.
- Ты оставил нас с Ливи одних! Ты же обещал мне! - продолжала вопить девушка, колоча Кола, снова срываясь на плачь. - Что мне теперь без тебя делать, скажи! Лив не должна была расти без отца!
- Дженни, милая, прошу, - вымолвил Кол, шатаясь.
- Дженни, успокойся! - раздался громкий голос Ребекки, а затем вампирша оттащила её от своего брата и крепко взяла за плечи. - Что ты творишь, скажи? Ты совсем с ума сошла? Ему плохо сейчас и без тебя, он вот-вот умрёт, а ты что? Где поддержка от любимой жены? Что с тобой стало? Ты думаешь, он сам хотел этого? Хотел оставить вас? Кол защищал свою семью, он защищал и вас, если ты вдруг забыла об этом.
Дженнифер снова прорвало на слёзы. Она понимала, что Кол не виноват в том, что случилось. Не виноват в предательстве её родителей тысячу лет назад. Не виноват в том, что защищал свою семью. Не виноват в психопате, решившем отомстить спустя целое тысячелетие. Он не виноват. И никто не виноват. Только Люсьен. Это он испортил ей жизнь. И портил всегда, до самой своей смерти.
Дженни начала рыдать и беспомощно ослабла на Ребекке, обняв её, и почувствовала её руки, обнимающие девушку в ответ, и поглаживающие по спине и плечам.
- Я просто боюсь, - хныкала Дженни. - Я не хочу так. Не хочу потерять его, второй раз. Я не вынесу этого. И отключить чувства не могу, ради Ливи. Она не заслуживает этого всего. Я хочу помочь, хочу спасти вас. Но не знаю как, и возможно ли это вообще. Я всё сделаю, Бекки, всё...
- Если готова на всё, то есть у меня одна идея, - проговорила Фрея, появившаяся неожиданно.
Дженнифер резко отстранилась от Ребекки и обернулась на голос второй тёти. Кол медленно подошёл к жене и та утянула его в объятия.
- Говори, - попросила она Фрею.
- Я бы могла усыпить нас, и даже создать комнату, где мы все сможем видеться, - начала ведьма. - Не знаю, правда, хватит ли мне на всё это сил, потому что...
- Потому что - что, Фрея? И что ещё значит "усыпить нас"? Не говори мне, что с тобой тоже что-то слуичлось. Пожалуйста, нет... - голос Дженнифер дрожал. Она не могла услышать, что потеряла вообще всех и осталась абсолютно одна.
- Потому что меня отравили, и я не знаю противоядия, - выпалила она на одном дыхании. - Никто не знает. Если я сделаю всё то, о чём сейчас сказала, то мне нужна гарантия, что ты сможешь поддерживать это, и что ты найдёшь способ вернуть нас. Найдёшь для нас противоядия. Мы всё это время будем спать, и яд не будет распространяться.
- А мы поможем тебе, - сказала Хейли, встав рядом с Элайджей. - Я, Аврора и Тристан. мы будем с тобой. Мы поможем тебе с Оливией, Хоуп тоже будет с нами. И все вместе найдём противоядие для них.
- Хорошо, - кивнула Дженни, но тут она кое-что поняла. Никлауса нет. - Стойте... Вы все здесь, кроме... А где папа?
- Дженни, - глубоко вздохнула Ребекка.
- Где мой папа? - повторила она вопрос уже громче, снова срываясь.
- Милая, Марсель взял его в плен, - ответила ей Кол, поглаживая по голове и целуя в лоб, чтобы хоть как-то успокоить.
- В плен? - всхлипнула девушка.
- Марсель собирался напасть на вас, - сказал Элайджа. - На тебя, Хоуп и Оливию. Но Клаус пытался противостоять этому.
- И Марсель взял его в плен, в обмен на то, что не тронет вас, - договорил Тристан.
- О Боже... Я убью его.
- Невозможно, - с сожалением сказала Хейли. - Сыворотка же.
- Тогда я возьму его в плен и буду мучить каждые пять минут. Он не может забрать у меня всё.
- Дженни, - мягко позвал её Кол, возвращая с небес на Землю. - Мы должны лишь справиться с этим.
- Понимаю, - выдохнув, согласилась она с мужем. - И я справлюсь. Мы справимся.
- И да, кстати, Дженни, - Элайджа подошёл к ней, доставая из кармана своего пиджака два конверта. - Это для тебя и Оливии от Никлауса. Для Хоуп он оставил такое же. Своё прочитай сейчас, а девочки прочтут, когда немного вырастут. Такого его желание.
Дженни протянула всё ещё дрожащую руку и забрала конверты. На одном из них было написано "Моей дорогой дочери Дженнифер Эмили Майклсон от её любящего отца Никлауса Майклсона", а на втором была иная надпись "Моей дорогой и единственной внучке Оливии Ребекке Майклсон от её любящего дедушки Никлауса Майклсона". Слёзы хлынули новой волной, Дженни прижала письма к груди, вспоминая последнюю встречу с отцом и их объятия, не предвещающие данных событий. Она не успела с ним попрощаться.
Дженнифер отдала одно письмо в руки Кола, а другое. то, которое предназначается ей, раскрыла и принялась читать. С каждой строчкой сердце сжималось всё сильнее, боль увеличивалась.
" Дорогая Дженнифер,
Моя старшая дочь, мой первенец, моя городость, мой волчонок... Я пишу это письмо, не зная, что будет дальше. Мне жаль, что это произошло, что я не смог защитить свою семью. Мне стыдно перед тобой и Лив, ведь из-за своей гордости и величия я лишил вас отца и мужа. Но я очень рад, что у меня есть такие принцессы, как вы. Дженни, пожалуйста. не плачь по мне и следи за мамой и Хейли. Я знаю, у Лив прекрасная мама, а у Хоуп сестра. Я верю в вас, верю, что вы найдёте противоядие и освободите меня. Верю, что вы воссоедините семью Майклсонов вновь. Дженни, передай Оливии, что её дедушка очень любит её, и с её рождением, у Майклсонов появилась ещё одна надежда. Передай своей маме, что я её люблю и никогда не забывал про неё. Уезжайте из этого города, он приносил нам лишь страдания. Будьте счастливы, мои принцессы, я люблю вас...
Твой любящий отец Никлаус. "
***
Дженнифер и Фрея сдержали свои слова. Майклсоны уехали обратно в Чикаго, на чердаке Дженнифер Фрея сделала ту самую комнату, о которой говорила. Оливии трибрид сказала, что папа спит волшебным сном из-за злого дяди, и мама обязательно его спасёт, как и Элайджу, и Ребекку. Хоуп сказали то же самое. В тот самый последний день, перед тем, как уснуть, Кол хотел лично попрощаться с Дженнифер и кое-что передать.
- Милая, можно тебя? - тихо произнёс Кол, подойдя к жене и взяв её за руку.
- Конечно, милый, - кивнула ему Дженни, и они спустились вниз, вставая за лестницей.
Кол достал из кармана также два письма и вложил их в руку возлюбленной, поцеловав её тонкие пальцы. По щекам Дженни скатились слёзы, и первородный тут же принялся их стирать. Он примкнул к её лбу своим, слегка потеревшись носами.
- Любовь моя, запомни мои слова из этого письма, и никогда не забывай, прошу тебя, - прошептал он, прижавшись к возлюбленной.
- Обещаю, - прошептала в ответ Дженнифер, убирая конверты в карман.
- Идём, они ждут нас, - Промолвил Кол последнее, перед тем, как погрузиться в царство морфея на долгие годы...
Оставшись наедине, Дженнифер достала послания, переданные ей любимым мужем. Она прочитала милые подписи: "Моей принцессе Ливи" и "Моей королеве Дженни". Усмехнувшись с этих прозвищ, Дженни убрала письмо, предназначенное для дочери, в нижний ящик комода, а своё письмо, сразу раскрыла и принялась читать.
" Моя милая жена, Дженни,
Я пишу для тебя это письмо при смерти, но даже сейчас я счастлив, ведь у меня есть такая прекрасная жена, как ты. Ты родила для меня замечательную дочь Ливи, которую я тоже безмерно люблю и ценю. Прости меня, за мои выходки, прости. что не ценил то, что у меня есть. Я безумно люблю тебя, Дженнифер Эмили Майклсон. Пожалуйста, не плачь по мне, я не хочу, чтобы ты проливала слёзы из-за меня, эти глаза не должны плакать. Будь счастлива, Дженни, и держись. Тебе ещё многое предстоит пройти, и я бы ни за что не желал для тебя такой участи, и не хотел бы видеть твои страдания. Но я знаю, ты справишься. Ведь ты всегда со всем справляешься, любовь моя. Не падай духом, милая, ты сможешь, я верю.
Твой любимый муж Кол. "