28. Счастье
— Я заберу тебя оттуда, малыш.
— Саша... — не веря собственным ушам, прошептал я в трубку. — Саша...
Я смутился, когда вспомнил, что в комнате не один, и попытался немного успокоиться. Без толку. Сердце стучит, как бешеное, а дыхание, будто только что пробежал стометровку.
— Как ты там? — встревоженно спросил Саша. — С тобой все хорошо?
— Да... — собрался наврать ему я, не заморачиваясь, но что-то заставило меня сказать ему правду. — Нет. По правде говоря, я болен.
— Женя сказал мне, что ты сильно похудел, — хмуро сказал мужчина. — Как ты себя чувствуешь сейчас?
Как я себя чувствую? Определенно бывало и лучше. Моя голова кружится от волнения, а руки слегка подрагивают, на лбу выступила испарина, но как же я рад!
— Сейчас мной все хорошо. Я в норме.
— Послушай, Кирюш, я заберу тебя, но только пообещай мне, что начиная с этого дня будешь стараться кушать. Сделай это ради меня, хорошо?
Я тяжело вздохнул. Не уверен, что смогу, и обманывать Сашу не хотелось. Но вдруг, если сейчас скажу, что у меня не получится, он не приедет? Кому нужен полуживой сопливый подросток?
— Я буду стараться, — ответил я.
— Договорились, — я почувствовал, что он улыбнулся. — Не унывай, хорошо? Эта неделя нашей разлуки последняя.
— Да... — ответил я счастливо улыбаясь. — Я надеюсь.
* * *
Я болтал с Сашей по телефону, заперевшись в своей комнате, в то время как вся так называемая семья собралась за премилым семейным ужином. Один я как позор семейства сидел один в своей комнате, пытаясь доесть пресную кашу, что посоветовали доктора моему измученному желудку. Ну еще ею и тяжеловато блевать, просто так, к слову.
— Я приеду послезавтра.
Я едва не подавился безвкусной субстанцией, что была у меня во рту.
— Ты... правда? Я... — тут же взбодрился я, но вспомнил отца и помрачнел. — Отец не будет рад тебе, как я.
— Об этом не беспокойся. Я постараюсь все уладить.
— Он может набить тебе морду, — предупредил я, вспоминая вспыльчивость отца, которая передалась и мне.
— Я тоже могу набить морду.
— Не надо бить папу?.. — растерянно сказал я.
— Кирилл, я шучу.
Мы одновременно засмеялись. Я представил отца со скалкой в руке, бегущего за Сашей и мне стало еще смешнее.
— Ты же кушаешь, да? — спросил он меня. — Что-то я перестал слышать стук ложки.
Я спохватился и, схватив столовый прибор, поскреб им по дну тарелки, поднеся прямо к динамику телефона.
— Вот так?
До меня донесся смешок Саши, ну, конечно, он сразу все понял.
— Кирюш, давай кушай. Ты обещал мне.
Я вздохнул. Да, я помню про свое обещание.
— Я знаю, просто это ужасно невкусно, — поднеся ложку с кашей к носу, я понюхал и скривился, — похоже на размокший кошачий корм или на блевотину.
— Надеюсь, ни первое, ни второе ты не пробовал, — подшутил Саша. — Хотя насчет кошачьего корма... Как-то раз я оставил шестилетнюю Софи одну дома. У нас тогда был кот, мать Софи домой притащила, и моя детка решила попробовать его корм, — Саша засмеялся, вспоминая прошлое. — Когда я вернулся, все ее лицо... было в этом, и она смотрела на меня испуганными глазами, будто я застал ее за воровством.
Я засмеялся. Подумать только! А я ее по дорогим кафешкам водил, боялся не угодить. Совсем не подумал, надо было предложить ей зайти в зоомагазин!
— Мне вот было несмешно. Между прочим, тяжело было это отмывать.
Мы замолчали. Я слышал на противоположном конце трубки дыхание мужчины и думал, как же мне его не хватает.
— Я хочу, чтобы ты поскорей приехал, — озвучил я свои мысли и, решив перестать тут нюни разводить, продолжил: — Созвонимся завтра? Часов в шесть вечера.
— Да, Кирюш. Завтра.
* * *
На следующий день я ждал звонка Саши, но его почему-то не было. Обычно он первым звонил. Я подумал, что, может, у него какие-то дела и решил подождать еще. Отец сегодня был особенно нервным отчего-то. Постоянно спрашивал меня о самочувствии, даже температуру зачем-то измерил.
Я задумчиво вертел в руках телефон. Интересно, чем он занят сейчас?
Внезапно папа без стука ворвался ко мне в комнату, я едва успел спрятать телефон Лианы под подушкой — ведь он не знал, что она давала его мне и мог разозлиться.
— Кирилл, подойди сюда.
В непонятках я встал и подошел к нему. Отец вдруг обнял меня.
— Я люблю тебя, не сердись на меня.
Все еще не понимая, что происходит, я запоздало кивнул. Он подтолкнул меня в прихожую.
Я широко распахнул глаза, не веря происходящему. Саша стоял у дверей и смотрел на меня.
Прижав ладонь ко рту, я почувствовал, что глаза заслезились, а ноги словно сковало льдом, от волнения я не смог сделать ни шага. Саша подошел ко мне. Я заметил, как он скользнул хмурым взглядом по моим худым бедрам в домашних шортах, а потом поднял глаза на меня и улыбнулся. Улыбнулся и посмотрел так, словно я был для него самым главным в этой жизни. Мужчина обнял меня, а я все стоял, глотая слезы.
Но ведь он должен был приехать завтра?
— Сюрприз, — шепнул он мне на ухо.
Я счастливо улыбнулся и, чувствуя на своих щеках мокрые дорожки от слез, обнял его.
Примечание:
я пробовал кошачий корм
аче)