8]. Солнышко Конохи. ПЕРЕЗАПУСК.
⸻
Как бы он ни старался, уйти было почти невозможно — Какаши мог перехватить его с любой стороны. Саске пятился назад, сжав зубы.
«Если мне страшно сейчас, то как я вообще собираюсь убить Итачи?» — в панике думал Учиха.
Он ступил на поверхность воды, пытаясь удержаться на ней, но страх мешал контролировать чакру — и он провалился. Ещё немного, и от него и мокрого места бы не осталось.
— Какаши, постой! — окликнул блондин, немного повысив голос.
Пепельноволосый обернулся. Вся ярость, которую он излучал секунду назад, исчезла. Он смотрел на своего лисёнка — с теплом, с любовью, а не с ненавистью. Эта перемена поразила Саске. Он замер на мгновение, а затем воспользовался моментом и скрылся в неизвестном направлении.
Копирующий ниндзя подошёл к Наруто:
— Всё в порядке?
— Да... Пошли домой, — тихо ответил блондин. Он хотел как можно скорее забыть всё произошедшее.
Его яркие глаза, цвета чистого неба, померкли. Один поцелуй — и он уже чувствовал вину. Он считал, что предал Какаши... и не был уверен, что тот простит его.
Хатаке поднял его на руки, будто это было само собой разумеющимся, и, не говоря ни слова, понёс домой. Наруто, устав от эмоционального и физического напряжения, вскоре заснул, прижавшись к груди любимого. Какаши лишь тихо улыбнулся, взглянув на это солнышко у себя на руках.
Придя домой, он уложил блондина в постель, а сам отправился в ванну, чтобы позже лечь рядом.
⸻
⸻
Пожалуй, единственным, кто ещё не знал об их отношениях, был Ирука. Потому он сильно удивился, услышав случайный разговор своих бывших учеников. Он не разобрал всего, но услышал главное: Наруто и Какаши — вместе. Мужчина со шрамом на переносице печально улыбнулся... и продолжил свой путь.
⸻
Наруто проснулся довольно рано. Тело всё ещё болело, но уже не так сильно — терпимо. Аккуратно встав с кровати, стараясь не разбудить мирно спящего Какаши, он натянул одежду и проскользнул на кухню.
Спустя некоторое время Хатаке проснулся от приятного запаха, разносившегося по дому. Он поднялся, прошёл в сторону кухни и остановился в дверях, облокотившись о косяк. Картина была слишком милой, чтобы её нарушать: Наруто стоял у плиты, что-то бурча себе под нос и ловко орудуя лопаткой. Какаши лишь усмехнулся.
Он подошёл сзади, обнял парня за талию и положил голову ему на плечо. Блондин вздрогнул от неожиданности, а потом, узнав прикосновение, улыбнулся и прикоснулся ладонью к щеке мужчины. Хатаке воспользовался моментом и быстро поцеловал его.
Часть завтрака пострадала. Сковородка зашипела, будто возмущённо напоминая, что её тут вообще-то никто не отменял.
— Ну вот, часть блинов спалил! Иди умывайся и завтракать, — Наруто звучал строго, — хорошо, что это не курица в духовке, а то остался бы голодным.
— Слушаюсь и повинуюсь, — шутливо ответил Какаши, направляясь в ванную. Наруто вернулся к плите.
После завтрака Хатаке ещё полчаса восхищался готовкой парня, пока тот не велел замолчать.
— Надо будет заехать за твоими вещами, — тихо сказал мужчина.
Наруто кивнул. Позже, от скуки, Какаши достал книгу. Блондин устроился у него между ног, облокотившись спиной о грудь. Один держал книгу, другой — тишину. Так они просидели полтора часа, может больше. В конце концов Наруто уснул, и Хатаке, осторожно расстелив постель, уложил его, а сам лёг рядом, продолжив чтение.
⸻
⸻
Саске сидел в своей комнате, глядя в одну точку. Мысли кружились одна страшнее другой. Какаши оказался куда сильнее, чем он предполагал. Воспоминание о той ярости, которую он ощутил, едва не вызвало дрожь по телу.
Но Учиха не собирался сдаваться. Он хотел это солнце — не завоевать, не добиться, а присвоить. Он считал, что оно должно принадлежать ему.
Кто-то может спросить — почему «солнце»?
Всё просто: в Конохе Наруто начали называть Солнышком из-за его яркой улыбки. Вот так и появилось это прозвище — Солнышко Конохи.