Если осмелишься, гавкни на меня [ЗАКОНЧЕНА]

POV Айя Ватанабэ:

Что я хотела от нее в тот момент? Я думала, что она соврала. Но все не так.

Поначалу я ее терпеть не могла из-за того, что она отобрала мой проект, но потом с каждым разом привязывалась все сильнее и сильнее, пока не влюбилась.

Я осмелилась на этот шаг, поехать вместе с ней. Провести ночь. Но для чего? Чтобы мне так просто вонзили нож в спину? Чтобы уничтожить мои чувства только одной фразой?

Скажи мне, почему же ты тонешь, но на лице у тебя безразличие? Разве ты не должна вопить во весь голос о помощи, чтобы тебя кто-то спас? И зачем ты зовешь меня тонуть вместе с тобой, если я зову тебя на свет? Я кричу тебе о том, что непрестанно о тебе думаю. Я же твоя до конца жизни. Сними, наконец, эту гнусную маску лицемерия и напыщенности! Да, я не спорю, мне нравится твое поведение хозяйки к собачке, но твое безразличие раздирает мое сердце на крошечные пазлы, которые ты не сможешь потом собрать.

"Я тебя не люблю"

Да не надо меня любить! Не думай, что только тебе одной все равно! Мне тоже все равно на тебя...

И наполненная всевозможными мыслями, я поплелась на работу, едва не со слезами на глазах.

Я пыталась не выходить из своего кабинета, дабы не встретиться с Натами. Но, видимо, жизнь злоупотребляет иронией. Госпожа Иоши позвала меня к себе для какого-то разговора.

Кое-как перебирая ногами, я нерешительно шагала к менеджеру в надежде, что этот диалог продлится не дольше минуты.

Приоткрыв дверь, я увидела там Натами.

—Девчонки, вы такие молодцы! — начала нахваливать нас ни с того ни сего Госпожа. — Придумать такой наряд на ежемесячный показ. Просто умнички мои! В этом месяце премия будет в двойном размере, — блондинистая, полная удовольствия, села обратно в свое кожаное кресло. — На сегодня вы можете закончить свою работу и идти домой. Натами, не забудьте про костюм директору, — напомнила та.

Я кинула мимолетный взгляд на 2 манекена, которые располагались позади Госпожи Иоши. Хоть они и прикрыты белоснежной драпировкой, их было отчетливо видно, скорее всего это из-за цвета. Нежно-голубое платье и темно-синий мужской костюм с нотками ткани алмазного напыления.

—Да, я помню, менеджер, — откликнулась Натами с легкой улыбкой на лице.

Диалог и правда был не больше минуты. По крайней мере, так казалось, потому что совсем недавно я стояла в кабинете, а сейчас уже за его пределами.

—Зачем позвали меня? Я же не помогала тебе, — высказалась я тихо, дабы просто закрыть тему, если она не услышит.

—Забей. Считай это компенсацией.

—Но...

—Что еще? Хочешь знать, зачем я так поступила с тобой? — темноволосая приостановилась, но продолжала стоять ко мне спиной, будто не хотела даже смотреть на меня

—Я просто хочу быть с тобой и все.

—А я не могу быть с тобой, Айя! — в пол голоса рявкнула Натами, дабы никто не расслышал.

—Не можешь? — переспросила я, не особо уяснив смысл ее слов. — Или не хочешь?

—Не могу! Именно не могу! Если бы я не хотела, я не спала с тобой! Я никогда так не делаю. Особенно... — девушка сделала большую паузу и отвела взгляд в сторону. — Я не играю с теми, кого люблю. Да, я так сказала, чтобы дальше тебя не уничтожить. Это больно. Я потеряла уже одного человека, от которого была без ума. Я не хочу тебя терять, поэтому должна держаться на расстоянии. Извини.

—Но, Натами, разве не должен появиться тот человек, который вытащит тебя из тьмы на свет? Ты же не хочешь до конца жизни погрузиться в прошлое только из-за ошибок других людей? — я не спускала глаз с Натами в надежде хоть какого-то ответа, пусть даже и не подтверждающего мои слова.

—Это больше не важно. Меня пытались вытащить на свет, но все бесполезно. Я только лишь усугубила ситуацию и отношения между нами. — темноволосая отвела взгляд в сторону и начала покусывать свои губы.

—Ты можешь хотя бы рассказать, почему тебе настолько важно прошлое?

—Пойдем в мой кабинет. — сказала девушка и направилась в сторону своей рабочей комнатки.

Неужели, она мне расскажет? Это не сон? Это... происходит на самом деле?

—Садись. — Натами пододвинула стулья ближе друг к другу и тут же села на один из них.

—Пойми, я не должна была с тобой разговаривать. —начала говорить та. — Моей целью был только проект, только компания, только работа. Из-за этих слухов мне пришлось покинуть свой родной город, чтобы забыться здесь. Я была певицей. Да, мне нравилось петь. Фанаты обожали меня до потери пульса, хоть была известна только в своем городе. Однажды я сочинила новую песню и пошла к продюсеру отца. Он одобрил текст и мелодию. Во время прослушивания первой записи, я слышала, как все на площадке меня унижали. Они думали, что я хвастаюсь тем, что сочинила якобы сама. Знаешь, что-то вроде "Ребенок не может сочинять такие песни. Однозначно, она отца попросила и выставила как свою песню. Ну что за испорченные детишки богатеньких родителей. Ничего не могут сами добиться! "

— На это я только лишь крикнула, что они ошибаются и убежала с площадки домой. После этот продюсер был уволен моим отцом. И я не хотела больше пытаться попасть на телевидение, потому что там только ложь и неправда.

— Постепенно мне надоедала роль "Классной певицы", но я не собиралась от нее отказываться. Хотела сделать обычный перерыв. И однажды, я увидела девушку рядом со своей гримерной комнатой.

—Она именно та, которая мне была нужна. Невинная и скромная, но прямолинейная и искренняя. Я влюбилась. Хотя до этого не знала, что такое любовь. Да мы были мелкими и несообразительными, но я любила ее по-настоящему. Не сразу, конечно. Все было постепенно. Сначала обычные встречи, как фаната с певицей. Затем гулянки как подруга с подругой. А после ночи как влюбленная пара.

—Спустя время, я рассказала родителям, что влюбилась в девушку. Они перекинулись взглядом с каким-то отчаянием, но не сказали, что это плохо. Родители меня только поддержали и сказали, что будут рядом несмотря ни на что. Даже мой младший брат не стал меня высмеивать, а только лишь крепко обнял и поцеловал.

—Все шло хорошо, пока сестра моей девушки не стала выделываться. Из-за ревности она пыталась разрушить наши отношения. Строила из себя обиженку, доказывая, что наши отношения — это неправильно. Юки все это время навязывала Мирай знакомства с парнями. Потом она перестала так делать. Что ее заставило я не знаю. Это меня не касалось.

—Буквально через несколько месяцев моя подруга прибежала ко мне вся на панике, говоря, что Мирай мне изменила с парнем. Я не поверила, но она показала мне фотографию, где моя любимая целуется с каким-то молодым человеком. У меня не было паники, не было депрессии, не было слез. Я просто оставила ее далеко позади и ушла.

—Было много писем. Но я не прочла ни одного. Дни шли туманно и безрассудно.

—Я теперь что-то вспоминаю. — внезапно выдала я. — Ты та певица, которая со скандалом ушла со сцены, потому что обвинили в домогательстве, но ты так изменилась. Тебя не узнать. Словно совсем разные люди.

—Ах, да. Это было инсценировано. Юки отмонтировала видео, где я будто занимаюсь любовью с Мирай, хотя такого не было. У нас был уговор, до совершеннолетия только обычные поцелуйчики и держания за ручки. Я была культурно воспитана, да и понимала по сколько нам лет, чтобы заниматься таким. Очевидно, что все было подстроено. Юки даже понятия не имела почему Мирай так сильно хотела на сцену. Она лишь пыталась угодить семье, думая, что так будет лучше для нее. Но девушка мечтала совсем о другом. Чтение литературы было для нее всем, но из-за сцены и занятий по вокалу, забросила их.

—Произошло это все после измены, я даже никак не контактировала с Мирай, потому что мне было тяжело. А для выброса всей негативной энергии я как можно больше находилась на сцене. И в этот же день спела любимую песню моей избранницы, которая была на концерте. Мне только потом об этом сказали, когда все закончилось. Тем не менее я не искала ее. В свой последний день прибывания в старой шкуре, я решила прочесть все письма, и узнала, что ее изнасиловал какой-то мужчина. Я даже дочитывать не стала, а просто рванула к ней.

—Я открываю дверь ключом, что мне дала Мирай и захожу в ее комнату. — у Натами тут потекли ручьем слезы, которые она никак не могла контролировать. — Она... висит... У меня истерика, у меня паника, у меня крики. Я визжала, как свинья от увиденного. Меня всю трясло, казалось, что я вот-вот откинусь сама. Однако, я пришла в себя через считанные минуты. Знаешь, в таких ситуациях надо вызывать полицию и скорую, но я пошла на кухню за ножом. Сделала несколько глубоких порезов и упала в обморок. Я думала, что умерла, и была готова к этому, но я проснулась в больнице, находясь в тяжелом состоянии.

—После выписки я изменилась. Я постригла волосы, стала краситься, поменяла стиль общения. Если я была очень открытой и позитивной, то сейчас кладу на все с высокой горы. И это очень больно. Долгое время невозможно принять себя как нового человека. Тебе с этим приходится бороться внутри себя. Ты либо умираешь, смирившись со всеми попытками принять новое обличие или берешь над ним контроль. Другого не дано.

Девушка после этих слов замолчала. Уставшим взглядом она посмотрела сначала на часы, а затем в стену, будто разглядывая ее.

—Натами, прости, я не знала, что все настолько тяжело. Я не понимала почему ты держишься за прошлое, но сейчас я осознала, почему ты такая. —я положила свою руку на плечо девушке и посмотрела на нее. — Ты сама луч света.

От моих слов темноволосая очень сильно удивилась. Я знаю, что она не могла найти слов для меня, поэтому просто тихонько обняла ее.

—Не важно, что было в прошлом, важно какой ты человек сейчас. Не надо винить себя в том, чего ты не делала. Натами, ты мне нравишься. — я положила руку на щеку девушки и посмотрела ей в глаза. — Ты прекрасна.

Мы медленно и непринужденно коснулись губ друг друга. Это был самый приятный поцелуй из всех возможных. Вкус тонких горьких сигарет и сладкий клубничный бальзам для губ, который перебивал мучительный аромат искусанного фильтра.

Какая разница насколько сильно ты изменишься, если все равно считаешься моим идеалом?