В полиции только девушки

  В женском общежитии уже давно было время отбоя. Однако это никак не мешало Люси. Вместе со своей соседкой — Нацумэ, они всю ночь разговаривали, шутили и смеялись над комедийным фильмом. Драгнил вёл себя достаточно свободно, даже на некоторое время вовсе забыл, что внешне сейчас он выглядит как девушка. Временами молодой парень делился с Хартфилией своими истинными мыслями, рассказывал о некоторых своих мечтах, даже не побоялся поделиться с блондинкой кусочком прошлой семейной жизни, когда он был совсем-совсем «маленькой девочкой».

Но всё-таки Нацу рассказывал о своей прошлой жизни и так откровенничал с девушкой вовсе не просто так. Он таил глубоко внутри себя надежду на то, что Люси будет тронута этим и тоже сможет поделиться чем-то сокровенным. Однако Хартфилия лишь изображала глубокий интерес в рассказах парня, некоторые из них которые были выдумкой, и, видимо, совершенно не желала говорить что-либо о себе, а о происшествии в начале учебного года тем более.

Драгнил для себя делал вполне логичный и очевидный вывод, что время идёт, а дело не двигается с мёртвой точки. Информации довольно много, а картинка всё ещё не складывается.

Было ясно: надо что-то предпринимать. Нацу не хотелось вытаскивать что-то важное, что может помочь следствию, насильно из Люси. Если она не хочет об этом говорить, значит и не стоит. Однако придётся Драгнилу чуть да надавить на девушку, даже надломить, возможно.

— Знаешь, Нацумэ, — вдруг сменила тему Люси. — Мне довольно трудно найти общий язык со сверстниками, особенно с девочками, да и подруг у меня не было. Боюсь сейчас сглазить, но всё же скажу, что за эти несколько дней, узнавая тебя, думаю, могу назвать тебя своим другом. Ты можешь дать хороший совет, можешь помочь, ты очень добрая и искренняя. Думаю, я действительно тебе доверяю.

Драгнил на секунду нахмурился, принимая такие тёплые слова девушки. Его вдруг стало волновать, что же будет, когда Люси узнает, что Нацумэ на самом деле парень. Но Нацу быстро отвёл такие мысли в сторону, ведь сейчас его это волновать не должно. К тому же, как знать, Хартфилия, возможно, никогда и не узнает об этом. Ведь после раскрытия этого дела с Юкино, вполне вероятно, что Нацу и Люси никогда больше не увидятся.

Нацу вдруг стало неловко от мысли, что он хотел бы подольше провести это время в женском обличии, лишь бы быть ближе к Люси. А после сказанных слов блондинки, Драгнилу хотелось ещё сильнее защитить девушку. Ведь изначально миссия Лаксуса была — защитить свидетеля, на которого, возможно, тоже могут напасть, защитить его сестру, защитить Люси.

Однако существовала и такая догадка, что сама Хартфилия могла быть причастна к убийству Юкино, ежели это всё-таки не самоубийство.

— Спасибо, — произнёс Нацу на сказанные слова Люси. — Я о тебе думаю так же.

Этим словам Хартфилия, кажется, внезапно смутилась. Они какое-то время оба молчали. А затем Люси стала расстилать свою кровать, через какое-то время Нацу стал делать то же самое со своим спальным местом.

Люси погасила свет в комнате. Но, кажется, вовсе не спешила ложиться спать.

— Я правда очень рада, что ты появилась в моей жизни. Я могу тебе доверять.

Нацу снова легонько улыбнулся девушке. Та тоже заулыбалась. А затем внезапно наклонилась к своей соседке и обняла её. Драгнилу вдруг стало не по себе. Это выглядело как-то странно, даже неловко. Он ощущал тело Люси своим. От этого стала кружиться голова. А её запах... Нацу даже чувствовал, как в груди Хартфилии билось горячее сердце.

Внезапно Драгнил осознал, что у него давненько не было девушки. Поэтому он так быстро был сломлен лишь объятьями красавицы Люси. В какой-то момент в голове Нацу возникла мысль признаться девушке, что он парень, что это лишь его миссия, что он выполняет работу её старшего сводного брата — Лаксуса.

А сама мысль о Лаксусе вдруг заставила вернуться в сознание Нацу. Он сразу взял себя в руки, чуть посмеивался и повторял блондинке, что уже пора давно спать, они могут завтра проспать лекцию.

Вдруг Люси нахмурилась и крепче обняла Нацумэ, будто была чем-то напугана.

— Они придут... Они хотят отомстить...

— Что? — Драгнил не на шутку испугался, пытаясь посмотреть в лицо Люси.

Хартфилия вдруг ослабилась и встала перед Нацу. Тот внимательно вглядывался в выражение лица блондинки, старательно прокручивая в голове сказанные ею только что слова. Не послышалось ли ему? Это не розыгрыш? Что ещё за месть?

— О чем ты? Что за люди? — спрашивал почти шёпотом Нацу, будто боялся спугнуть девушку. — Не бойся, — он нежно взял за руку Люси. — Всё будет хорошо. Я защищу тебя.

Девушка недолгое время молчала. После чего просто легла в свою кровать, закутываясь в одеяло.

Почему-то это обеспокоило Драгнила ещё сильнее. Он подошёл к кровати Хартфилии. Нацу присел на колени возле, провёл рукой по плечу Люси, вновь повторив слова, что всё будет в порядке, что ей не стоит бояться.

— Ты была права, — произнесла вдруг Хартфилия. — Уже поздно, мы можем проспать завтрашнюю лекцию.

Нацу прекрасно понял намёк Люси. Кажется, она не была готова всё рассказать своей соседке. Хотя, видимо, ей уже хотелось избавиться от какого-то груза.

Драгнил последовал к своей постели, всё ещё не сводя глаз с блондинки. Вот снова... Всякой информацией и странностей становится всё больше и больше, а толку от этого никакого. Это никак не помогает. Только ещё больше вопросов становится, а ответов как не было, так и нет до сих пор.

***

Этой же ночью не спалось, видимо, многим. Джерара явно беспокоила вся эта история, связанная с Юкино. Он был почти уверен, что это было не самоубийство. И всё чаще повторял сам себе, что стоит больше времени уделить Хартфилии, так как всё-таки она может быть причастна к этому, как бы больно не было потом Лаксусу. Фернандесу было всё равно, его главное желание было — это правда и справедливость. Но в его голове также были и мысли, что обвинив в убийстве Люси, найдя, конечно же, для начала весомые доказательства и улики, Дреяр мог бы договориться со всеми, чтобы его сестра не оказалась в тюрьме. Джерар наперёд знал, что бы его начальник ему не предложил, он точно откажется. Преступник должен быть наказан. Именно по этому принципу жил Джерар. И ему было всё равно, что он мог бы остаться и без работы.

Однако, не стоит спешить, ведь это только очередная мысль, которая может оказать неверной.

Фернандес, наверное, серьёзнее остальных воспринимал любую миссию, которую ему давали. Он относился к этому очень трепетно, пропускал всё через себя, по-разному мыслил, стараясь вообразить как можно больше вариантов преступления, а затем исходя из улик или свидетелей прийти наконец-то к верной версии того или иного происшествия.

Мысли Джерара всегда были заняты только своей работой. На этот раз вообразить картину того преступления ему было трудно. Слишком много разных странностей и несовпадений. Если вычеркнуть версию о самоубийстве. Но Фернандес был практически уверен, что самоубийство могли специально лишь подстроить, дабы убрать подозрения с виновников.

Думать об этом Джерару стало трудно. Его мысли сбивал Грей своим сопением, что уже давно видел сладкие сны. Да и в комнате было как-то душно. Тогда Фернандес накинул на плечи свою ветровку, взял зажигалку с пачкой сигарет и вышел на улицу.

Была уже глубокая ночь, поэтому Джерар посчитал, что ни к чему было переодеваться в облик Жизель, и вышел так, как и выглядел в своей обычной жизни.

Молодой парень прошёл к студенческому стадиону, где обычно проводят спортивные игры и мероприятия. Фернандес подошёл к трибунам и сел впереди.

Он достал из кармана своих спортивных штанов сигарету с зажигалкой и закурил. Джерар снова и снова пытался восстановить картину трагедии, но вновь его пазлы не сходились. Он понимал, что нет некоторых деталей или нитей, которые могли бы всё соединить воедино и тогда бы нашлись бы все ответы на все вопросы. Но где это искать или у кого спрашивать — совершенно неясно.

Внезапный тихий шорох и медленные шаги заставили слегка дрогнуть парня. Кто ещё может в такой момент здесь появиться? Может быть, это виновник в смерти Юкино?

Джерар устремил свой взгляд в сторону шума.

— Ох... — Фернандес облегченно вздохнул. — Доброй ночи, Эльза-сенсей. Тоже не спится вам?

Аловолосая девушка продолжала ровно стоять на месте, всматриваясь в лицо юноши, нахмурив свои брови. Она вдруг подошла к нему, всё так же подозрительно смотря на Фернандеса.

— Мы знакомы? — спросила она с подозрением у незнакомца.

Джерар прикусил язык, осознав, что сейчас он действительно является для Скарлет неизвестным человеком. Парень сделал последнюю затяжку и, выдыхая дым, произнёс:

— Я наслышан о вас. Вы настоящая знаменитость академии.

Подобное было приятно слышать Эльзе, это явно выражалось в её лице. Она ещё недолго стояла перед Джераром, а потом подсела к нему.

— Так... Вас беспокоит бессонница? — вновь спросил Фернандес.

— Ну, что-то вроде... — ответила девушка с некоторой задумчивостью. — И, пожалуйста, не стоит обращаться ко мне на «вы», я не думаю, что намного старше тебя, — Скарлет ухмыльнулась.

— Прощу прощения, — усмехнулся Джерар. — Всегда не понимал, почему вас, девушек, это так беспокоит.

— Да уж... — Эльза коротко посмеялась. — А ты почему здесь? И кто ты вообще?

— Я обычный парень, — кивал Фернандес. — Живу недалеко, и как-то сюда забрёл. Люблю гулять поздними вечерами.

— Ты странный парень, — выдвинула ему Скарлет.

— Пусть будет так, — рассмеялся Джерар.

На несколько минут оба замолчали. И тогда в голову Фернандеса пришла мысль аккуратно спросить у Эльзы, знает ли она что-нибудь о происшествии с Юкино.

— Я слышал, что здесь погибла первокурсница, — произнёс Джерар. — Одна моя давняя знакомая поступила сюда и рассказала мне о произошедшем, — пояснил он сразу.

— Да... такое было, — со вздохом произнесла Скарлет.

— Как же это произошло?

— Были отправлены записки с какими-то угрозами практически всем девушкам нашей академии. Но думаю, что адресованы они были только одной. Не знаю, для чего отправили их практически всем. И, как знать, связано ли это со смертью той девочки. Кажется, она очень крепко дружила со своей соседкой, потому что та так часто оплакивает её у могилы и просит прощения. Жалко девчонку. Совсем юная.

Фернандес сразу нахмурился и внимательнее стал слушать разговор Эльзы. Ведь эта информация совершенно новая и вовсе неизведанна. Джерару хотелось задать ещё исходящие из этого разговора вопросы девушке, но не стал этого делать, это будет тогда похоже на допрос. А он ведь простой парень, никак не связанный с полицией.

— А могу я хоть имя твоё узнать? — спросила вдруг Скарлет. — Моё ты знаешь, а я твоё нет, так нечестно.

— Джерар, — ухмыльнулся парень.

— Что ж, — Эльза встала, — надеюсь на повторную встречу, Джерар, — произнесла она и ушла.

Фернандес просунул руки в ветровку и тоже решил, что уже пора идти спать в свою комнату. Как неожиданно он заметил, что из кармана его одежды выпала какая-то мелкая бумажка. Джерар поднял её и раскрыл. На небольшом клочке бумаги было написано имя Скарлет и её номер телефона.

— Когда... когда она успела? — пробубнил Джерар, оглядываясь в сторону, куда уходила Эльза.

Он качнул головой, ухмыльнулся и убрал бумажку в свой карман.