За кадром

Вечером того же дня Сынхен вышел из дома, накинув кепку. Он несколько раз огляделся по сторонам и закутался в пальто. Январский ветер пронизывал до костей, несмотря на теплую ткань. Чхве вытащил из-под воротника капюшон и накинул его. Он не знал, куда хочет направиться, но почему-то во второй половине дня Сынхену захотелось уйти подальше от стен своего дома и спрятаться где-нибудь на природе.

Он не заметил, как ноги привели его к реке Ханган. Сынхен остановился и посмотрел на темную водную гладь. Солнце уже село, а ветер стал холоднее. На другом берегу ярко сверкали неоновые вывески, которые сливались в одну мерцающую линию, стоило Чхве сощуриться. Он тяжело выдохнул и сел на корточки, достав из кармана наушники и телефон. Сынхен быстро заткнул уши, открыл плейлист и включил первую песню.

Мелодии, знакомые до каждой ноты и слова, отозвались в сердце щемящей и болезненной тоской. Сынхен прикрыл глаза и медленно уселся на песок: сейчас было неважно, насколько грязным будет пальто. Потом постирает или в химчистку отдаст.

Сынхен вспоминал шумные концерты, смех ребят, с которыми он порой не спал целыми днями, а утром ехал на тренировку, бессонницу во время подготовки к дебюту... Теперь все это казалось далеким, и, несмотря на возникшую популярность после затишья на фоне «Игры в кальмара», Чхве чувствовал, что все могло быть иначе.

Сынхен открыл глаза и взглянул на город. Он был великолепен, но сейчас казался каким-то чужим. Чхве вдруг захлестнула волна пустоты и одиночества, которую он хотел заполнить Наен.

Наен. Мин Наен.

Казалось, что сейчас он телом был здесь, на берегу, а душой - где-то далеко, там, где он счастлив.

Сынхен полез за телефоном и сделал звук громче. Он разблокировал экран, открыл диалог с Наен и не знал, что писать. Банальное «как дела» казалось ему нелепым. Он поджал губы. Впрочем, все сейчас казалось нелепым, особенно их утренний разговор. Сынхен понимал, что у Наен своя жизнь, и, возможно, отношения, которые она скрывает, поэтому навязываться не хотел, но пустота...

Пустота грызла изнутри, требуя простого человеческого тепла.

Он снова закрыл глаза, пытаясь унять тревогу. Однако страх, возникший из ниоткуда, теперь поселился в горле давящим комом. Ему было страшно от одного только осознания, что он - Чхве Сынхен.

Лет в двадцать он вряд ли бы подумал, что все так обернется.

Сынхен полностью погрузился в раздумья и дернулся, когда кто-то легко похлопал его по плечу. Он машинально вытащил наушник из одного уха и резко обернулся. Перед ним стояла Наен. Она была бледной: синяки под глазами, уставший, но теплый взгляд. Мин слабо улыбнулась и, постелив на песок газету, которую держала в руке, села рядом с Сынхеном.

- Наша вторая случайная встреча, - Наен поставила колени вместе и качала ими, а после заметила растерянный взгляд Чхве. - У вас все хорошо?

Сынхен отвел глаза в сторону и не знал, что ответить: как объяснить ей то, что происходило на его душе? Весь этот хаос... Наен смотрела на реку, едва касаясь своим плечом его плеча. Тишина успокаивала. Была необходима.

- Да, все хорошо, - Сынхен выдавил улыбку.

Наен посмотрела на него и в необъяснимом порыве взяла его за руку. Она слабо похлопала ладонь Чхве и покивала.

- Люди приходят сюда в двух случаях: когда им одиноко или когда не могут придумать лучшего места для свидания. Второе отпадает, так как мы не пара. Значит, мы оба пришли сюда по первой причине... И я вас понимаю, - Наен выдохнула. - Я тоже чувствую себя одиноко.

Сынхен удивленно посмотрел на нее и приоткрыл рот, потеряв дар речи.

- Ты всегда такая уверенная...

- Это образ, - она посмеялась. - У всех у нас маски. Просто некоторые прячутся за ними лучше, чем другие, - Наен почувствовала, как Сынхен сжал ее руку. - Главное найти того, кому не страшно показать лицо без этой маски. С вами мне было по-особенному легко на подкасте. И, возможно, у меня развязался язык из-за бокала вина, но я не жалею, что говорю все это.

Сынхен кивал и слушал. Он слабо посмеялся, когда она упомянула вино. Весь ее идеальный образ окончательно разрушился, но от этого Чхве стало легче: она была живой.

Наен сидела рядом с ним, говорила об одиночестве, масках и немного о вине.

- Как часто тебе бывает одиноко?

Сынхен наконец убрал оба наушника обратно в кейс и уселся поудобнее.

- Частенько, - Наен пожала плечами. - Как и всем людям. Просто сейчас не принято показывать свою слабость. Все считают, что Наен с подкаста в жизни всегда веселая и сильная. Ну, я стараюсь соответствовать, - она засмеялась. - С вами легко снимать маску.

Сынхен смотрел на нее и пытался понять, что происходит. С чего это она так быстро заговорила о своих чувствах? Неужели виновато вино?

Он чувствовал, как по телу разливается тепло, а режущий ветер уже не кажется таким холодным. Чхве чуть сильнее сжал руку Наен, ощущая, как сильно дрожат ее пальцы.

- Это взаимно. У меня точно такие же чувства.

Наен резко посмотрела ему в глаза и хотела что-то сказать, но замерла. Оба тонули во взгляде друг друга.

- Я была вашей фанаткой, - пробормотала она, словно у нее не хватало воздуха, и глупо улыбнулась. - И то, что происходит сейчас... После подкаста все изменилось.

Сынхен не слушал ее. Он медленно наклонился к ее лицу и тяжело выдохнул, опуская взгляд на приоткрытые губы. Все вокруг словно исчезло, и остались только они: Чхве Сынхен и Мин Наен на берегу Ханган.

Тишина и начавшийся мелкий снег.

Наен не отпрянула. Она прикрыла глаза и ждала, что будет дальше. Сынхен невесомо провел второй рукой по линии щеки Наен и дыханием обжег ее губы. Он закрыл глаза и едва поцеловал ее, но волшебство момента вмиг разрушилось.

В его кармане зазвонил телефон.

Оба вздрогнули. Сынхен про себя выругался всеми известными ему нецензурными словами и достал телефон. На экране высветилось имя менеджера Он тяжело выдохнул, мысленно проклиная Минхо: он, значит, провел ночь с девушкой, а ему мешает даже поцеловаться!

- Прости... - он ответил на звонок. - Да, что-то случилось? - Сынхен шумно выдохнул, стараясь перевести дыхание.

- Ты куда пропал?! - начал с ходу Минхо. - У тебя завтра съемки! От меня ждут время, когда мы придем, а ты не отвечаешь на сообщения! Они ждут!

Сынхен хотел встать и выкинуть телефон в реку.

- Прости, я спал, - пробормотал он. - Ну, давай, на три...

- Понял! И еще... Звонили из рекламного агентства, хотят обсудить новый проект. До тебя не дозвонились, и решили спросить все у меня. Какой-то журнал, небольшое интервью. Завтра перезвонишь им.

- А откуда у них мой номер?..

- Я дал! - Минхо продолжал без остановки говорить, а после громко выдохнул. - Спокойной ночи. И чтобы завтра в шесть уже в сети был!

- Да, да, - Сынхен закивал и встал с песка. - И тебе сладких снов.

Он сбросил вызов и посмотрел на Наен. Она смотрела на него.

- Работа зовет?

Сынхен кивнул, чувствуя себя виноватым. Он сжал зубы: прерывать такой момент было ужасно. Ему хотелось продолжить, но, видимо, сегодня не время.

- Мне жаль. Завтра съемки, я забыл. Прости.

- Я все понимаю.

- Когда мы встретимся снова? Когда вы свободна?

Наен встала и сложила газетку.

- Если мы случайно встретимся в третий раз, то это судьба, - она слабо улыбнулась ему. - Так что не будем загадывать. А судьба, как я вижу, благосклонна к нашим встречам. Удачи вам завтра, - Наен подошла к Чхве и хотела поцеловать в щеку, но вместо этого похлопала его по плечу.

- Спокойной ночи, - Сынхен сглотнул.

Наен ушла так же тихо, как и пришла. Сынхен какое-то время стоял и смотрел на реку, а после кое-как отряхнул пальто и, когда метель стала усиливаться, развернулся и направился к дому. Завтра его ждут съемки, послезавтра, наверное, интервью, а потом...

А потом он надеялся, что встретит Наен в третий раз.