<~~~>
Чонгук сутками пропадал на работе, а сегодня ещё и забыл телефон. Чимин валялся до вечера дома, бесцельно теряя время, и не мог найти себе места. Соскучившись по младшему, он схватил телефон Гука и пошёл к нему на работу. Гук всё так же пока подрабатывал в своей кафешке, совмещая должность официанта и управляющего, потому пока он лишь учится вести дела.
Запрыгнув на нужный автобус, Чим уселся к окну. Телефон, что он вертел в руке, так и манил, а Чим — слабая натура, сопротивляться не привык. Потому он нажал на кнопку блокировки и провел пальцем по стеклу телефона, открывая главный экран. Лазить по сообщениям Гука он не собирался, хотя очень хотелось. Он открыл галерею, листнул вниз и нажал на самую первую сделанную фотку. Пролистывая фотографии, Пак улыбался от нахлынувших воспоминаний. Но тут он наткнулся на обнаженную фотку Чонгука. Он был ещё худощавым, значит, фотке около трёх лет. Дальше — больше. На каждой последующей фотке тело парня крепло, проявлялись первые накаченные мышцы. Скорее всего, Чон вёл фотоотчёт своих тренировок на продолжении этих лет. Последняя фотка явно была недавней, потому что тело Чонгука выглядело слишком шикарно. Внимательно изучив каждый мускул, Пак тихо застонал, сжимая рукой свой пах и осматриваясь по сторонам, боясь привлечь лишнее внимание. Чимин, конечно, догадывался, что у его парня офигенное тело, но лично ещё не видел. Гук, как понимающий и любящий парень, не давил на Чимина и не пытался его завалить и трахнуть, оттого ходил дома всегда в свободных вещах, через которые увидеть кубики пресса или накаченные руки было почти невозможно.
###
Выйдя на нужной остановке, Чим отправился в сторону кафе. Идти было больно, стояк неприятно упирался в ширинку, давая о себе знать. Благо на парне была длинная висящая рубашка, которая прикрывала весь стыд. Найдя нужное кафе, Чимин был приятно удивлен теплотой атмосферы, что царила в помещении. На улице стояли столики, играла какая-то хитовая песня, люди наслаждались выходным. Сразу было заметно, что хозяин занимается благоустройством, оттого здесь всегда так много людей, как сегодня.
Ворвавшись внутрь, Пак быстро нашел взглядом Гука, который тоже заметил его и мягко улыбнулся. Чимин, маневрируя между столиками, быстрым шагом направился к Гуку, впихивая тому в руки его же телефон и нервно оглядываясь.
— Мы можем уединиться? — сипит парень, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Ч-что? — Чонгук опешил, взволнованно осматривая взвинченного парня.
— Пожалуйста, умоляю, — почти стонет парень, хватая Гука за руку и сжимая своими пальцами его запястье. Гук напрягается от такого Чимина, кивает своему напарнику по работе, прося его заменить, и перехватывает ладонь Чимина удобнее. Сжимая пальцы парня, Чон повел его по коридору вглубь помещения, заворачивая направо и открывая дверь. Втолкнув Чимина внутрь, Чон зашел следом и закрыл дверь на замок. Щелкнул выключатель, в каморке загорелась одинокая лампочка, висящая на потолке. Чон посмотрел на своего парня и удивленно вскинул брови. Пак с горящими глазами — это что-то новенькое. Но не успел Чон ничего спросить, как брюнет налетел на него, вжимая того спиной в только что закрывшуюся дверь и нажимая пальцами на выключатель, погружая комнату в темноту.
— Выеби меня, — хнычет Чимин, потираясь пахом о накаченное бедро Чонгука, давая тому ощутить свое возбуждение. — Умоляяяю тебя.
Пак тянется к лицу Гука и наугад тычется в его губы своими, тут же срываясь и жадно целуя их. Он прижимается к младшему, ощущая под руками крепкую грудь и соски, по которым проводит ногтями, царапая сквозь футболку. От такого напора Гук фигеет, но ненадолго. Он шумно выдыхает, запускает пальцы в выкрашенные волосы Чимина и сжимает их, заставляя парня приподнять голову чуть выше. После он врывается в желанный рот, обхватывая губами шаловливый язычок Пака и играясь с ним. Свободная рука опустилась на упругую задницу старшего, сжимая правое полушарие. В легких заканчивается воздух, но это абсолютно не волнует парней, которые продолжают самозабвенно целоваться. Вдоволь наигравшись с языком Пака, Чон с трудом отрывается от припухших губ и пытается заглянуть в глаза парня. Когда что-либо рассмотреть в темноте не получается, Гук наобум толкает Пака назад, заставляя его упереться задницей в стол, который стоял у полок с продуктами. Чимину было страшно отдаляться, потому он ухватился за футболку Чонгука, потянув того за собой.
Пуговицы на рубашке Чимина никак не хотели поддаваться, потому Чон, не церемонясь, дернул края одежды, отрывая половину пуговиц к херам и срывая ненужную сейчас ткань на пол. Его мало заботит, в чем пойдет Чимин обратно, но он обязательно купит Чимину новую. Влажные губы Чонгука скользят на шею, горячее дыхание обжигает кожу и Пак откидывает голову, давая младшему больше места для действий. Прохладные пальцы и горячие губы создали контраст, отчего у Чимина пробежали мурашки по коже, заставляя его вздрогнуть от ощущений. Чон, довольный реакцией, повторяет свои действия, пробегаясь пальцами по пока еще не пропавшему прессу старшего и покусывая зубами кожу на острых ключицах. Чимин судорожно сжимает пальцами футболку на младшем, тихо хныча и пытаясь её сорвать. Гук, ненадолго отстранившись, помогает старшему и скидывает с себя мешающую вещь, отправляя её вместе с рабочим фартуком куда-то в угол.
Вернувшись к Чимину, Гук вновь принимается ласкать чувственную шею своего парня, покусывая острыми зубами. Пак тихо постанывает, цепляясь за плечи младшего, и мягко трётся об него, чувствуя возбуждение Гука бедром. Паку явно льстит такая реакция, потому он опускает руку на его пах, с силой сжимая. Гук рычит, больно кусая Чимина за мочку уха, и резко разворачивает его спиной к себе. Пальцы ловко расстегивают ремень и ширинку, после чего штаны Пака вместе с боксерами летят на пол, где Пак отталкивает их ногой. Он сразу же подаётся назад, вжимаясь в Гука и чувствуя спиной его горячую грудь. По телу прошёл холодок, но от него отвлекли теплые ладони, скользящие по бокам Чимина. Приобняв Чимина рукой, Гук незамедлительно расстегнул ширинку своих штанов, приспуская их и давая свободу своему возбуждению, выдыхая сквозь зубы. Сжав в кулаке волосы Чимина, Гук потянул их на себя, заставляя Чимина запрокинуть голову назад. Проведя приоткрытыми губами по уху старшего, Гук жарко выдохнул.
— Где смазка? — кончик языка прошелся по краю уха, а тело в руках задрожало от хриплого шёпота.
— Ч-что? — растерялся Чимин, совсем не понимая, о чём говорит младший. Разум замутнён, задница незамедлительно требует члена, поэтому Пак толкается бедрами назад, вжимаясь в пах парня и чувствуя его член меж своих половинок. От таких смущающих ощущений, Чимин заскулил и уперся руками в полку перед ним.
— Ссука, ты не взял её? Чимина кусок, — тяжелые вздохи и всхлипы нарушил звонкий шлепок по оголённой заднице Чимина, от чего тот вскрикнул и вздрогнул всем телом. Гук слегка нажал на поясницу Пака, заставляя того прогнуться, провёл рукой по его бедру и крепко сжал, приподнимая ногу парня и опуская её на стол. Чон бы всё отдал, чтобы видеть сейчас Пака, но в этой темноте он может только чувствовать.
— А ч.что тако-оох… — почувствовав внутри себя сразу два пальца, Чимин сжимает зубы и зажмуривается.
Без смазки они прошли туго и Чимину страшно представить, что будет дальше. Чонгук за спиной тихо матерится, стараясь двигать пальцами как можно осторожнее. И когда тело в его руках немного расслабляется, он добавляет ещё один палец, раздвигая их внутри и массируя нежные стенки ануса. Ему уже не терпится оказаться внутри, но ещё слишком рано. Свободной рукой он ласкает тело Чимина, скользя ладонью по спине, бокам и груди брюнета.
Чимин даёт зелёный свет Чонгуку, когда выгибается, пытаясь насадиться самостоятельно. Пальцы покидают разгоряченное тело, с губ срывается разочарованный стон. Чонгук жмётся к Чимину, сплевывает на руку и проводит смоченной ладонью по всей длине собственного члена. Чимин готов лезть на стенку от ожидания, потому он всячески ёрзает и выгибается.
Раздвинув шире половинки задницы Чимина, Чон мягко толкается внутрь, с трудом проникая наполовину. В комнатушке раздается стон боли, Чимин сжимает пальцами холодную сталь полок и дёргается, пытаясь отстраниться от Гука. Младший же, наоборот, приобнимает Пака, не позволяя ему двигаться и, опустив руку на опустившийся член старшего, принимается его поглаживать, играя с уздечкой и надавливая ногтем на уретру.
— Да расслабься ты, блять, — не выдержав, хрипит Чонгук, и проводит пальцами свободной руки по приоткрытым губам Чима, скользнув ими в тёплый рот.
Резко толкнувшись, Гук проникает на всю длину и тихо шипит, когда зубы Чимина смыкаются на его пальцах. Старший пытался сдержать крик и слёзы, но успешно провалился. Гук замер, давая привыкнуть и расслабиться Паку, и, проведя кончиком носа по шее парня, он принялся покрывать плечо поцелуями. Слабо покусывая кожу, парень старательно сжимал в руке член старшего, массируя его и медленно надрачивая. Почувствовав, что Пак немного расслабился, Гук шумно выдохнул, делая пробные толчки. Слушать первые стоны боли было неприятно, поэтому Чонгук игрался с языком старшего, пропуская его сквозь пальцы и царапая ногтем уздечку языка. Чимин охотно посасывал пальцы, пытаясь отвлечься от боли в заднице, но ощущения были настолько новы и необычны, что Пак полностью зациклился на них, чувствуя, как член младшего скользит в нем, проникая на всю длину и покидая подрагивающее тело почти полностью. Чонгук вплотную вжался в Пака, заставляя того раздвинуть ноги чуть шире и сильнее прогнуться в спине, после чего толкнулся вновь, меняя угол проникновения. Пак неожиданно для обоих громко застонал, оттопыривая задницу и откидывая голову на плечо Гука.
— Ещё, ебанаврот, сделай так ещё, — умолял Чимин с пальцами во рту, стараясь насадиться самостоятельно. Чонгук победно ухмыльнулся, тихо постанывая на ухо брюнету, пока толкался в него, ускоряя свой темп. Ноги Чимина нещадно затекли, с полок, в которые он так вцепился, попадали какие-то вещи, поясница ныла от неудобного положения, но Паку было абсолютно похуй, пока член младшего врывался в него с новой силой.
Гук убрал руку с члена Чимина, опуская её на его бедро и с силой сжимая. Гук хотел, чтобы Чим кончил без помощи, от одного его члена внутри. Пак уже еле выдерживал бешенный темп Гука, но разрядка была близка. Тело задрожало в сладкой агонии, Чим прогнулся в спине словно кошка и кончил, рвано и громко простонав, несмотря на пальцы во рту. Зубы Гука сомкнулись на загривке Чимина, когда стенки ануса сжались вокруг его члена с новой силой. Сделав последний, финальный толчок, младший излился в Чимина, всё же не сдержав стон удовольствия.
В комнате стоял терпкий запах секса, Чимин уже оделся и теперь приводил растрепанные волосы в порядок. Он был помятым и измотанным, но по-идиотски счастливым. Пока Пак высматривал своё отражение на стекле телефона, он даже не заметил, как Гук подкрался сзади и приобнял, положив свой подбородок на его плечо.
— Я же обещал, Минни, что трахну тебя, — ухмыльнулся младший, обдавая покрасневшее ухо Чимина дыханием. — Неужели ты так сильно соскучился, что сам прибежал? Или просто моему извращенцу нравятся людные места?
— Это кто из нас извращенец! — пискнул Пак, извиваясь в руках младшего, — Хранишь всякие пошлости на телефоне. Фу таким быть!
— Что? — засмеялся Чонгук, не понимая Чимина, — Какие пошлости, хён?
— Обнажёнка там всякая, — обиженно пыхтел Чим, так и не вырвавшись от Чона, — Нарцисс недоделанный.
— Ммм, кто-то шарился в моём телефоне, — хрипло шепнул младший на ухо Паку, — Надо этого кого-то наказать.
— Нетнетнет, я не виновен! — оправдывался Чимин, пытаясь вжать голову в плечи.
— Но я ведь правда стал горячим, да, Чимини-и? — хихикнул Чон, кусая покрасневший кончик уха Чимина.
— Вот если ты такой охуенный и горячий, то и трахайся с собой сам, — пробубнил Пак.
— Зачем мне я, когда у меня есть ты, — тихо смеялся Чон, слушая писклявые возмущения хёна. — Как же я люблю тебя, — тихо выдохнул он, целуя Пака в висок.
— Придурок, — бурчал Чимин, плавясь от таких нежностей.