Глава 4
Как только Аято спустил Ханну с рук на кровать, девушка почувствовала вселенское облегчение. Не став задерживаться, вампир пожелал скорейшего выздоровления и покинул комнату сестры.
Закрывая за собой дверь, вампир ощутил на себе недобрый взгляд.
- Шу, что ты делаешь? - поинтересовался Аято, усмехаясь.
- Нет, что ты делаешь? - ответил вопросом на вопрос парень.
- Я всего лишь помог сестрёнке добраться до своей комнаты, что в этом такого? - Аято показушно развёл руками и расплылся в улыбке.
Шу вновь смерил брата взглядом:
- Не знаю что ты задумал, но не смей!
Аято ничего не ответил, только демонстративно задрал подбородок и еле слышно фыркнул.
Напряжение росло, но оба брата понимали, что рядом находится Ханна и она может их услышать. Поэтому решили разойтись мирно. Аято побрёл по своим делам, а Шу заглянул к девушке.
Ханна робко позволила вампиру войти и с интересом рассматривала его. Цвет сапфировых глаз тепло манил и казался таким знакомым. В груди отозвалось болью, сердце сильно застучало, девушка ощутила волнение.
Шу прошёлся по комнате и остановился у окна. Он приоткрыл его и комнату наполнил свежий, слегка морозный воздух.
- Ты любила сидеть у открытого окна после того, как прошёл дождь. - вампир повернулся к Ханне и посмотрел ей в глаза.
Было сложно понять его эмоции, ведь на лице парня читалась одна апатия. Полузакрытые глаза без бликов смотрели словно в пустоту, казалось, что что-то выжгло давний отблеск жизни.
Шу выжидающе наблюдал за сестрой, а та не знала куда себя деть от его глаз. Наконец вампир нарушил тишину:
- Ты правда ничего не помнишь?
Парень смотрел на девушку умоляюще, надеясь, что всё это нелепое недоразумение и Ханна вот-вот скажет, что счастлива вновь оказаться рядом с ним.
Но девушка помотала головой, давая понять, что она на самом деле ничего не помнит. Шу сам того не подозревая, сжал ладони в кулаки. Это не скрылось от внимания Ханны и она постаралась сгладить ситуацию:
- Тогда ты просто обязан мне обо всём напомнить. - улыбнулась девушка и слегка подвинулась, давая понять, что не против, если Шу захочет сесть рядом.
Ждать долго не пришлось, вампир сразу сообразил и аккуратно сел подле сестры.
Он взял ее за руку и долго всматривался в глаза. Они были прекрасны, как и в детстве, когда Шу вытирал слезы, льющиеся от горя и обиды, но сейчас они были чужими.
По крайней мере, так он ощущал. Ханна смотрела на него как на что-то новое - неизведанное. Это не могло не ранить его чувства.
Шу так много хотел сказать, а самое главное попросить прощения. Извиниться за то, что не смог уберечь ее, хоть и твердил, что никогда не даст в обиду.
Чувства, что парень хранил много лет и чательно пытался подавить, росли с неимоверной скоростью.
Это было плохо.
Наученный горьким опытом, вампир никак не желал больше привязываться к кому-либо, дабы избежать чувства потери.
Но это произошло вновь.
В голове вампира был огромный поток мыслей, он хотел многое рассказать, но боясь, что может сказать лишнего, решил оставить девушку в покое, а заодно привести свои мысли в порядок:
- Не сейчас, позже, когда ты восстановишь свои силы.
С этими словами Шу заправил выбившийся локон волос девушки за ухо и, не проронив больше ни слова, удалился.
Засыпала Ханна спокойно, девушка чувствовала лёгкую прохладу в комнате и на своей щеке, где своим прикосновением вампир оставил след.