V
Лёгкая прохлада заставила Тома прийти в себя. Голова казалось тяжёлой, с трудом мог сфокусировать взгляд.
- Он проснулся!
- Может, ему принести поесть?
- Лучше попить. Когда просыпаешься, в первую очередь нужно выпить воды.
Рассудок пришёл в норму; Томас обратил внимание на говоривших. Это были дети. Весьма странного вида. У самого высокого вся голова в шрамах, один глаз зашит и гноился; чуть пониже его походил больше на лягушку, чем на человеческое дитя; самый маленький – лишь ручки-крючки да ноги-веточки, на голове красовались некое подобие рогов.
- Воды... - пробубнил парень.
- Я же говорил! – мальчик-лягушонок кивнул и ушёл.
- Как вас зовут, мистер? – спросил малой.
- Том. Просто Том.
- Везёт. У вас есть имя, - грустно пролепетал малой.
Томас не нашёл слов, чтобы ответить. Он перевёл взгляд с ребят на комнату: кругом белый кафель, местами потрескавшийся, с серыми потёками и бурыми пятнами. На полу лежали детские рисунки, игрушки и прочая утварь, что могла занять ребятню.
- Вода, - мальчик-лягушонок протянул грязноватый стакан с мутной водой.
Парня это не смутило, он залпом выпивает всё содержимое стакана.
- Вы здесь надолго? – вновь задал вопрос малой.
- Посмотрим.
Послышался хриплый громкий кашель, от чего стены слега затряслись. Ребятня вся разбежалась кто куда, лишь Томас сохранял спокойствие. Он решил проверить, может, кому-то нужна помощь. С наполовину пустым стаканом Том вышел в коридор, вслушиваясь в кашель.
- Эй! Вам нужна помощь?
- Помощь? Мне? – вместо кашля теперь старческий голос, - Не думаю...
Из стены, прорвав преграду в виде обоев, показалось лицо с закрытыми глазами. С трудом открыв их, дед, которому на вид было чуть ли не две сотни, если не целых пять сотен, лет, взглянул на парня с некой тоской. Лицо выдвинулось вперёд, показалась голова, следом длинная шея, приближаясь вплотную к тому.
- Но вот тебе... Тебе нужна помощь, - по щеке старика скатилась слеза.
- С чего вы взяли? – Том отпрянул чуть назад, - Со мной, вроде, всё в порядке.
- Я всё вижу, всё знаю. Прожил много лет, на моём веку случалось всякое. Когда в последний раз ты видел свои руки?
Томас опустил свой взор на руки, что были скрыты под рукавами рубашки. Стакан сам выпал из ладони, парень забыл уже про него, и потянул за рукав.
Совсем синюшная кожа, даже тёмно-фиолетовая, как кожура чернослива. В редких местах присутствовала корка из-под которой выходил гной. Порезы, небольшие отверстия и язвы; казалось, будто неведомая болезнь захватила руки парня.
- Что это? – голос Тома прозвучал совсем тихо.
- Твоя чума, мой мальчик.
Томас с недоумением посмотрел на старика, тот протянул весьма увесистый шприц с жидкостью, что переливалась с тёмного-серого до бурого оттенка.
- Помнишь? Эта жижа дарила тебе удовольствие.
- Я... Наверное...
- Ты скрывал это ото всех. Под покровом ночи ты уходил и придавался чревоугодию, принимая в себя всю богоугодную жижу, через вены распространялась по телу, словно вирус...
- Прекрати! Замолчи! – внутри парня пылала ярость.
Старик лишь ехидно посмеялась, обмотал Тома своими длинными руками и прижал к стене, удушая его.
- Я спасу тебя от этой черни, мой... ма-мальчик...
Кожа с головы спадала, обнажая отвратительный лик, полностью обожжённый и склизкий. Пасть кривых зубов клацала возле лица парня, так и норовясь укусить. Том старался как мог бороться ногами, одновременно освобождая себя из железной хватки монстра. Пасть монстра широко раскрылась, вот-вот проглотит жертву.
Дети повыглядывали из своих укрытий, переглядываясь между собой. Они ничего не могли поделать, лишь наблюдать, как Тома уже проглатывает жуткий владелец приюта.