1
Это лето выдалось действительно жарким. От жары кружилась голова и было не по себе. Парочка жадности проводила это время как и всё остальное. Пинки, ссоры, концерты, Шекспирские цитаты и, конечно, дыни.
Сейчас они шли по парку, ну как, пианист шёл по тропинке с ёжиком на плече, который смотрел своими глазками- бусинками на всё. Розен выгнал парочку гулять, во-первых- это полезно для Лихта, а во-вторых- он хотел немного отдохнуть от выходок этой пары
Лихт остановился у дерева, впервые за лето на небе стали появляться грозовые тучи. Страшные, чёрные. Люди потихоньку стали уходить и прятаться по домам, не желая попасть под ливень, а Лихт.. Он стоял и хмуро смотрел на небо, что-то тихо, но явно недовольно бурча себе под нос. Тодороки глянул на ёжика и после взял его в руки, проходя в тень от дерева. Хайд принимает свою истинную форму, ангел раздраженно цокает, хмурится и просто отворачивает голову от сервампа, давая понять что он никак не настроен на разговоры, даже на перепалки. Беззаконие вздыхает и поднимает голову, смотря сквозь не такую уж и густую листву на небо. Капли дождя начинают скатываться по листьям и капать на двух парней, что остались теперь в этом парке одни. Ну и пусть, нет раздражительных людей, парням можно не сдерживаться во время очередной драки.
-Лихт-тян. - осторожно начинает сервамп, позвав своего хозяина.
-Чего тебе, крыса? - спокойно, но всё же с нотками раздражения спрашивает брюнет, кидая взгляд на слугу.
-Пошли обратно.. Розен будет очень зол если ты заболеешь посреди лета.
-Завались, подушка для иголок...- тихо шипит ангел, поправляя свой рюкзак с ангельскими крыльями.
Тучи сгущались, становилось жутко и темно, дождь начинал набирать силу и пианист всё же согласился пойти в тёплый и уютный номер.
Два силуэта шли по дороге, рядом и никто не смел отставать. Блондин вздыхает, смотря на уже промокшего ива, ливень только продолжает усиливаться, дорогу уже плохо видно,машины передвигаются осторожно, им не зачем сейчас спешить, аварии никому не нужны.
Голубоглазый скрывается под крышей остановки, хоть какое-то укрытие, пусть почти и не помогает. Беззаконие заходит следом, получая тихое, почти не слышное из-за стука дождя, хмыканье. Теперь они стоят в своём маленьком убежище от дождя, пусть и с плохой защитой. Сверкает молния и громкий раскат грома проносится по всему городу. Тодороки страшно, этот секундный испуг отображается во взгляде и Лоулесс собирается спросить Ива, однако тот смотрит на жадность и чуть усмехаясь выдаёт.
-Ангелы ничего не боятся, дикобраз.
Хайд ухмыляется, чуть пожимает плечами и смотрит на хозяина.
-Может быть ты и прав, Лихт-тян.-хмыкает пятый, поправляя средним пальцем очки. И какая сейчас от них польза? Вода делает изображение расплывчатым.
-Сними их. -неожиданно требует Ангел и хмуро смотрит на сервампа.
Хайд сглатывает, послушно снимая очки.
-Так куда лучше. -хмыкает довольный парень.
Через пол часа ливень начинает заканчиваться и парни идут уже под слабым дождём. Мокрые, холодные, усталые и немного злые, оба вымокшие по самое не хочу. По приходу каждый по очереди идёт в ванную. Кранц делает для Хайда кофе, заваривая чай с дынным вкусом для ангела. Поевшие и теперь довольные парни сразу ложатся спать. Лихт разрешает Хайду в виде ежа лечь рядом, даже без резких перекидываний словами.
Ночью ангелу не спится. Тодороки просто не может нормально заснуть, он вертится, вздыхает, а после встаёт, смотря на ежа. Фыркает и направляется на крышу здания, садясь на край. Красивое ночное небо, усыпанное яркими звёздами, в городе это редкое явление. Ангел начинает рассматривать созвездия и скопления звёзд, не замечая как рядом садится его слуга.
Хайд начинает показывать созвездия и называть их, ангел следит за его рукой, внимательно слушая всё. И когда в последний раз они вот так вот спокойно разговаривали? Пианист кивает, слегка улыбаясь уголками губ, Хайд тихо смеётся, показывая на очередные звёзды
-Лихт, а что они тебе напоминают? - спрашивает ёж, смотря на хозяина.
-Словно два ангела танцуют.. - хмыкает Тодороки и прикрывает свои глаза.
Они просидели ещё пол часа молча смотря на небо, Хайд замечает как пианист кладёт свою голову на его плечо, он улыбается, не смея тревожить ангелочка, его сон куда важнее. После он осторожно берёт пианиста на руки, относя обратно в номер.
Хайд улыбается как никогда раньше, искренне, тепло. Это лето и эта ночь ему запомнятся на долго. А на следующий день всё как всегда.