Глава 6.
С моей выписки прошло два дня. Мои дела ничуть не улучшились, скорее наоборот. В больнице я хоть какое-то время была одна, а сейчас по маминой просьбе Глафира каждый час заходит в спальню и спрашивает "Всё в порядке? Может нужна помощь?", сначала я одобрительно кивала, говоря пару фраз, но когда она заходила последний раз, я сорвалась и просила не заходить, если только я не зову её. Мама боится зайти и просит горничную, как нелепо.
После этого папа зашёл ко мне и поговорил на тему "Как трудно устроена жизнь". Ничего глупее я не слышала.
-Знаешь, Калерия,-начал он и мне так захотелось выгнать его из комнаты, но я решила сделать вид, что слушаю, - Жизнь-трудная штука. Ты должна помнить, что мы...
-Очень любим тебя и будем всегда рядом,-продолжила я.-Это то, что ты хотел сказать?-спросила я, наклонив голову. В тот момент я увидела в глазах папы растерянность.
-Вроде того,-улыбнулся он.
-Пап, я не хочу, чтобы вы страдали, вечно плакали и воспринимали меня как-то по-другому. Я не изменилась, разве что перестала ходить не по своей воли. Но это не изменит меня и мои с вами отношения. А теперь я хочу поспать.
Так я всегда заканчиваю все разговоры, чтобы человек скорее ушел. Папа услышал то, что хотел и молча вышел из комнаты. Наверное, к нему сразу подбежала мама с вопросом "Ну что она сказала? Ты поговорил с ней?". Я слишком хорошо их знаю.
Сегодня я решила рассказать всё Дамиру. Хорошо, что он не звонил эти две недели. Я долго думала, что сказать и как это сделать. В конце концов просто попросила маму позвонить родителям Дамира и всё сообщить. Так моя мама и сделала. Я не слышала их разговор, но мама передала слова мамы Дамира. Она пожелала мне здоровья и скорейшего выздоровления, пообещав сказать всё сыну.
-Выздоровления? По-моему больше я не выздоровлю,-пошутила я и мама строго и одновременно жалостливо посмотрела на меня.
Я не стала снова говорить ей о её жалости ко мне и такому отношению, будто я какой-то страдалец. Я чувствую себя вполне хорошо, но вечный заплаканный взгляд мамы меня убивает. Я говорила Алие, чтобы она поговорила с мамой, но видимо это не дало результата. Мира заходила ко мне один раз в больнице. Мы болтали с ней на все те же темы, я говорила с такой же лёгкостью, но между нами будто образовалась пропасть. Я рассказываю истории и смеюсь, будто мы всё такие же подруги, но чувствую, что и Мира жалеет меня, больше я её к себе не звала. А если она приходила сама, просила маму сказать, что я сплю. К тому же приходила она редко, ведь теперь она одна на студию. Ей пришлось искать нового хореографа за два дня.
Вечером, когда я сажусь читать книгу, звонит Дамир. Я не хочу брать трубку и уже кладу телефон обратно на тумбочку, но передумываю и отвечаю, ведь мне нужно сказать хоть что-нибудь.
-Алло,-отвечаю я.
-Привет,-робко говорит он,- Как ты?
-Нормально. А ты? Как твоя учёба?- мой голос нейтрален, чтобы не вызывать лишние эмоции.
-Хорошо, сегодня первый раз был на практике,-отвечает парень. Виснет молчание. Я хочу сказать,что мне пора идти, но он заговаривает первым.
-Калерия, я так не смогу.
Моё сердце учащается, и я предполагаю, о чём он хочет сказать, но произношу лучший вариант.
-Мы же договорились, что я буду ждать этот год,-тихо говорю я, и он вздыхает.
Я убеждаюсь, что он говорил совсем о другом, но жду его подтверждения.
-Я о другом,-проходит почти минута, как он продолжает.-Я не смогу принять тебя такой, не смогу видеть тебя в коляске.
Я знала, что так будет, но откладывала всё. Это хорошо, что он сказал, мне самой не хотелось видеть даже его. Я хочу кинуть телефон в стенку, громко закричать, но хороню это желание в себе вместе с с желанием танцевать и ходить. У меня внутри уже образовалось небольшое кладбище желаний. Там есть желание ходить, танцевать, иметь семью, когда-нибудь обзавестись детьми, теперь там поселилось желание провести всю жизнь с Дамиром.
-Хорошо. Я хотела сказать тоже самое,-говорю я снова то, что хотят услышать люди.
-Правда? Если ты сама этого хотела, так даже проще.
Я ничего не отвечаю и сбрасываю номер. Боже, как это ужасно. Ужасно делать вид, что ты в порядке. Ужасно передвигаться, крутя колёса, ужасно просить Глафиру достать любимую книгу с верхней полки. Мне кажется, что моя жизнь кончена, не успев начаться. Теперь я знаю, что остаток жизни буду скитаться из угла в угол.
За эти два дня я пересмотрела кучу фильмов с такими же ситуациями как у меня. Было три исхода событий.
Первый. Это когда герой находит любимого человека, который принимает его, какой он есть. В конце обязательно ванильный закатик и поцелуй влюбленной парочки. Мысленно я заношу эти фильмы в черный список.
Второй. Герой подолгу сидит в спортзале и чудом возвращает себе возможность ходить. Эти я отношу туда же, куда и первый.
И, наконец, третий. Мой любимый. Главный герой пытается барахтаться, сидя в коляске. Его любит вторая половинка, он подолгу тренируется, пытаясь снова научиться ходить. Но в итоге у него ничего не получается, и он всё бросает. Абсолютно всё и всех, а после заканчивает жизнь самоубийством.
Нет, не думайте, что я склонна к суициду, я считаю это ужасно и жалко. Но у него не было выбора, всё на что он надеялся и верил, обрушилось. А ведь герой приложил не мало усилий.
Я просто считаю, что нужно быть реалистом. У таких, как я, жизнь сломана. Пока в неё не ворвётся какой-нибудь "любимый человек, подаривший весь мир". Но этого не произойдёт, да и я не позволю себе впустить кого-либо. Дамир был моим всем. Я мечтала скорее увидеть его, но если ты чего-то очень хочешь, не факт, что это сбудется. И он ушёл из моей жизни не потому, что бросил меня, а потому, что я так захотела.
Я еле как пересаживаюсь с кровати на кресло, кладя книгу на стол. Затем еду на кухню, перебирая колёса руками. Когда я проезжаю мимо родителей, которые смотрят телевизор, они оглядывают меня взглядом сожаления.
-Мы могли бы помочь тебе. Калерия, обращайся к нам,-говорит мама, привстав с плеча папы.
Он шепчет её имя, прося быть со мной умней, но я лишь молча заезжаю на кухню.
Я беру себе пару конфет и бутылку с водой, которую мама специально переложила пониже и еду обратно к себе в комнату. Я подъезжаю ближе к кровати и напрягаю руки, пытаясь снова перебраться на кровать, но уже не получается. Все силы я истратила, когда перебиралась с кровати в коляску. В комнату буквально заскакивает мама.
-Давай помогу, позову Глафиру,-бросается она.
-Не надо, я сама,-отвечаю я, ограждаю себя от неё рукой.
-Почему ты не хочешь, чтобы я помогла тебе?-спрашивает она.
-Потому что мне не нужна твоя помощь. Я хочу сделать это сама. Так я стану сильнее, ты что не понимаешь?-с последней фразы я перехожу на крик.-Я должна делать это сама. Ты что, хочешь всю жизнь помогать мне?
-Я просто хотела...
-Не надо,-обрываю я, злобно оскалившись,-ты хочешь убить меня своими слезами?-после моего крика в комнату заходит папа и тянет маму за руку, уводя её.
-Хотя бы притворитесь, что я нормальная,-кричу я, когда они вместе выходят.
Я нервно хватаю свою книгу и продолжаю читать, но не выдерживаю и пары строк, как швыряю в сторону.