15
Несмотря на мое меланхоличное настроение, день был прекрасным. Щебетали птицы, светило солнце, и мне на самом деле удалось выспаться. Однако это утро крайне отличалось от привычного весеннего утра Бостонского горожанина. Сегодня, моя мама второй раз в жизни будет хоронить мужа, а Элек навсегда попрощается с отцом.
Я не понимала, насколько сильно меня беспокоило присутствие Челси, пока прошлой ночью она не сказала, что уезжает. И даже несмотря на предстоящую встречу с Элеком, вчера я себя чувствовала намного хуже, нежели сегодня. Войдя в комнату матери, застала ее сидящей со свадебной фотографией в руках. Для их с Рэнди церемонии в Центральной Мэрии она выбрала простой белый костюм. В те времена казалось, что они и правда счастливы.
— Он не был идеален, но искренне любил меня, — сказала она. — Наверное, только в этом я никогда не сомневалась.
Приобняв ее, я взяла фотографию.
— Я помню этот день. Словно все было вчера.
— Благодаря этому браку у Рэнди появилась возможность начать все сначала, но он так и не смог отпустить прошлое. Как и злость, что скопилась за долгие годы. Он многого мне не рассказывал, но я и не настаивала.
Звучит знакомо.
Она продолжала:
— Думаю, я и не хотела обо всем знать. После смерти твоего отца мне было так тяжело, что серьезные отношения явно не входили в мои планы. — Это прозвучало немного эгоистично. И тут, мама заплакала. — В последнее время я стала чересчур любопытной, отчего между нами чувствовалось некое напряжение. Мне было стыдно, что никогда не пыталась разобраться в их с Элеком конфликте. Я жила, словно в пузыре.
— Ну, никто из них не стремился уладить этот конфликт, — замелила я.
Она вытерла глаза и посмотрела на меня.
— Мне жаль, что тебе пришлось пройти через это.
— Мне? Ты о чем?
— Увидеть Элека с ней… с Челси.
— Что ты имеешь в виду?
— Я знаю, Грета.
— И что же, по-твоему, ты знаешь?
— Я знаю, что произошло между вами той ночью. Перед тем как он уехал в Калифорнию.
В оцепенении, я поставила фотографию, на кровать, чтобы случайно не уронить ее на пол и не разбить.
— Что?
— Я рано встала в тот день. Элек не знал, что я видела, как он покидал твою комнату, возвращаясь к себе. Позже, во второй половине дня, разобравшись с делами, я решила заглянуть к тебе, но ты ушла в магазин. Я нашла обертку от презерватива в твоей комнате, а на простынях было немного крови. Через неделю после того, как он улетел, ты была так подавлена. Я хотела сказать, что все знаю. Хотела поддержать тебя, но не желала смутить или объяснять потом Рэнди, что произошло. Он бы взбесился. Я убеждала себя, что тебе уже восемнадцать, и если бы ты хотела мне сказать, то рассказала бы.
—Не могу поверить, что все это время ты знала.
— Он был твоим первым…
— Да.
— Мне жаль, что я не поддержала тебя, — взяв меня за руку, сказала она.
— Ничего. Как ты и сказала, лучше было воздержаться от объяснений.
— Вы просто… занимались сексом… или у тебя были к нему чувства?
— Он мне очень нравился. Думаю, в то время Элек чувствовал тоже самое ко мне. Но это не имеет значения.
— Кажется, он остепенился с этой девушкой.
— Да. Они живут вместе.
— Хотя он и не женился на ней.
— Что это значит? — стрельнув на нее глазами, спросила я.
— Только то, что если между вами что-то осталось недосказанным, то, скорее всего, сейчас последний шанс, чтобы выяснить это напрямую. Рэнди умер, и после сегодняшнего дня, мы, вероятно, больше никогда не увидим Элека.
Хоть я и знала об этом, своей фразой она действительно ошарашила меня.
— Спасибо за совет, но думаю, поезд уже ушел, — несмотря на все попытки казаться сильной, по щеке скатилась слеза.
— На самом деле, мне кажется, для тебя все иначе.
* * *
Я чувствовала, что он стоит прямо позади меня. Первым среагировало тело, затем органы обоняния. Окна в церкви были открыты, и свежий ветерок доносил запах одеколона и сигарет прямо ко мне. На удивление, мне было комфортно. Единственным чужеродным ароматом стал запах жженых свечей вокруг алтаря и аромат лилий, привезенных сюда из похоронного бюро.
Мы с мамой сели в первом ряду. Я повернулась, чтобы найти Элека, и заметила его сидящим с Грегом и Кларой. Они прибыли как раз через несколько минут после нас. Одетый в черную атласную рубашку без галстука, он опустил глаза в пол. Элек либо не заметил, как я наблюдала за ним несколько секунд, либо не хотел этого замечать. Людей собралось вдвое меньше, чем было на службе. Стояла тишина, за исключением доносившихся издалека звуков и шагов людей, шедших по длинному проходу к своим местам.
Органист заиграл « На крыльях орла », и мама заплакала еще сильнее. Священник произнес прощальную речь. Обыденно и равнодушно. Когда он говорил о Рэнди, как о «любящем отце», я напряглась. В принципе, если бы между Рэнди и Элеком были нормальные отношения, его сын, возможно, встал бы и сказал что-нибудь. Только я и предположить не могла, о чем пойдет речь, будь у него такая возможность. Наоборот, Элек был слишком тих. Он не плакал. Даже на гроб не взглянул. Он просто… Присутствовал, что я полагаю, все-таки лучше, чем вообще не явиться. И именно поэтому, я гордилась им.
Служба прошла быстро и, в конце концов, священник дал нам адрес кладбища и заявил, что семья хотела бы пригласить всех на обед в местном ресторане по окончанию захоронения.
Я смотрела, как Элек, Грег и несколько коллег Рэнди вынесли гроб из церкви. Однако выражение лица Элека все еще походило на маску.
Моя мать решила отказаться от лимузина, так что мы разместились в арендованном мной автомобиле и последовали за катафалком. Грег, Клара и Элек находились в машине позади нас.
Добравшись до кладбища, мы собрались вокруг вырытой могилы, прямо перед гранитным надгробием с высеченной фамилией. Я задумалась, будет ли моя мать похоронена в этом же месте, или же с моим отцом.
Выйдя из машины, Элек подошел ко мне, глядя на могилу. Он смотрел вниз, так же, как и я. А когда повернулся, в глазах его отражалась паника.
Забавно, как в одночасье ты способен забить на собственную гордость в пользу того, кто тебе небезразличен, кто нуждается в помощи. Я потянулась к руке Элека, а он не стал сопротивляться.
— Я не могу этого сделать, — произес он.
— Чего?
— Что, если они хотят, чтобы я помог им опустить гроб в землю? Я не могу.
— Все нормально, Элек. Ты не обязан делать что-то, чего не хочешь. В любом случае, не думаю, что люди ждут от тебя чего-то.
Он просто кивал и моргал, но оставался молчалив. Тяжело сглотнул, парень отпустил мою руку, развернулся и начал пробираться сквозь толпу прибывших людей. Продолжая идти по дороге, все дальше и дальше от места захоронения.
Недолго думая, я побежала за ним. На каблуках.
— Элек… подожди!
Он остановился, тяжело дыша, хотя именно я устроила забег на короткую дистанцию. Если мне казалось, что вчера в похоронном бюро Элек был на грани срыва, то я явно ошибалась. Так как очевидно именно сейчас настал тот момент, когда он находиться на грани.
— Что-то там послужило спусковым механизмом. Я не могу смотреть, как они опускают его в землю, подтверждая, что все это реально. Его больше нет.
— Все нормально. Ты и не должен чувствовать себя иначе.
— Не думаю, что он хотел, чтобы я был здесь, Грета. В любом случае, доказать это я уже не могу.
— Элек, твоя реакция абсолютно нормальная. Нам не нужно возвращаться. Я останусь здесь, с тобой.
Он продолжал отрицательно качать головой, и смотреть в противоположную сторону, погруженный в собственные мысли.
Рядом с нами приземлился черный ворон, и я подумала, что это знак.
После нескольких секунд молчания Элек заговорил:
— В одну из наших худших ссор, думаю, около года назад, прежде чем я встретил тебя, Рэнди сказал, что лучше бы сдох, чем увидел, в какого идиота я превратился. — Парень посмотрел на свои ботинки и быстро покачал головой. — Я ответил, что-то вроде «хорошо, тогда, я буду улыбаться все время, пока тебя будут опускать в землю». — Он глубоко вздохнул, как будто сдерживал себя все то время, пока говорил.
Я начала плакать.
— Элек…
Он заговорил шепотом, подняв глаза к небу:
— Я не это имел в виду. — Его едва было слышно, и я поняла, в тот момент Элек обращался к Рэнди. Затем он взглянул на меня, приложив руку к груди. — Мне нужно уехать. Я не могу здесь находиться. Я задыхаюсь. Чувствую, что не могу дышать.
Вдруг он сорвался с места, и я последовала за ним.
— Хорошо. Куда? Куда ты хочешь поехать? В аэропорт?
— Нет… нет. Ты же на машине, да?
— Ага.
— Просто увези меня на хрен отсюда.
Я кивнула, и он последовал за мной вниз по гравийной дорожке к стоянке. В нескольких футах от нас, люди все еще прибывали к могиле Рэнди. Я возилась с ключами, а когда открыла машину, Элек сел в нее и хлопнул дверью.
Сразу же завела мотор и выехала со стоянки, направляясь к воротам кладбища.
— Куда ты хочешь поехать?
— Куда угодно, лишь бы кардинально сменить обстановку. Просто езжай.
Элек откинул голову на подголовник и закрыл глаза. Грудь его поднималась и опускалась, пока он расстегивал три верхние пуговицы на рубашке. Когда мы остановились на красный свет, я отправила сообщение маме.
Не переживай. У Элека, вроде как, случилась паническая атака, и мы катаемся по округе. Езжай с Грегом в ресторан, и передай ему, что Элек со мной. Не уверена, появимся ли мы к обеду.
Я не ждала ответа мамы, так как служба еще не закончилась, но надеялась, что она проверит свой телефон, как только заметит, что мы ушли.
Элек хмыкнул.
— Блядь.
— Что?
— Мои сигареты остались в машине Грега. Мне позарез нужно затянуться.
— Мы можем остановиться и купить их.
Он поднял руку.
— Нет. Не останавливайся. Просто… не останавливайся.
Именно это я и сделала, на протяжении двух часов колесила по шоссе. Была середина дня, так что пробок на дорогах не предвиделось. А Элек все время сидел, глядя в окно.
Рано или поздно, мне пришлось бы остановиться, иначе мы бы пересекли границу штата. Уверена, еще пятнадцать минут, и на нашем пути повстречалась бы вывеска « Добро пожаловать в Коннектикут». Элек сказал мне кардинально сменить обстановку, помочь ему забыться. Внезапно у меня появилась блестящая идея. Я знала, куда мы могли бы поехать.
— Еще минут двадцать, а затем мы кое-где притормозим, хорошо?
Он повернулся ко мне и впервые за несколько часов сказал:
— Спасибо.
Я хотела коснуться его руки, но удержалась от соблазна. Казалось, что через несколько минут, Элек заснул. Я вспомнила, как Челси говорила, будто он не спал с того момента, как узнал о смерти Рэнди.
У меня зазвонил телефон, и я подняла трубку.
— Эй, мам.
— Грета, мы места себе не находили. Обед уже закончился. Все в порядке?
— Все в порядке. Мы все еще в дороге, но скоро сделаем остановку. Не волнуйся, хорошо? Мне жаль, что пришлось оставить тебя.
— Я в порядке. Худшее уже позади. Проведу вечер у Грега и Клары. Просто позаботься об Элеке. Он не должен оставаться один.
— Хорошо. Спасибо за понимание, мам. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю.
Мы уже приближались к месту назначения, так что я толкнула Элека.
— Просыпайся. Мы приехали.
Пока мы продолжали двигаться по длинной подъездной дорожке, он протер глаза и посмотрел на меня.
— Ты привезла меня в Волшебную страну ОЗ?
Он был прав. Вход в здание напомнил дорогу из желтого кирпича, с массивным замком на воротах в самом конце.
— Нет, глупенький. Это казино.
— Мы сбежали с похорон, и ты отвезла меня в казино? Чтобы я поиграл в азартные игры? Что за фигня?
Когда я повернулась, посмотреть на него, то ожидала увидеть замешательство на его лице, но вместо этого, парень улыбался той редкой искренней улыбкой, которую я видела лишь несколько раз. Улыбкой, говорящей, что Элек издевался надо мной. Той же самой, которая всегда заставляла мое сердце трепетать.
Затем он начал истерически смеяться, закрыв руками лицо. Я уж было подумала, что он не в себе.
— Ты считаешь, это отвратительно?
Он вытер глаза.
— Нет, я думаю, это чертовски гениально!
Всю дорогу до парковки, Элек так и не переставал смеяться.
— Ну, ты сказал мне, чтобы я кардинально сменила для тебя обстановку.
— Ага. Но я думал, что мы, может быть, заедем в японский ресторан или не знаю… На пляж?
— Ты хочешь уехать?
— Черт, нет. Я бы никогда не додумался до этого сам, но, блин, если и есть место, где можно утолить свою печаль, так это именно оно. — Он посмотрел в окно перед тем, как повернуться ко мне с таким видом, от которого меня бросило в дрожь. — Так что… помоги мне утолить мою печаль, Грета.
* * *
Я чуть не задохнулась от наплыва сигаретного дыма, когда мы вошли в казино.
И закашлялась.
— Здесь тебе не составит труда заболеть раком. Ох… Да тут, видимо, все курят. Знаешь, пассивное курение при таком количестве дыма к хорошему не приведет.
— Постарайся повеселиться, сестренка. — Он шутливо встряхнул меня. Реакция моего тела на прикосновение его сильных рук к моим плечам не стала сюрпризом. Если он продолжит свои махинации, мы ещё долго не сдвинемся с места.
— Пожалуйста, не называй меня так.
— Как ты хочешь, чтобы я тебя называл? Здесь нас никто не знает. Мы можем придумать прозвища. Оба одеты во все черное и выглядим как матерые мафиози.
— Как угодно, но не сестренка, — прокричала я сквозь звон сотен игровых автоматов, когда мы вошли в одно из казино. — Во что хочешь поиграть? — спросила я.
— Хочу попасть за один из игральных столов, — ответил он. — А ты?
— Я просто поиграю в игровые автоматы.
— Игровые автоматы? Ты сегодня бунтарка, да?
— Не смейся.
— В этом казино грех тратить свои деньги на игровые автоматы.
— Я не знаю, как играть ни за одним из этих столов.
— Могу показать тебе, но сначала нам нужно выпить. — Он подмигнул. — Сперва жажду утолить, потом на столе разложить.
Через минуту до меня дошёл смысл его слов, и я закатила глаза.
— Боже, некоторые вещи никогда не меняются. По крайней мере, ты вернулся к своим грязным шуточкам. Значит, мои старания не прошли даром.
— Серьезно, твоя идея… — Он посмотрел вокруг. — Приехать сюда… Супер.
После того как мы купили несколько фишек, я последовала за Элеком в комнату с приглушенным освещением, где люди играли за столами. В углу находился бар.
— Во что они играют? — спросила я.
— Кости. Игра такая. Что будешь пить?
— Ром с колой.
— Хорошо, я сейчас вернусь. Не ходи играть без меня, — сказал он, улыбаясь и пятясь назад.
Глядя на парня, я почувствовала себя по-настоящему счастливой, хотя знала, Элек просто на время хочет отвлечься от испытываемой ранее боли.
Ожидая, когда он вернется с напитками, я направилась к одному из столов и стала позади других игроков. Пьяный краснолицый парень с южным акцентом и в ковбойской шляпе улыбнулся мне, прежде чем вернуть свое внимание обратно к игре.
Не понимая правил и замечтавшись, я уставилась на стол, пока все не начали хлопать. Когда пьяный парень узнал, что он выиграл, то повернулся и схватил меня за талию.
— Ты приносишь мне удачу, красавица. За сегодняшний вечер я ни разу не выиграл, пока не объявилась ты.
От него пахло пивом, а пот пропитал рубашку.
Я улыбнулся ему, потому что все казалось довольно невинным. До того, как он шлепнул меня по заднице… очень сильно.
Когда я развернулась, чтобы уйти, Элек уже приближался с двумя бокалами в руках. Он больше не улыбался.
— Скажи мне, что я не видел, как чертов придурок только что ударил тебя по заднице. — Элек не стал ждать моего ответа. — Подержи, — добавил он. — Кем, ты, блядь, себя возомнил, вот так прикасаться к ней? — проревел он, схватив парня за шею.
Парень поднял руки вверх в оборонительном жесте.
— Я не знал, что она была с кем-то. Девчонка помогла мне.
— Похоже ты себе всегда помогаешь сам. — Элек потянул его ко мне. — Сейчас же извинись перед ней.
— Слушай, чувак…
Элек усилил захват.
— Извинись.
— Я извиняюсь, — выдавил он.
Элек был все еще разгневан, не сводя с парня глаз.
— Ну же, Элек. Пожалуйста, давай просто уйдем, — я протянула ему напиток.
Вдохнула с облегчением, когда он принял его у меня из рук,и пошел прочь.
Парень сзади крикнул нам вслед:
— Тебе повезло, что ты пришел вовремя. Я как раз собирался попросить ее подуть на мои кости.
Элек развернулся и устремился к мужчине, но я встала перед ним, преграждая путь, и когда он наткнулся на меня, оба наши напитка опрокинулись на мое платье.
— Элек, нет! Нельзя, чтобы нас выкинули отсюда. Пожалуйста. Я умоляю тебя.
Несмотря на маниакальный взгляд в его глазах, каким-то чудом, он отступил. Думаю, Элек понимал, что сделав еще шаг, поставит крест на нашей сегодняшней ночи. Думаю, он понял, что этот парень того не стоит.
— Можешь поблагодарить ее, что я не разукрасил твое личико, — сказал Элек, прежде чем потащил меня из комнаты.
Мы молча пробирались к выходу, пока он не бросил взгляд на мое платье при более ярком освещении.
— Черт, Грета. Ты недоразумение.
— Довольно сексуальное недоразумение, — засмеялась я.
— Пойдем. Нужно купить тебе новую одежду.
— Все в порядке. Не такая уж я и мокрая.
Боже, Грета. Тщательнее подбирай слова.
— Нет. Это я во всем виноват.
— Одежда может высохнуть. Давай так, если ты сегодня что-то выиграешь, то купишь мне новое платье в одном из этих дорогущих бутиков. Только так я позволю тебе потратить на меня деньги.
— Тогда мне лучше вернуться за стол, а то от тебя несет как от алкогольной фабрики.
— Ну что же, спасибо.
— Но сначала купим тебе выпивку.
Я застряла с Элеком, пока он заказывал наши напитки в другом баре.
— Будешь смотреть, как я играю в покер, или предпочтешь игровые автоматы для бабушек?
— Хочу посмотреть, как ты будешь играть.
Элек посмотрел на покерные столы, чтобы разведать обстановку, и продолжил:
— С другой стороны, я не смогу сконцентрироваться. Сейчас там полно мужиков и все они будут крутиться вокруг тебя, а я бы не хотел сегодня встрять ещё в одну драку. Почему бы нам ненадолго не разделиться? Ты иди, поиграй в свои старушечьи автоматы, а я найду тебя, как только отыграю пару партий.
Я указала на игровые автоматы по диагонали комнаты.
— Тогда, я буду вон там.
Когда я отошла, то подумала позже спросить Элека, почему его беспокоит околачивающиеся возле меня другие парни. Это ведь я была одинока. Разве Элек не сказал, что забота о нем не моего ума дело? Так какое ему дело, если он с Челси? Мне пришлось наблюдать, как его подруга вешается ему на шею прямо у меня перед носом, так почему же я не имею права флиртовать с другими?
Я хотела задать свой вопрос по смс, но сомневалась, остался ли у него тот же номер спустя семь лет. Решила попробовать, чтобы, наконец, сбросить тяжелый груз с плеч, и, если Элек сменил номер — так тому и быть.
«Почему тебя беспокоит, что другие парни флиртуют со мной? Тебе должно быть все равно.»
Прошло несколько минут, а он так и не ответил. Видимо, номер ему уже не принадлежал. Ну, по крайней мере, мне стало легче.
Выбрав автомат «Счастливая семерка», я расположилась рядом с пожилой женщиной, которая явно переборщила с голубой краской для волос.
Она улыбнулась мне. И я заметила, что на ее передних зубах отпечаталась ярко-розовая помада.
Я сразу же потянула за рычаг, не задумываясь выбирая руку, отметая сомнения выиграю или нет.
— Вы выглядите так, словно чем-то обеспокоены.
— Да?
— Кто он и что сделал?
Все равно, после сегодняшнего дня я больше никогда не увижу эту женщину снова. Может, мне просто надо выговориться.
— Вы хотите услышать длинную версию или короткую?
— Мне девяносто, и шведский стол открывается через пять минут, так что поведай короткую.
— Хорошо. Я здесь со своим сводным братом. Семь лет назад, мы переспали, прямо перед тем, как он уехал.
— Ох, запретная тема… Мне нравится. Продолжай.
Я засмеялась.
— Ладно… ну, он стал первым и последним парнем, который мне действительно небезразличен. Я никогда не думала, что увижу его снова. Его отец умер на этой неделе, и он вернулся на похороны. Только теперь не один. Он привез девушку, которую якобы любит. Она хорошая и я знаю, что любит его в ответ. Ей пришлось раньше вернуться в Калифорнию. Ну, так или иначе, мы здесь. Вместе. А завтра он уезжает.
Одинокая слезинка скатилась по щеке.
— Мне кажется, или он по-прежнему тебе небезразличен?
— Так и есть.
— Ну, тогда у тебя есть двадцать четыре часа.
— Нет, я не хочу портить с ним отношения.
— Он женат?
— Нет.
— Тогда, у тебя есть двадцать четыре часа. — Она посмотрела на часы и оперлась на ходунки, чтобы удержать равновесие. А затем протянула мне руку. — Я Эвелин.
— Приятно познакомиться, Эвелин. Я Грета.
— Грета… судьба дает тебе шанс. Не упустите его, — сказала она, прежде чем на ходунках уйти прочь.
В течение нескольких следующих минут я думала о сказанном ею, бездумно дергая рычаг игрового автомата. Даже если бы Элек не был с Челси, факт остается фактом: из-за Пилар, он никогда не думал о нас, как о паре. Не знаю, изменилось ли что-то сейчас. Или нет.
Зазвонил мой телефон. Элек.
Я знаю, что не должен переживать. Но когда дело касается тебя, сердце говорит само за себя.
В этот момент я приняла решение, что не буду первой идти на контакт, но и не стану исключать чего-либо между нами. Я буду надеяться. Потому что, не успеешь оглянуться, тебе уже девяносто, и ты ждёшь ужина в буфете. А когда это время настанет, я не хочу о чем-либо жалеть.
Замигали огоньки, и мой игровой автомат зазвенел, словно сумасшедший. Вереница семёрок аккуратно выстроилась в приятный глазу ряд, а сумма выигрыша все возрастала и возрастала.
Я осмотрелась вокруг и поняла, что все поблизости уставились на меня.
Люди захлопали.
Мое сердце забилось с бешеной скоростью.
Черт побери. Я выиграла.
Я выиграла!
Сколько я выиграла?
Этот вопрос все еще оставался загадкой, потому что я никак не могла разобраться с игровым автоматом, который показывал сумму выигрыша. Когда все, наконец, утихло, я схватила свой талон и направилась к кассе.
— Я думаю, что выиграла, но не могу понять сколько?
— Вы хотите обналичить талон?
— Э-э… да.
Казалось, что у кассирши не было особого желания мне помогать.
— Сколько я выиграла?
— Тысячу.
— Центов?
— Нет. Одну тысячу долларов.
— Боже мой! — сказала я, закрыв рот ладонью.
— Хотите получить выигрыш полтинниками или стодолларовыми купюрами?
— Гм… стодолларовыми.
Она протянула мне пачку денег, и, вдохнув их аромат, я отправилась на поиски Элека.
Пробираясь сквозь хаос и свет мерцающих огней, с деньгами, прожигающими дыру в моей сумке, я, наконец-то, заметила его за одним из покерных столов. Элек был погружен в свои мысли, почесывая подбородок и даже не догадываясь, что я наблюдаю за ним. Он еще больше расстегнул рубашку, закатав рукава, а его волосы выглядели так, словно в отчаянии парень не раз провел по ним руками. Сосредоточившись, он скользнул языком по кольцу в губе. Было что-то болезненно сексуальное в контрасте между его образом в очках и татуировками. Наконец, он шлёпнул карты на стол и одними губами произнес «блядь». Посмотрел на телефон и встал из-за стола, направляясь в мою сторону и, наконец, замечая, что я стою в углу и улыбаюсь ему.
— Я просадил последние двести долларов. Сначала выигрывал, но потом про*бал последнюю игру. Как у тебя дела?
— О, помнишь тот старушечий игровой автомат? — Я запустила руку в сумку, доставая деньги.
— Да не может быть.
— Тысяча долларов! — ответила я, подпрыгивая и размахивая деньгами перед его лицом.
— Черт, Грета! Поздравляю!
Когда он быстро, но крепко, обнял меня, я мгновенно закрыла глаза, снова почувствовав себя комфортно в его объятьях, остро ощущая, как же мне этого не хватало. Я снова и снова слышала голос Эвелин у себя в голове.
У тебя есть двадцать четыре часа.
На данный момент времени оставалось меньше, а в голове возник смешной образ Эвелин с пистолетом у моего виска.
Положив деньги обратно в кошелек, я сказала:
— Пошли, пообедаем и отпразднуем мой выигрыш.
Мы бродили в поисках ресторана, но остановились, когда у Элека зазвонил телефон.
— Привет, детка, — сказав это, он быстро посмотрел на меня, и я тут же отвернулась.
Ужасно нервничая, сделала пару шагов вперед, но все еще слышала каждое слово.
— Я рад, что у тебя все в порядке. На самом деле, на похоронах я слегка разнервничался, и мы с Гретой колесили по округе, пока я не пришел в себя. Заехали в казино в Коннектикуте и все еще здесь… Все будет хорошо… Мне тоже… Повеселись и передай всем «привет» от меня… Я тоже тебя люблю.
Я тоже тебя люблю.
Ну, вот и пришло время взглянуть правде в глаза. И почему я так расстроилась, словно эта поездка должна была стать каким-то секретным свиданием? В тот момент, я поняла, насколько ошибалась. Конечно, после нашей встречи Элек мог сомневаться в своих чувствах, но он любил Челси, а не меня. Все просто, как дважды два. В отличие от меня, он отдал свое сердце другой, а мне стоило лишь смириться с этим.
— Эй, — подойдя ко мне, обратился он.
— Эй.
— Это была Челси. Она передавала привет и просила поблагодарить за то, что ты позаботилась обо мне сегодня.
Я выдавила фальшивую улыбку.
— И ей привет. Всегда пожалуйста.
— Решила, чего хочешь?
Признаться честно, все начать сначала.
Чувствуя, как проситься наружу выпитый ранее ром с колой, я сказала:
— Я иду в уборную. Решай сам.
Я воспользовалась возможностью, чтобы освежиться, хотя запах от пролитого на платье алкоголя так и не исчез. Думаю, сейчас мне было как раз по карману купить себе новое платье.
Выйдя из уборной, я заметила Элека, уткнувшегося в свой телефон. Когда он поднял голову, кожа на его лице казалось побледнела.
— Ты в порядке?
Его рука дрожала, и он не отвечал мне.
— Элек.
— Я только что получил сообщение от неизвестного номера.
Он передал мне телефон.
— 22? — Я была сбита с толку.
— Посмотри, на время отправки.
— 2:22. Странно, но почему это тебя беспокоит?
— День рождения Рэнди 22-го февраля.
— Ты думаешь, что это сообщение от Рэнди? — У меня мурашки пробежали по коже.
Он не сводил глаз с экрана.
— Я не знаю, что думать.
— Может, это просто совпадение. Зачем ему отправлять тебе число 22?
— Обычно я не верю в подобное дерьмо. Не знаю. Я просто чертовски испугался.
— Могу понять, почему.
Во время обеда в стейк-хаусе, Элек оставался задумчив. Я понимала, что он никак не может выкинуть из головы то сообщение. Честно говоря, оно и меня саму напугало до чертиков.
Когда после ужина мы вернулись в казино, настроение Элека ничуть не изменилось.
В какой-то момент, я решила сходить за напитками, и вернувшись к нему, застыла на месте. Сердце ухнуло вниз. Элек вытирал слезы с глаз. Мой самоуверенный сводный брат плакал у всех на глазах, доказывая, что мы не всегда можем выбрать момент, когда реальность потери настигает нас. Иногда, это предсказуемо, а иногда происходит, когда вы меньше всего ожидаете. Он не плакал на прощании или на похоронах, но выбрал именно этот момент. Здесь, в переполненном казино, парень дал волю чувствам.
— Не смотри на меня, Грета.
Проигнорировав его просьбу о личном пространстве, я поставила напитки и скользнула поближе. Обняла и прижала к груди, не давая отстраниться. Он не сопротивлялся. Верх моего платья пропитался влагой, а пальцы Элека впились в спину, как будто он держался за меня из последних сил. Чем сильнее становились его рыдания, тем больше мне хотелось утешить парня и не отпускать.
Казалось, никто не замечал нас в углу комнаты, хотя мне было все равно, даже если бы заметили.
Его рыдания стихли, а дыхание просто касалось моей груди.
— Я ненавижу это, — сказал он. — Я не должен оплакивать его. Почему я плачу из-за него?
— Потому что ты любил его.
— Он ненавидел меня, — его голос снова дрожал.
— Это не было ненавистью. Он злился, потому что видел в твоих поступках самого себя. Рэнди не умел ненавидеть, он просто не знал, как быть хорошим отцом.
— Ты многого не знаешь. Самое хреновое то, что после всего пережитого вместе дерьма, я все еще хотел заставить его гордиться мной, заставить его полюбить меня.
— И я знаю, что тебе удалось это сделать.
Продолжая облокачиваться на меня, Элек в какой-то момент поднял взгляд вверх, и я заметила, что его глаза покраснели.
— Что бы я без тебя сегодня делал?
— Я рада, что сегодня вечером ты застрял именно со мной.
— Я никогда раньше не перед кем не плакал. Ни разу.
— Все бывает в первый раз.
— Ты ведь знаешь, что это не самая удачная шутка?
Мы оба рассмеялись. Я подумала, какое же облегчение доставляет ему сейчас смех. Для меня, он всегда был лучшим лекарством после хорошей истерики.
— Ты заставляешь меня чувствовать, Грета. Так было всегда. Хорошо это или плохо, но я чувствую все . Иногда, я вел себя как настоящий мудак, просто потому что подавлял чувства, не сумев взять под контроль. Я не знаю, что в тебе такого, но кажется, будто ты видишь меня настоящего. В ту секунду, когда снова увидел тебя в саду Грега… я потерпел поражение. У меня больше нет сил скрываться. — Он потер мою щеку большим пальцем. — Я знаю, что тебе было трудно видеть меня рядом с Челси. Знаю, что по-прежнему небезразличен тебе. Я чувствую это, даже когда ты делаешь вид, словно все в прошлом.
— Мне было нелегко, но это стоило того, чтобы увидеть тебя снова.
— Я больше не хочу плакать сегодня вечером.
— Я тоже не хочу, чтобы ты плакал. Но если почувствуешь, что тебе это необходимо, не бойся. Нет ничего плохого в выражении эмоций.
Он пристально посмотрел на мои губы, а я была зачарована его. За последние несколько минут моя оборона ослабла настолько, что я хотела поцеловать Элека. Знала, что не могу, но потребность была такой сильной, что пришлось встать с места. В противном случае, я бы взорвалась. Как физически, так и эмоционально. Наши места располагались по диагонали от колеса рулетки — единственной игры, правила которой мне удалось понять. И у меня появилась идея, как сбросить скопившееся напряжение.
Когда вы ставите на кон свое сердце, деньги кажутся лишь разменной монетой.
Я направилась к столу с рулеткой и, достав из заначки пачку купюр, бросила ее на единственный номер.
— Ва-банк, — сказала я.
Крупье посмотрел на меня, словно на сумасшедшую.
— Что ты делаешь? — раздался голос Элека позади.
Он не видел, какая из ставок была моей. С каждым поворотом колеса рулетки, сердце колотилось еще быстрее. А затем, все происходило, словно в замедленном действии.
Руки Элека у меня на плечах, наши прикованные к колесу взгляды.
Вот оно остановилось.
Кажется, глаза у крупье полезли на лоб.
Кто-то протянул мне напиток, который я не заказывала.
На меня пролито еще больше алкоголя.
Люди хлопали, улюлюкали и насвистывали.
— Победил номер 22.
— Это я. Я выиграла!
Элек поднял меня в воздух, кружась вместе со мной, а когда, наконец, поставил на землю, я заметила шок в его глазах.
— Ты поставила на 22? Ты, черт возьми, поставила все свои деньги на 22! Ты хоть представляешь насколько озолотилась?
— Сколько я выиграла? — обратилась к крупье.
— 19 тысяч долларов.
— Черт побери, Грета. — Элек похлопал меня по щекам и повторил: — Черт побери.
Казалось, он собирался на радостях поцеловать меня, но остановился.
Я только что выиграла чертову кучу денег, но ничто не имело значения, когда этот парень был рядом. Ничто не сравниться с ощущением его рук на моем лице или ответной улыбкой в его глазах и тем, как теперь число 22 будет ассоциироваться у него с чем-то позитивным. Если за эти деньги я могла бы купить больше времени с ним, то отдала бы все. До последнего цента.
Мы оба шли к кассе, все еще не веря в происходящее. Пока я забирала деньги, он стоял неподалеку, разговаривая с несколькими людьми, что ранее играли за нашим столом.
Я решила взять чек, но попросила тысячу наличными. Помимо этого, мне выдали карту-ключ от гостевой комнаты в отеле казино, и это застало меня врасплох. Я сомневалась, стоит ли рассказывать об данном бонусе Элеку.
Когда вернулась к нему, он уже стоял в одиночестве с широкой улыбкой на лице.
— Это твое, — я протянула ему десять стодолларовых купюр.
Улыбка исчезла, и он попытался отдать мне деньги обратно.
— Я не возьму от тебя ни копейки.
— Если бы не ты, у меня бы даже и мысли не возникло выбрать 22. Это твоя заслуга.
— Ни в коем случае. — Он протянул мне деньги обратно. — Забери.
Я не сдвинулась с места.
— Это только часть выигрыша. У меня еще есть чек, который собираюсь положить на мамин счет. Если ты не возьмешь эти деньги, я снова сделаю ставку.
— Не вздумай. Нет никакой гарантии, что тебе повезет в третий раз за сегодня.
— Я не приму их обратно. Так что, либо ты возьмешь их, либо я иду играть, — сложив руки на груди, сказала я.
Он вздохнул.
— Давай так. Я возьму деньги, но мы потратим их сегодня вместе. Будем прожигать жизнь.
— Хорошо, — я улыбнулась. — Я согласна.
Он посмотрел на карту-ключ у меня в руках.
— Что это?
— О, ну… мне еще дали бесплатный номер в отеле. Думаю, они хотят, чтобы я немного потусовалась тут и просадила весь свой выигрыш в казино. Я не собираюсь здесь ночевать. Мы же сегодня возвращаемся в Бостон, да?
— Но мы оба не в состоянии сесть за руль.
— Ты хочешь остаться на ночь? Мы не можем спать в одном номере.
— Я этого и не предлагал, Грета. Я сниму себе отдельный.
Конечно. Теперь, я чувствовала себя настоящей дурочкой, потому что посмела предположить, будто Элек захочет остаться со мной наедине.
— Ага. Хорошо. Если ты думаешь, что это хорошая идея, мы можем остаться.
— На самом деле, я вообще не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась. Я пока не готов взглянуть в глаза реальности, потому давай просто плыть по течению. Мой самолет все равно только завтра вечером, так что даже если мы уедем с утра, у нас есть еще куча времени, чтобы развлечься.
Я взяла его за руку.
— Хорошо. — Мы вышли из игрового зала. — Куда пойдем сначала?
— Для начала купим тебе новую одежду. Я хочу потусоваться в клубе, а ты не можешь пойти в этом, потому я сам что-нибудь тебе подберу.
— Потусоваться в клубе?
— Да. Дальше по улице есть ночной клуб.
— Мне уже стоит беспокоиться? Как ты представляешь себе клубный наряд?
Он посмотрел на мою одежду.
— Что-нибудь, в чем ты не будешь выглядеть как 85-летняя гречанка в трауре.
Я поправила платье.
— Что ты хочешь сказать?
— С тех пор, как от тебя несет как от алкогольной фабрики, ты смахиваешь на 85-летнюю пьяную гречанку в трауре.
— Ну, спасибо.
— Пошли, потратим немного твоих денег.
______________________________________
Эта часть получилась очень длинной,5511 слов. Надеюсь,вам понравится,и вы поставите⭐. Хочу напомнить,что я начала писать ещё один фанфик «Любовь или спор?».
Актив=Глава🤍
Следующая часть на 5⭐.