Прощение и побег
Шел третий день с того момента, как чернокрылый парень попал на корабль Федерации. Все эти дни он был заперт в одной из кают. Изредка к нему заходил маршал чтобы вновь попытаться что то выведать или же рассказать о грядущем. Но намного чаще в его камере бывал Гриммель. Мужчина приходил, что то рассказывал, говорил, что знает, что происходящее неправильно, но... Продолжал накачивать парня какими то ядами из за которых черноволосый слабел на глазах и несколько раз блондину приходилось ловить его, чтобы пленник не разбил себе чего нибудь, ведь слабели и его рефлексы с регенирацией. Но, как успел заметить парень, Гриммель старался отвлечь его он того, что черноволосый является пленником. Они могли часами разговаривать на какие нибудь далекие темы, например, о других мирах, богах и тому подобное. Вот и сейчас они разговаривали о мире и его противоречиях, когда в камеру вошел Маршал.
Гриммель мгновенно поднялся с пола, на котором до этого сидел и помог подняться парню, имя которого до сих пор не знал.
— Добрый день, Эдриан. — поклонился блондин и собирался удалиться, но властный голос остановил его.
Эдриан, как разрешил Гриммелю себя называть маршал, подошел к брюнету.
— Так и не собираешься говорить? — с какой-то грустью спросил он, смотря в глаза парня. В них сквозила вселенская усталость, да и внешний вид ребенка, коим по мнению маршала, являлся пленник, оставлял желать лучшего: под потускневшими глазами залегли темные круги, на щеке появилось несколько довольно глубоких ссадин, на шее были отметины от цепей и пальцев. Почти по всему телу также были синяки и мелкие царапины.Увы, мужчина не смог усмотреть за тем, чтобы парня не трогали.
— Ты отлично знаешь ответ, — парень выдержал небольшую паузу, — отец.
Эдриан пораженно распахнул глаза, как и Гриммель, что наблюдал за ходом беседы.
— Прости меня... Прости... — зашептал мужчина, обнимая того, кого долгое время хотел увидеть. Хотел, но боялся. Боялся, что если его найдут, то убьют. Боялся, что тот до сих пор ненавидет его. Да, Эдриан совершил много ошибок и даже порой бывал жесток к сыну, но... Он любил его. И жестокость была напускной. А когда ему дали выбор, казнь или изгнание сына, то он выбрал второе, имея надежду на спасение ребенка. Но когда в тот день начался шторм.... Эдриан почувствовал, как покинул мир его сын... И долго горевал, топя свою боль в алкоголе. Горевал до того момента, пока не увидел на пристане молодого парня. Тогда он и понял, что сделает все для этого ребенка. Даже если придется играть на два фронта. И видеть, как собственный сын закусывает губы от боли было очень сложно. Но он справился и даже не вызвал подозрений! Но сейчас мужчина понял, что пора действовать. Он отпустил парня и кивнул Гриммелю, который, увидев условный сигнал, достал из-за пояса пузырек и, набрав его содержимое в шприц, сделал инъекцию парню. Эдриан тем временем уже ушел из камеры. Оникс удивленно посмотрел на блондина, когда понял, что ему только что вкололи. Антидот. Гриммель улыбнулся, смотря на то, как возвращается блеск в глаза парня. За дверью послышался шум, а когда она открылась, на пороге предстал Эдриан. Со свёртком в руках. Кивком указав сыну на свёрток, мужчина дождался пока парень разместит свое оружие в ножнах, а потом освободил проход.
— Надеюсь, мы еще свидимся. — сказал он парням. — До встречи, мальчики.
Парни выбежали из каюты, а, оказавшись на палубе удивлением увидели, что на ней никого нет.
"Обед"— промелькнуло в голове у черноволосого и он, понимая, что времени мало, распахнул только что появившееся крылья и взлетел. Какого же было удивление парня, когда рядом с ним, на красных крыльях, оказался Гриммель.
— Прости, что не сказал сразу. — блондин виновато опустил взгляд.
— Ничего. — выдохнул брюнет и они полетели к острову, за который боролся Оникс.
От автора :
Всем привет!
Простите за столь долгую пропажу. Особенно стыдно за то, что данный фанфик уже давно есть на фикбуке, а сюда я его выложить забыла(
Надеюсь, он вам понравился и, я ни в коем случае не настаиваю, но хотелось бы узнать ваше мнение)