Переезд
Я недавно переехала в неизвестную для меня страну — Бразилию. Оставаться в Оттаве не было смысла. Все друзья и родные разъехались по разным уголкам мира. Так что у меня остались только родители и мой лучший друг Чад, с которым мы дружим с детства и не представляем жизни друг без друга.
Переехать в Бразилию было его идеей. И я тоже захотела перемен. Поэтому лучшим вариантом для нас обоих стало — полететь вместе, чтобы рядом был близкий человек. Родители долго боролись с нашей безумной затеей, но в конце концов им пришлось отпустить нас. Мои родители всегда очень за меня переживали и никуда не отпускали одну. Разве что они очень доверяли Чаду — с ним мне можно было куда угодно.
Я собрала вещи и в последний раз взглянула на свою комнату, в которой жила 19 лет. Даже не верилось, что все эти годы поместились в одном чемодане.
Наконец пришло время. Мы попрощались со всеми родными и поехали в аэропорт. Сдав багаж, мы сели в кафе и заказали кофе перед полётом. Болтали о том, какие ожидания у нас от Бразилии.
— Как думаешь, что тебя ждёт? — спросила я, допивая остатки своего кофе.
— Не знаю… Думаю, первым делом начну искать работу. А там — как пойдёт.
— Я тоже… Правда, даже не знаю, где мне её искать. У меня даже образования толком нет.
— Найдёшь, поверь. Молодым и красивым девушкам найти работу не так уж и сложно.
— Надеюсь...
В этот момент в колонках объявили посадку на рейс Оттава — Бразилия. Мы быстро взяли свои вещи со стола и направились к стойке регистрации. Паспорта, билеты, осмотр — и вот, нас отправили на посадку. Мы прошли по длинному коридору-рукаву и наконец оказались в самолёте. Сев на свои места, мы пристегнули ремни, и спустя полчаса, наконец, взлетели.
Полет был долгим и утомительным — более 10 часов. Два раза мы попали в воздушную яму, и я молилась всем богам, чтобы долететь живой. Я плохо переношу перелёты — у меня ужасно болит голова и меня укачивает. К счастью, Чад всё это время был рядом и успокаивал меня. Он даже нашёл мне таблетки от тошноты и головной боли, чтобы мне стало хоть немного легче.
Когда мы наконец приземлились, то пошли за багажом. Мой чемодан треснул, и одно колесо отвалилось. Это сильно меня расстроило. Чад помог мне донести его до такси, которое мы вызвали через приложение — просили помощи у местных, чтобы разобраться. Такси довезло нас только до главной улицы, отказавшись ехать дальше. Мы вышли и, взяв багаж, пошли вдоль ярко освещённой улицы.
Идя по ночному городу, мимо нас проходили косо смотрящие люди. Иногда попадались пьяные бездомные. Мы шли мимо бесконечных магазинов и ночных клубов, из которых доносилась громкая музыка.
Я не выдержала и заставила Чада зайти со мной в несколько магазинов. Купила какие-то безделушки и вкусности. Наконец, мы пошли дальше. Я заметила в глазах Чада обеспокоенность и нахмурилась.
— Что с тобой? Почему ты такой напряжённый?
— Не нравится мне всё это, Мэй… Люди смотрят на нас очень подозрительно, будто с опасением. Что тут такого может быть, что нас так побаиваются? И предчувствие у меня плохое… Очень плохое. А ты ведь знаешь, что моё предчувствие меня никогда не подводит.
И действительно, его предчувствие никогда не подводило. Не сосчитать, сколько опасных ситуаций мы обошли стороной из-за его внезапной тревоги.
— Люди могут так смотреть, потому что мы для них чужие. Мы и выглядим, и одеты не как местные. А предчувствие… может, это просто переезд так на тебя повлиял?
— Не знаю, Мэй… Но тревога не уходит с самого приземления.
Я не знала, что ему ответить, поэтому просто промолчала.
Когда мы подошли к дороге, мимо нас с бешеной скоростью пронеслись три автомобиля. Первый был настолько чёрным, что в нём отражался свет. Второй — ярко-красным. Третий — синим, словно океан. Все стёкла, включая лобовое, были тонированы так, что в них невозможно было разглядеть ничего, кроме своего отражения. Я встала в ступоре и посмотрела на Чада. Он был ошеломлён не меньше моего.
— Какого чёрта?.. Что это было? — выдавила я, снова взглянув на дорогу.
Чад стоял молча, не отвечая.
И тут — ответ пришёл сам.
— Самая опасная банда в городе, — донёсся голос из-за нашей спины. — Сын мафиози и его напарники. Не стоит им попадаться на глаза. Они опасны. Убивают любого, кто им не понравился.
Я обернулась и увидела силуэт в капюшоне. Он сидел в темноте, и свет от фонаря не доходил до его лица.
— Мафиози? Это тут нормой считается? — удивлённо спросила я.
— Да. В Бразилии даже убийство — обычное дело. Редко наказывают. Вы, похоже, здесь новенькие? Туристы или мигранты?
Я смотрела на него пару секунд, приходя в себя. Затем ответила, глядя в темноту.
— А вы всех тут знаете, кто по улице проходит? — с недоверием спросила я.
Он поднялся и шагнул в свет. Светло-голубые глаза. Всё лицо в шрамах. Кажется, ни одного живого участка кожи. Его будто собрали заново.
— Знаю не только улицу. Этот район знает меня. И я — их. Лучше быть со мной в хороших отношениях. Я Уолтер.
Он протянул руку. Я, всё ещё в шоке, пожала её.
— Мэй. А это мой друг Чад.
Чад пожал руку осторожно и с недоверием.
Уолтер усмехнулся, заметив наши взгляды.
— Не бойтесь. Я не опасен. Просто… мне однажды довелось столкнуться с этой бандой. Они пытали меня, порезали почти всё тело. Хотели убить.
Он закатал рукава — и я увидела, что шрамы тянутся по рукам. Я смотрела на него с ужасом.
— Как вы… сбежали? Вы же сказали, что они убивают всех…
— Они думают, что я мёртв. Моё лицо изменилось, у меня новое имя. Жизнь, которой я не хотел. Родные и близкие считают, что я погиб. Я заставляю всех страдать, лишь бы выжить сам.
— Мне жаль... — прошептала я, но Чад резко взял меня за руку.
— Нам пора идти, Мэй.
Я не сопротивлялась.
— Обращайтесь, если что! — крикнул нам Уолтер.
— Спасибо!
Чад свернул за угол и сердито рявкнул, но тихо, чтобы нас никто не услышал.
— Ты спятила, Мэй? Ты что, с ума сошла?!
— Почему? Что с тобой? — я была в шоке от его тона. Он почти никогда не злился.
— Ты только что болтала с человеком, который выглядит как серийный убийца! А вдруг он один из них? — он кивнул в сторону, где проехали машины.
— Да ладно тебе… Я всего лишь сказала наши имена. Он не выглядит как убийца.
— Ты хоть понимаешь, сколько можно узнать, зная только имя? Молись, чтобы он был безвредным.
Он сжал моё запястье и потащил вперёд — к нашему новому дому.
— Я говорил с твоими родителями перед отъездом. Я поклялся оберегать тебя. Даже если ради этого придётся рисковать собой. Прости, что сорвался. Я просто не могу дать тебя в обиду. Понимаешь?
— Понимаю...
Мы молча шли около пятнадцати минут, пока не подошли к большой новостройке. Она была покрыта серебристыми окнами, в которых отражались огни ночной Бразилии. Я воскликнула от восторга и вбежала в холл.
Внутри всё сияло: мраморные полы, статуи львов и ангелов, огромная люстра.
К нам подошла девушка в деловом костюме на каблуках. У неё были чёрные волосы, прилипающие к ярко-красной помаде. Она убрала пряди с лица и протянула руку:
— Здравствуйте! Я Грэйс. Типа местный менеджер. Вы новенькие, которые сняли квартиру на год, да?
— Всё верно, — улыбнулась я.
Грэйс проводила нас к стойке, дала подписать документы и выдала две ключ-карты.
— 12 этаж. Квартира 588.
Я радостно подпрыгнула и побежала к лифту. Он был просторный, весь в зеркалах. Нажав на кнопку, я взглянула на нас с Чадом: уставших, но счастливых.
На этаже нас ждал длинный коридор с серым ковролином. Свет включался по датчику.
Чад открыл дверь, и я зашла первой. Коридор был большой и светлый. Справа — зеркало с подсветкой, слева — белый шкаф. Под полками — мягкая подсветка.
Я побежала в гостиную: огромный диван, стол, плазма. Вид из окна был потрясающим. Бразилия, как на ладони. Я осматривала квартиру — два санузла, две спальни. Один туалет — в бежевых тонах, с ванной, мягкий коврик. Второй — в тёмных, с душем-водопадом, фигурками и морским декором. Полотенца, халаты — всё было аккуратно разложено.
Мятная спальня — уютная, с креслами и картинами. Голубая — с полками для книг и морской темой.
— Чур мятная — моя! — засмеялась я.
— А с чего вдруг? — усмехнулся Чад.
— Потому что я так сказала!
— Тогда — камень, ножницы, бумага!
— Ты серьёзно?
— А есть другой вариант?
— Эх… ладно.
Мы сыграли. Я победила.
— Ха! Комната моя!
— Как скажешь, мисс, — усмехнулся он.
Я наполнила ванну, пахнущую персиком, и легла расслабляться. Потом — любимая пижама, кровать… и я даже не заметила, как уснула.
Чад постучал, но, увидев, что я сплю, лишь укрыл меня одеялом.
— Спокойной ночи, — прошептал он, тихо закрыл дверь и ушёл к себе.