Цена за жизнь [18+]

И вы поймёте, что если кто и
пострадал от вашего ничтожного
поступка, то это прежде всего вы сами
- ваша совесть и ваше достоинство.

Эрика

Я просыпаюсь после того как спала всего четыре часа. Но Райана нет рядом, поднимаюсь на локтях и осматриваю комнату, вода в душе прекращается и дверь открывается. Выходит, Райан весь мокрый, его шесть кубиков пресса отчетливо видны, и полотенце висит слишком низко у него на бедрах. Я бесстыдно разглядываю его пока он направляется ко мне.
— Доброе утро — говорю я расплавляясь в улыбке, чувствую как щеки горят при вспоминании о прошлой ночи.
Он лишь кивает.
У него на лице странное выражение. Он что сожалеет? Я съеживаюсь от этой мысли.

Наклонившись Райан целует меня быстро в губы, так что я даже не понимаю как он отстраняется.
Его лицо все еще близко к моему и я могу разглядеть оттенок окнана в них.
— Кхм...так сколько я тебе должен? — говорит он и я не понимаю к чему он это.
— Что? В каком смысле?
— В прямом. Сколько денег я тебе должен? Судя по всему тебе они нужны.

Не понимаю ничего, что он хочет сказать, за что он предлагает мне деньги?
— Как ты принимаешь? Чеком или наличными?
Я все еще в оцепенении сижу в постели и пытаюсь переосмыслить сказанные им слова.
— Я тебя не понимаю, зачем ты предлогаешь мне деньги?
— Ну...мы как бы...прошлой ночью...
— Переспали. Только не говори мне что ты хочешь предложить мне деньги за секс! — заканчиваю я за него и вскакиваю с постели, глаза начинают жечь от непролитые слезы. Он не мог...
— У Пэйна же ты взяла деньги за секс — говорит он безэмоционально и зло.
— И ты решил предложить мне за вчерашнюю ночь? — перед глазами пелена, я ничего не вижу-  — Ты...неужели эти два года ты таил обиду в себе что я переспала с ним, а не с тобой? А когда я подвернулась такая возможность решил нанять меня и унизить, предложив мне денег? Ты специально нанял меня к себе в ассистентки? — горячие слезы скатывались по моим щекам, Господи какая я дура, идиотка.
— Нет, на счет работы это совпадение. И вообще я тебя не понимаю. Что тебя так задело? Ты же приняла у него деньги тогда, я готов дать в три раза больше. И ты наверное не думаешь что я поверю что ты не трахалась ни с кем два года, твоя киска была невероятно тугой да это факт, но то что у тебя не было никого два года, извини это невозможно. — Нервно усмехается уперев руку в талию.
— Ублюдок! — я кидаюсь на него и начинаю бить его одной рукой в грудь, а другой держу пастельное белье в которое я замоталась — Ненавижу! Сволочь! Сукин сын!
— Ненавидишь? Как и вчера ночью? Когда ты стонала подо мной, от моего члена в тебе? — говорит он придерживая мое запястье.
Боль от его слов пронзает все тело, он не мог...он не мог это иметь ввиду.
— Ты чертов обиженник, который таил свою обиду два года, ты... — мой голос срывается, я чувствую как силы покидают меня — Я переспала с ним из-за брата — не понимаю как слова сами вырываются из меня, опустошая и разрывая мое нутро. Он хмурит брови и непонимающе смотрит на меня.

Мне плевать на то что я буду выглядеть жалкой в его глазах, но я выскажу ему все, я устала это слишком долго таилось во мне и отравляло как чертовый рак, который никак не излечить...
— Ему нужна была срочная операция —  шмыгаю носом, потому что давно начала плакать — Дэн услышал это и предложил помочь, но как видишь я заплатила чуть большую цену за это, секс с ним, это была цена за жизнь моего брата... Но я бы сделала это еще раз! И еще! И еще! — я начинаю рыдать  — Я бы никогда не позволила ему умереть! И если из-за этого ты считаешь меня шлюхой, валяй! — я вылетаю из комнаты и захожу в свою спальню запираясь на замок, оставляя его в ошарашенном состоянии. Непонимание и шок отразились ра его лице, но это его проблемы.

Я беру свой чемодан, который доставили мне прямо сюда, достаю оттуда джинсы и толстовку. Натягиваю на себя на ходу.
— Открой! Рика открой эту дверь! — ломится он ко мне.
Я не отвечаю и машинально записываю на бумажке адрес квартиры Тима, который он послал мне, так как мне ничего не надо от Скотта, и телефон я не собираюсь брать.

Направляюсь к выходу, как он снесит дверь, и она слетет с петель.
Псих!
— Что это значит? — рычит он.
— Я ухожу. Сочти этот секс за блвгодарность за все, мне от тебя ничего не надо!
Он преграждает мне путь все еще стоя в одном полотенце.
— Ты никуда не пойдешь, пока не объяснишь мне!
— Прочь с дороги, я ведь шлюха — я хотела его толкнуть, но сукин сын стоял как скала.
— Рика...не говори так...я не знал...я...черт — проводит он по все еще влажным волосам — Почему ты не пришла ко мне? — проводит он рукой по волосам.

Я пришла...вспоминаю как хотела попросить помощи у него в клинике, но услышав его телефонный разговор передумала.

— К тебе? — Фыркаю я — А что, ты бы не предложил деньги в обмен на трах?
Его лицо искажается притворной болью, да именно в притворной, потому что он притворщик и лгун!
— Я бы дал столько сколько тебе надо...без чего либо в замен...
— Охотно верю! С дороги — хотела я пройти, но он не пустил.
— Эй эй эй детка, пожалуйста давай поговорим — выставляет он руки перед собой
— Пусти урод! Не называй меня детка! — Царапаю я его руки что держат меня! Не хочу его касаний! Не хочу! Они обжигают! Я знала что так будет, но не думала что будет так больно и не думала что он сделает это так грязно.
— Нет, ты же знаешь я тебя не отпущу! Не оставлю! — прижимает он меня к своей груди.
Я же хочу вырваться! Сбежать...Я ненавижу его прикосновения, его запах, который уже успел стать таким особенным.
— Пусти твою мать! Меня тошнит он тебя!
— Эрика, пожалуйста детка, я же не знал, черт бы меня побрал! Я не знал... — говорит он у моего виска — Я не знал... — добавляет шепотом
— Это не давало тебе право так обращаться со мной! Ты хотел отомстить за свою якобы растоптанную гордость, молодец тебе это удалось — говорю я и делаю последний ход, возможно этим я растопчу свою гордость, но я сделаю это — Ты даже не представляешь где была моя гордость когда я умирала от боли под ним.
Он смотрит мне в глаза и его лицо опять искажается от боли.
— Нет! Не надо — отпускает он меня.
— Почему? Я проревела ровно до того момента пока он не кончил и не встал с меня!
— Рика! Перестань, умоляю детка!
— И это было кстати больно... — я горю изнутри, хочу что бы он тоже сгорел и что бы потушить этот пожар не хватит даже всего Атлантического океана — Больнее чем те синяки, что ты оставил на моем теле на осеннем балу
Его глаза блестят...надо же, какие у него актерские качества.
Он падает на колени передо мной и обнимает меня за бедра.
— Эрика...Боже я не знал... Я...
— Теперь знаешь — говорю я бесстрастно, ледяным тоном, сама порадаясь этому. — Я хочу уйти, я не хочу оставаться здесь с тобой ни секунды больше.
Он шмыгает носом, даже прослезился... Актер хренов!
— Нет!
Я закатываю глаза и начинаю дергаться, он мне противен, хочу смыть с себя все его прикосновения, мне кажется что я опять грязная.
— Ты не остановишь меня.
— С одним условием, скажи куда ты пойдешь. Чтобы я знал что ты в безопасности.
— Иди к черту Скотт!
— Хорошо детка я дам тебе время. Это сейчас тебе неоходимо.
— Время?!
Я вскипаю от обиды и злости, сейчас серьездно?!
— Какое на хер время, ты думаешь что это можно простить со временем?
Я толкаю его и в этот раз он поддается.
— Не уходи Рика, прости меня...
Я не отвечаю ему и выхожу с чемоданом, слезы обжигают меня изнутри, Боже почему мне больно? Пошел он, ненавижу, ненавижу всеми фибрами души, будь он проклят, что заставляет чувствовать эту адскую боль!

Райан

Боже мой она это сделала чтобы оплатить операцию своего брата, а я...я как последний сукин сын растоптал ее гордость. Она не простила меня, еще бы я бы сам тоже не простил себя.
-Черт! Черт! Черт!-ударяю я по стене кулаком и костяшки пальцев сразу трескаются от силы удара, я продолжаю бить пока рука полностью не обливается кровью и я не перестаю чувствовать пальцы рук...Но эта боль, она не проходит, боль которую я испытываю, это как оказаться под сотни метров под водой, и твои легкие взрываются от давления, нет это хуже...
Я сейчас так сильно презираю себя что это...это не возможно даже передать. Я тяну за свои волосы, бью голову об стену, но блядь это не покидает меня.
Я чертов идиот, с поврежденным эго, я просто жалок.
Сколько боли ей пришлось перетерпеть я не представляю, я бы сделал для Даяны большее, лишь бы она жила...
Я воспользовался ее уязвимостью, когда она начала открываться мне как книга, которую я бы перечитывал и перечитывал не уставая. И каждый раз восхищался бы ею.

Она не взяла ничего из того что я ей купил, абсолютно ничего. Я скатываюсь по стене и подбираю ее разорванное платье. Я вдыхаю его, от него все еще исходит ее аромат цветков и чего-то сладкого. Запах ее кожи, ее тела, которое я всего лишь несколько часов назад покрывал поцелуями...

Только вчера ночью она кричала мое имя и стонала, как можно было разрушить все в один миг?
А я по началу просто хотел переспать с ней, я даже себе не признавался что за эти два года ничего блядь не изменилось, я жаждал ее как одержимый с того самого дня когда она впервые вошла через двери Принстонского университета.

В тот день на ней были синие джинсы, черная толстовка и белый рюкзак, она не была расфуфыренной куколкой. Она была без макияжа, но выглядела прекрасно, ее темно-зеленые глаза сверкали. А сегодня этот свет потух. Я не могу выкинуть из головы тот ее взгляд...я разрушил ее...я смог...

Эш простил эту Талли, которая ему изменила, но я блядь не смог переступить через свою гребанную гордость, и теперь она никогда меня не простит. Она найдет нормального мужчину, который будет ею дорожить и ценить, и будет с ним счастлива.

Но почему от этой мысли я хочу убит того, кто прикоснется к ней так как прикасался я? Будет целовать ее и сотрет места моих поцелуев, исцелит ту боль, которую причинил я ей.

Она достойна самого лучшего мужчину, что бы ее носили на руках и лелеяли и часть меня хочет что бы она его нашла и была счастлива с ним...
Но другая часть никогда этого не позволит, как бы она не противилась никто не сотрет поцелуи, которые я оставил на ее теле, я заклеймил ее и никто блядь не сможет сделать так, что бы они исчезли.

Я упорно не замечал той химии что между нами была, тех искр, когда она была рядом, когда я касался ее. С первого дня, как только я е увидел и каждый раз, когда мы были близко друг другу стены вокруг нас содрогались и тряслись.

Я даже не знаю куда она пошла, я как последний идиот отпустил ее, но зная Ватсон она бы ни за что не осталась здесь, уж тем более она не стала бы разговаривать со мной.

Я дам ей время...я дам ей время что бы она успокоилась и остыла, а потом мы все обсудим, я не собирался ее просто так отпускать, этого не будет...

____________________

Проплакала пол ночи над главой, даже хотела удалить...но не смогла. Они должны были пройти через это😣