Глава 8
Рома стоял в ванной комнате, вцепившись побелевшими пальцами в края раковины и опустив голову. Дебил, идиот, придурок, снова сорвался, снова наговорил гадостей. Все обещания, что он дал себе летом, стерлись из памяти, когда стрелка часов приблизилась к девяти вечера. Где носило этого?.. Не думать, не обращать внимания, забить!
У него теперь есть Алина: милая девочка, которая спокойно выслушала нытье здорового пацана, не рассмеялась, не выказала презрения, а просто осторожно обняла и молчала. В тот день они о многом разговаривали, делились планами на будущее, и Рома отчетливо понял «Вот оно, не стоит зацикливаться на человеке, которому ты совершенно не нужен, нужно двигаться вперед, постараться вернуть себе прежнюю жизнь, плюнуть на недоступного Женьку!»
Предложив встречаться Алине, Рома был уверен, что его пошлют, но этого не случилось.
- Хорошо, - улыбнулась девочка и встала.
- Тебе не противно? – удивленно посмотрел на нее мальчик.
- То, что тебе нравится человек одного с тобой пола? Нет. В моей школе меня никто не понимает, считают странной. Почему если человек от вас отличается, слушает классику, читает научные журналы и не обсуждает с подружками того или иного парня, он сразу подозрительный? Любовь - странная штука, она может нагрянуть неожиданно, свернуть в узел все твои представления о нормальной жизни, заставить наступить на горло гордости! Тяжело понять тому, кто никогда не любил...
- Ты действительно странная, - прошептал тогда Рома.
- Какая есть, - пожала плечами Алина и ушла домой.
С того времени они проводили все дни вместе: купались на речке, гоняли на велосипедах, собирали в лесу ягоды... Девочка часто смеялась, дурачилась, но в ее глазах иногда мелькала тоска и безысходность. На все вопросы она отшучивалась, говоря, что не хочет грузить чужими проблемами, ему и своих хватает.
Перед отъездом домой Рома решился ее поцеловать. Алина не сопротивлялась, осторожно положила руки мальчику на шею, позволяя притянуть себя ближе. Не было в груди того пожара, который разгорался при касании тела брата, не было жгучего азарта, просто приятная истома. Неужели он все-таки гей? Углублять поцелуй не захотелось, облизнув такие мягкие губы, Рома отстранился.
- Переводись в мою школу? – спросил он.
- Я подумаю, - рассмеялась Алина и, подхватив небольшую сумку, полезла в автобус.
Когда он увидел после стольких месяцев Женю, такого взъерошенного, сонного и радостного, сердце скакнуло, а кровь ударила в голову. И одному Богу известно, сколько сил пришлось приложить, чтобы остаться спокойным и равнодушным. Ему хотелось сжать до боли ребра брата, впиться в губы яростным поцелуем, стереть все воспоминания об ублюдке, посмевшем их разделить.
Матвей! Как он его ненавидел. Одно звучание этого имени вызывало жгучую изжогу и боль в груди. Они уже переспали?
Рома разжал пальцы и отступил от умывальника. Трусы топорщились, а ладони горели, напоминая, как сжимали такие упругие ягодицы. Мальчик тряхнул головой и включил воду. Яростно намыливая руки, он как бы пытался смыть эти ощущения, чуть ли не сдирая кожу.
Сняв трусы, Рома залез в душевую кабинку и повернул ручку крана. Вода, сначала ледяная, но быстро теплеющая, постаралась вернуть самообладание, вплоть до того момента, пока рука не легла на колом стоящий член. Простонав сквозь зубы, мальчик сдавил основание и прикоснулся лбом к плитке.
Сколько это будет продолжаться?
Попытался представить обнаженную Алину, но в голове возникал только образ Жени, его небольшой член, его пухлые губы... Он снова кончил с именем брата на губах.
Ополоснувшись, Рома вернулся в комнату. Женя лежал наверху, отвернувшись к стене, его плечи немного подрагивали. Плачет? Вряд ли, скорее злится на его слова, опрометчиво брошенные в попытке сделать так же больно, как и ему.
Вздохнув, мальчик залез на кровать и накрылся одеялом с головой.
Утром позвонила Алина и предложила погулять.
- Да, солнышко, через два часа я за тобой зайду, - улыбнулся Рома и украдкой посмотрел на недовольно сопящего брата, сидящего за компьютером.
- Я смотрю, вы решили не отлипать друг от друга? – буркнул он, вставая. Взгляд Ромы непроизвольно скользнул по худеньким плечам, тонкой талии, узким бедрам и прилип к паху. Сглотнув, мальчик постарался отвести глаза, но ничего не получалось.
- Куда уставился? – Женя покраснел, прикрыв ладонями, начинающий твердеть член. Он и так целый час утром потратил, чтобы успокоиться и сбросить утреннюю эрекцию.
- Да вот, думаю, что в тебе нашел Матвей, кожа да кости! – хмыкнул Рома и отвернулся.
Жене стало обидно. Ах, что нашел? Шлюха, значит? Сейчас он ему покажет кожу да кости!
Не отдавая себе отчета в том, что собрался делать, Женя быстро подскочил к брату и толкнул в спину. Не ожидавший такого подлого удара, Рома охнул и упал на пол, больно ударившись коленями. Маленькие кулаки стучали в спину. Развернувшись вполоборота, он обхватил запястья Жени и дернул его на себя, одновременно усаживаясь на задницу. Не удержавшись на ногах, мальчик растянулся на груди брата, утыкаясь носом ему в шею. На секунду они замерли.
- Пусти, - тихонько прошептал Женя, выдохнув горячий воздух. Атмосфера накалилась.
По телу Ромы прошла волна, начиная скапливаться между ног. Еще и Женя заерзал, упираясь в него острой коленкой.
- Не ерзай, - прошипел он сквозь зубы, сильнее сжимая руки на запястьях мальчика. Но Женя сам почувствовал, как его достоинство уперлось в живот Роме, краска прилила к щекам, но уже больше от смущения, чем от злости.
- Отцепись, что ты ко мне пристал? Нравлюсь? – ощетинился Женя, пытаясь отстраниться, лишь сильнее оттопыривая попу.
- Нравишься? Да у меня на тебя не встанет, даже если ты будешь самым последним человеком на планете! – Рома сам понимал, какую чушь смолол, ведь его плоть красноречиво упиралась в ногу Жени.
- А между ног у тебя что? Водяной пистолет? – хмыкнул Женя, отводя глаза.
- А как ты догадался? И если не прекратишь так усиленно на него давить, он выстрелит!
- Ой, я не боюсь слабенькой струйки!
- Слабенькой? – Рома переместил руки на талию Жене и сдавил. – Хочешь узнать, какой она может быть?
- Пусть твоя Алиночка проверяет дальность твоего выстрела! – вскрикнул мальчик, дергая Рому за волосы.
- Ай, больно!
- Жесткие, ты что, ежика ограбил и парик сделал? – Женя попытался встать, но был сильнее притиснут к груди. – Ром, ты к будущей жене спешил... Матвей...
И тут у Ромы сорвало крышу. Упоминание ненавистного имени, горячее тело в руках, пульсирующий член...
Опрокинув Женю на спину так, что удар острых лопаток об пол вызвал у мальчика болезненный стон, он впился зубами ему в шею. Руки переместились на напряженные соски, сжимая, причиняя сильную боль.
Женя выгнулся, запрокидывая голову вверх, руками надавливая на плечи Роме, стараясь оттолкнуть.
- Ром, не надо, я не послед...
Договорить не получилось, так как в губы впились безжалостным поцелуем, сминая, забирая весь воздух, перекрывая возможность вздохнуть. Боль смешалась с наслаждением, когда чужой язык разомкнул стиснутые зубы, проникая вглубь, а руки приспустили трусы, освобождая налившийся член.
- Ты такой маленький, - прошептал в губы брату Рома, сжимая плоть одной рукой. – А у Матвея больше, чем у меня? – схватив руку Жени, он положил ее на свой член, при этом застонав.
- Да-а-а, - Женя сам не понял, было ли это слово ответом, но Рому перекосило.
Оттолкнув от себя брата, он резко встал на ноги. В глазах все плыло, желание зашкаливало, но мальчик заставил себя ехидно ухмыльнуться, окинув удивленного Женю пренебрежительным взглядом.
- Мне жалко Матвея, боюсь, ты его не дождешься, с такими-то аппетитами, - выплюнул он.
- Не волнуйся, перед основным блюдом всегда подают салат, - выдавил Женя, поднимаясь на подкашивающихся ногах. – Хотя, ты на оливье не тянешь, скорее канапе... со сморщенной оливкой...
Быстро натянув трусы, мальчик выскользнул из комнаты и занял ванную.
Вернувшись, Ромы в комнате он не застал. Весь день просидев за компьютером и лишь пару раз совершив вылазку на кухню поживиться, Женя забрался на верхний ярус кровати.
- Нужно попросить отца купить две кровати, - сказал он вслух, проваливаясь в сон без сновидений.
Утро началось с крика матери, что если они сейчас не встанут, то в школу придется идти без завтрака.
Они встали... все вчетвером...
И никто не решался подняться с постели первым.
- Ты долго еще будешь там сопеть? – недовольно прошипел Рома, сдавливая через одеяло свой член.
- Хочу и соплю! – было ему ответом.
Сплюнув, мальчик откинул одеяло и потопал в ванную. Сделав все дела и спустив в унитаз, он столкнулся в дверях с закутанным в полотенце Женей.
- Что, уже примеряешь на себя роль бабы? – съехидничал он, жадно лаская взглядом порозовевшие щеки брата.
- Просто исключаю возникновение твоей неадекватной реакции на свое тощее тело! Кто знает, вдруг ты решишь истребить все население на планете, чтобы со спокойной совестью сказать «Ты остался последним, подставляй задницу»!
И пока Рома хватал ртом воздух, прошмыгнул в ванную, захлопнув дверь.
Быстро позавтракав, мальчики поспешили в школу, правда, на довольно приличном расстоянии друг от друга.
После линейки классный руководитель, молодой мужчина тридцати лет, собрал всех в классе, чтобы сообщить о новой ученице.
Женя пошел к их с Ромой парте, но резко остановился. На его стуле лежал рюкзак брата, а сам он, закинув ногу за ногу, смотрел сквозь него.
- Эм? – удивился Женя.
- Теперь это место моей девушки, а ты можешь сесть с кем хочешь!
Мальчик обернулся, оглядывая весь класс. Марина призывно махала ему рукой, другой же старалась спихнуть с насиженного места Андрея. Тот упирался, не желая поддаваться на провокацию.
Встряхнув головой, Женя растянул губы в фальшивой улыбке, которая насторожила Рому и произнес:
- Владик, ты не будешь против моей компании?
Все, в том числе и сидящий на задней парте Влад поперхнулись.
- Н-нет...
Женя походкой от бедра подошел к другу, осторожно поставил рюкзак на пол и присел на стул, прислонившись спиной к руке Влада.
- Эм, с тобой все в порядке? – прошептал тот ему на ухо. Женя громко рассмеялся, поворачиваясь к нему и наклоняясь к уху:
- В полном... зайка...
Влада переклинило. Глаза округлились, ручка, которую он держал в руках, покатилась по полу, а рот широко открылся. Женя положил ладошку ему на подбородок, закрывая его, провел пальцем по щеке и подмигнул.
Он затылком чувствовал прожигающий взгляд Ромы и в душе ликовал. Наклонившись ближе к соседу по парте, он прошептал:
- Не парься, я позже тебе все объясню.
Война? Посмотрим, кто выйдет из нее победителем!